Время шло, и когда работа в обители была завершена, священник в назначенный час вручил нам свидетельство.
— Вы сегодня отлично потрудились.
— Да. Я буду заглядывать всякий раз, как увижу новое поручение.
После завершения работы мы обменялись парой дежурных фраз. Только-только пожали друг другу руки и собрались покинуть обитель, как вдруг —
— Ты уже уходишь, сестрица?
— Сестрёнка, останься и переночуй сегодня у нас!
Дети, с которыми играла Хейли, подняли шум, умоляя её не уходить, прося поиграть ещё или настаивая, чтобы она осталась на ночь.
— Я не могу, малыши…
Хейли выглядела растерянной из-за этих нескончаемых уговоров. Впрочем, у неё явно был талант ладить с детьми.
— Так, если кто-то начнёт капризничать, останется без ужина!
— Ну-у-у…
— Она всегда так говорит!
Монахиня строго прикрикнула на занывших детей. Те поворчали, но послушно притихли без особого сопротивления. Видимо, они уже усвоили, что других вариантов у них нет.
Благодаря монахине мы благополучно выбрались из часовни.
Оказавшись снова на заснеженных улицах, мы направились к конторе поручений. По дороге я случайно заметил ещё одну мастерскую магических устройств. Это напомнило мне о тех двоих в Мастерской Сепи, и я спросил:
— Вален говорила, что занята, верно?
— Да. Похоже, поступило много заказов на изготовление магического устройства, которое она демонстрировала в Артелироне.
Хейли, судя по всему, была прекрасно осведомлена о делах Вален: она упомянула недавнюю демонстрацию и добавила, что заказы на изготовление продолжают накапливаться.
Магическое устройство, показанное в королевской столице — должно быть, речь шла о Счётчике. Он оказался нужен гораздо большему числу людей, чем я ожидал.
— Понятно.
Коротко отозвался я на объяснение Хейли. На этом разговор неловко оборвался, и потянулись несколько секунд неуютного молчания.
Но тут раздался певучий голос Хейли, шедшей рядом:
— А почему-у-у ты спросил?
— Да так, ничего. Просто подумал, что мы давно не собирались все вместе.
Её тон так и сквозил немым вопросом: «Неужели тебе меня мало?»
Из-за этих едва уловимых обвиняющих ноток я почему-то почувствовал необходимость оправдаться.
Создание и настройка магических устройств требовали куда более тонкой работы, чем думали люди — мастеру приходилось делать всё в одиночку от начала и до конца. А значит, наладить массовое производство было практически невозможно.
Сепи, скорее всего, лишь помогала с испытаниями, в то время как Вален целыми днями занималась монотонной работой. При этой мысли я почувствовал укол сочувствия. Она ведь не пропускает приёмы пищи ради работы?
— Может, купим чего-нибудь вкусного на полученные деньги и проведаем её?
— …М-м, давай!
Я предложил это из заботы, и Хейли, немного поразмыслив, охотно согласилась. Неужели она уже привыкла к Вален, раз они так часто виделись? По сравнению с их первой встречей после долгой разлуки это был огромный шаг вперёд.
Какое-то время я шёл рядом с Хейли, испытывая тихое удовлетворение. Затем мы вошли в контору поручений, держа в руках свидетельство о выполнении работы.
Зимой в конторе поручений, естественно, было тише обычного. Однако сегодня там было необычайно шумно.
— Я слышала, она в этом городе!
— Мне очень жаль. Я не могу разглашать сведения о других авантюристах…
Какая-то женщина во всё горло кричала на регистраторшу. Та лишь продолжала виновато склонять голову и отказывать. Не услышать это было невозможно, если только у тебя не заложены уши.
Уловив всего пару фраз, я сразу понял, что женщина пытается выведать личные данные какого-то авантюриста. И ей было совершенно плевать, глазеют ли на неё другие искатели приключений.
Она словно жила в собственном мире — недовольная полученным ответом, она закричала ещё громче:
— Да не собираюсь я ничего с ней делать!
— Таковы правила. Прошу прощения.
— Да чтоб вас всех…
Но ответ регистраторши оставался непреклонен.
Натыкаясь на глухую стену при каждой попытке, женщина, казалось, вот-вот взорвётся от злости. Она зажмурилась, опустила голову и принялась яростно ерошить свои волосы.
На вид ей было лет двадцать пять. Что бы там ни происходило, она пребывала в крайнем бешенстве.
Честно говоря, хладнокровие регистраторши вызывало уважение. Ведь один неверный шаг — и в неё мог вонзиться клинок.
В любом случае, разумнее всего было держаться подальше от проблемных личностей. Истина, которая оставалась неизменной в обоих мирах.
Воспользовавшись суматохой, я незаметно подошёл к другой стойке.
— Выполнение подтверждено. Спасибо за отличную работу!
— Благодарю.
Приветливо улыбнувшись, регистраторша за стойкой забрала у меня свидетельство. Я забрал причитающуюся нам связку монет — прямо как подённый рабочий — и направился к выходу вместе с Хейли.
Точнее, я попытался выйти.
— А-а! Нашла!
Прямо перед тем, как мы дошли до дверей, внезапный выкрик ударил по ушам, заставив меня обернуться. Это был тот самый женский голос, который доносился до нас с момента нашего прихода.
Я повернулся на звук и почувствовал, что она приближается, но, разумеется, подумал, что к нам это не имеет никакого отношения.
— Это ведь ты!
*Хвать!* — она протянула руку, вынудив нас остановиться.
Женщина вцепилась не в кого иного, как в запястье Хейли. Она смотрела исключительно на Хейли, словно меня вообще не существовало.
На лице Хейли отразилось явное замешательство.
— Вы кто такая?
— А? Это ещё что за старик?
Я рефлекторно потянулся, чтобы разжать её пальцы. Только тогда незнакомка соизволила обратить на меня внимание. Она вскинула бровь и с прежней грубостью поинтересовалась, кто я вообще такой.
— У меня дело к ней, а не к тебе.
Загадочная женщина резко отдёрнула руку. Сбросив мою ладонь, она снова повернулась к Хейли.
Я понятия не имел, кто она, но у неё явно был какой-то разговор к Хейли. Проще всего было спросить саму Хейли.
— Ты её знаешь?
— Нет…
Я спросил, знакома ли ей эта особа, но в ответ она лишь покачала головой. Я снова повернулся к незнакомке.
— Вот видишь.
— Что? Да ладно! Мы же вместе выполняли поручения! Это я, Рашель! Неужели ты не помнишь?!
Она выглядела искренне обескураженной и принялась торопливо объяснять. Представившись Рашель, она упрямо твердила, что они с Хейли когда-то вместе брались за поручения, всячески подчёркивая их былое знакомство.
Однако Хейли лишь тихонько заходила мне за спину, прячась так, словно эта женщина напрочь стёрлась из её памяти.
Как выяснилось, Рашель была авантюристкой ранга Золотая Сталь.
Бронза, Серебряная Кровь, Золотая Сталь, Платина, Рубин.
Из этих пяти рангов она находилась ровно посередине — опытный ветеран, способный в одиночку справляться с опасными заданиями. Если не считать Платину и Рубин, которые относились скорее к области легенд и героев, она принадлежала к числу самых высокоранговых авантюристов, которых только можно встретить в повседневной жизни.
И, судя по всему, в своё время она обратила внимание на стремительный рост Хейли.
Так или иначе, причина, по которой эта грозная на бумаге искательница приключений проделала весь этот путь ради Хейли, оказалась довольно простой.
— Ты просто взяла и бросила Рубиновый ранг без всяких причин! О чём ты вообще думала?
— А тебе-то какое до этого дело?
Она продолжала наседать на нас даже после того, как мы вышли из конторы поручений. Я резко оборвал её.
— Что? Нет, важнее другое — ты-то сам вообще кто такой?
Она вспыхнула, готовая огрызнуться, но затем раздражённо уставилась на меня, требуя ответа.
— Я опекун Хейли.
Я произнёс это спокойно, будто это было самым очевидным фактом на свете. Теперь я мог говорить об этом с полной уверенностью.
На слове «опекун» она на мгновение запнулась. Затем на её лице появилась усмешка.
— Опекун? Ха. И кто тут кого защищает?
— Что тебе нужно от Хейли?
Поскольку Хейли молчала, пришёл мой черёд задавать вопросы. Я проигнорировал её колкость и продолжил расспросы.
— Разве не очевидно? Я пришла высказать ей всё, что думаю! Стоило ей уйти, как всякие сомнительные личности начали называть себя Рубиновым рангом и устраивать балаган!
— Нет, но какое отношение это имеет к тебе…
Чем дольше продолжался этот разговор, тем сильнее мы увязали в дебрях её логики. Я невольно продолжал сыпать вопросами.
Да, я слышал об этом. Но какое отношение это имеет к той, кто уже отошла от дел?
— Самое прямое! Я собиралась победить её честно, в равном бою, полагаясь лишь на мастерство! А она просто испарилась, заявив, что уходит на покой! Ты хоть представляешь, какую пустоту я почувствовала?! Ведь она достигла этого благодаря истинной силе…!
Она сделала глубокий вдох и разразилась пылкой тирадой. Слушая всё это и пытаясь уловить суть, я почувствовал, что здесь что-то не так.
«…А?»
Недоуменный вопрос промелькнул у меня в голове.
Вместо того чтобы высказывать обиду, она устроила странную сцену, полную личного разочарования и, как ни странно, восхищения Хейли. То есть она хотела сказать, что Хейли, бывшая её ориентиром и самопровозглашённой соперницей, ушла на покой, и именно поэтому она проделала такой долгий путь?
Я совершенно не понимал подобной психологии и лишь нахмурился.
Рашель подняла указательный палец и продолжила:
— Я не признаю никого другого в Рубиновом ранге, кроме тебя!
— Боже правый…
Я был настолько ошарашен, что не находил слов. Она отчитывала Хейли, опираясь исключительно на собственные эгоистичные стандарты. Эта девица была не кем иным, как безумной фанаткой-сталкершей в обличье авантюристки.
— Сначала я думала, что у тебя были какие-то непреодолимые обстоятельства… но потом — но потом! Я вижу, как ты весело щебечешь с каким-то хлипким мужиком средних лет!
Рашель почти кричала, её лицо кривилось, готовое вот-вот разрыдаться. Это уже выходило за рамки разочарования фаната, чей любимый кумир покинул сцену.
Пока я молча пытался оценить обстановку, озадаченный её бурной реакцией, Хейли, хранившая молчание всё это время, вдруг с абсолютной уверенностью заявила:
— Брон вовсе не слабый! Прямо сейчас он с лёгкостью одолел бы даже авантюриста ранга Золотая Сталь!
— …Что?
И тот, кто ошеломлённо выпалил этот вопрос в ответ на столь смелое заявление, был вовсе не Рашель, стоявшая напротив, а я сам.
О чём она вообще говорит? Я слышу об этом впервые в жизни.
Даже мне слова Хейли показались полнейшим абсурдом. Рашель лишь презрительно фыркнула и скрестила руки на груди.
— Ха. Хочешь сказать, я проиграю какому-то там мужику?
— Именно! Пусть и не всухую, но он точно победит!
И вот так, без моего участия, разговор стремительно покатился вперёд. Ошарашенный внезапным заявлением Хейли, я стоял в полном недоумении.
Позволь спросить, Хейли… А моим мнением ты поинтересоваться не забыла?
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos