Звук металла приближался медленно. Сначала он был похож на далёкий скрежет. Потом стал чётче.
Шаг. Пауза. Шаг. Пауза.
Будто кто-то в старой броне шёл по каменному коридору и не торопился, потому что время для
мёртвых ничего не значило. Хару стоял у выхода из зала и держал Блэйд обеими руками.
Аканэ была рядом, чуть левее. Огненный свет над её ладонью стал меньше, плотнее, чтобы не слепить
их самих и не выдавать лишнее движение теням.
— Один? — тихо спросил Хару.
Аканэ прислушалась.
— Нет.
— Конечно нет.
— Минимум два. Возможно, больше дальше.
— Ты умеешь говорить приятные вещи перед боем.
— Я говорю полезные вещи.
— Это разные жанры.
Она бросила на него короткий взгляд.
— Сосредоточься.
— Уже.
— Доспехи изменят ритм боя, господин.
Знаю. По костям бить сложнее.
— Не только. Броня делает их медленнее, но опаснее при сближении. Удар по шлему не гарантирует
разрушение черепа. Ищите суставы, шею, открытые участки под рёбрами, позвоночник сзади.
То есть всё как обычно: не бей туда, куда хочется.
— Именно.
Из коридора вышел первый скелет.
Он был выше тех, что они уже уничтожили. На нём висела старая кольчуга, местами порванная, но всё
ещё прикрывающая грудную клетку. На черепе — погнутый железный шлем. В руках — ржавый длинный
меч, но держал он его не так криво, как обычные скелеты. Следом появился второй.
У него был круглый щит с металлическим ободом и короткое копьё. А потом из-за их спин показался
третий. С луком. Аканэ тихо выдохнула.
— Лучник за ними.
— Вижу.
— Достанешь?
Хару оценил расстояние. Узкий коридор. Два бронированных впереди. Лучник позади. Просто
проскочить — плохая идея. Очень плохая.
— Не сразу.
— Тогда двигаем их назад в зал.
Хару понял.
В коридоре преимущество было у скелетов: щит перекрывал проход, копьё держало дистанцию,
мечник давил сбоку, лучник стрелял из-за спин. В зале у Хару и Аканэ было пространство.
— Отступаем?
— Контролируемо.
— Это слово уже однажды почти убило нас.
— Но сработало.
— Вот что пугает.
Бронированный мечник поднял клинок и пошёл первым. Аканэ сделала шаг назад. Хару тоже. Не
резко. Не показывая паники.
Они отходили в зал, оставляя перед собой достаточно пространства, чтобы скелеты продолжали
двигаться за ними. Лучник натянул тетиву. Хару поднял Блэйд чуть выше. Стрела ударила в плоскость
клинка и отлетела в сторону. Сила удара была меньше, чем у живого стрелка, но точность — неприятная.
— Они вообще умеют целиться? — спросил Хару.
— Достаточно.
— Я надеялся на “нет”.
— Надейся после боя.
Скелеты вошли в зал. Аканэ тут же сместилась вправо. Хару — влево. Щитник повернулся к нему.
Мечник — к Аканэ. Лучник остался в арке.
— Он держится сзади, — сказал Хару.
— Значит, сначала ломаем передних.
Щитник ударил копьём из-за щита. Хару ушёл в сторону и ударил по древку. Блэйд перерубил старое
дерево почти полностью, но наконечник всё равно царапнул его рукав. Копьё стало короче. Но скелет не
остановился. Он ударил щитом вперёд, пытаясь сбить Хару с ног. Хару не стал принимать.
Шаг назад. В сторону. Удар по ноге. Блэйд звякнул о металлическую накладку. Кость под бронёй не
треснула.
— Серьёзно?
— Ниже.
Щитник снова развернулся. Из арки полетела стрела. Хару едва успел наклонить голову. Стрела
прошла над плечом и ударила в стену.
— Лучник раздражает!
— Тогда закончи быстрее! — бросила Аканэ.
— Великолепный план!
Она тем временем сражалась с мечником.
Бронированный скелет двигался медленнее обычного, но каждый его удар был тяжелее. Катана Аканэ
скользила по старой кольчуге, оставляя искры и чёрные следы от огня. Обычный скелет уже давно
развалился бы. Этот продолжал идти. Аканэ отступала не из слабости. Она искала место.
Хару видел это. И одновременно понимал: если лучник продолжит стрелять, им придётся хуже.
Щитник снова пошёл на него. Хару опустил взгляд. Ниже. Блэйд сказал ниже.
Нога скелета была прикрыта не полностью. Между металлической накладкой и старым ботинком
виднелась кость. Тонкая. Достаточная. Щитник ударил щитом. Хару сделал вид, что отступает, но в
последний момент шагнул вперёд и вниз, почти приседая. Удар Блэйда прошёл по голени.
Кость треснула. Щитник просел. Хару тут же повернул клинок и ударил по руке, держащей щит.
Металлический обод звякнул, но кисть скелета разлетелась. Щит упал.
— Вот теперь лучше.
Лучник снова натянул тетиву. Хару поднял Блэйд. Но стрела полетела не в него. В Аканэ.
— Аканэ!
Она услышала, но мечник давил её в этот же момент. Стрела шла ей в бок. Хару не успевал добежать.
Не успевал ударить. Но мог сделать другое. Он пнул упавший щит.
Щит скользнул по камню, ударился в ногу мечника и сбил его шаг ровно настолько, чтобы Аканэ
освободилась от давления. Она резко повернулась, отбила стрелу катаной и тут же ударила огненным
лезвием снизу вверх. Мечник потерял равновесие. Хару уже двигался. Щитник пытался подняться.
Он не стал добивать его сразу. Рванул к арке. Лучник потянулся за новой стрелой. Поздно. Хару
коротко выдохнул и ударил Блэйдом по луку. Дерево разлетелось. Следующий удар пришёлся в шею.
Шлема не было. Череп отделился от позвоночника и ударился о стену. Синий свет погас.
— Лучник готов!
Сзади заскрежетал щитник. Хару обернулся. Скелет с повреждённой ногой полз к своему короткому
копью, будто отсутствие щита, руки и половины ноги было мелкой неприятностью.
— Вот у кого мотивация.
— У нежити нет мотивации. Есть привязка к ядру.
— Это было менее вдохновляюще.
Хару подошёл и ударом сверху разбил грудную основу скелета. Кости рассыпались.
Аканэ в этот момент закончила с мечником: поймала его тяжёлый удар на развороте, шагнула за
спину и рассекла позвоночник в месте, где кольчуга была порвана. Мечник рухнул. Тишина вернулась
тяжёлым дыханием. Хару опустил Блэйд.
— Бронированные неприятнее.
Аканэ стряхнула с катаны тлеющие остатки ткани.
— Я предупреждала.
— Да. Но реальность решила уточнить.
Она подошла ближе и посмотрела на его рукав.
— Задело?
Хару посмотрел. На ткани была неглубокая царапина, кожи почти не коснулось.
— Рука цела.
Аканэ всё равно взяла его за запястье и повернула к свету. Короткое, практичное движение. Но Хару
уже слишком хорошо знал разницу между “просто проверкой” и тем, как она задерживает пальцы на
полсекунды дольше.
— Нормально, — сказала она.
— Забота?
— Проверка боеспособности.
— Конечно.
Она отпустила руку.
— И не улыбайся. Лучник почти попал.
Хару стал серьёзнее.
— Да. Я заметил.
Аканэ посмотрела на него внимательнее. Видимо, ожидала шутку. А он не пошутил.
— Хорошо, — сказала она тише. — Значит, заметил.
***
За аркой коридор расширялся.
Слева были старые металлические двери, почти полностью проржавевшие. Справа — ниши в стенах,
где когда-то, наверное, стояли лампы или охранные статуи. Теперь там была только темнота и паутина.
Хару поставил мелом отметку на камне. Обычную черту. Потом ещё одну ниже — стрелку назад.
— На случай быстрого отхода, — сказал он.
Аканэ кивнула.
— Правильно.
Он посмотрел на неё.
— Ты сегодня часто меня хвалишь.
— Я могу перестать.
— Нет-нет. Продолжай. Это полезно для морали.
— Тогда не порти.
— Молчу.
— Ваша способность останавливаться за шаг до ошибки всё ещё нестабильна, но улучшается.
Это тоже похвала?
— В определённом смысле.
Они проверили первую металлическую дверь.
За ней оказалась маленькая комната с пустыми оружейными стойками. Несколько ржавых мечей,
сломанный шлем, обломки древков. Ничего ценного, но Аканэ осмотрела всё внимательно.
— Иногда среди хлама бывают нормальные наконечники или монеты, — сказала она.
— Данж учит уважать мусор.
— Данж учит не пропускать детали.
— Звучит лучше.
Во второй комнате было больше интересного. Сначала они увидели только разбитые ящики. Потом
Хару заметил под обломками кожаный мешочек. Он не стал сразу брать. Палкой, которую нашёл у стены,
сдвинул доску. Ничего не щёлкнуло. Только пыль поднялась.
— Теперь можно? — спросил он.
Аканэ присела рядом и проверила пол.
— Можно.
В мешочке оказались старые монеты. Больше, чем в первом сундуке. Не огромное богатство, но уже
ощутимо: медь, несколько серебряных, одна потемневшая монета с незнакомым гербом. Хару медленно
улыбнулся.
— Мой кошелёк сейчас плачет.
— От счастья?
— От шока. Он не привык, что в него что-то приходит.
Аканэ взяла одну монету, посмотрела на герб.
— Старый выпуск. Возможно, из времён, когда хранилище ещё использовали.
— Она дороже обычной?
— Может быть. После проверки узнаешь.
Хару аккуратно сложил монеты в мешок для трофеев.
— Я начинаю понимать, почему люди ходят в данжи.
— Многие начинают именно так, — сказала Аканэ. — А потом забывают, что монеты не помогут,
если не вернуться.
Он посмотрел на неё.
— Вернусь.
Она не ответила сразу. Потом тихо сказала:
— Мы вернёмся.
Хару кивнул.
— Да. Мы.
И почему-то это слово прозвучало крепче любой клятвы.
***
Дальше данж стал менее прямым.
Коридоры начали уходить под углами, комнаты располагались несимметрично, а в полу всё чаще
попадались трещины. Один раз они остановились перед провалом, где плита обрушилась вниз, открывая
тёмную яму. Хару посветил лампой. Дна почти не было видно.
— Весело.
— Обходим.
— Я даже не спорю.
— Прогресс.
По краю провала они прошли медленно, держась ближе к стене. Аканэ шла первой, проверяя камень
перед собой. Хару следом, держа Блэйд так, чтобы не задеть стену и не потерять равновесие. Посередине
пути из дальнего коридора послышался треск. Они оба замерли. Сначала показался скелет.
Без брони. Потом второй. Потом третий. Они вышли к провалу с противоположной стороны. Аканэ
тихо выругалась.
— Плохое место.
— Для них тоже?
— Они не боятся упасть.
— Конечно.
Скелеты двинулись к ним. Узкий край. Провал слева. Стена справа. Три врага впереди. Хару
почувствовал, как спина напряглась. Широкий удар нельзя. Отступать опасно. Аканэ не могла
использовать сильный огонь — если повредит край, плита может уйти вниз.
— Что делаем? — спросил он.
Она оценила расстояние.
— Не даём им подойти всем сразу. Первый твой. Я сожгу ноги второму, но слабо.
— Третий?
— Потом.
— Люблю планы с “потом”.
— Тогда живи до “потом”.
Первый скелет ударил мечом. Хару поставил Блэйд почти вертикально, принял удар и толкнул врага
не назад, а в сторону. Скелет потерял равновесие. Кости заскрежетали по краю. Он почти упал, но не до
конца. Хару ударил коротко по шее. Череп отлетел в провал. Тело рухнуло следом.
Глухой звук снизу пришёл не сразу.
— Один.
Аканэ бросила тонкую полоску огня по полу. Не взрыв. Не пламя. Просто жаркий резкий всплеск по
ногам второго скелета. Кости треснули от перепада температуры, скелет замедлился. Третий попытался
обойти его. Хару шагнул вперёд. Слишком резко. Плита под ногой дрогнула.
— Хару!
Он замер. Край под его правой ногой начал крошиться. Второй скелет всё ещё двигался. Третий
поднимал меч. Времени думать не было.
Хару перенёс вес назад, но не полностью. Если отступит резко — плита может уйти. Если останется
— получит удар. Блэйд тихо произнёс:
— Рукоятью. Не лезвием.
Хару понял. Он не замахнулся. Не сместился. Просто выбросил рукоять Блэйда вперёд, ударив
третьего скелета в грудную клетку. Не смертельно. Но достаточно, чтобы сбить его шаг.
Аканэ тут же оказалась рядом, насколько позволяла узкая тропа, и рубанула катаной по шее второго.
Тот развалился у самого края. Третий снова поднял меч. Хару, всё ещё стоя на опасной плите, не мог
нормально повернуться. Аканэ ударила огнём ему в лицо. Синий свет в глазницах дрогнул.
Хару использовал эту секунду: короткий удар снизу вверх, прямо в позвоночник под черепом. Третий
скелет развалился. Плита под ногой Хару окончательно треснула. Аканэ схватила его за ремень и резко
потянула назад. Он врезался плечом в стену, но устоял. Кусок камня, на котором он стоял, осыпался вниз.
Стук по дну снова пришёл с задержкой. Хару посмотрел в провал. Потом на Аканэ.
— Спасибо.
Она всё ещё держала его за ремень. Крепко. Слишком крепко.
— Ты идиот.
— Я заметил плиту.
— Поздно.
— Но заметил.
— Поздно!
Её голос сорвался сильнее, чем обычно. Не на крик. Но близко. Хару перестал улыбаться.
— Прости.
Аканэ моргнула. Видимо, ожидала шутку. Он тихо добавил:
— Правда. Я шагнул слишком резко.
Она несколько секунд смотрела на него. Потом отпустила ремень.
— Не делай так.
— Не буду.
— Я серьёзно.
— Я тоже.
Пауза. Аканэ отвела взгляд.
— Ты должен смотреть не только на врага.
— Да.
— И на пол.
— Да.
— И на стены.
— Да.
— И на меня, если я говорю остановиться.
Хару чуть мягче улыбнулся.
— На тебя я и так смотрю.
Она резко повернулась.
— Не в таком смысле.
— Я понял.
— Не понял.
— Почти понял.
— Хару.
Он поднял руки.
— Всё. Молчу.
Аканэ отвернулась, но злость уже смягчилась.
— Пошли. Только медленно.
— Да, напарник.
Она не ответила. Но пошла рядом чуть ближе, чем раньше.
***
После провала они решили сделать короткую остановку в небольшой боковой комнате. Двери там не
было, но вход был узкий, а внутри — сухо. На полу лежали обломки старых полок, в углу стоял каменный
ящик без крышки. Аканэ поставила огненный шар у входа, чтобы свет падал в коридор.
Хару сел у стены и проверил ботинок. Подошва была цела. Нога тоже. Гордость — нет.
— Кажется, я чуть не стал историей, — сказал он.
Аканэ стояла у входа.
— Не шути так.
Он поднял взгляд. Она не смотрела на него. Но плечи были напряжены. Хару понял: испугалась.
Сильно. Не так, как в бою с вожаком, где опасность была огромной, но очевидной. Там они оба приняли
риск. А здесь он просто сделал неправильный шаг. И почти исчез вниз.
— Аканэ.
— Что?
— Я правда извиняюсь.
Она молчала.
— Я не хотел напугать.
— Но напугал.
Прямо. Без защиты. Без “это не забота”. Хару тихо выдохнул.
— Да.
Аканэ повернулась к нему. В оранжевом свете её лицо казалось серьёзнее, старше. Не по возрасту, а
по опыту, который она обычно держала внутри.
— В данже люди умирают не только от сильных монстров, — сказала она. — Иногда от одного шага.
От одной трещины. От одного “я успею”.Хару кивнул.
— Я понял.
— Нет.
Она подошла ближе.
— Ты понял головой. Тело ещё не поняло.
Он не стал спорить. Потому что она была права. Аканэ села напротив, прислонив катану к стене.
— Когда я была ниже рангом, со мной однажды пошёл парень. Не мой напарник. Просто временная
группа. Он был сильнее меня физически. Громкий, уверенный, всё время говорил, что данж маленький,
угрозы низкие, награда лёгкая.
Хару молчал.
— Он умер не от босса. Не от сильного монстра. Он прыгнул через трещину, которую можно было
обойти. Камень обвалился. Мы даже не успели схватить.
Её голос оставался ровным. Но слишком ровным.
— После этого я перестала смеяться над осторожностью.
Хару опустил взгляд.
— Прости.
— Не за что.
— Есть.
Она хотела возразить, но он продолжил:
— Я не хочу стать для тебя таким воспоминанием.
Аканэ замерла. Тишина между ними стала плотной. Где-то в коридоре далеко скрипнули кости, но
звук был слабый, не близкий. Аканэ долго смотрела на него. Потом тихо сказала:
— Тогда не становись.
Не “не умирай”. Не “будь осторожен”. Именно: не становись. Хару кивнул.
— Не стану.
Она отвела взгляд.
— Обещания в данже опасны.
— Тогда это не обещание. Решение.
Аканэ усмехнулась почти без звука.
— Ты иногда говоришь слишком красиво для человека, который только что чуть не провалился из-за
глупого шага.
— Балансирую репутацию.
— Не получается.
— Но попытка есть.
Она всё же улыбнулась. Слабо. И этого хватило, чтобы комната стала чуть менее холодной.
***
Они отдыхали недолго. Пили воду. Проверяли снаряжение.
Хару поменял хват на Блэйде, потому что пальцы начали уставать сильнее, чем он ожидал. Аканэ
достала маленький кусок сухого хлеба и разломила его пополам. Одну половину протянула ему.
— Ешь.
— Это приказ?
— Забота о боеспособности.
— Я уже начинаю любить эту формулировку.
— Не надо.
Он взял хлеб. Их пальцы на секунду коснулись. Обычная случайность. Хару сделал вид, что ничего не
заметил. Аканэ тоже. Получилось плохо у обоих.
— Ваша тактическая пауза стала эмоционально насыщенной, господин.
Блэйд, не сейчас.
— Как пожелаете.
Хару откусил хлеб и посмотрел на выход.
— Дальше, скорее всего, будет сложнее.
Аканэ кивнула.
— Да. Мы прошли внешнюю часть. Если данж восстановился, ближе к ядру будет больше стражей.
— И ловушек?
— Возможно.
— Отлично.
— Ты сам хотел быть авантюристом.
— Я хотел приключений. Они забыли приложить инструкцию.
— Морден приложил.
— Бумаги не считаются.
Аканэ покачала головой. Но уже спокойнее. Хару посмотрел на неё.
— Спасибо, что рассказала.
Она поняла, о чём он.
— Не делай из этого что-то большое.
— Не буду.
— Это просто пример.
— Да.
— Чтобы ты понял.
— Понял.
Она посмотрела на него строго.
— Правда?
— Правда.
Пауза.
— Я не хочу быть твоим плохим воспоминанием, — сказал он тише. — И не хочу, чтобы ты стала
моим.
Аканэ замерла. Щёки у неё чуть покраснели, но в этот раз она не отвернулась сразу. Только
посмотрела на него так, будто хотела сказать что-то, но решила оставить на потом.
— Тогда возвращаемся оба, — сказала она.
Хару кивнул.
— Оба.
Они поднялись почти одновременно. Аканэ взяла катану. Хару — Блэйда. Отдых закончился. Но что-
то после него осталось. Не рана. Не страх. Связь.
Ещё один тонкий слой доверия, который невозможно было записать в отчёт гильдии, но который в
бою мог оказаться важнее любой отметки на карточке.
***
Дальше коридор уходил вниз.
Стены стали ровнее, а плиты на полу — крупнее. Здесь хранилище выглядело менее разрушенным,
будто глубинная часть лучше пережила время. На стенах ещё сохранились металлические держатели для
факелов, а местами — старые знаки, похожие на инвентарные метки. Хару поставил очередную отметку
мелом.
— Интересно, что тут раньше хранили?
— Судя по структуре, оружие, припасы, возможно, документы или ценности.
— А теперь скелеты.
— Плохая консервация.
Хару повернул голову. Аканэ шла с совершенно серьёзным лицом. Он моргнул.
— Это была шутка?
— Нет.
— Была.
— Нет.
— Ты сказала “плохая консервация”.
— Факт.
— Аканэ.
— Сосредоточься.
Хару улыбнулся.
— У тебя всё лучше получается.
— Что?
— Шутить.
— Я не шутила.
— Конечно.
Она сделала вид, что проверяет стену. Но уши у неё опять чуть покраснели. Впереди показалась
широкая дверь. На этот раз не ржавая. Каменная.
С двумя створками, одна из которых была приоткрыта. На поверхности виднелся знак круга и трёх
линий вниз — тот же, что на метках снаружи. Оттуда тянуло холодом. И слабым синим светом. Хару и
Аканэ остановились. Из-за двери доносились шаги. Много. Не хаотично. Ровнее, чем у обычных скелетов.
Аканэ медленно подняла катану.
— Это уже внутренняя охрана.
— Много?
— По звуку… четыре или пять.
— Бронированные?
— Скорее всего.
Хару посмотрел на проход. Дверь узкая. За ней, похоже, зал. Если войти просто так, их встретят сразу.
Если ждать здесь, скелеты могут выйти по одному, но лучники внутри будут проблемой.
— Нужно вытащить часть наружу, — сказал он.
Аканэ посмотрела на него.
— Предлагаешь шум?
— Да. Но не так, чтобы все сразу.
— Как?
Хару огляделся. У стены лежал обломок металла — часть старого крепления. Он поднял его.
— Бросим в сторону коридора, не в зал. Пусть выйдут проверить звук.
Аканэ чуть улыбнулась.
— Ты стал чаще думать до того, как входишь.
— Травмы — хорошие учителя.
— Иногда.
Он бросил металлический обломок в боковой угол перед дверью. Звук получился громкий. Скрежет.
Звон. Шаги за дверью остановились. Потом снова начались. Ближе. Хару встал сбоку от прохода. Аканэ
— напротив. Первым из двери вышел скелет в старом нагруднике. Не успел повернуть голову.
Блэйд ударил сбоку по шее ниже шлема. Кости треснули. Скелет рухнул. Второй вышел почти сразу,
со щитом. Аканэ встретила его огненным ударом по ногам, Хару добил сверху, разбив позвоночник.
Третий остановился в проходе. Не вышел. Поднял лук.
— Назад!
Стрела вылетела в упор. Хару успел отшатнуться. Стрела ударила в стену рядом с его лицом,
каменная крошка обожгла щёку. Аканэ резко вытянула руку. Огненная вспышка ударила в проход.
Лучник отступил внутрь.
— Теперь они знают, что мы здесь, — сказала она.
— Зато двое меньше.
— Да.
Изнутри донёсся глухой металлический стук. Потом ещё один. Хару заглянул на долю секунды. Зал.
Круглый. В центре — старый каменный пьедестал. Вокруг — три скелета. Один лучник. Один с длинным
мечом и шлемом. И один крупнее остальных, с двумя короткими клинками и остатками тёмной брони.
Хару сразу понял: обычным этот третий не будет.
— Там особенный.
Аканэ тоже коротко посмотрела.
— Страж младшего уровня.
— Мини-босс?
— Не называй так.
— Но ведь он буквально…
— Хару.
— Всё, понял.
Крупный скелет повернулся к ним. В пустых глазницах горел более яркий синий свет. Он не рванул
сразу. Просто поднял оба клинка. И остальные два скелета встали рядом с ним, будто получили команду.
Хару почувствовал, как холод пробежал по спине.
— Они координируются.
— Да.
— Это плохо.
— Да.
— План?
Аканэ встала рядом. Плечом почти к его плечу.
— Лучника убрать первым. Потом мечника. Стража — вместе.
— Звучит просто.
— Не будет просто.
— Я уже привык.
Она посмотрела на него.
— Готов?
Хару поднял Блэйд. Руки устали. Бок тянуло. На щеке саднила царапина от каменной крошки. Но
страх был уже не таким, как у входа. Он стал частью тела. Чем-то, что держало глаза открытыми, а не
закрывало их. Хару кивнул.
— Готов.
Аканэ шагнула вперёд.
— Тогда входим.
И они вошли в зал внутренней охраны.