Темнота отступала медленно.
Сначала — звуки. Приглушённые голоса, шелест ткани, потрескивание огня в камине. Потом — запахи. Лекарственные травы, свежее бельё, что-то цветочное — лаванда?
И наконец — боль.
Эйден застонал. Его тело ощущалось так, словно по нему проехала гружёная телега. Каждая мышца, каждый сустав, каждая клетка — всё болело.
— Он приходит в себя!
Женский голос. Знакомый.
Эйден с трудом разлепил веки. Яркий свет ударил по глазам, и он поморщился.
— Не двигайся. — Чья-то рука легла ему на лоб — прохладная, успокаивающая. — Ты ещё очень слаб.
Постепенно комната обрела очертания. Высокий потолок с лепниной. Большие окна, занавешенные тяжёлыми шторами. Роскошная кровать, в которой он лежал.
И лица.
Кира склонилась над ним, её фиолетовые глаза полны тревоги. Рядом — Аврора, бледная, с тёмными кругами под глазами. У дверей — Дэмиен, Рейнхарт, Кассиус.
— Где... — голос Эйдена был хриплым, едва слышным. — Где я?
— В лазарете академии, — ответила Кира. — Личная палата директора. Ты... — она запнулась, — ты был без сознания три дня.
— Три дня?
— Твоё тело едва выдержало трансформацию. — Это был Кассиус, его глаза лихорадочно блестели. — То, что ты сделал там, на площади... это было невероятно. И невероятно опасно.
— Демоны... — Эйден попытался подняться и тут же рухнул обратно на подушки. — Что с академией? Погибшие?
— Семнадцать человек, — тихо сказала Аврора. — Двенадцать студентов, пятеро охранников. Ещё сорок три ранены.
Семнадцать.
Семнадцать жизней, которые он не успел спасти.
— Если бы не ты, погибших было бы в десятки раз больше, — словно прочитав его мысли, добавила Кира. — Ты закрыл портал. Уничтожил орду. Это...
— Это ничего не меняет.
Тишина.
Эйден закрыл глаза. Лица погибших — он даже не знал их имён — стояли перед внутренним взором.
— Кто была та женщина? — спросил он. — Селестия?
— Мы выясняем. — Голос Александра донёсся от двери. Принц вошёл в палату, его лицо было непривычно серьёзным. — Но то, что она сказала... Тёмный Владыка...
— Он должен быть мёртв.
— Должен. — Александр подошёл ближе. — Но, судя по всему, легенды врали. Или недоговаривали.
— Серафина, — вспомнил Эйден. — Мне нужно поговорить с Серафиной.
— Кто? — нахмурилась Аврора.
— Долго объяснять. — Он снова попытался подняться — и на этот раз Кира помогла ему сесть, обложив подушками. — Она знает о демонах больше, чем кто-либо.
— Где её найти?
— В замке Арвен. Или... — Эйден сосредоточился, потянувшись к связи с мечом Кайрона. Клинок лежал на столе у кровати, пульсируя тёплым светом. — Она придёт сама. Скоро.
Серафина появилась той же ночью.
Она просто вышла из тени в углу комнаты — как всегда, без предупреждения, без стука.
— Ты жив, — констатировала она, глядя на Эйдена. — Хорошо.
— Ты знала?
— Чувствовала. — Она села на край кровати. — Твоя Прана... изменилась. Стала глубже. Плотнее. Ты сделал следующий шаг.
— Какой шаг?
— Шаг к истинному слиянию. — Её красные глаза изучали его. — Ты больше не просто носитель демонической силы. Ты — симбиоз. Человек и демон в одном теле, работающие вместе.
— Это хорошо или плохо?
— Это... необходимо. — Серафина помолчала. — Особенно теперь.
— Из-за Тёмного Владыки?
Она вздрогнула. Впервые за всё время их знакомства Эйден видел страх в её глазах.
— Откуда ты знаешь это имя?
— Селестия. Женщина, которая открыла портал. Она назвала себя его вестницей.
— Селестия... — Серафина закрыла глаза. — Значит, началось.
— Что началось?
— Пробуждение.
Тишина. Тяжёлая, давящая.
— Расскажи мне, — потребовал Эйден. — Всё. С самого начала.
Серафина долго молчала. Потом заговорила — и её голос был странно далёким, словно она говорила из глубины веков.
— Тысячу лет назад мир был другим. Люди жили в страхе, прячась от демонических орд. Тёмный Владыка — повелитель всех демонов — правил половиной континента. Его армии были бесчисленны, его сила — безгранична.
— А потом появился Кайрон.
— Да. — Серафина кивнула. — Кайрон Арвен. Человек, который нашёл способ обратить демоническую силу против её носителей. Он создал меч — тот самый, что лежит сейчас рядом с тобой — и вложил в него часть своей души.
— И убил Тёмного Владыку.
— Нет. — Серафина покачала головой. — Тёмного Владыку нельзя убить. Он — не существо из плоти и крови. Он — воплощение самой тьмы. Сгусток демонической энергии, обретший сознание.
— Тогда что сделал Кайрон?
— Запечатал его. — Серафина посмотрела на меч Кайрона. — Использовал последние силы, чтобы заточить Тёмного Владыку в измерении между мирами. Место, где нет времени, нет пространства, нет ничего.
— Но печать слабеет.
— Да. — В её голосе была горечь. — Кайрон знал, что печать не вечна. Он надеялся, что потомки найдут способ уничтожить Тёмного Владыку навсегда. Но... — она развела руками, — за тысячу лет никто даже не приблизился к решению.
Эйден смотрел на меч. Чёрный клинок мерцал в полумраке комнаты, и ему казалось, что он слышит далёкий шёпот — голос основателя рода, застывший во времени.
— Селестия, — сказал он. — Кто она?
— Культистка. — Серафина скривилась. — Последователи Тёмного Владыки существовали всегда. Безумцы, которые верят, что его возвращение принесёт им силу и власть.
— Они могут разрушить печать?
— Ослабить. Не разрушить. — Она помолчала. — Но если ослабят достаточно...
— Тёмный Владыка вырвется.
— Да.
— Сколько у нас времени?
— Не знаю. — Серафина покачала головой. — Годы? Месяцы? Недели? Печать — сложная структура. Её состояние невозможно определить точно.
Эйден закрыл глаза.
Год назад он был простым крестьянином, мечтавшим о приключениях. Теперь — наследник древнего рода, носитель легендарного меча, единственная надежда мира на спасение от демонического апокалипсиса.
Как, чёрт возьми, я дошёл до такого?
— Есть способ его остановить? — спросил он. — Тёмного Владыку?
— Теоретически — да. — Серафина подалась вперёд. — Кайрон оставил записи. Зашифрованные, разбросанные по всему континенту. Фрагменты знания о том, как уничтожить Тёмного Владыку навсегда.
— Где они?
— Я знаю местоположение трёх. Остальные... придётся искать.
— Тогда мы будем искать.
Серафина посмотрела на него — долго, оценивающе.
— Ты понимаешь, что это значит? Это не игра, не приключение. Это война. Война, в которой ты можешь погибнуть.
— Я понимаю.
— И всё равно готов?
— А у меня есть выбор? — Эйден усмехнулся. — Тёмный Владыка не остановится. Селестия не остановится. Если я не буду сражаться — погибнут все. Моя семья. Мои друзья. Весь мир.
— Благородно.
— Практично. — Он посмотрел ей в глаза. — Я не герой, Серафина. Я просто человек, который не хочет смотреть, как всё, что ему дорого, сгорает в огне.
Серафина молчала. Потом — впервые за всё время — улыбнулась.
— Знаешь, Кайрон говорил почти то же самое. Тысячу лет назад, перед последней битвой.
— И чем это закончилось?
— Он победил. — Она встала. — И ты победишь. Я верю в это.
Следующие дни были наполнены подготовкой.
Эйден восстанавливался быстрее, чем ожидали целители — демоническая Прана ускоряла регенерацию. К концу недели он уже мог вставать и ходить. К концу второй — тренироваться.
Новости о нападении на академию разлетелись по империи как пожар. Официальная версия гласила, что это была атака "неизвестной террористической группировки". Правду — о демонах, о Селестии, о Тёмном Владыке — знали немногие.
Студенческий совет собрался на экстренное заседание.
— Ситуация критическая, — Александр стоял во главе стола, его лицо было мрачным. — Нападение на академию — это не случайность. Это объявление войны.
— Войны кому? — спросил Рейнхарт.
— Всем. — Принц обвёл взглядом присутствующих. — Империи. Человечеству. Всему, что мы знаем.
— Это связано с демонами на восточных границах? — Зара Сантьяго нахмурилась. — Мои источники сообщают, что их активность возросла втрое за последний месяц.
— Связано. — Эйден встал. — И с тем, что происходит на западе, и с волнениями на юге. Всё это — части одного плана.
— Какого плана? — Виктория Кастер смотрела на него с нескрываемым любопытством.
— Плана по освобождению Тёмного Владыки.
Тишина.
— Тёмный Владыка — это миф, — неуверенно сказала Зара. — Детская сказка для устрашения.
— Нет. — Эйден покачал головой. — Он реален. И он возвращается.
Следующий час он рассказывал — о Кайроне, о печати, о Селестии и её культе. О том, что узнал от Серафины. О том, что видел собственными глазами.
Когда он закончил, в зале царило молчание.
— Если это правда... — медленно произнёс Кассиус Морган, — то мы все мертвы.
— Нет, — возразил Эйден. — У нас есть шанс. Небольшой, но есть.
— Какой?
— Найти записи Кайрона. Узнать, как уничтожить Тёмного Владыку навсегда. И сделать это до того, как он освободится.
— Где эти записи? — спросила Аврора.
— Разбросаны по всему континенту. Три местоположения известны. Остальные — нет.
— Тогда начнём с известных, — Александр выпрямился. — Где они?
— Первое — Гробница Первого Короля на севере. Второе — Затонувший храм в южных морях. Третье — Чёрная цитадель на востоке.
— Чёрная цитадель? — Рейнхарт побледнел. — Это же... в самом сердце демонических земель!
— Именно.
— Самоубийство.
— Необходимость.
Снова тишина.
Потом Дэмиен — тихий, незаметный Дэмиен — поднялся.
— Я пойду с тобой, — сказал он. — На север. К гробнице.
— Дэмиен... — начал Эйден.
— Не отговаривай. — В глазах младшего брата была непривычная твёрдость. — Ты — мой брат. И я не оставлю тебя одного.
— Я тоже, — Рейнхарт ударил кулаком по столу. — Вельгарды не прячутся за чужими спинами. Если будет драка — я хочу быть в первых рядах.
— И я, — Кассиус улыбнулся своей нездоровой улыбкой. — Демоническая магия... это шанс изучить её вблизи. Я не могу упустить такую возможность.
— Южные моря — моя территория, — Зара кивнула. — Я возьму на себя затонувший храм.
— А я обеспечу информационную поддержку, — Виктория подмигнула. — Мои шпионы будут вашими глазами и ушами.
Аврора молчала. Все посмотрели на неё.
— Я пойду с Эйденом, — наконец сказала она. — На восток. К Чёрной цитадели.
— Аврора! — Александр вскочил. — Это безумие! Ты — принцесса империи!
— Именно поэтому. — Она встретила его взгляд. — Если мы хотим, чтобы люди верили в серьёзность угрозы, кто-то из императорской семьи должен сражаться на передовой.
— Но...
— Это не обсуждается, брат. — Её голос был твёрдым. — Ты останешься здесь и будешь готовить империю к войне. Я пойду и найду способ её выиграть.
Брат и сестра смотрели друг на друга — долго, молча. Потом Александр вздохнул.
— Ты упрямая.
— Семейная черта.
— Ладно. — Он сел. — Но ты берёшь с собой охрану. Лучших людей, каких сможем найти.
— Согласна.
После заседания Кира нашла Эйдена на балконе.
Он стоял, глядя на звёзды, и меч Кайрона висел за его спиной — верный спутник, тёплый и живой.
— Ты знал, что она вызовется? — спросила Кира.
— Нет.
— Врёшь.
— Может быть. — Эйден усмехнулся. — Она упрямая.
— Как и ты. — Кира встала рядом. — Чёрная цитадель, Эйден. Это не шутка. Оттуда не возвращаются.
— Я вернусь.
— Обещаешь?
Он повернулся к ней. Её фиолетовые глаза — такие знакомые, такие родные — смотрели на него с тревогой и чем-то ещё. Чем-то, что он боялся назвать.
— Обещаю.
— Хорошо. — Она шагнула к нему и обняла — крепко, отчаянно. — Потому что если ты не вернёшься, я приду за тобой в саму преисподнюю.
— Не сомневаюсь.
Они стояли так — в тишине, под звёздами — и мир вокруг них замер.
Утром следующего дня Эйден получил письмо от Вальтера.
"Сын,
Новости о нападении дошли до меня. Я горжусь тобой — тем, как ты сражался, тем, что спас столько жизней.
Но я также боюсь за тебя. Путь, который ты выбрал, опасен. Тёмный Владыка — не враг, которого можно победить силой. По крайней мере, не только силой.
Кайрон был моим предком, но я никогда по-настоящему не понимал его наследия. Ты понимаешь лучше. Может быть, именно поэтому меч выбрал тебя, а не меня или Виктора.
Будь осторожен. Будь умён. И помни: ты не один. У тебя есть семья — настоящая семья, которая будет стоять за тобой, что бы ни случилось.
Возвращайся живым.
Твой отец, Вальтер Арвен"
Эйден сложил письмо и убрал в карман.
Отец.
Странно, как много изменилось за несколько месяцев. Человек, которого он ненавидел всю жизнь, стал тем, кого он мог назвать семьёй.
Может быть, в этом и был смысл — в изменениях. В том, что даже самые тёмные истории могут закончиться светом.
Если, конечно, дожить до конца.
Отъезд был назначен на рассвет.
Эйден стоял у ворот академии, проверяя снаряжение. Меч Кайрона за спиной, дорожная сумка с припасами, запасная одежда, карты.
Рядом собралась его команда.
Аврора — в дорожном костюме вместо придворного платья, с лёгким мечом на поясе. Её серебряные волосы были собраны в практичный хвост, а в глазах горела решимость.
Рейнхарт — в полном боевом облачении, с огромным топором за спиной. Он выглядел так, словно собирался на войну. Впрочем, так оно и было.
Кассиус — в своей обычной чёрной мантии, с сумкой, полной магических артефактов. Его глаза лихорадочно блестели от предвкушения.
Дэмиен — в простой дорожной одежде, с мечом, который явно был ему непривычен. Но его взгляд был твёрдым.
И Лира.
Эйден удивлённо посмотрел на девушку.
— Ты что здесь делаешь?
— Иду с вами. — Она вскинула подбородок. — Вы учили меня сражаться. Теперь я хочу применить эти знания.
— Это опасно.
— Я знаю.
— Ты можешь погибнуть.
— Я знаю.
— И всё равно хочешь пойти?
— Вы спасли меня, лорд Арвен. — Её голос был тихим, но твёрдым. — Дали мне шанс стать сильнее. Теперь моя очередь отплатить.
Эйден посмотрел на Аврору. Принцесса пожала плечами.
— Она талантлива. И упряма. Напоминает кое-кого.
— Ладно. — Эйден вздохнул. — Но держись позади. И если прикажу бежать — беги.
— Да, лорд Арвен!
Александр и остальные члены совета вышли проводить их.
— Удачи, — принц пожал руку Эйдену. — Она вам понадобится.
— Береги империю.
— Постараюсь. — Он повернулся к Авроре. — А ты... береги себя, сестра.
— Всегда.
Они обнялись — брат и сестра, разделённые долгом, объединённые целью.
Кира стояла в стороне. Когда Эйден подошёл, она молча протянула ему небольшой амулет.
— Что это?
— Связующий артефакт. — Она надела такой же себе на шею. — Если сожмёшь его и подумаешь обо мне — я почувствую. И наоборот.
— Кира...
— Не говори ничего. — Она поднялась на цыпочки и поцеловала его в щёку. — Просто вернись.
Эйден сжал амулет в кулаке.
— Вернусь.
Они выехали на рассвете.
Шестеро всадников — направляющихся навстречу неизвестности, навстречу опасности, навстречу судьбе.
Эйден оглянулся на академию — её белые башни, сияющие в утреннем свете. Где-то там осталась его прежняя жизнь — простая, понятная, безопасная.
Впереди была война.
Но впервые за долгое время он не боялся.
Потому что он был не один.
Продолжение следует...