— Ну вот!
Со Джиа с весьма уверенным видом поставила тарелку.
— Пицца!
Кан Тэсон посмотрел на тарелку.
«Это… пицца?»
Назвать это пиццей было весьма смелым заявлением.
Корж был не просто толстым, а буквально каменным, сыр спекся отдельными комками, а овощей навалили столько, будто в этом и заключался смысл блюда.
Внешне это скорее напоминало корейский блин с кучей зелени, чем пиццу.
Из-за столь сомнительного вида еды дети замялись, а Чхве Юри полюбопытствовала:
— А что это сверху?
— Органические овощи. И мой фирменный томатный соус собственного приготовления.
На самом деле тесто ни в какую не вымешивалось, так что в итоге она не выдержала и позвонила домработнице.
Впрочем, какая разница? Она ведь только спросила рецепт, а готовила все своими руками!
Со Джиа гордо заявила:
— Тут только полезные продукты. Давайте, пробуйте скорей!
Один ребенок осторожно откусил кусочек.
Хрусь-хрусь.
— Ы-ы-ы...
Малыш скривился, готовый расплакаться.
— Ты чего?
— Это… не пицца.
— ……
Другой ребенок тут же поддакнул:
— Точно! Похоже на то, что стряпает бабушка!
— …Бабушка?
На виске Со Джиа вздулась жилка.
— Эй! Где это вы видели такую красивую бабушку?!
Кан Тэсон отвернулся, сдерживая смех.
Дети не умеют врать. Что чувствуют, то и выкладывают — такова уж их натура.
К тому же у Со Джиа были серебристые волосы. В детских глазах она и впрямь могла сойти за бабулю.
Но ляпни он это сейчас вслух — живым бы отсюда не выбрался.
Со Джиа, стиснув зубы, взяла кусок пиццы.
— У-у-у, да попробуйте же! Это вкусно!
— Но это же не пицца.
Ли Джухи, наблюдавшая за этим чуть в стороне, слегка улыбнулась.
— Да сделаю я заново, подумаешь! — обиженно повысила голос Со Джиа.
— Не надо, мне страшно.
Один малыш потихоньку попятился назад.
— Что?
— Если я это съем, у меня живот заболит.
Лицо Со Джиа окончательно окаменело.
— Пф-ф.
Ли Джухи не сдержалась и тихонько прыснула.
Услышав это, Со Джиа резко повернула голову. Когда их взгляды встретились, Ли Джухи мгновенно смахнула улыбку с лица.
— …Ничего особенного.
Со Джиа долго пристально смотрела на нее, а затем снова перевела взгляд на тарелку с пиццей.
— …В следующий раз я принесу настоящую.
В ее глухом шепоте слышалось задетое упрямство.
Кан Тэсон, глядя на нее, тихо делал вид, будто его это не касается.
Ему хотелось ее остановить, но он понимал, что она все равно не послушает.
Ли Джухи делала вид, что убирает посуду, но продолжала поглядывать в ту сторону.
Семья чеболей, богатая, ни в чем не знающая нужды.
У той девушки было все, чего Ли Джухи не смогла бы получить за всю свою жизнь.
Может, поэтому с самого первого дня она невольно чувствовала себя рядом с ней жалкой.
Но глядя на нее сейчас...
Та не умела толком выжать тряпку, не могла нормально взять ребенка на руки, а из-за того, что не сумела испечь пиццу, дети обозвали ее бабушкой.
«…И кто за нее все это делать будет, когда она выйдет замуж?»
Вдруг подумалось ей.
Домашние дела, готовка, уход за детьми — все это для нее решалось просто наймом слуг.
В ее жизни с самого начала не было нужды учиться подобным вещам.
У Ли Джухи же, напротив, ничего другого не было.
Не имея ни денег, ни повода для гордости, она годами делала то, от чего отказывались другие.
Готовила для младшего брата, складывала белье, как-то сводила концы с концами во всем своем скудном хозяйстве.
Но сегодня, впервые в жизни, все это показалось ей оружием.
С точки зрения денег одержать верх над Со Джиа было невозможно.
Но если посмотреть с другой стороны, расклад менялся.
Приготовить еду, сложить одежду, убаюкать ребенка на руках — вещи, которые действительно нужны тому, кто живет с тобой рядом.
Если речь об этом…
«…Я тоже не уступлю».
На душе странным образом стало легко.
Почувствовалось, будто комок, долго застревавший в горле, наконец провалился вниз.
Руки ломило от целого дня работы, но даже эта ломота казалась не такой уж неприятной.
Взгляд её тем временем устремился не на Со Джиа, а на Кан Тэсона.
◆ ◆ ◆
Они поиграли с детьми еще какое-то время, и только потом волонтерская работа завершилась.
Но малыши все равно не хотели их отпускать — похоже, успели привязаться.
— Нуна, вы правда еще придете?
Спросил один из мальчиков, уцепившись за подол Ли Джухи.
— Да. В следующий раз я принесу вам по-настоящему вкусную пиццу.
— Ха! Это сделаю я, я же сказала!
Надувшись, вмешалась Со Джиа.
Дети задорно захохотали.
Кан Тэсон тихо улыбнулся, глядя на эту картину.
Лица детей выглядели куда веселее, чем по их приезде. По крайней мере, за сегодняшний день воспоминания о трагедии померкли перед смехом.
Этого было достаточно.
— Тогда до встречи.
Попрощавшись с директором приюта, он направился к машине.
Но стоило ему положить руку на дверцу автомобиля…
*З-з-з*
В кармане завибрировал телефон.
— Да, слушаю.
— А, господин директор! Извините, что беспокою во время волонтерской работы.
На экране высветилось имя начальника отдела по связям с общественностью.
— Ничего страшного. Мы только что закончили.
— Дело в том, что нам поступило одно предложение со стороны.
— Предложение?
— Да. Предложение сняться в социальной рекламе.
Его рука на мгновение замерла.
— …В рекламе?
◆ ◆ ◆
— Совместное производство Министерства административного управления и безопасности и Национального пожарного агентства.
Начальник отдела пиара протянул папку с документами.
На обложке красовались два логотипа государственных ведомств.
[Предложение об участии в социальной рекламной кампании по безопасности при чрезвычайных ситуациях]
Он перевернул первую страницу.
Общие сведения, цель кампании, предполагаемые сроки показа, каналы распространения и даже бюджет.
В списке площадок числились не только эфирное и кабельное телевидение, но и Ютуб, и экраны на платформах метро.
Одно это давало понять, сколько сил и средств вложили в эту рекламу.
Пролистав еще несколько страниц, он увидел раскадровку. Сцены были разбиты по кадрам, снизу прилагались реплики и проекты субтитров.
#1. Внутри обрушившегося здания (густой дым)
Звуковой эффект: звук рушащихся обломков
Субтитры: В тот день рухнула сцена
#2. Мужчина, входящий сквозь обломки (вид со спины)
Субтитры: И один человек шагнул внутрь
С точки зрения концепции все уже было отлично проработано.
Можно сказать, проект был практически готов.
Но его интересовало другое.
— Почему это прислали мне?
— Из-за недавнего происшествия, — осторожно ответил начальник пиар-отдела. — Видео, где вы лично спускаетесь на место аварии и спасаете людей, до сих пор гуляет по сети. Только на официальных новостных каналах оно набрало миллионы просмотров.
— ……
— А если прибавить к этому любительские нарезки, то счет пойдет на десятки миллионов. Одних только коротких роликов сделаны сотни.
Я приложил ладонь ко лбу.
Про это видео я знал. Даже если бы не хотел — все равно узнал бы.
Ссылку кидали во все корпоративные чаты, а на советах директоров кто-нибудь обязательно вставлял свое слово.
— Господин директор, вчера моя мама плакала, когда смотрела это видео.
— ……
— Я горжусь тем, что работаю в Группе KJ. Правда.
Каждый раз при таких словах я лишь покашливал, смущенно отводя взгляд.
За пределами офиса ситуация была той же.
Несколько дней назад я обедал в ресторане, и за соседним столиком как раз крутили этот ролик.
— Ого, ну и мужик! Он что, прямо туда поперся?
— Круто, реально. Где в наше время найдешь такого человека?
Им и в голову не приходило, что главный герой видео сидит в двух столиках от них и ест твенджан-чхиге.
В такие моменты я просто молча опускал голову и работал ложкой.
Я вовсе не стремился к такой славе.
— Если посмотрите концепцию, то это кампания, рассказывающая о первых действиях при чрезвычайных ситуациях и правилах вызова служб спасения. — Начальник отдела пиара указал пальцем на фрагмент документа. — Главная фишка кампании — привлечь обычного гражданина, реально спасшего людей на месте катастрофы.
— ……
— Судя по всему, они посчитали, что лучше вас кандидатуры не найти. Событие-то на слуху…
Я долго молча смотрел на бумаги.
Честно говоря, мне не хотелось.
То, что я сделал, не было чем-то невероятным, и, главное, постоянное внимание из-за этого случая тяготило.
Да и само происшествие случилось на мероприятии, организованном Группой KJ. Не та ситуация, чтобы хвалиться спасением людей.
Вполне могли сказать, что организаторы устроили аварию, а теперь строят из себя героев.
— …А если я откажусь, что тогда?
— Конечно, вы вправе отказаться. — Начальник пиар-отдела ненадолго замялся. — Однако…
— Однако?
— Если эта кампания выйдет, она правда может кому-то помочь.
— ……
— Большинство людей понятия не имеют, как вести себя при чрезвычайной ситуации. И этот ролик на несколько десятков секунд вполне способен спасти чью-то жизнь.
Рука, листавшая бумаги, замерла.
Эти слова задели меня за живое.
— И, если честно… — осторожно добавил начальник пиар-отдела. — Для компании это тоже огромный плюс.
— ……
— Это государственная кампания. Такую позицию не купить ни за какие рекламные бюджеты.
И ведь он был прав.
Мало ли чебольских семей тратили сотни миллиардов вон, пытаясь обелить свой имидж?
Они ходили на развлекательные шоу и варили там рамен, запускали каналы на Ютубе, где играли в баскетбол с подчиненными, снимали документальные фильмы, приукрашивая историю основания компании...
И максимальный результат, которого удавалось добиться: «Для чеболя он довольно прост в общении».
А вот предложение государства сделать тебя лицом кампании по безопасности — совсем иной уровень. Такое место за деньги не купить.
То, что другие не могли получить даже за сотни миллиардов, мне доставалось просто так, прямо в руки.
«…Даже не знаю, правильно ли это».
Честно говоря, на восемьдесят процентов я склонялся к отказу.
Но после его слов моя решимость пошатнулась.
В памяти всплыло то, как я сам вел себя в день аварии.
И разбор обломков, и спасение детей — все делалось на одной лишь грубой силе.
Не потому, что я знал, как правильно, а потому, что ничего другого делать не умел.
Я плутал в дыму, даже не понимая, куда иду.
Если подумать, сколько еще людей оставалось там в ожидании спасателей…
«…Мне просто повезло».
Мне действительно всего лишь повезло.
Изменись условия хоть на малую малость…
И вместо того чтобы спасать людей, я сам остался бы под завалами.
Но если эта кампания станет для кого-то ориентиром в такой же ситуации, в какой оказался я…
По крайней мере, этот человек не станет плутать наугад. И, быть может, сумеет вывести за собой куда больше людей.
Поколебавшись еще немного, я наконец произнес:
— …Когда съемки?