Эйден проснулся от криков на улице.
Не паники — другого рода криков. Восторженных, изумлённых, напуганных одновременно. Он подошёл к окну и выглянул на площадь перед дворцом.
То, что он увидел, заставило его нахмуриться.
Сотни людей собрались вокруг фонтана в центре площади. Они стояли на коленях, простирали руки к небу, пели религиозные гимны. Но самое странное было не это.
Самое странное — они светились.
Слабо, едва заметно, но светились. Каждый человек в толпе испускал мягкое золотистое сияние, как свечи в тумане.
— Что происходит? — Лилиана появилась рядом с ним, тоже привлечённая шумом.
— Не знаю. — Эйден сосредоточился, активируя новое зрение.
То, что он увидел, потрясло его.
От него самого исходили волны энергии — невидимые обычному глазу, но ясно различимые магическому зрению. Эти волны распространялись во всех направлениях, как круги на воде. И везде, где они касались людей, происходили изменения.
У одних пробуждались скрытые магические способности. Другие впадали в религиозный экстаз. Третьи начинали видеть духов умерших или слышать голоса богов.
— Это я, — прошептал Эйден. — Моя трансформация влияет на окружающих.
— Как?
— Я излучаю... силу. Божественную энергию смешанную с демонической. Она меняет людей. — Он отступил от окна. — Боже, что я наделал?
В дверь ворвался гонец — один из дворцовых пажей.
— Милорд! — он был взволнован до предела. — Ваше присутствие требуется в тронном зале! Срочно!
— Что случилось?
— Приехали лорды! Из всех концов Империи! И они... они требуют ответов!
Эйден быстро оделся и направился в тронный зал, чувствуя, как с каждым его шагом волны силы становятся интенсивнее.
Тронный зал был полон как никогда.
Десятки знатных лордов, прибывших со всех концов Империи. Их лица выражали смесь страха, гнева и отвращения. Кассиан сидел на троне, выглядя крайне усталым.
Когда Эйден вошёл, зал затих.
А потом взорвался криками.
— Чудовище!
— Демон в человеческом обличье!
— Осквернитель!
— Убийца ангелов!
Эйден поднял руку, и его аура заполнила зал. Все мгновенно замолчали — не по своей воле, а под давлением исходящей от него силы.
— Я слушаю ваши обвинения, — сказал он спокойно.
Граф Альберт Железный Кулак — один из самых влиятельных лордов востока — выступил вперёд.
— Эйден Арвен! — его голос дрожал от ярости. — Ты обречь всех нас! Твои... твои эксперименты разрушают естественный порядок!
— О чём вы говорите?
— О том, что происходит в наших землях! — Альберт развернул свиток. — В моей провинции за два дня семьсот человек спонтанно обрели магические способности! Крестьяне поднимают в воздух камни размером с дом! Дети читают мысли взрослых! Старики начинают говорить на языках, которых никогда не знали!
— И что в этом плохого? — спросил Эйден.
— Что плохого?! — Альберт побагровел. — Это хаос! Мои люди не знают, как контролировать новые силы! Вчера молодой пастух в гневе сжёг дотла целую деревню! Случайно!
Другие лорды заговорили наперебой:
— В моих землях мёртвые встают из могил!
— У меня животные начали разговаривать!
— Мои солдаты видят духов на каждом шагу!
— Это безумие!
Эйден слушал, чувствуя растущее беспокойство. Он понимал, что проблема серьёзнее, чем казалось.
— Архимаг Селестия, — обратился он к главе магической академии. — Ваше мнение?
Селестия встала, её лицо было бледным.
— Лорд Эйден, то, что происходит... это магический резонанс. Ваша трансформация создала волновой эффект. — Она достала кристалл, светящийся тревожным красным светом. — Этот артефакт измеряет магическую активность. Обычный уровень — единица. Сейчас он показывает семьдесят три.
— Это много?
— Это катастрофически много. При уровне в сто весь континент может погрузиться в магический хаос. Реальность начнёт... изменяться.
— Как именно?
— Физические законы перестанут работать. Гравитация, время, пространство — всё станет нестабильным. — Селестия сглотнула. — В прошлый раз такое случалось три тысячи лет назад, во время Войны Первородных. Цивилизация тогда была отброшена в каменный век.
Тишина в зале стала гнетущей.
— И что вы предлагаете? — спросил Эйден.
— Ритуал Разделения, — ответила Селестия. — Немедленно. Мы должны извлечь из вас избыточную энергию и рассеять её.
— Это убьёт меня.
— Возможно. Но если мы не сделаем этого, умрут миллионы.
Граф Альберт выступил вперёд.
— Эйден Арвен, во имя Империи, которой ты служил, я требую от тебя принести эту жертву!
— И я! — закричал другой лорд.
— И я!
— И я!
Скоро весь зал скандировал: "Жертва! Жертва! Жертва!"
Эйден смотрел на них — на людей, которых он защищал, за которых сражался, ради которых становился монстром. И они требовали его смерти.
— Довольно! — голос Кассиана прогремел по залу.
Все замолчали.
Император встал с трона, его глаза горели гневом.
— Вы забываетесь! — сказал он. — Этот человек спас Империю трижды! Без него вы все были бы мертвы или хуже!
— Но сейчас он угрожает всем нам! — возразил Альберт.
— Сейчас он единственный, кто может защитить нас от того, что надвигается! — Кассиан указал на окна. — Вы не видите? Не чувствуете? Древние силы пробуждаются! Боги возвращаются! И когда они придут, только Эйден сможет им противостоять!
— Ценой превращения всех нас в мутантов!
— Ценой выживания человечества!
Спор мог бы продолжаться часами, но его прервал новый гонец.
— Ваше величество! — он ворвался в зал, не обращая внимания на этикет. — Армия приближается к столице!
— Какая армия?
— Не знаю, как её назвать, ваше величество. — Гонец дрожал. — Это... существа. Высотой с башню. Они светятся и... они говорят. Голосом, который слышен за мили.
— Что они говорят?
— "Выдайте узурпатора. Выдайте того, кто убил наших братьев. Выдайте Эйдена Арвена, и мы помилуем остальных."
Тишина.
Потом граф Альберт повернулся к Эйдену.
— Ты слышал? — его голос был холоден как лёд. — Они хотят только тебя. Уйди. Спаси нас всех своим уходом.
Эйден стоял в центре зала, окружённый враждебными взглядами.
Даже те, кто раньше поддерживал его, теперь молчали. Страх перед древними богами оказался сильнее благодарности за спасение.
Только несколько человек смотрели на него без осуждения. Кассиан, Вальтер, Изольда, Лилиана. Его семья. Его настоящие друзья.
— Хорошо, — сказал Эйден наконец. — Я уйду.
Облегчённый вздох прокатился по залу.
— Но не так, как вы думаете, — добавил он.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Альберт.
— Я не сдамся богам. — Эйден повернулся к окну. — Я встречу их. И покажу, что новая эпоха уже началась.
— Ты хочешь сражаться с ними? — Селестия была в ужасе. — Это самоубийство!
— Возможно. — Эйден улыбнулся. — Но если я выиграю — мир изменится навсегда.
— А если проиграешь?
— Тогда вы получите то, что хотели. Мою смерть.
Он направился к выходу, но голос Кассиана остановил его.
— Эйден!
— Да, дядя?
— Ты... ты всё ещё мой племянник?
Эйден повернулся. На мгновение его изменившееся лицо смягчилось, и в нём мелькнуло что-то человеческое.
— Всегда буду, — сказал он тихо. — Что бы ни случилось.
Он вышел из зала.
В своих покоях Эйден собирал вещи.
Немного — только самое необходимое. Два меча, броню, несколько магических артефактов. Он больше не нуждался в большинстве материальных вещей.
— Ты действительно идёшь один? — спросила Лилиана, наблюдая за его сборами.
— А как ещё? — Он не поднимал глаз от оружия. — Я не буду подвергать риску людей, которые мне дороги.
— Даже меня?
— Особенно тебя.
Лилиана подошла ближе.
— Эйден, я вампир. Мне тысяча лет. Я видела войны богов, падение империй, рождение новых миров. — Она взяла его за руку. — Позволь мне помочь.
— Нет.
— Почему?
— Потому что если я проиграю, кто-то должен остаться, чтобы защитить этот мир. — Он посмотрел на неё. — Ты достаточно сильна для этого.
— А если ты выиграешь?
— Тогда... — он замолчал. — Тогда я не знаю, кем стану. Возможно, кем-то, кого ты не захочешь знать.
В дверь постучали.
— Войдите.
Вошёл Вальтер. "Демон Меча" выглядел решительно.
— Сын, я иду с тобой.
— Нет.
— Не спорь. — Вальтер положил руку на рукоять меча. — Ты мой сын. Моя кровь. Где ты идёшь на войну, там и мне место.
— Отец...
— Я принял решение. — Вальтер усмехнулся. — К тому же, кто-то должен следить, чтобы ты не натворил глупостей.
Следующей вошла Изольда.
— И я иду.
— Изольда...
— Не смей мне отказывать. — Её золотые глаза вспыхнули. — Я дала клятву служить дому Арвен. Эта клятва не знает исключений.
Потом появилась Каэла, хромая на перевязанную ногу.
— Полудраконица тоже не останется в стороне.
— Ты ранена.
— Заживёт. — Она пожала плечами. — К тому же, драконы не любят, когда кто-то пытается запугать их друзей.
Наконец пришла Селестия.
— Архимаг? — удивился Эйден.
— Я тоже иду, — сказала она просто. — Кто-то должен следить за магическим балансом. И... — она опустила глаза, — я хочу увидеть, во что превратился мир.
Эйден смотрел на собравшихся. На людей, которые готовы были пойти с ним навстречу смерти.
— Вы все сумасшедшие, — сказал он наконец.
— Конечно, — согласилась Лилиана. — Но разве не поэтому мы так хорошо подходим друг другу?
Эйден улыбнулся. Первый раз за много дней — по-настоящему улыбнулся.
— Хорошо. Тогда завтра на рассвете мы выступаем. — Он посмотрел на каждого из них. — Но знайте — назад пути не будет.
— Мы знаем, — сказал Вальтер за всех.
Той ночью Эйден стоял на самой высокой башне дворца.
Отсюда была видна вся столица — миллион огней, как звёзды, упавшие на землю. Красивый город. Город, который он любил и который теперь его отвергал.
Может, они правы, — думал он. — Может, я действительно стал угрозой.
Он сосредоточился на своих внутренних ощущениях. Сила внутри него росла с каждым часом. Не только его собственная, но и та, что он невольно забирал у окружающих. Каждый человек в радиусе мили от него становился немного слабее, а он — сильнее.
Я вампир, — понял он с ужасом. — Не кровяной, а энергетический. Я питаюсь жизненной силой людей.
Это открытие было как удар в солнечное сплетение. Он пытался защищать людей, а сам медленно их убивал.
— Тяжёлые мысли? — голос Кайрона прозвучал в его сознании впервые за долгое время.
Кайрон? Ты ещё здесь?
— Всегда буду здесь. Я часть тебя теперь. — Древний герцог материализовался рядом — полупрозрачный, как призрак. — И я знаю, о чём ты думаешь.
О том, что стал монстром?
— О том, что столкнулся с ценой силы. — Кайрон посмотрел на город внизу. — Любая великая сила требует жертв. Вопрос в том, готов ли ты их принести.
А если жертвой станут невинные?
— Невинные умирают в любом случае. Единственный выбор — ради чего они умрут. — Кайрон повернулся к нему. — За твоё право стать богом? Или за право остаться людьми?
Я не хочу быть богом.
— Неважно, чего ты хочешь. Важно, кем ты становишься. — Призрак начал растворяться. — Помни, Эйден — сила не делает тебя правым. Она просто даёт тебе возможность навязать свою волю миру.
И что мне делать?
— То, что считаешь правильным. И надеяться, что не ошибаешься.
Кайрон исчез.
Эйден остался один под звёздным небом, думая о завтрашнем дне.
О битве, которая определит судьбу мира.
И о том, каким человеком — или монстром — он из неё выйдет.
Если выйдет вообще.
Где-то вдали, за горизонтом, светились огни приближающейся армии богов. Завтра они будут здесь.
Завтра всё изменится.
Навсегда.
Продолжение следует...