Что это?

Я открыл выдвижной ящик.

Внутри сразу бросились в глаза две визитки.

Их мне дали при выписке из больницы.

Одна — профессора, который меня осматривал.

Другая — человека, стоявшего рядом. Кажется, он говорил, что занимается исследованиями кожи головы.

Тот исследователь, как и я в прошлом, сверкал глянцевой лысиной.

Он предлагал пройти еще обследования, но я отказался и забрал только визитку.

Уже тогда он смотрел на меня крайне недвусмысленным взглядом.

Согласись я на эти обследования — еще неизвестно, смог бы я вообще выйти из больницы на своих двоих.

«Надо же, до сих пор не выбросил».

Я положил обе карточки на стол.

— …И что я им сейчас скажу, если позвоню?

Объяснить толком ничего бы не получилось, да и пока даже показать было нечего.

Я убрал визитки обратно в ящик.

Пока отложим. Потребуются — тогда и достану.

Вместо этого я прошерстил список дочерних компаний.

KJ уверенно удерживала позиции и в сфере товаров повседневного спроса.

Стиральные порошки, чистящие средства, предметы гигиены.

Зайди в любой супермаркет — пара стеллажей точно заставлена нашей продукцией.

Пролистав дочерние компании, занимающиеся дистрибуцией и логистикой, я наткнулся на знакомое название.

«…Есть».

KJ Биосаенс.

Я помнил лишь то, что они работают с функциональным сырьем, поэтому решил изучить вопрос подробнее.

Компания оказалась небольшой, но в ней было все необходимое.

— Для компании, производившей шампуни, иметь хотя бы одну лабораторию по исследованию кожи головы — обычное дело.

Когда средство от облысения увидит свет, первым делом спросят, где его произвели.

Тогда я и предъявлю эту компанию. Тем более что само производство я и впрямь намеревался поручить им.

Заявление, будто лекарство разработали здесь, не вызовет особых вопросов.

Единственная заковика — источник сырья.

«Это раскрывать вовсе не обязательно».

Моя задача — достать сырье, а дальше пусть работают настоящие ученые.

По крайней мере, таковым был мой план.

— Подытожим…

Собрать двести тысяч и купить сырье для средства от облысения.

Отвезти его в лабораторию.

Запустить массовое производство, чтобы превратить его в лекарство, доступное каждому.

А что, если появится не одна упаковка, а тысячи, десятки тысяч, и они разойдутся по всему миру?

Тогда и исполнительный директор Сон Тэджин, и начальник отдела кадров Ким, и руководство компаний-партнеров, стесняющееся снять шляпу…

Наступит мир, где никто больше не будет страдать.

На бумаге все выглядело проще некуда.

Если не считать того, во сколько это обойдется.

— В итоге все снова упирается в деньги.

◆ ◆ ◆

Я понимал: одной покупкой сырья дело не ограничится.

И все же казалось, что при наличии лаборатории проблемы решатся сами собой. Увы, на то, чтобы осознать заблуждение, ушло немало времени.

«…И все это нужно сделать?»

Как вводить препарат в организм?

Не разрушатся ли действующие вещества в процессе?

Допустим, эффект есть — получится ли воссоздать его с точностью в следующий раз?

От чтения голова пошла кругом.

И тут меня осенило:

«…Стоп, а почему я вообще ломаю над этим голову?»

Это задача вовсе не для меня.

Президент компании на то и президент.

Отдаешь распоряжение: «Сделайте вот это», — и люди, посвятившие этой сфере не один десяток лет, сами во всем разбираются.

Моя роль — обеспечивать их финансированием, чтобы они работали с спокойной душой.

«Точно. От меня требуются только деньги».

Стоит щелкнуть пальцами, и технари сами из кожи вон вылезут, так чего мне переживать?

На душе сразу стало легче.

Пользуясь случаем, я решил проверить бюджет, но груз забот тут же вернулся.

«И близко не хватит».

Текущего бюджета едва хватало даже на поддержку существующих исследований.

Чтобы повесить на них новый проект, придется привлекать средства из KJ.

Сделать это не проблема — я ведь президент.

Но дальше начинались сложности.

Нельзя просто так раздуть исследовательский бюджет в несколько раз и ничего не объяснить.

Что я отвечу, когда спросят, над чем мы работаем?

Что собираюсь создать лекарство от облысения?

А если спросят, каким образом?

Я никак не мог объяснить суть того, чего у меня даже на руках не было.

«А я-то хотел начать по-тихому…»

Можно было, конечно, урвать по кусочку из существующего бюджета.

Замаскировать проект под другие исследования или выделить пару человек.

Но сколько лет тогда на это уйдет?

В памяти всплыла плешь исполнительного директора Сона.

И то, как он несколько месяцев собирался с духом, но так и ушел, ничего не спросив.

— Отступать нельзя.

Стоит добиться успеха хотя бы один раз, и никто больше не посмеет возразить.

Даже если отбросить личное удовлетворение, этот бизнес обещал озолотить.

В одном только мире сотни миллионов лысеющих людей.

Как человек, лично испытавший эффект, скажу: тот, кто попробовал это хоть раз, никогда не откажется.

Так что проблема оставалась одна.

Где взять деньги на массовое производство?

Размышляя над этим, я вдруг кое-что вспомнил:

«…А, точно».

У меня ведь остался еще один козырь.

◆ ◆ ◆

— О, Тэсон?

— Давно не связывался с вами, председатель.

— Да какое «давно». Есть дело — вот и звонишь.

Со Инук, председатель Сохан Груп.

Учитывая его забитый график, я опасался, что он не ответит, но, к счастью, он сразу взял трубку.

— У меня есть один бизнес-проект, который я хотел бы реализовать…

Я сразу перешел к делу.

Объяснил, что дочернее исследовательское подразделение планирует запустить проект в сфере лечения алопеции, и для этого требуются средства.

Предложил Сохан поучаствовать в форме совместного инвестирования.

Добавил предполагаемый объем и структуру долей.

Я рассчитывал сначала передать материалы и дождаться заключения его специалистов.

Однако реакция Со Инука оказалась максимально небрежной:

— Делай.

— …Что?

— Делай, говорю. Зачем переспрашивать?

У меня еще оставались заготовленные аргументы.

— Гм, может, вам сначала ознакомиться с документами…

— Я что тебе говорил?

— …Что исполните любое мое желание.

— Ну так и всё, чего раздумывать? Хе-хе.

Мужик сказал — мужик сделал.

Из трубки донесся смешок. Голос председателя звучал искренне веселым.

— Председатель…

Каким бы ни был проект, одобрить его, не взглянув ни на одну бумажку…

На душе стало немного тепло. Этот человек всегда оставался таким — даже после смерти отца.

Но одновременно с этим в голове мелькнула мысль:

«…Может, надо было просить больше?»

Если одобрение дали даже без документов, запроси я вдвое больше, ответ был бы тем же.

Я чувствовал себя человеком, пришедшим к открытому сейфу с крошечной сумочкой.

Однако следующие слова Со Инука стали настоящим шоком.

— Но, честно говоря, я немного разочарован. Думал, ты потратишь это обещанное желание на что-то куда более грандиозное. Берег-берег — и пустил на какое-то средство от облысения?

«Какое-то»?

Да как он смеет?

От этого слова я невольно нахмурился.

«Впрочем…»

Откуда этому старику знать? Ему уже за шестьдесят, а челка до сих пор густая.

Он и в молодости был таким, и на попойках не раз подшучивал над плешью моего отца.

Отец тогда лишь отшучивался в ответ. Хотя что еще оставалось делать лысеющему человеку?

Какое-то облысение?

Да у нас в стране таких больше десяти миллионов, а если посчитать тех, кто даже стесняется переступить порог больницы, число вырастет в разы!

Облысение, из-за которого люди каждое утро стоят перед зеркалом, мучительно соображая, на какую сторону зачесать остатки волос, с трепетом проверяют слив в душе и постоянно терпят насмешки — и это «какое-то»?!

То, о чем эти люди мечтают всю свою жизнь — для него «какое-то»?!

Выпалив всё это, я понял, что мой голос сам собой взлетел до крика.

На том конце провода надолго воцарилась тишина.

— Эй, эй, остынь. Я же просто к слову сказал. Неужели я этого не понимаю?

— Что?

— Я и сам знаю, что если получится, это будет куш. О коммерческом потенциале… что и говорить. Тот, кто воспользуется хоть раз, не слезет с него до самой смерти.

Из трубки донеслось неловкое покашливание председателя Со Инука.

Похоже, он не ожидал от меня столь пылкой речи.

— Я просто к тому, что шансы сомнительны. Мировые фармгиганты вбухивают триллионы и ничего не добились, а тут ты заявляешь, что сделаешь.

— Я попробую.

— Ну пробуй. Инвестиции дам, сколько попросишь.

«Если вспомнить историю с Джиа, эти деньги вообще ничто…» — пробормотал он тихо.

— Ах да, но у меня есть одно условие.

— Слушаю вас.

«Так я и знал, что просто так не обойдется».

— Проверку будет проводить наш человек. Раз уж идут деньги Сохан, это разумеется само собой, верно?

— Разумеется.

— Вот я и отправлю Джиа. Вместе съездите на осмотр лаборатории, оглядитесь.

— Что?

Я лишился дара речи.

— Что, есть какие-то проблемы?

Со Джиа не просто дочь председателя Со Инука, но и топ-менеджер Сохан.

Если она едет оценивать целесообразность инвестиций, у меня нет причин возражать.

Если не считать того, как председатель Со Инук откровенно хохотал в трубку.

Судя по всему, без намека самой Со Джиа тут не обошлось.

— Проблем нет.

— Вот и отлично. Я скажу Джиа, чтобы набрала тебя. Дальше договаривайтесь сами.

Гудки.

Я отложил телефон и откинулся на спинку кресла.

Это была просьба, которую я берег на самый крайний случай.

«Если не сейчас, то когда еще её использовать?»

Главное — деньги на исследования найдены.

◆ ◆ ◆

Через три дня после этого разговора.

Со Джиа приехала в холл на десять минут раньше назначенного времени.

Она была в строгом костюме.

Сидевший строго по фигуре наряд, в руках — деловой портфель.

Раньше я видел ее только на светских приемах, а сейчас передо мной стояла настоящая бизнес-леди.

— Долго ждал?

— Только пришел. Куда мы сначала?

— В лабораторию. Отсюда ехать примерно полтора часа.

— Полтора часа? Довольно далеко.

Сказав это, она, тем не менее, просияла.

— А машина хороша.

Плюх—

Со Джиа вальяжно откинулась на пассажирском сиденье.

Я тут же завел двигатель.

Путь неблизкий. Нужно поторапливаться, чтобы успеть до полудня.

— Ехать долго. Если устала, можешь поспать.

— С какой стати мне спать? Вообще-то спать на пассажирском сиденье — это дурной тон.

— В прошлый раз ты спала.

— …Так я тогда до самого утра работала!

Со Джиа скрестила руки на груди. Состряпав крайне недовольную мину, она махнула рукой:

— Ладно, проехали. Включи лучше музыку.

— Музыку?

— Мы что, так и будем ехать полтора часа в тишине? Скукота же.

Впрочем, она была права.

— Включай сама. Я даже не знаю, куда тут нажимать.

Я все равно почти не пользовался этой функцией, да и музыку слушал редко.

— Ладно, смотри, нуна сейчас всё сделает.

Со Джиа достала свой телефон, подалась вперед и принялась тыкать в экран автомобильного медиацентра.

Движения её были весьма ловкими.

Она нажимала какие-то настройки, в которых я совершенно не разбирался, и вскоре перешла к следующему меню.

— Просто подключить устройство, да?

— Вроде да.

Доверив музыку Со Джиа, я сосредоточился на дороге.

— Подожди, сейчас список загрузится.

И вдруг…

— …

Рядом воцарилась тишина.

— Что такое? Что там?

Ответа не последовало.

Только тогда я повернул голову.

Со Джиа сидела с ледяной улыбкой на лице.

По моей спине пробежал липкий холодок.

— Свинья. Это еще что такое?

Со Джиа ткнула пальцем в экран.

<Доступные устройства>

iPhone Кан Тэсона

В списке зарегистрированных устройств числились два смартфона.

Один — мой, а второй…

iPhone Ли Джухи