— Академия, вероятно, рассуждала так же, — согласился со словами девушки Шнайдер. — Я ещё не слышал, чтобы новоиспеченный студент-заочник с порога получал Реликвию Уровня Хранителя Тайн.
Когда дело касалось судьбы, Маги Кольца предпочитали крайнюю осторожность.
Просто глядя на кубик, Шейд ощутил непреодолимую тягу выковырять его из паза. Но благодаря изолирующим свойствам шкатулки, он без труда подавил этот импульс. И всё же, любопытство взяло верх — он протянул палец и коснулся холодного металла.
В тот же миг в его сознании бархатным шелестом раздался женский голос:
【Пусть тропы судьбы и ветвятся под твоими ногами, но если под рукой есть подходящий инструмент, почему бы не выбрать лучший путь? От единицы до двадцати, и от двадцати до единицы. В кувыркающихся гранях ты узришь свою причудливую участь. Сейчас — самое время сделать бросок...】
«Ты уверена, что мне стоит бросать её прямо сейчас?» — мысленно, с ноткой подозрения отозвался Шейд.
【Чужак, ступив на этот путь судьбы, ты сам держишь право выбора. Но иногда пара оправданных рисков помогает лучше понять собственный рок. Своим взором я уже разглядела для тебя кое-что интересное. Хватит ли тебе смелости бросить вызов удаче?】
Шейд задумался. Он прекрасно знал, что его «другое я» было в высшей степени необычным. Неясно, являлось ли это особенностью его происхождения как чужака, или же крылось в самой сущности голоса, но до сих пор все советы незнакомки оказывались абсолютно надёжными. Несмотря на здоровый скепсис и опасения перед этим миром, полным мистики и жутких тайн, Шейд был готов иногда проявлять доверие.
Прежде чем доктор или кто-либо другой успел возразить, он извлёк кость и лёгким движением кисти отправил её катиться по чайному столику.
Резкий стук металла о дерево заставил всех присутствующих вздрогнуть. Кость быстро замерла. На верхней грани чётко читалось число «20». Шейд не почувствовал особого удивления, лишь услышал тихий, мелодичный смешок в своей голове.
【Ты всё ещё мне не веришь, но я — это ты.】
Четвёрка магов в гробовом молчании уставилась на выпавшее число. Спустя долгую паузу доктор сурово произнёс:
— В этот раз выпала двадцатка... Это твоя Реликвия, и мы не вправе указывать. Но я обязан предупредить, Шейд: фортуна не может улыбаться вечно. Сегодняшний порыв принёс тебе дар судьбы, но в следующий раз исход может быть иным.
— У каждого дара судьбы есть своя цена. Эта двадцатка... вероятно, опустошила твои запасы удачи на долгое время. Я свято верю в «закон сохранения удачи», — добавила писательница.
Старый Август, как и подобает священнослужителю, лишь хмыкнул, назвав теорию сохранения удачи беспочвенным суеверием.
Шейд принял их предостережения, но не стал объяснять свои мотивы. Уникальный голос в голове был его личным секретом, меткой чужака. Знать об этом должен был только он сам, и посвящать других в эту тайну в ближайшее время он не собирался.
Пока что «подарок» от двадцатки никак себя не проявил, но, зная природу артефакта, Шейд понимал: это лишь вопрос времени. Ему оставалось только ждать.
Когда все формальности с вступлением в академию были улажены, доктор распечатал бутылку шампанского, чтобы отпраздновать формирование полной группы из пяти человек.
Шейд не был любителем алкоголя, но ради праздника отказываться не стал. Пока Шнайдер разливал вино, юноша поинтересовался, не сочтут ли раскрытием секретов академии случайную потерю книг.
Доктор поспешил его успокоить:
— Учебники и материалы первого курса не представляют огромной ценности. Не пойми превратно, знания важны, но их можно достать и через другие каналы. Так что, если потеряешь — просто заплатишь больше фунтов и купишь новый комплект. А вот со второго курса некоторые фолианты уже будут защищены шифрами.
Это известие сняло с души Шейда тяжёлый камень. Доктор, писательница и священник, как старшие товарищи, напутствовали его на усердную учёбу, сойдясь во мнении, что главная цель сейчас — выгравировать первую духовную руну.
— В курсе «Основы теории духовных рун (Часть 1)» есть рекомендации по выбору первой руны на основе талантов Мага Кольца. Что тебе посоветовала академия? Свет? — спросил врач.
— Да, — кивнул Шейд, листая выданную книгу.
— Как правило, академия советует начинать с рун, символизирующих базовые элементы — это проще. У тебя уже есть Серебряная луна, которая прекрасно резонирует со Светом и Звездами. Ты ведь даже сам создал заклинание света. Но Звезды для первого курса — это слишком сложно. Как и ожидалось, выбрали Свет.
Шнайдер с улыбкой поднялся, вытянул из стопки одну книгу и протянул её юноше:
— «Безумный ловец света». Сумасшедший роман неизвестного автора Пятой Эпохи, обрётший элемент Озарения из-за своей связи с цивилизацией. Это переведённая копия. Читать её, пытаясь осознать Свет — самый подходящий метод. Конечно, мало кому удаётся постичь чистый Свет напрямую. Если сможешь уловить любую производную концептуальную руну, это уже будет успехом.
Ещё до сегодняшней встречи доктор Шнайдер разослал остальным членам группы письма с новостями от Шейда о Реликвии Подарочная коробка Бога и подпольной организации Кровь Ртути. Все согласились заплатить новичку по одному фунту за столь ценные сведения.
Шейд не стал забирать эти четыре фунта — включая долю отсутствующей Лувии Анаты, — а сразу перекрыл ими часть своего десятифунтового долга. С выплатой оставшихся шести придётся повременить, ведь ему ещё нужно было на что-то жить и кормить Малышку Мию.
Аппетит у рыжей кошки, судя по всему, был отменным, и Шейду следовало подготовиться к расходам.
Эффективность доктора Шнайдера впечатляла. Перед самым окончанием утренней встречи он огорошил юношу ещё одной потрясающей новостью:
— Я навёл справки через агентство недвижимости. Трёхэтажный дом на площади Сент-Делан, шесть, включая сам земельный участок, находился в полной собственности детектива Спарроу Гамильтона. Он ведь оставил бумажное завещание?
— Оставил, оно заперто в шкафу.
От неожиданности Шейд на мгновение выпал из реальности. Он не мог поверить, что стал владельцем целого дома. Вся гнетущая пелена, окутавшая его после прибытия в эпоху пара, словно растворилась. Он и сам не подозревал, насколько сильно жаждал обрести собственный дом.
Лицо старого Августа оставалось бесстрастным, а вот Доротея Луиза смотрела на Шейда широко распахнутыми глазами:
— Господин Гамильтон, да вы обеспечены до конца жизни.
— Но.
Шейд не спешил радоваться, настороженно глядя на врача. И действительно, доктор использовал этот противительный союз для продолжения. Лицо Шнайдера исказила гримаса нерешительности, словно он не знал, как лучше подать информацию:
— Не спеши ликовать. С домом не всё чисто. Два года назад, прибыв в Тобеск, Спарроу Гамильтон купил особняк на площади Сент-Делан всего за триста фунтов.
— Почему так дёшево? Даже дом с привидениями не стоил бы... — нахмурилась писательница.
Триста фунтов — сумма немалая, но речь шла о Тобеске, столице Королевства Деларион, одной из двух величайших человеческих империй материального мира. Северная жемчужина, Город туманов, культурный центр Старого Континента — титулов у этого места хватало.
Из окон особняка под номером шесть открывался прямой вид на дворцовый комплекс Йордел. Земля там стоила дороже золота.
У доктора была своя клиника, священник жил при храме, и лишь Доротея снимала скромную квартиру в университетском квартале, оттого и прекрасно ориентировалась в ценах. Целый дом на площади Сент-Делан, даже без учёта земли, обошёлся бы не в триста, а в добрые двадцать тысяч фунтов, да и то при условии, что его вообще выставили бы на продажу.