Красная метка не выходила из головы. Даже когда Хару отошёл от доски заданий. Даже когда взял
обычное поручение на доставку двух свёртков в северный квартал.
Даже когда почти полчаса спорил с пожилым заказчиком, который уверял, что “север” находится
совсем не там, где его показывала карта. Красная метка всё равно оставалась перед глазами. Маленький
знак на листе. Простое охотничье задание. Уничтожить малую рогатую крысу у восточных амбаров.
Ранг: E. Награда: 18 медных елнов. Не дракон. Не орк. Не чудовище из легенд. Даже не волк. Крыса.
Пусть рогатая. Пусть монстр. Но всё равно крыса. И именно это бесило сильнее всего.
Хару шёл по улице, держа под мышкой свёрток с тканью, и пытался убедить себя, что поступает
разумно. Он не взял охоту. Послушал Лину. Взял обычное задание. Продолжил работать. Всё правильно.
Всё взрослым образом. Всё спокойно.
— Молодец, Хару…
Он тихо выдохнул.
— Ты сегодня не сделал глупость.
Через секунду добавил:
— Пока.
***
К полудню он выполнил два поручения. Первое оказалось простым. Второе — унизительным. Его
отправили помочь владельцу маленькой лавки перенести несколько мешков с сухими травами. На бумаге
было написано “лёгкий груз”. В реальности мешки оказались не тяжёлыми, но ужасно пыльными.
Через десять минут Хару чихал так часто, что хозяин лавки начал смотреть на него с подозрением.
— Ты точно не болен?
— Нет.
— Тогда почему так чихаешь?
— Ваши травы напали первыми.
— Что?
— Ничего.
Когда он вернулся в гильдию, на плечах всё ещё оставался мелкий зелёный порошок. Лина, увидев
его, сначала испугалась.
— Хару-сан! Что с вами?
— Я пережил бой с мешками.
— С… мешками?
— Они были с травами.
— А…
Она заметно успокоилась.
— Тогда понятно.
— Мне нравится, что в этом мире “бой с мешками трав” звучит как допустимое объяснение.
Лина тихо рассмеялась и приняла поручение.
— Задание выполнено. Вот ваша награда.
Монеты легли на стойку. Хару забрал их, но взгляд сам собой скользнул к доске. К красной метке.
Лина тоже заметила. Улыбка на её лице стала слабее.
— Хару-сан.
— Я просто смотрю.
— Вы смотрите уже третий раз.
— Я внимательный.
— Вы упрямый.
Хару хотел ответить шуткой. Но не нашёл. Потому что она была права. Лина сложила руки перед
собой.
— Вы ведь всё равно думаете об охотничьем задании?
Хару молчал. Потом вздохнул.
— Да.
— Почему?
Он посмотрел на доску.
В зале было шумно. Авантюристы смеялись, спорили, звали друг друга по именам. Кто-то вернулся с
задания в грязной броне. Кто-то обсуждал следы монстров у дороги. Кто-то показывал свежий порез на
руке и гордо рассказывал, что “могло быть хуже”. Они были частью этого мира.
Не зрителями. Не мечтателями. Не людьми, которые носят ящики и читают листы на доске. Они
выходили за стены. Рисковали. Побеждали. Проваливались. Но хотя бы пробовали. Хару тихо сказал:
— Потому что я не хочу всё время стоять у края.
Лина опустила взгляд.
— Это не край.
— Для меня — край.
Она ничего не ответила. Хару повернулся к ней.
— Я знаю, что ты переживаешь.
Лина чуть вздрогнула от прямого “ты”, но не поправила его.
— И я знаю, что ты права. Я ещё слабый. У меня нет опыта. Меч слишком тяжёлый. Магия… вообще
непонятно что.
Он усмехнулся, но без веселья.
— Отличный набор для авантюриста.
— Хару-сан…
— Но если я всё время буду ждать, пока стану готов, я никогда не начну.
Лина сжала край бланка.
— Можно начать не с охоты.
— Я уже начал не с охоты.
— Тогда продолжайте.
— Сколько?
Она не ответила. Потому что правильного ответа не было. Хару тоже это понял. Он снова посмотрел
на доску.
— Не сегодня.
Лина подняла глаза.
— Что?
— Я не возьму охоту сегодня.
Она явно выдохнула с облегчением. Но Хару добавил:
— Но завтра хочу попробовать.
— Хару-сан…
— Не одному.
Он быстро поднял руку.
— Я не совсем идиот.
Лина посмотрела так, будто у неё были сомнения.
— Я хочу хотя бы узнать, есть ли кто-то, кто может объяснить мне основы. Как держаться против
малых монстров. Как не умереть из-за первой ошибки. Что брать с собой.
Лина немного расслабилась.
— Это… уже разумнее.
— Видишь? Я эволюционирую.
— Очень медленно.
— Зато стабильно.
Она задумалась. Потом осторожно сказала:
— У гильдии иногда бывают открытые утренние занятия для новичков. Их проводят авантюристы
ранга C или D. Обычно это не настоящая тренировка, скорее вводное объяснение.
— Когда ближайшее?
— Завтра утром.
Хару замер.
— Серьёзно?
— Да.
— Судьба.
— Расписание.
— Иногда это одно и то же.
Лина покачала головой, но улыбнулась.
— Я могу записать вас.
— Запиши.
— Но после занятия вы всё равно не обязаны брать охоту.
— Знаю.
— И если инструктор скажет, что вы не готовы…
— Я выслушаю.
Лина посмотрела внимательно.
— Выслушаете или послушаете?
Хару открыл рот. Закрыл.
— Это ловушка.
— Это важный вопрос.
— Хорошо.
Он выдохнул.
— Постараюсь послушать.
Лина взяла список участников и аккуратно вписала его имя.
— Завтра утром. Площадка за гильдией.
Хару кивнул.
— Спасибо.
— Пожалуйста.
Несколько секунд они молчали. Потом Лина тихо добавила:
— Я не хочу, чтобы с вами что-то случилось.
Хару посмотрел на неё. В её голосе не было романтической неловкости. Не было скрытого признания.
Была простая человеческая тревога. И от этого стало теплее.
— Я тоже не хочу, чтобы со мной что-то случилось.
— Тогда ведите себя так, будто это правда.
Хару моргнул. Потом рассмеялся.
— Лина, это было жестоко.
Она покраснела.
— П-простите!
— Нет, не извиняйся. Это было честно.
Он взял новое обычное поручение. На этот раз — доставка небольшого пакета в мастерскую
кожевника.
— Последнее на сегодня.
Лина подозрительно прищурилась.
— Правда?
— Правда.
— Потом отдых?
— Потом тренировка.
— Хару-сан.
— Лёгкая.
— Вы не знаете, что значит лёгкая.
— Узнаю сегодня.
Она явно не поверила, но всё же отдала ему поручение.
***
Вечером тренировочная площадка была почти пустой. Хару снял меч со спины и положил его перед
собой на землю. Старый клинок выглядел особенно мрачно в лучах закатного солнца. Он размял плечи.
Пальцы всё ещё болели после дневных поручений. Ладони грубели, но до настоящих рук мечника было далеко.
Очень далеко. Хару взял меч обеими руками. Поднял. Вес сразу потянул вниз.
— Лёгкая тренировка…
Он усмехнулся.
— Лина бы меня убила.
Он сделал первый замах. Медленно. Неровно. Слишком широко. Второй. Лучше. Третий. Хуже.
Четвёртый. Меч повело в сторону, и Хару едва удержал равновесие.
— Да чтоб тебя…
Он стиснул зубы. Перед глазами снова вспыхнула красная метка. Рогатая крыса. Слабый монстр.
Задание ранга E. Если он не справится даже с таким, то что тогда? Он замахнулся ещё раз. И ещё. И ещё.
Плечи начали гореть. Дыхание сбилось. Пот стекал по вискам. С каждым ударом злость становилась горячее.
Не на меч. Не на Лину. Не на тех, кто смеялся. На себя. На то, что он всё ещё был слабым. На то, что
каждый шаг давался так тяжело. На то, что другой мир оказался не сказкой, где сила приходит сама. На
то, что он хотел быть особенным, а получил среднюю ману и Пустоту.
— Ещё раз.
Клинок разрезал воздух.
— Ещё.
Руки дрогнули.
— Ещё.
Он сделал шаг, неудачно поставил ногу, и меч потянул его вниз. Хару рухнул на одно колено. Клинок
ударился о землю. На площадке стало тихо. Он тяжело дышал, глядя на тёмную сталь. Несколько секунд
не двигался. Потом тихо рассмеялся. Коротко. Без радости.
— Великолепно.
Он сжал рукоять.
— Просто великолепно.
Меч молчал. Как всегда. Хару поднял его снова. На этот раз медленнее. С трудом. Но поднял.
— Я сказал лёгкая тренировка…
Он выдохнул.
— Значит, ещё десять.
Он сделал десять. Потом ещё пять. Потом всё-таки остановился, потому что руки уже почти не
слушались. Когда он наконец надел меч обратно за спину, ремень больно натянул плечо. Хару посмотрел
на тёмнеющее небо. Завтра утром — занятие для новичков. После него он сможет решить.
Брать охоту или нет. Он хотел сказать себе, что подумает спокойно. Что не будет спешить. Что
послушает инструктора. Но где-то внутри уже знал правду. Красная метка звала его. Не потому что
обещала славу. А потому что он больше не мог терпеть ощущение, будто стоит на месте.
Хару медленно пошёл к выходу с площадки. За спиной тяжело лежал старый меч. В кармане звенели
медные елны. В голове звучал голос Лины: “Ведите себя так, будто это правда.” Он тихо усмехнулся.
— Постараюсь.
Но сам не понял, кому именно это сказал. Ей. Себе. Или мечу, который всё ещё не отвечал.Утром тренировочная площадка за гильдией выглядела совсем иначе. Вечером она была почти пустой.
Тихой. Серой.
Местом, где Хару мог упрямо махать мечом, падать, злиться и делать вид, что никто этого не видит.
Сейчас же площадка была полна людей. Не слишком много. Человек десять. Но для Хару этого хватило,
чтобы сразу почувствовать себя неуютно.
Новички стояли небольшими группами. Кто-то держал короткий меч. Кто-то копьё. У одной девушки
за спиной висел небольшой лук. Двое парней пришли вообще без оружия и нервно переговаривались у
края площадки. Хару остановился у входа. За спиной тяжело лежал старый двуручный меч.
Плечевой ремень уже привычно давил на грудь, но сегодня он почему-то ощущался сильнее.
— Спокойно.
Он тихо выдохнул.
— Это просто занятие для новичков.
В этот момент один из парней заметил его меч.
— Ого.
Второй повернулся.
— Это он с такой железякой тренироваться пришёл?
Первый усмехнулся.
— Может, он инструктор?
Хару сделал вид, что не услышал. Это уже почти стало навыком. Почти.
У дальнего края площадки стоял мужчина лет тридцати пяти. Высокий, крепкий, с короткими
тёмными волосами и заметным шрамом над левой бровью. На нём была простая кожаная броня без
лишних украшений. У пояса висел меч, но его рука даже не касалась рукояти. Он выглядел не как герой
из легенд.
А как человек, который видел достаточно глупых новичков, чтобы перестать удивляться.
— Все собрались?
Голос у него был спокойный, но такой, что разговоры сразу стихли.
— Меня зовут Сайрон. Ранг C. Сегодня я не буду учить вас быть героями.
Он обвёл взглядом группу.
— Сегодня я попробую объяснить, как не умереть на первом же задании.
Хару невольно выпрямился. Сайрон заметил.
— Уже лучше. Некоторые хотя бы слушают.
Он прошёл вдоль ряда новичков.
— Запомните простую вещь. Монстр не обязан быть большим, чтобы убить вас. Не обязан быть
умным. Не обязан быть страшным. Ему достаточно быть быстрее, чем вы ожидали, и ближе, чем вы
успели понять.
На площадке стало тише.
— Ранг E открывает простые охоты. Это не значит, что вы стали бойцами. Это значит, что гильдия
считает вас достаточно полезными, чтобы рискнуть отправить вас к слабой угрозе. Разница огромная.
Один парень с коротким копьём нервно сглотнул. Сайрон продолжил:
— Сегодня мы разберём три вещи: дистанция, стойка и отход. Не атака. Не красивые удары. Не “как
победить”. Сначала — как не подставиться.
Хару почувствовал, что эти слова будто специально направлены в него.
***
Первые упражнения оказались скучными. И неприятно полезными. Сайрон заставил всех встать
парами и отрабатывать отступление. Не удар. Не блок. Просто шаг назад. Но правильный. Так, чтобы не
споткнуться. Так, чтобы не потерять равновесие. Так, чтобы оружие оставалось между тобой и
противником.
Хару быстро понял, что делает всё неправильно. Старый двуручный меч мешал. Он был длинным.
Тяжёлым. Требовал пространства.
Когда Хару пытался отступить, клинок тянул руки вниз. Когда пытался держать его перед собой,
плечи начинали гореть. Когда делал шаг в сторону, ножны за спиной ещё и путались с плащом, пока он не
снял его и не оставил у края площадки. Сайрон подошёл к нему уже после третьей ошибки.
— Стоп.
Хару замер.
— Держишь слишком широко.
— Меч тяжёлый.
— Я заметил.
Инструктор посмотрел на клинок.
— Сам выбрал?
— Да.
— Почему?
Хару открыл рот. Ответ “он мне понравился” внезапно прозвучал бы глупо. Очень глупо.
— Хотел оружие, с которым смогу тренироваться всерьёз.
Сайрон молча смотрел на него пару секунд.
— Всерьёз — не значит тяжелее.
Хару сжал рукоять.
— Понял.
— Не понял.
Сайрон взял тренировочный деревянный меч у стоявшего рядом новичка.
— Подними клинок.
Хару поднял. Сайрон лёгким движением ударил деревянным мечом по плоскости его клинка сбоку.
Не сильно. Но этого хватило. Руки Хару дрогнули. Меч ушёл в сторону. Сайрон шагнул вперёд и
остановил деревянный клинок у его груди.
— Мёртв.
Хару замер. Новички вокруг притихли. Кто-то всё равно усмехнулся. Сайрон не улыбался.
— Ещё раз.
Хару поднял меч снова. На этот раз крепче. Сайрон ударил с другой стороны. Хару попытался
удержать. Не успел. Клинок опять увело. Деревянный меч снова остановился у груди.
— Мёртв.
Хару почувствовал, как лицо начинает гореть.
— Ещё раз.
Сайрон посмотрел на него.
— Зачем?
— Я смогу удержать.
— Нет.
Слово прозвучало спокойно. И от этого ударило сильнее. Хару застыл.
— Что?
— Сейчас — нет.
Сайрон опустил деревянный меч.
— Ты держишь оружие, которое сильнее тебя. Не метафорически. Физически. Оно диктует твоё
движение. Оно выбирает темп. Оно заставляет тебя ошибаться до того, как противник вообще начал
давить.
Хару сжал зубы.
— Значит, мне нужно стать сильнее.
— Верно.
Сайрон кивнул.
— Но до этого тебе нужно не умереть.
Площадка молчала. Хару слышал собственное дыхание. Сайрон вернул деревянный меч новичку и
сказал уже тише:
— С таким клинком ты не готов к охоте.
Фраза была простой. Не злой. Не насмешливой. Но Хару почувствовал её почти как удар.
— Даже к малой?
— Особенно к малой.
Инструктор посмотрел ему в глаза.
— Малые монстры быстрые. Низкие. Резкие. Ты замахнёшься слишком широко, промахнёшься, а
потом не успеешь вернуть меч. И всё.
Хару хотел возразить. Сказать, что тренировался. Что поднялся до E. Что он не слабак. Что он
старается. Но слова застряли. Потому что Сайрон не издевался. Он говорил правду. И именно поэтому
спорить было нечем.
— Что мне делать?
Спросил Хару тихо. Сайрон кивнул на стойку у края площадки, где лежало тренировочное оружие.
— Возьми деревянный короткий меч. Отрабатывай базу. Десять дней. Потом вернёшься к своему.
Хару посмотрел на старый клинок в руках.
— Оставить его?
— На время.
— Я не хочу.
Сайрон чуть прищурился.
— Почему?
Хару не ответил сразу. Сам не знал. Это был просто старый меч. Тяжёлый. Непрактичный.
Молчаливый. Купленный почти случайно. Но почему-то мысль оставить его, даже временно, вызвала
раздражение. Будто его просили отказаться не от оружия, а от собственного решения.
— Потому что я выбрал его.
Сайрон смотрел на него долго. Потом вздохнул.
— Упрямство помогает дойти дальше других.
Хару поднял глаза.
— Но?
— Но оно же убивает быстрее глупости.
Инструктор повернулся к остальным.
— Продолжаем!
Разговор был окончен.
***
Оставшаяся часть занятия прошла тяжело. Хару продолжал упражняться со своим мечом, но теперь
каждое движение казалось неправильным. Слишком широкая стойка. Слишком медленный возврат.
Слишком тяжёлый клинок. Слишком слабые руки. Слишком много “слишком”.
Когда другие новички начали отрабатывать простые удары по деревянным манекенам, Хару снова
оказался хуже почти всех. Не потому что не старался. Он старался больше многих. Но старание не делало
меч легче. Не исправляло технику. Не давало опыта. Одна девушка с коротким копьём трижды подряд
точно попала в центр мишени.
Парень с деревянным мечом уже к концу занятия начал двигаться увереннее. Даже один из тех, кто
утром нервничал без оружия, быстро понял стойку с тренировочным ножом. А Хару всё ещё боролся с
собственным клинком. Когда занятие закончилось, большинство новичков выглядели усталыми, но
довольными.
Хару — просто усталым. Сайрон подошёл к нему, когда площадка почти опустела.
— Ты злишься.
— Нет.
— Врёшь плохо.
Хару выдохнул и опустил меч.
— Злюсь.
— На меня?
— Нет.
Пауза.
— На себя.
Сайрон кивнул так, будто ожидал именно этого.
— Это полезнее. Но только если не сожрёт тебя.
Хару молчал.
— Ты не безнадёжен.
Он поднял голову. Сайрон продолжил:
— У тебя есть выносливость. Упрямство. И ты слушаешь, даже когда тебе не нравится услышанное.
— Звучит почти как похвала.
— Это она и была.
— Очень сухая.
— Других нет.
Хару слабо усмехнулся. Сайрон посмотрел на его меч.
— Но с охотой подожди.
Хару не ответил.
— Хару.
Он вздрогнул от того, что инструктор назвал его по имени.
— Да?
— Подожди.
Сайрон развернулся и пошёл к гильдии, оставив его одного на площадке.
***
Хару ещё долго стоял на месте. В руках был старый меч. Перед глазами — деревянный клинок,
останавливающийся у груди. “Мёртв.” “Мёртв.” “Мёртв.” Он медленно поднял меч. Сделал замах. Клинок
прошёл по воздуху тяжело и неровно. Хару опустил его. Снова поднял. Снова ударил.
Хуже. Он стиснул зубы.
— Ещё.
Замах. Плохо.
— Ещё.
Слишком медленно.
— Ещё.
Руки дрожат.
— Ещё.
Клинок врезался в землю раньше, чем он успел закончить движение. Хару застыл. Пальцы побелели
на рукояти. Он тяжело дышал, глядя на лезвие, застрявшее в сухой земле. Где-то внутри поднималось
знакомое горячее чувство. Злость. Обида. Стыд. И что-то ещё. Более опасное.
Мысль, которую он не хотел признавать. А если я правда не готов? Он выдернул меч из земли.
— Заткнись.
Не было ясно, кому он сказал это. Себе. Мечу. Или голосу Сайрона в голове. Хару надел ножны за
спину, закрепил ремень и пошёл к выходу с площадки. У входа в гильдию он остановился. За дверью
была доска заданий. На ней всё ещё висела красная метка. Он знал, что должен подождать.
Знал, что Сайрон прав. Знал, что Лина будет против. Знал. Но знание не всегда побеждает боль. Хару
вошёл в гильдию. Шум зала встретил его привычным гулом. Лина стояла за стойкой и что-то записывала.
Она подняла голову, увидела его лицо и сразу нахмурилась.
— Хару-сан?
Он не подошёл к ней. Не сразу. Сначала прошёл к доске. Остановился перед красными метками. И
снял лист. Уничтожить малую рогатую крысу у восточных амбаров. Ранг: E. Награда: 18 медных елнов.
Лина резко вышла из-за стойки.
— Хару-сан, подождите!
Он повернулся. В зале несколько человек уже смотрели на него. Кто-то усмехнулся. Кто-то шепнул:
— Пустота наконец решил стать охотником?
Хару слышал. Но сейчас это уже почти не имело значения. Он положил лист на стойку.
— Я беру это задание.
Лина побледнела.
— Инструктор разрешил?
Хару молчал. Она поняла.
— Хару-сан…
— Я справлюсь.
Голос прозвучал тверже, чем он чувствовал.
— Это малый монстр. Задание ранга E. Я имею право.
Лина сжала лист обеими руками.
— Право — не значит готовность.
Фраза попала точно туда, где уже болело. Хару отвёл взгляд.
— Запиши задание.
— Пожалуйста.
В её голосе появилась просьба. Не правило. Не инструкция. Просьба. И это почти остановило его.
Почти. Но за спиной кто-то тихо рассмеялся.
— Смотри, сейчас передумает.
Другой голос добавил:
— Конечно передумает. Даже Пустота понимает, что крыса страшнее письма.
Что-то внутри Хару щёлкнуло. Он снова посмотрел на Лину.
— Запиши.
Теперь голос был холоднее. Лина долго смотрела на него. Потом медленно опустила взгляд. И
поставила печать.
— Задание принято.
Хару забрал лист.
— Спасибо.
Она тихо сказала:
— Будьте осторожны.
Хару кивнул.
— Буду.
Но оба понимали, что это уже не звучит как обещание. Он вышел из гильдии. На улице светило яркое
дневное солнце. Город шумел. Люди жили своими делами. А Хару шёл к восточным амбарам, чувствуя за
спиной тяжесть меча, который всё ещё молчал.