Документ, который доктор протянул Шейду, выглядел как совершенно официальный прейскурант высшего учебного заведения. Качественная типографская печать, узор в виде солнца в правом верхнем углу и три сцепленные шестерёнки в левом нижнем — в качестве декоративных элементов. Даже если бы этот лист попал в руки обычному человеку, он не вызвал бы никаких подозрений.
С учётом предоставляемых академией уникальных знаний, плата за первый курс заочного обучения оказалась до смешного мала — всего пятьдесят фунтов стерлингов. По предварительным оценкам Шейда, в этом мире даже мальчику из семьи среднего класса за учёбу в заурядном пансионе приходилось платить от ста до ста пятидесяти фунтов в год.
Однако лицо Шейда всё равно помрачнело. Какие там пятьдесят фунтов! В данный момент он не смог бы наскрести и пяти фунтов наличными.
Впрочем, в доме оставалось немало вещей покойного детектива. Если всё распродать, полсотни фунтов наверняка наберётся. К тому же у него на руках было несколько почти завершённых поручений, так что ситуация не выглядела абсолютно безнадёжной.
— Деньги нужно внести прямо сейчас?
Это был самый болезненный вопрос.
— Академия принимает оплату звонкой монетой, преимущественно в золотых фунтах. Можно использовать и другую валюту, но придётся уточнять обменный курс. Разумеется, если у тебя сейчас нет такой суммы, в академии предусмотрена система кредитования, однако проценты там поистине грабительские.
Доктор Шнайдер тяжело вздохнул, а мисс Луиза, сложив руки на коленях, участливо произнесла:
— Лично я считаю, что наша группа вполне могла бы одолжить тебе эту сумму. Фонды позволяют. В конце концов, кроме богатеев вроде нашего доктора, мало кто способен разом выложить столько наличных.
Голубоглазый доктор смущённо потёр переносицу, явно чувствуя себя неловко.
— В своё время мне тоже пришлось занимать. Это обычная практика, — доброжелательно заметила блондинка. — Но ты должен трезво оценивать, потянешь ли выплату долга.
— Эта ссуда на обучение выдаётся без процентов, — поспешил добавить доктор. — Но с момента её получения в первый месяц тебе придётся вернуть десять фунтов, а в последующие два — по двадцать. Залог не потребуется, я лично выступлю твоим поручителем перед группой. Я ведь знаю все твои данные, так что сбежать ты всё равно не сможешь.
Доктор был прекрасно осведомлён о том, что Шейд только-только пришёл в себя после «слепого слабоумия», и отлично понимал его бедственное положение.
Шейд наконец-то смог с облегчением выдохнуть. Похоже, удача и впрямь была на его стороне. Разумеется, он не забыл горячо поблагодарить своих новых товарищей — ему действительно повезло встретить таких замечательных людей.
— Я постараюсь расплатиться как можно скорее, мистер Шнайдер, мисс Луиза. Ещё раз примите мою глубочайшую благодарность.
Тут он внезапно вспомнил об одной вещи. Беспроцентная ссуда окончательно убедила его в том, что доктору Шнайдеру и писательнице можно доверять, поэтому он достал свой блокнот.
Аккуратно сняв с него кожаную обложку, Шейд извлёк из потайного кармашка игральную карту.
На её лицевой стороне была изображена женщина, сидящая вполоборота и держащая в руках серебряную луну. Это была та самая Карта Родос с номиналом «Солнце 3» — величайшее сокровище покойного детектива. Поскольку дверной замок в доме номер шесть можно было без труда выломать топором, Шейд предпочёл носить её с собой.
— Скажите, это имеет какую-то ценность?
Шейд ещё даже не успел протянуть карту, как мисс Луиза с первого же взгляда опознала предмет. Но она лишь покачала головой, жестом предлагая отдать её доктору:
— Специальная серия Карт Родос? Я редко играю и совершенно не разбираюсь в их стоимости. Пусть лучше доктор посмотрит.
— Действительно, Карта Родос. Не просто нестандартный рисунок, но ещё и уникальное свойство. Неужели подлинник?
Заинтригованный доктор взял карту и поднёс её к тёплому жёлтому свету газового рожка, чтобы как следует рассмотреть. Поскольку он не собирался раскрывать мисс Луизе истинное происхождение Шейда, то принялся просвещать его так, словно рассказывал прописные истины:
— Я, конечно, не коллекционер, но знаю парочку аристократов и ярых фанатов, которые буквально одержимы этими спецвыпусками. Карты с редкими иллюстрациями сами по себе стоят немало, а уж если к ним прилагаются особые игровые правила... Эта коллекционная лихорадка порой затмевает даже мужскую страсть к прекрасным дамам, чего я лично совершенно не понимаю. Слышал, в прошлом году в Аукционном доме Бифорд, что неподалёку от твоей площади Сент-Делан, один экземпляр... Погодите-ка. Это что, Серебряная луна из Первозданной серии?!
Голос доктора вдруг дрогнул от нескрываемого изумления.
— Что простите? — не понял Шейд.
Услышав это, писательница тоже заинтересовалась и приподнялась, чтобы взглянуть на находку.
Доктор благоговейно опустил картонный прямоугольник на кофейный столик между ними и начал объяснять нюансы тем, кто был далёк от мира азартных игр:
— Взгляните. Вот здесь, в верхней части по центру, есть тонкая вертикальная линия. Это отличительный знак Первозданной серии — самого первого тиража Карт Родос. По легенде, их выпустили ровно триста лет назад в количестве всего тринадцати штук. У каждой — свой неповторимый рисунок и обязательно своё уникальное правило. «Серебряная луна» — одна из них, отсюда и название: Первозданная Серебряная луна. Более того, в рамках правил игры каждая из этих карт обладает поистине ошеломляющим эффектом...
— Я хоть и не играю в карты, но даже мне понятно, что написанное здесь правило переворачивает всё с ног на голову, — заметила Доротея Луиза, успевшая прочитать мелкий текст.
Доктор тоже склонился над картой. Он не был ни заядлым картёжником, ни фанатичным коллекционером, но прекрасно понимал, какой разрушительной силой в игре наподобие «блэкджека» обладает карта, числовое значение которой владелец может произвольно менять от «единицы» до «пятёрки».
— Это подлинник? Наверное, стоит целое состояние? — поинтересовалась золотоволосая девушка.
В глазах Шейда тоже мелькнула надежда, но доктор решительно помотал головой:
— Исключено. Абсолютно нереально. Каждая карта из Первозданной серии стоит как целая улица вокруг площади Сент-Делан. А то и больше. Гораздо больше. Это просто не может быть подлинником. Тираж был отпечатан три века назад. Они либо давно истлели в прах, либо надёжно заперты в сокровищницах великих аристократических домов и гробницах. Они не могут вот так просто всплыть на поверхности.
Доктор прекрасно знал биографию Шейда, потому и сделал столь однозначный вывод.
— А если это копия, за неё можно хоть что-то выручить? — смирившись с логикой Шнайдера, спросил Шейд. Он и сам слабо верил в то, что владеет трёхсотлетним антиквариатом.
— Ни пенни. В ходу исключительно легальные, официальные колоды. Особенно это касается спецвыпусков. Того, кто осмелится сесть за стол с фальшивкой, моментально подвергнут остракизму в любом карточном клубе, так что подделки никому не нужны... Хотя, признаю, эта копия выполнена просто виртуозно.
Доктор с лёгким сожалением вернул карту владельцу:
— Так что пока деньги я тебе всё-таки одолжу... Впрочем, на твоём месте я бы отнёс эту Первозданную «Серебряную луну» на экспертизу. Вдруг судьба всё-таки решит тебе улыбнуться?
— А где проводят такие экспертизы? — оживился Шейд.
— В Ассоциации Прорицателей, — ответила писательница, а доктор Шнайдер кивком подтвердил её слова и решил пояснить подробнее, понимая, что Шейд явно не в курсе таких тонкостей.
— Выпуском Карт Родос изначально ведает именно Ассоциация Прорицателей. Соответственно, они же предоставляют услуги по оценке редких экземпляров. Стоит это сущие копейки — пять пенсов за карту. Если выяснится, что это оригинал, Ассоциация выдаст официальный сертификат. Без такого сертификата ни один игрок не имеет права использовать специальные карты на крупных официальных турнирах.
Популярность Карт Родос в этом мире оказалась значительно выше, чем предполагал Шейд, хотя особого удивления это не вызывало. В конце концов, это всего лишь карточная игра. В эпоху пара, когда производственные мощности достигли небывалых высот по сравнению с прошлыми столетиями, появление подобных массовых развлечений было вполне закономерным.
Тем временем доктор продолжал:
— Ассоциация Прорицателей, к слову, тоже состоит из Магов Кольца. Правда, организация у них довольно расхлябанная, но они сотрудничают и с академией, и с церквями, так что мы признаём их статус. У нашей группы даже есть с ними определённые связи. Изначально они занимались исключительно предсказаниями будущего, но где-то в пятнадцатом веке Шестой Эпохи, чтобы привлечь клиентов, придумали специальные издания Карт Родос. В итоге карты стали их золотой жилой.
Доктор Шнайдер скривил губы — то ли с осуждением, то ли с завистью:
— Ассоциация сколотила невероятное состояние на организации карточных турниров. Печатать эти картонки — всё равно что чеканить золотые фунты... Кхм, не поймите превратно, я им вовсе не завидую. Разумеется, они по-прежнему оказывают услуги по прорицанию, но также прочно обосновались на рынке книгоиздательства и прессы. Популярная в наших краях «Трехпенсовая газета» — это тоже их рук дело.
Название газеты отличалось завидной лаконичностью.
— В таком мегаполисе, как Тобеск, у них полно филиалов. Ближайший вполне солидный офис находится прямо возле площади Сент-Делан. Да уж, жить в центре города — сплошное удовольствие. Так что даже если вероятность того, что у тебя в руках легендарный оригинал, ничтожно мала, можешь не опасаться, что информация уйдёт на сторону. Это серьёзная контора, — шутливо добавил доктор.
— Если карта окажется настоящей, непременно дай нам знать! Из этого может выйти отличный сюжет для романа, — подхватила шутку мисс Луиза. Она была очень доброжелательна к Шейду — видимо, её действительно радовал тот факт, что их группа наконец-то укомплектована.