Столица встретила их дождём.
Холодные капли барабанили по доспехам, смывали дорожную пыль, стекали по лицам солдат. Армия Арвенов входила в Аурелион через главные ворота — поредевшая, измотанная, но победоносная.
Эйден ехал во главе колонны рядом с отцом. Пустота внутри него — там, где раньше был Кайрон — всё ещё ныла, как незажившая рана. Но он научился не показывать этого.
Странно, — подумал он. — Раньше его голос раздражал. Теперь я отдал бы всё, чтобы услышать его снова.
— Ты в порядке? — спросил Вальтер тихо.
— Нет. Но справлюсь.
— Арвены всегда справляются.
— Да. Всегда.
У дворца их ждала толпа. Тысячи людей, вышедших под дождь, чтобы приветствовать героев. Они кричали, размахивали флагами, бросали цветы под копыта коней.
Эйден не слышал их.
Он видел только одно лицо.
Аврора стояла на ступенях дворца — в белом платье, промокшем насквозь, с волосами, прилипшими к лицу. Её глаза — синие, как летнее небо — смотрели только на него.
Он спешился.
Прошёл сквозь толпу, не замечая никого.
И обнял её.
— Ты вернулся, — прошептала она.
— Обещал же.
— Идиот. — Она ударила его кулаком в грудь. — Идиот, идиот, идиот...
— Знаю.
Она целовала его — жадно, отчаянно, не заботясь о том, что вся столица смотрит. Эйден отвечал, чувствуя, как пустота внутри отступает. Не исчезает — но отступает.
— Идём, — сказала она наконец, отстраняясь. — Отец ждёт.
— Сейчас?
— Дела не терпят. — Её лицо стало серьёзным. — Пока тебя не было... случилось кое-что.
— Что?
— Лучше услышать от него.
Тронный зал был полон.
Кассиан третий сидел на троне — бледный, осунувшийся. Рядом с ним стояла Виктория Кастер и Александр, чьё лицо было непроницаемым. И ещё кто-то — женщина, которую Эйден не узнал.
Высокая. Стройная. Волосы цвета воронова крыла, заплетённые в сложную причёску. Кожа — бледная, почти белая. Глаза — фиолетовые, неестественно яркие.
Она была красива — той холодной, хищной красотой, от которой по спине бежали мурашки.
— Эйден Арвен, — сказал Кассиан, когда он вошёл. — Герой Империи. Победитель Бездны.
— Ваше величество.
— Познакомься с нашей гостьей. — Кассиан указал на женщину. — Леди Лилиана Вейн, посланница Западных Королевств.
Лилиана шагнула вперёд, её движения были текучими, почти нечеловечески грациозными.
— Лорд Арвен, — её голос был низким, бархатистым. — Наслышана о ваших подвигах.
— Не могу сказать того же, леди Вейн.
— О, я предпочитаю оставаться в тени. — Она улыбнулась, обнажив безупречно белые зубы. — Но обстоятельства вынудили меня выйти на свет.
— Какие обстоятельства?
— Западные Королевства объявили нам войну, — сказал Кассиан.
Тишина.
— Что? — Эйден повернулся к императору.
— Три дня назад. Их армия уже перешла границу. — Кассиан выглядел измотанным. — Пока ты сражался на севере, они ударили с запада.
— Но... почему?
— Потому что Империя ослаблена. — Виктория Кастер шагнула вперёд. — Война с Падшими, потери на юге, разрушенные города... Западные короли увидели возможность.
— И решили ударить в спину.
— Именно.
Эйден сжал кулаки.
— Сколько у них сил?
— Сто тысяч. Может больше. — Кассиан потёр виски. — Объединённая армия всех Западных Королевств. Они готовились к этому годами.
— А у нас?
— Тридцать тысяч, которые ты привёл. Ещё двадцать — в гарнизонах. Остальные... — он замолчал.
— Остальные мертвы, — закончила Виктория. — Или слишком измотаны, чтобы сражаться.
Эйден повернулся к Лилиане.
— И какова ваша роль во всём этом, леди Вейн?
— Я здесь, чтобы предложить альтернативу, — ответила она. — Мирные переговоры.
— Мирные переговоры? После того, как ваши короли объявили войну?
— Не все согласны с этим решением. — Её фиолетовые глаза встретились с его. — Некоторые из нас видят ценность в союзе, а не в войне.
— И что вы предлагаете?
— Брак.
Тишина в зале стала осязаемой.
— Брак? — переспросил Эйден.
— Между вами и одной из западных принцесс. — Лилиана улыбнулась. — Это объединит наши народы. Прекратит войну. Спасёт тысячи жизней.
— Я не интересуюсь политическими браками.
— Даже ради Империи?
— Эйден, — голос Кассиана был усталым. — Мы должны рассмотреть все варианты.
— Ваше величество...
— Я не приказываю. Просто прошу — подумай.
Эйден смотрел на Лилиану. Что-то в ней было... неправильным. Не злым, но неправильным. Как будто она была чем-то большим, чем казалась.
— Я подумаю, — сказал он наконец.
— Благодарю. — Лилиана склонила голову. — Это всё, о чём я прошу.
Она развернулась и вышла, её платье шелестело по мраморному полу.
Эйден смотрел ей вслед.
Кто ты такая? — думал он. — И что тебе на самом деле нужно?
Эйден вернулся в свои покои поздно ночью.
Дождь всё ещё лил, барабаня по окнам. Огонь в камине догорал, отбрасывая длинные тени на стены.
Он устало опустился на кровать.
Дверь открылась.
Аврора вошла — в шёлковом халате, едва прикрывающем тело. Её волосы были распущены, глаза блестели в свете огня.
— Ты не спишь, — сказала она.
— Не могу.
Она подошла ближе, села рядом.
— Что тебя тревожит?
— Всё. — Он потёр лицо руками. — Война. Западные королевства. Эта женщина, Лилиана...
— Она красивая.
— Не в этом дело.
— Тогда в чём?
— Она... опасная. — Эйден не мог подобрать слов. — Я чувствую это. Как чувствовал демонов. Как чувствовал Падших.
— Думаешь, она враг?
— Не знаю. Но она точно не друг.
Аврора молчала.
Потом положила руку ему на грудь.
— Ты весь в напряжении, — сказала она тихо.
— Извини...
— Не извиняйся. — Её пальцы скользнули по его рубашке, расстёгивая пуговицы. — Позволь мне помочь.
— Аврора...
— Молчи.
Она поцеловала его — мягко, нежно. Потом глубже, жарче.
Эйден почувствовал, как напряжение отступает. Как пустота внутри заполняется чем-то тёплым, живым.
Он притянул её ближе.
Позже — много позже — они лежали в темноте, переплетя ноги.
— Я скучала, — прошептала Аврора.
— Я тоже.
— Врёшь. — Она усмехнулась. — Ты был слишком занят, убивая монстров.
— Можно скучать и убивая монстров.
— Романтик.
Она приподнялась на локте, глядя на него.
— Эйден.
— Да?
— Что бы ни случилось... я буду рядом. Всегда.
— Даже если мне придётся жениться на западной принцессе?
Аврора замерла.
— Ты серьёзно?
— Не знаю. — Он вздохнул. — Если это единственный способ остановить войну...
— Это не единственный способ.
— А какой ещё?
— Победить их. — Её глаза вспыхнули. — Как ты побеждал всегда.
— Их сто тысяч.
— И что? Ты убил Тёмного Владыку. Корвуса. Закрыл Врата Бездны. — Она села, глядя на него сверху вниз. — Ты — Эйден Арвен. Ты можешь сделать невозможное.
— Не один.
— Ты не один. — Она взяла его руку. — У тебя есть я. Твоя семья. Армия. Целая Империя.
Эйден смотрел на неё.
На женщину, которая верила в него больше, чем он сам.
— Знаешь, — сказал он, — иногда я не понимаю, что ты во мне нашла.
— Идиота с комплексом героя. — Она улыбнулась. — Моего идиота.
Она наклонилась и поцеловала его снова.
Утро принесло новых гостей.
Эйден спустился в главный зал, где уже собрался совет. Кассиан, Александр, Виктория, Вальтер, Рейнхарт... и трое незнакомцев.
Первый был огромен — выше Вальтера на голову, шире вдвое. Его лицо покрывали шрамы, один глаз был закрыт повязкой. Он стоял неподвижно, как статуя, положив руки на рукоять гигантского черного как тьма меча.
Второй — полная противоположность. Невысокий, худой, с острыми чертами лица и хитрыми глазами. Он постоянно двигался — перекатывался с пятки на носок, вертел в пальцах монету, осматривал зал.
Третья была женщиной.
Если Лилиана была красива холодной, хищной красотой, то эта — горела. Рыжие волосы, как живое пламя. Золотистая кожа. Глаза — янтарные, с вертикальными зрачками.
Не человек, — понял Эйден сразу. — Или не совсем человек.
— Познакомься с нашими союзниками, — сказал Александр. — Это — Торгрим Железнорукий, глава клана Каменных Топоров с северных гор.
Гигант кивнул.
— Наслышан о тебе, Арвен. Говорят, ты убил тварь, которая уничтожила три наших поселения.
— Корвуса?
— Его. — Торгрим оскалился. — Мы — твои должники.
— Это — Сильвио Танцующий Нож, — продолжил Александр. — Глава Гильдии Теней.
Худой человек поклонился с театральной грацией.
— Честь познакомиться, лорд Арвен. Ваша репутация... впечатляет.
— Гильдия Теней — это...
— Убийцы, шпионы, воры. — Сильвио улыбнулся. — Всё, что нужно для грязной работы, которую не могут делать благородные лорды.
— И почему вы здесь?
— Потому что Западные Королевства — плохо для бизнеса. — Он перестал улыбаться. — Их инквизиция... не любит людей моей профессии. Если они победят — нам конец.
Эйден кивнул и повернулся к женщине.
— А вы?
— Каэла, — сказала она. Её голос был низким, с рокочущим оттенком. — Представитель Драконьего Пакта.
— Драконьего... — Эйден замер. — Вы — драконид?
— Полукровка. — Она показала ладонь, на которой блестела золотистая чешуя. — Моя мать была драконицей. Отец — человеком.
— Я думал, драконы не вмешиваются в дела людей.
— Обычно — нет. — Её янтарные глаза встретились с его. — Но то, что пробудилось на севере... мы это почувствовали. Бездна — угроза не только для людей.
— Бездна запечатана.
— Пока. — Каэла склонила голову. — Но печати можно сломать. Поэтому я здесь — чтобы убедиться, что этого не произойдёт.
Эйден смотрел на троих — гигант-воин, мастер-убийца, полудраконица. Странная компания.
Но в войне любые союзники — благо.
— Добро пожаловать, — сказал он. — Нам понадобится вся помощь.
Совет продолжался часами.
Карты расстилались на столе, фигурки двигались, изображая армии. Голоса спорили, перебивали друг друга.
— Западные королевства ударят здесь, — говорила Виктория, указывая на карту. — Равнины Келдора. Открытая местность, идеальная для их кавалерии.
— У нас нет сил, чтобы встретить их в открытом бою, — возразил Рейнхарт. — Они раздавят нас числом.
— Тогда мы не будем сражаться в открытую. — Сильвио подбросил монету. — Партизанская война. Диверсии. Отравленные колодцы, горящие обозы...
— Это война без чести, — проворчал Торгрим.
— Честь — роскошь для победителей.
— Хватит. — Голос Эйдена заставил всех замолчать. — Мы используем всё.
— Всё?
— Открытый бой — там, где можем победить. Диверсии — там, где не можем. — Он посмотрел на Каэлу. — И... особые методы, если понадобится.
— Драконий огонь? — Она усмехнулась. — Это можно устроить.
— Ты можешь дышать огнём? — Рейнхарт выглядел впечатлённым.
— Не так эффектно, как мать. Но достаточно, чтобы сжечь армию.
— Почему ты не сказала об этом раньше?!
— Никто не спрашивал.
Эйден смотрел на карту.
Сто тысяч врагов. Пятьдесят тысяч союзников — если считать клан Торгрима и... ресурсы Гильдии Теней.
Всё ещё не достаточно.
— Нужно больше людей, — сказал он.
— Откуда? — Вальтер покачал головой. — Мы уже мобилизовали всех, кого могли.
— Южные лорды, — сказала Виктория. — После падения Вельгарда они напуганы. Может, удастся убедить их присоединиться.
— Они не пошлют войска на запад, когда их земли ещё не восстановлены.
— А если пообещать им что-то взамен?
— Что?
Виктория посмотрела на Эйдена.
— Брак.
Снова это слово.
— Объясни, — сказал Эйден холодно.
— Дом Арвенов — одна из сильнейших домов в Империи. После твоих побед — сильнейший за столетия. — Виктория говорила спокойно, как о погоде. — Южные лорды мечтают о союзе с вами. Если ты женишься на одной из их дочерей...
— Нет.
— Эйден...
— Я сказал — нет.
— Тогда хотя бы рассмотри вариант с Западными королевствами. — Виктория не отступала. — Лилиана Вейн — не просто посланница. Она — принцесса Вейнского королевства. Одного из сильнейших на западе.
— И ты предлагаешь мне жениться на ней?
— Я предлагаю тебе подумать. — Виктория подняла руку, предупреждая возражения. — Она молода, красива, влиятельна. Если ты женишься на ней — Вейнское королевство выйдет из войны. Возможно, потянет за собой других.
— А если это ловушка?
— Тогда мы её раскроем.
Эйден молчал.
Он думал об Авроре. О её глазах, её голосе, её прикосновении. О том, как она сказала: «Я буду рядом. Всегда».
— Мне нужно время, — сказал он наконец.
— Времени нет, — возразила Виктория.
— Тогда я его найду.
Он развернулся и вышел.
Эйден стоял на балконе, глядя на ночной город.
Дождь прекратился, но облака всё ещё закрывали звёзды. Воздух был влажным, холодным.
— Красивый вид.
Голос за спиной.
Он обернулся.
Лилиана Вейн стояла в дверях. Она сменила дневное платье на что-то более... откровенное. Чёрный шёлк облегал её фигуру, оставляя мало воображению.
— Леди Вейн, — сказал Эйден. — Поздновато для визитов.
— Для некоторых разговоров ночь — лучшее время. — Она шагнула ближе. — Можно?
— Входите.
Она прошла мимо него на балкон, её духи — что-то тёмное, пьянящее — окутали его.
— Я слышала о совете, — сказала она. — О предложении леди Кастер.
— Новости быстро распространяются.
— Я плачу за скорость. — Она повернулась к нему. — Что ты решил?
— Ещё ничего.
— Врёшь. — Её фиолетовые глаза впились в него. — Ты уже решил. Просто не хочешь признавать.
— И что же я решил?
— Отказать. — Она улыбнулась. — Из-за принцессы.
— Авроры?
— Конечно. — Лилиана подошла ещё ближе. — Ты любишь её.
— Это очевидно?
— Для тех, кто умеет видеть. — Она остановилась в шаге от него. — Но любовь — плохой советник в политике.
— А что — хороший?
— Выгода. Власть. Выживание.
— Звучит цинично.
— Звучит реалистично. — Она подняла руку и коснулась его груди. — Ты силён, Эйден Арвен. Сильнее любого, кого я встречала. Но даже ты не можешь победить мир в одиночку.
— Я не в одиночку.
— Нет? — Её пальцы скользнули выше. — Твой древний наставник мёртв. Твоя армия измотана. Твои союзники... — она усмехнулась, — сборище наёмников, убийц и полукровок.
— Откуда ты знаешь о Кайроне?
— Я знаю много вещей. — Её глаза вспыхнули фиолетовым. — Вещей, которые могут помочь тебе. Или уничтожить.
Эйден схватил её за запястье.
— Кто ты? — спросил он. — На самом деле?
Лилиана не вырывалась. Её улыбка стала шире.
— Я — та, кто может дать тебе всё, что ты хочешь. — Она наклонилась ближе, её губы почти касались его. — Победу. Власть. Даже... удовольствие.
— А взамен?
— Взамен... — она замолчала, — я хочу кое-что, что принадлежит только тебе.
— Что?
— Твою кровь.
Эйден отбросил её.
Лилиана отлетела на несколько шагов, но устояла — с грацией, которая точно не была человеческой.
— Интересная реакция, — сказала она, всё ещё улыбаясь.
— Ты — вампир.
— Вампирша. — Она поправила волосы. — Чистокровная. Одна из Древних.
— И ты думала, что я просто... дам тебе напиться?
— Не «напиться». — Она покачала головой. — Твоя кровь — кровь Кайрона, кровь того, кто победил Бездну. Она... особенная.
— Особенная как?
— Она может сделать меня сильнее. Может сделать мой народ сильнее. — Её фиолетовые глаза горели. — Достаточно, чтобы выйти из тени. Достаточно, чтобы занять своё место в мире.
— И зачем мне помогать тебе?
— Потому что взамен я дам тебе армию. — Лилиана шагнула вперёд. — Десять тысяч вампиров. Бессмертных воинов, которые не знают страха и боли. Достаточно, чтобы переломить ход войны.
Эйден молчал.
Десять тысяч вампиров. Против ста тысяч людей.
Это меняло всё.
— Какова цена? — спросил он наконец.
— Капля твоей крови. Раз в месяц. — Лилиана подняла руку. — И... одна ночь.
— Ночь?
— Со мной. — Её улыбка стала хищной. — Вампиры ценят... близость.
Эйден смотрел на неё.
На существо, которое было старше большинства королевств. Которое видело рождение и смерть империй. Которое предлагало ему силу — за цену, которую он не был уверен, что готов заплатить.
— Мне нужно подумать, — сказал он.
— Конечно. — Лилиана отступила к двери. — Но не думай слишком долго. Война не ждёт.
Она исчезла в тенях — буквально растворилась, как будто её никогда не было.
Эйден остался один.
Что же ты наделал, Кайрон? — подумал он. — Какое наследство ты мне оставил?
Ответа не было.
На следующий день пришли вести с запада.
Армия Западных Королевств атаковала — раньше, чем ожидали. Приграничная крепость Кастельмор пала за три дня. Гарнизон в две тысячи человек — уничтожен. Выжившие... их не было.
— Они не брали пленных, — докладывал разведчик, его голос дрожал. — Убивали всех. Мужчин, женщин, детей. Тех, кто сдавался — вешали на стенах.
— Это не война, — прорычал Торгрим. — Это резня.
— Это послание, — сказала Виктория холодно. — Они хотят, чтобы мы боялись.
— Тогда они просчитались. — Эйден встал. — Страх — для тех, кто может позволить себе бояться. Мы — не можем.
— Что ты предлагаешь? — спросил Александр.
— Ответить. Тем же языком. — Эйден посмотрел на Сильвио. — Гильдия Теней готова?
— Всегда.
— Мне нужны диверсии. Обозы. Склады. Командиры. — Он помолчал. — И один... особый человек.
— Кто?
— Генерал Маркус Кровавый. Тот, кто командует западной армией.
Сильвио поднял бровь.
— Убить генерала — непросто.
— Не убить. — Эйден усмехнулся. — Кое-что хуже.
Три ночи спустя.
Лагерь западной армии спал. Часовые стояли на постах, костры догорали. Всё было тихо.
А потом начался ад.
Первым загорелся обоз с провиантом. Потом — палатки офицеров. Потом — конюшни.
Паника охватила лагерь. Солдаты бегали, крича, пытаясь потушить огонь. Но каждый раз, когда они справлялись с одним пожаром — начинался другой.
Генерал Маркус выбежал из своей палатки — и замер.
Перед ним стоял человек.
Высокий. В чёрных доспехах. С двумя мечами в руках.
— Кто ты?! — закричал Маркус.
— Эйден Арвен, — ответил человек. — Наследник Кайрона. И твой палач.
Он атаковал.
Маркус был хорошим воином — генералом не становятся трусы. Он выхватил меч, парировал первый удар, второй...
Третий снёс ему руку.
Маркус закричал, падая на колени. Кровь хлестала из обрубка, заливая землю.
— Ты... ты не можешь... — хрипел он.
— Могу. — Эйден наклонился к нему. — Передай своим королям послание.
— К-какое?
— Кастельмор. — Голос Эйдена был ледяным. — За каждого убитого там — я возьму десять ваших. За каждого повешенного — сто.
Он поднял меч.
— И начну с тебя.
Удар.
Голова генерала покатилась по земле.
Эйден стоял посреди горящего лагеря.
Вокруг него — тела. Солдаты, которые пытались его остановить. Которые не смогли.
Это неправильно, — подумал он. — Это жестоко.
Но он вспомнил Кастельмор. Вспомнил детей, повешенных на стенах. Женщин, изнасилованных и убитых. Стариков, сожжённых заживо.
Они начали эту игру, — подумал он. — Я просто показываю, что могу играть лучше.
Он повернулся и исчез в ночи.
За его спиной лагерь продолжал гореть.
Вести о гибели генерала Маркуса разнеслись по обеим армиям.
Западные королевства были в ярости — и в страхе. Их непобедимый полководец, ветеран десятков войн, убит одним человеком. В их собственном лагере.
Империя ликовала.
Но Эйден не чувствовал радости.
Он сидел в своих покоях, глядя на окровавленные руки. Он отмыл их — давно, несколько раз — но всё ещё видел кровь.
Сколько я убил сегодня? — думал он. — Двадцать? Тридцать? Больше?
Стук в дверь.
— Войдите.
Аврора. Её лицо было серьёзным.
— Ты слышала, — сказал он.
— Весь город слышал. — Она села рядом. — Ты в порядке?
— Нет.
— Хочешь поговорить?
— Нет. — Он помолчал. — Да. Не знаю.
Она взяла его за руку.
— Ты сделал то, что должен был.
— Я убил людей. Много людей.
— Они убили больше.
— Это оправдание?
— Это факт. — Она сжала его руку. — Эйден, ты не чудовище. Ты — воин. И воины иногда делают страшные вещи.
— Кайрон говорил то же самое.
— Значит, он был мудр.
Эйден закрыл глаза.
Пустота внутри — там, где раньше был Кайрон — пульсировала болью. Он скучал по древнему голосу. По советам. По чувству, что он не один.
— Мне предложили сделку, — сказал он.
— Какую?
Он рассказал о Лилиане. О вампирах. О цене.
Аврора слушала молча. Её лицо не выражало ничего.
— И что ты решил? — спросила она наконец.
— Не знаю.
— Врёшь.
Он посмотрел на неё.
— Ты злишься?
— Должна? — Она пожала плечами. — Ты спишь с другой женщиной ради армии. Это... — она замолчала.
— Это что?
— Это политика. — Её голос был горьким. — Я дочь императора. Я знаю, как это работает.
— Аврора...
— Просто... — она отвернулась, — просто не влюбляйся в неё. Хорошо?
— Никогда.
Она посмотрела на него — долго, внимательно.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Она кивнула.
И ушла.
Эйден остался один.
Что я делаю? — думал он. — Во что превращаюсь?
Ответа не было.
Той же ночью он пришёл к Лилиане.
Она ждала его — в своих покоях, в полутьме, среди свечей и шёлка. Её фиолетовые глаза светились в темноте.
— Ты решил, — сказала она.
— Да.
— И?
— Я принимаю твоё предложение. — Он шагнул вперёд. — Но с условиями.
— Какими?
— Кровь — раз в месяц. Не чаще. И только добровольно.
— Согласна.
— Ночь... — он замолчал.
— Да?
— Одна ночь. Не больше. И это не повторится.
Лилиана улыбнулась.
— Ты торгуешься, как купец.
— Я торгуюсь, как человек, который знает цену.
Она встала, её платье шелестело.
— Хорошо. Одна ночь. — Она подошла ближе. — Но я обещаю — ты не пожалеешь.
Она поцеловала его.
Её губы были холодными — но поцелуй обжигал. В нём было что-то древнее, что-то запретное. Что-то, что заставляло кровь кипеть.
Эйден знал, что должен остановиться.
Но не смог.
Продолжение следует...