Тихий предрассветный час, бледный лунный свет просачивался сквозь щели в ставнях.
Дверь конюшни с визгом ржавых петель распахнулась, и наружу хлынул сырой металлический запах, ударивший в нос, словно кулак.
Этот запах был Джеральду знаком, пусть и совсем немного.
Он шагнул внутрь. На кончиках его пальцев вспыхнул свет, и бойня, скрывавшаяся во тьме, предстала перед ним во всей своей резкой, беспощадной отчетливости.
Серебряная кровь была разбрызгана повсюду, улавливая искусственный свет и сверкая холодным полупрозрачным мерцанием.
— ……!
Кто-то издал короткий, задушенный звук.
Деревянные стены были сплошь залиты серебром. В самом центре в гротескном беспорядке лежала растерзанная плоть — словно абстрактное полотно художника, окончательно потерявшего себя в собственном образе.
Сердце конюшни теперь было обнажено, лишившись спасительного мрака.
Священное существо, которое еще прошлой ночью излучало чистое белое сияние, исчезло.
Белая шерсть, когда-то благородно отливавшая блеском, теперь свалялась и потемнела, пропитавшись густой кровью.
Сквозь разорванные ребра вывалились холодные внутренности, прилипнув к полу уродливым, хаотичным узором.
Повсюду виднелись следы чего-то ненасытного — чего-то, что рвало и грызло плоть с диким голодом.
Но единорог был священным существом, символом чистоты, сосудом очищающей силы. Обычный зверь не мог причинить ему вреда.
«Дело рук другого священного существа? Нет. Этого не может быть».
Сколько бы таинственных существ ни обитало на этом острове, каждое из них строго придерживалось своей территории. Они редко спускались так низко просто ради охоты.
— ……Хм.
Значит, это почти наверняка было преднамеренно. Кто-то сделал это нарочно.
Тело единорога само по себе было благородным, но, как ни парадоксально, для нечестивых созданий именно это благородство делало его самым желанным проводником.
Хуже всего дела обстояли с головой.
Глаза, когда-то светившиеся острым умом, оказались раздавлены до неузнаваемости. Рог на лбу просто исчез — его вырвали с корнем, оставив лишь глубокую рваную дыру.
— Ни единого следа.
Джеральд глубоко нахмурился.
У кого в мире хватило дерзости сотворить подобное в Элдермире?
За последние десятилетия здесь не случалось никаких серьезных происшествий. Он расслабился. Они все расслабились.
Он повернулся к своему помощнику, который стоял рядом, зажав рот рукой и сильно дрожа, и тихо, вполголоса приказал:
— Иди. Доложи об этом в академию.
— Д-да, господин!
Помощник, спотыкаясь, в панике выбежал из конюшни.
Тот, кто совершил это, не был обычным магом. А значит, это служило доказательством того, что в академию проник кто-то чрезвычайно опасный.
Его необходимо выследить. Без исключений.
Сейчас главным было предупредить академию. Даже если виновник скроется, всех студентов нужно привести в состояние готовности.
И следом за этим праведным чувством долга наружу пробились более практичные тревоги Джеральда.
— Проклятье. Профессор Бенедикт сотрет меня в порошок.
Скорбь от бессмысленной потери единорога отошла на второй план — первым делом его спину обдало холодом от мыслей об острой, как бритва, ярости декана.
Джеральд рассеянно посмотрел на глубокое индиговое небо, с которого звезды все еще лили свой холодный свет, и тяжело, протяжно вздохнул.
— И вы хоть представляете, сколько стоила эта тварь……
◇ ◇ ◇
Герой, маг, святой, варвар, лучник, ассасин.
Мир полон профессий, но когда заходит разговор о том, кто действительно сильнее всех, каждой из них отводится лишь второстепенная роль.
Так какая же профессия породила наибольшее количество легенд всех времен?
Любому, кто хоть немного знаком с этим миром, не понадобится и секунды на размышления.
Ответ — класс ремесленников.
Коллеги, которые когда-то смотрели на тебя свысока, приползают обратно в отчаянном раскаянии, умоляя вернуться.
Весь мир цепляется за тебя, выпрашивая хотя бы один предмет, всего один.
Возлюбленная, которая ушла от тебя, в итоге опускается на самое дно и полностью разрушает свою жизнь.
Главный герой каждого легендарного слуха, от которого голова идет кругом при одном лишь упоминании.
Кто победит в битве между богом творения и кузнецом?
Кузнец. Очевидно же.
Величайший воин мира против скульптора?
Легко. Скульптор победит без всяких сомнений.
Звучит как бред?
Это легенды, по которым сходит с ума весь мир — так неужели это просто чья-то изощренная шутка? Или все находятся под массовым гипнозом?
Пусть тот, кто никогда не поддавался этой глупости, первым бросит камень.
Честное слово. Что вообще знает молодежь.
Они просто еще не постигли истинную суть этого мира.
В любой игре игрок с лучшим снаряжением побеждает игрока с более высоким уровнем. Навык более высокого ранга побеждает аналогичный навык низкого ранга.
Персонаж, в которого ты вложил деньги, побеждает персонажа, на которого ты потратил время. Это не подлежит обсуждению — это элементарный здравый смысл, если только вы не какой-нибудь аскетичный пурист.
Мана? Просветление? Ранг?
Нет, нет —
Есть одна-единственная абсолютная сила, которая давит все это своей пятой.
И эта сила — [Уровень снаряжения].
Тот, кто кует меч, побеждает того, кто им машет. Тот, кто вырезает посох, побеждает того, кто творит заклинание. Это железный закон этого мира.
Герой, вернувшийся со святым мечом, против разведенного мужика, поднявшегося на криптовалюте?
Пожалуйста. Я бы предпочел не тратить слова попусту.
— Ха!
— Аква Флагель!
С резким выкриком я взмахнул посохом. Сконцентрированная струя воды вырвалась из наконечника, вытянувшись подобно хлысту, и со всей силы ударила в землю впереди.
*Треск!*
Пол тренировочной площадки чисто раскололся, и из образовавшейся борозды поднялось небольшое облачко пыли.
По сравнению с заклинаниями других студентов, мое не просто не уступало им — в нем чувствовалась куда большая сила.
Издалека этого не было видно, но вблизи разница отчетливо ощущалась.
Чтобы разглядеть красоту, нужно присмотреться. С магией то же самое.
— Хех. По крайней мере, когда дело касается магии водной стихии, я справляюсь совсем неплохо.
В то время как другие студенты вышли с одними лишь простыми посохами, мои руки были полностью заняты.
Одной рукой я держал посох, а другой прижимал к себе потертый тяжелый гримуар.
Сомнений не оставалось: когда я использовал магию водной стихии по сравнению с любым другим элементом, мана текла гораздо плавнее и охотнее.
«Хе-хе. Вот она, моя истинная сила».
Я с тихим удовлетворением посмотрел на зажатую под мышкой книгу.
Если бы прямо сейчас передо мной парил статус-бар, над книгой, вероятно, высвечивалось бы что-то вроде этого:
[Предмет: Безымянный гримуар из рыбьей кожи]
[Эффект: Слегка увеличивает силу заклинаний и сродство со стихией воды (水).]
[Описание: Кожа, в которую он переплетен, на первый взгляд выглядит подозрительно, но его базовые характеристики — самые настоящие.]
«Вот как выглядит эффективность. Таков закон этого мира».
Пока все остальные потеют над талантом и просветлением, я просто экипирую внешние компоненты и повышаю свои характеристики.
Зачем идти тернистым путем, когда рядом есть скоростное шоссе?
Стерев с лица удовлетворенную улыбку, я приготовился к следующему заклинанию. Хватит с меня едких замечаний о моей магии огня — выслушивать то же самое о магии воды я не собирался.
Ни за что. Абсолютно исключено. Ни. За. Что.
— Ха-ха-ха-ха-ха!
Смех, который я сдерживал, вырвался наружу. Я поднял посох и во весь голос, безудержно рассмеялся, глядя в небо, а стоявшая рядом Лили, которая практиковалась в своих заклинаниях, повернулась и посмотрела на меня с глубокой тревогой.
«...Выглядит как-то по-злодейски».
В глазах Лили её друг, вероятно, выглядел не как прилежный студент, тренирующийся среди искренних сверстников, а как какой-то теневой заговорщик, сжимающий подозрительный фолиант и замышляющий нечто крайне коварное.
Словно озвучивая невысказанные мысли Лили, сбоку, будто ушат холодной воды, раздался чей-то голос:
— Ха. Обвешался артефактами с ног до головы, а это все, на что ты способен. Либо твой талант ничтожен, либо все, что на тебе надето — дешевый мусор. Глядя на тебя, я бы сказал, что и то, и другое.
Голос, идеально настроенный на то, чтобы испортить настроение. Невыносимый самым классическим образом.
Почему-то я уже знал, кто это, даже не поворачивая головы.
Тихо вздохнув, я поудобнее перехватил посох.
«Честное слово. Зависть посредственности к гению».
Некоторые вещи никогда не меняются, независимо от эпохи. Талантливые люди всегда одиноки.
Неужели в этом и заключается истинная печаль одаренных?
Невероятно.
— Ну, как по мне, тебе самому стоит поскорее нацепить какой-нибудь дешевый мусор. Так сильно отставать... ты вообще успеваешь за программой класса?
Мой искренний совет достиг цели, и его лицо так и застыло.
— Что ты сказал? Ха, какая наглость!
Он громко, недоверчиво рассмеялся, словно искренне не мог поверить в то, что только что услышал.
Я наблюдал за ним, слегка нахмурившись.
...Почему этот парень копирует меня?
— Полагаться на артефакты с самого начала — значит никогда не заложить правильный фундамент.
Он заговорил нравоучительным тоном, словно читал лекцию.
— Магию творит маг, а не посох и гримуар в твоих руках.
Удивительно принципиальный аргумент, странно искренний под этой лощеной внешностью.
Но почему-то от этих слов у меня возникло легкое раздражение.
Он цокнул языком, окинул взглядом мой гримуар и добил:
— Ты маг, а не посох. Но глядя на тебя, кажется, что не ты держишь этот гримуар, а он держит тебя.
Он медленно покачал головой, являя собой само презрение. Его прихвостни, крутившиеся неподалеку, уловили момент и тут же поддакнули:
— Он прав, ты выглядишь как-то глупо.
— И правда, это же очевидно. Совершенно очевидно.
— Да и гримуар у него дешевенький.
— Он просто нищий, вот и все. Нищеброд.
Ну надо же, как дружно они выступают. Невыносимая мелкая стайка.
Черт возьми. Никаких способностей, зато высокомерия хоть отбавляй.
Это было похоже на то, как обладатели второго, третьего и четвертого мест собрались в кучу, чтобы читать нотации круглому отличнику. От этого зрелища у меня задергался глаз.
Ну... не то чтобы я прямо претендовал на первое место.
Но тот факт, что в моем заклинании было больше силы, чем в любом из их, по крайней мере в этот раз, оставался чистой правдой.
— Да-да, конечно. Как похвально. Продолжайте в том же духе.
Я лениво отмахнулся рукой и позволил уголку рта поползти вверх.
— Но то, что у кошки есть полоски, еще не значит, что она вырастет тигром. Как бы кошка ни старалась, в конце концов она останется всего лишь кошкой. Разве я не прав?
— Что……? Ах ты, грязный полукровка!
Моя ленивая ухмылка подействовала на него как искра на сухой трут. Его лицо в мгновение ока сменило цвет с красного на фиолетовый.
Высокомерный, принципиальный образ, который он демонстрировал секунду назад, полностью испарился. Он сократил расстояние между нами, словно готовый в любую секунду схватить меня за воротник, высоко подняв посох.
Я не собирался отступать. Ни за что.
«Отлично. Ты сам на это напросился».
Магия? Забудьте.
Ну давай, подходи.
— Абракадабра!
И чистые, незамысловатые кулаки двух мальчишек встретились с лицами друг друга.
◇ ◇ ◇
Переводил: Afmos
Редактировал: Afmos