Примирительный ужин

— ...

Энхарат молчал, стоя в стороне от огромного, продолговатого стола, по обе стороны которого, выстроились по десять стульев с шикарной, красной бархатной обивкой.

Как оказалось, спрашивал он чисто из вежливости, и моё нахождение на этом "примирительном ужине", было предрешено с самого начала.

Как только я собрал всю волю, и с последних сил послал демона куда подальше, в комнату вошёл каменный голем.

Существо, примерно двух с половиной метров ростом. Тело которого составляли огромные булыжники разных размеров, державшиеся благодаря некой магии, формируя человекоподобную фигуру. Светились два желтых глаза.

Немного "расширив" проход в комнату, из-за широкого камня, формирующего верхнюю часть туловища, он подошёл к кровати на которой я лежал, и протянув ко мне каменные руки, схватил моё хрупкое, совсем не сопротивляющееся тело, пытаясь не повредить его, массивными пальцами размером с человеческую голову.

Впрочем, это монстр, больше напоминал безмозглого прислужника, выполняющего все что прикажут, чем осмысленно-разумное существо, совершающее действия по собственному желанию.

…Я даже не пытался сопротивляться.

Когда гигантская каменная ладонь подхватила меня, словно тряпичную куклу, я едва ли вздрогнул. В груди не было ни злости, ни страха. Только тупая тяжесть, давящая изнутри. Всё, что оставалось – пассивно наблюдать, как моё тело поднимается над кроватью, как вяло болтаются руки, как голова запрокидывается назад.

Голем нёс меня аккуратно – на удивление бережно, как будто я был чем-то драгоценным.

Противно.

Противно! Противно! Противно!

Проход в коридоре оказался уже чем нужно. Массивное плечо голема задевало стены, сыпались мелкие камешки. Где-то скрипела перегрузка пола. Впрочем, его это не волновало. Его вообще ничего не волновало.

Он просто выполнял приказ.

А я – просто подчинялся, будучи неспособным совершить какое-то иное действие.

И вот теперь я сижу на одном из этих мягких кресел, опершись о спинку, и опустив голову.

Переодеваться я само собой не стал. Я вообще не совершал каких либо действий с самого второго пробуждения. Дорогая одежда, предложенная мне ранее, совершенно не привлекала, вызивая одно лишь отторжения. Тоже, можно было сказать и в адрес уже моей: «Варварской брони».

По необъяснимой причине, одежда, в которой я столько всего пережил раньше, сейчас казалась слишком незаслуженной для меня...

Я закрыл глаза, вцепившись всеми девятью пальцами за края сиденья.

Голова же, вместо продумывания плана побега, была занята. Самобычевание, ненависть и тошнотное отвращение к самому себе вытеснили всё остальное настолько, что лоб горел, словно раскаленный.

…даже воздух казался другим. Словно обволакивал, давил, выдавливая остатки воли.

Голова поникла – подбородок почти упирался в грудь. Плечи дрожали – то ли от внутреннего напряжения, то ли от бессилия.

Ничтожество! Ничтожество! Ничтожество! Ничтожество! Ничтожество! Ничтожество!

Непрекращающаяся песнь, состоящая из одного слова неумолимо истязала крошечные кусочки оставшегося сознания.

И каждый раз, когда это слово повторялось, оно становилось всё тяжелее. Глубже. Громче.

Ничтожество!

Как будто кто-то бил молотом по внутренностям. По сердцу. По памяти.

Ничтожество!

Голос был мой. Но не совсем. Он будто вышел изнутри, из той части, которая уже гнила, но ещё сопротивлялась.

Словно оживший паразит – неотъемлемая часть меня, что кормится моей слабостью и разрастается с каждым разом, когда я не нахожу сил ему возразить.

Снова пытаясь собрать всю силу, оставшуюся в организме, я вдруг понял одно... Ничего!

Собирать было попросту нечего.

Стол. Белая, круглая тарелка. Столовые приборы и несколько бокалов... всё это начало расплываться, из-за горячих слёз, появляющихся из под нижних век.

«Паразит... Пиявка... Мусор...»

Соленые капли стекали по щекам, падая вниз. Как бы я не пыталя сдерживать их, это было напрасно. Грубо проводя рукавом по закрытим глазам, тут-же появлялась новая влага, и все првторялось по кругу.

Кто знает, сколько бы это ещё длилось, да только... Гнетущую тишину прервал пронзительный женский крик:

— ЗАТКНИСЬ!!!

В этот самый момент, через возникшую пробитую дыру в стене влетела фигура.

Из-за обломков и пыли было невозможно что-то рассмотреть. Да и когда это произошло, я изо всех сил зажмурился, пытаясь вдавить голову в себя, приподнимая плечи до уровня середины ушной раковины.

Чуть приокрыв их, щурясь из за пыли, которая щипала влажные глаза, мне удалось увидеть того, кто только что пробил собой насквозь каменную стену.

Это был высокий, худощавый силуэт, одетый в ченый, парадный костюм. На руках были белые перчатки...

— Всё хорошо! — с каким-то радостным задором сообщил он в пустоту, подняв указательный палец левой руки...

В этот самый момент, тот рассыпался, превращаясь в землю.

Меня передёрнуло. Хотелось закричать. Завопить во весь голос. Но рот был заполнен вязкой слюной, которая наверное, не дала бы даже шепнуть.

С противоположной стороны дыры, в коридоре, стояла злая Лилит, которая сделав шаг, перешагнула, оказавшись в помещении банкетного зала.

Наконец я смог увидеть как она выглядит...

Бледная, как мрамор кожа. Янтарные глаза. Прекрасное, по всём возможным метрикам лицо. Серебристые волосы. Большие формы, в совокупности с кубиками пресса на животе. Массивный хвост, покрытий железной чешуей. За спиной – крылья.

— Нахрена ты пришёл?! — прокричала она, явно в адрес высокого незнакомца.

— Во первых, не пришёл, а телепортировался, — почти пропел тот, поправляя двухцветную маску на верхней части лица. — А во вторых, я просто не мог пройти мимо, учуяв столь манящий запах негативных человеческих эмоций!

Земля, опавшая на полтначала тянуться обратно к нему, и соприкоснувшись с ботинком, снова стала частью тела. К этому моменту, отвалившийся минуту назад палец, уже во всю показывал в мою сторону.

Я едва успел перевести взгляд на этот палец, как по коже пробежал озноб.

Он указал на меня.

Точно. Специально. Безошибочно.

— Вот он! — воскликнул масочник, почти играючи, будто ведущий циркового шоу. — Источник страдания! Сердце бездны!

Он сделал шаг – лёгкий, почти танцевальный – и оказался уже на середине зала.

Никто не успел его остановить. Даже Лилит, нахмурившись, медленно опустила руку, будто не желая вмешиваться.

— П-прекрати, — прошипела она, будто сквозь зубы. — Я не звала тебя.

— Ну уж извини, сладкая, — театрально развёл он руками, и по полу прошлась волна чёрной пыли. — Такие вкусные эмоции… они как вино сорокалетней выдержки. С таким букетом боли, самобичевания, отвращения… ммм… — он закатил глаза и провёл пальцем по губам. — Это ведь почти искусство!

— Отвали от него!

Теряя терпение, королёва суккубов взмахнула хвостом, рассекая воздух. А вместе с ним и странного типа в маске, разорвав его на двое.

Туловище полетело в самый конец комнаты, в то время как ноги остались неподвижно стоять возле меня.

По логике, должен был приснуть фонтан крови, разукрасив меня, а заодно и половину помещения.... Я даже прикрылся руками, ожидая очередной порции ужаса.

Но я ничего не почувствовал. Никакая жидкость не окрасила мою пижаму алыми пятнами крови. Никакой фонтан не забрызгал белоснежную скатерть.

Я перевел дрожащий взгляд в конец комнаты.

Там, приподнявшись на локти, и опирая голову на правую ладонь, существо (ведь после этого, человеком его считать глупо), раздраженно постукивал мизинцем по подбородку.

Ноги начали идти к нему, и слились с туловищем, позволяя тому оказаться в стоячем положении.

Немного посгибав ноги в коленях, он перевел взгляд в сторону Лилит. Прижав ладонь к подбородку, его левый глаз начал зловеще светится красным:

— Что ж, сладкая. В эту игру могут играть и двое!

Лилит уже встала в что-то, подобное боевой стойке, а в руках её противника откуда-то возникла кукла, с маской, подозрительно похожей на его собственную.

Атмосфера накалялась. Я ощущал как всё тело охватывает жар, исходящий от них. От нарастания температуры, начал выходить пот, даже несмотря на лёгкую одежду.

— Госпожа Лилит! Господин Ванир! — крикнул Энхарат, вставая в точке, посредине между ними, раздвинув руки по обе стороны от себя, будто может сдердать их силы. — Не устраивайте драку прямо при госте! Вы же сами так его ждали, правда ведь, госпожа Лилит.

Лилит медленно выдохнула сквозь зубы. Янтарные глаза метали молнии, когти впивались в ладони.

— Энхарат... — прошипела она, почти не поворачивая головы, — если ты не уберёшься с дороги, я не отвечаю за последствия.

— Но, госпожа… — тот, казалось, готов был пасть на колени, — он… он в нестабильном состоянии… ещё один выброс энергии, и он может… может...

— Моя персона не может не согласиться со словами нисшего демона. — словно растеряв весь боевой запал, сказал тип в меске, и отошёл от воображаемой линии, которая соединяла его и Лилит.

…Суккубша застыла на месте, будто сбитая с толку резкой переменой тона.

— Что ты несёшь? — раздражённо бросила она, не опуская крыльев.

Тот только ухмыльнулся, отодвигая один из столов, бесцеремонно оскверняя, сел на него:

— Да успокойся, успокойся, — он выставил руки перед собой. — Я ведь просто заскочил. Захотелось проведать старых друзей.

***

Напряжение почти пропало, и теперь исходило только от одного... существа.

Мы трое сидели за столом, хотя и в разных точках. Я и Лилит напротив друг друга. Нас разделяла вся длинна стола. Слева от меня, и справа от неё сидел Ванир, гдето в середине ряда из стульев.

Он уселся на собственные ноги, которые сжал под собой. Это, по видимому злило Лилит. От неё исходила аура, видимая невооруженным взглядом.

Впрочем, самого чудика это никапли не волновало. Он вертел головой, которую подпер рукой по сторонам, смотря то на кипящую королёву суккубов, то на сжавшегося меня.

— Эмоции исходящие от тебя, жалкий человек, действительно настолько темные и беспросветные, что заставляют мое сердечко пускаться в пляс, а подавленный вид... Если бы я мог, то купил бы тебя прямо сейчас!.. Но боюсь, она никогда не пойдет на такую сделку... — он с грустью выдохнул. От этого я сжался ещё сильнее, спрятав уже половину лица под воротом рубашки.

Он хмыкнул, проводя второй ладонью по темным волосам, зализывая их назад еще больше.

— ... Странно... Удивительно... — нечто, по имени Ванир чему-то очень сильно удивилось. Он посмотрел на меня изучающим взгядом, который читался в белых глазах.

— По какой-то причине я не могу прочитать твои мысли, или увидеть прошлое и будущее. Как такое может быть? Ты не похож на кого-то, способного противиться моим силам... — остановив взгляд на моем Щите, с его стороны раздался ещё один «хмык».

На все это, в ответ я только прикусил язык, пытаясь сдержать слезы от очередного доказательства моей несостоятельности. Не просто как Героя, а как человека.

— Аха... — он щелкнул пальцами. — Понятно теперь, откуда исходила та слабая аура святости. Поначалу я удивился. Подумал что ему просто благоволит одна из богинь, а тут оказывается, обладатель Святогор Орудия собственной персоной. Подавленость объясняет, почему в таком случае, аура настолько слабая.

Будто обращаясь к самому себе, говорил Ванир, смотря на меня.

Лилит дернулась – не телом, а внутренне. Её зрачки сузились. Губы скривились, будто она вот-вот снова взорвётся. Но, к удивлению, она лишь медленно подняла руку – и разжала кулак, будто силой заставляя себя сохранять контроль.

— Когда там ужин? — процедила она, будто шепотом, но так, что на секунду моя кровь перестала циркулировать.

— Уже... совсем-совсем скоро. Осталось ещё буквально несколько минут.

Тут-же появившийся Энхарат начал поспешно объясняться, чтобы хоть немного унять нрав хозяйки.

Фыркнув носом, Лилит взмахнула рукой, как бы отпуская его, чем он без промедления воспользовался.

Как и обещалось, спустя несколько минут, в зал вошёл Энхарат, неся в руках огромную, накрытую тарелку. Следом за ним вошдо ещё несколько демонов. Они были небольшого роста. Наверное, в ранговой системе они что-то на уровне прислуги.

Энхарат положил тарелку перед Лилит. Убрав купол, по залу тут-же разлетелся приятный, немного сладковатый аромат. На её тарелке лежал огромный, сочный стейк илеальной прожарки, размером с половину взрослого человека.

Учуяв запах, демоница мигом сменила строгое, чуть злостное лицо, на более расслабленное и радостное. Проведя языком по нижней, а потом и верхней губам, женщина потянулась за блестящими столовыми приборами.

Один из тех мелких демонов, приподнявшись благодаря плечам своего товарища, на которых он стоял, положил порцию такого же по виду стейка, только в намнрго меньшем объеме. Пропищав что-то, что можно было бы трактовать как пожелание приятного аппетита, тот что снизу, обошёл моё сидение сзади, а третий, который держал бутылку с каким-то напитком, подал её верхнему.

Компенсируя недостаток в росте командной работой, они обслужили меня, принеся еду, и налив напиток.

— Это – стейк из мяса Мантикоры, пойманной лично Суркуралом. Приготовленный, совмещая традиции из культуры людей и демонов... — Энхарат представил блюдо. Лилит уже успела съесть почти половину.

Я же, смотря на блюдо, чувствовал только рвотные позывы. Вызванные конечно не едой. Она наверное вкусная. Причиной были воспоминания. Как Даркнесс кормила меня, после чего, без заминки и сомнений оборвала собственную жизнь...

Рвота уже подступила к горлу, безжалостно обжигая слизистую оболочку желудочным соком и желчью. От боли я скривился, жмурясь изо всех сил. На лбу выступил пот, и я всё-таки смог проглотить то, что так норовилось покинуть пределы желудка.

Я сделал это почти беззвучно, только глотанием издав подобие одной децибелы.

Никто из присутствующих не заметил. Или сделали вид что не заметили.

— Приношу извинения! — краснокожий демон Энхарат вежливо обратился к Ваниру. — Ужин был рассчитан на двух персон, поэтому вам и не досталось стейка. Могу предложить вино, тысячелетней выдержки...

На его извинения, Ванир только ухмыльнулся, элегантно приложив руку к своей груди:

— Не берите на себя. В конце концов, это я без приглашения телепортировался в замок Лидит, — он говорил как истинный джентльмен. Даже немного приподнялся и поклонился. — К тому же, архидемоны могут без проблем обходится без средств пропитания на протяжении долгого времени... Не то что ничтожные людишки...

Он выдержал небольшую паузу, при этом никак не менясь в лице:

— ... или суккубы! — закончил он предложение, и сел обратно.

Лилит, которая только что, казалось, достигла пика гастрономического блаженства, в тот же миг застыла.

Медленно опуская нож и вилку, она уставилась на Ванира.

Тот, будто не заметив, продолжил сидеть в том же положении – идеально ровно, с изысканной невозмутимостью.

Пауза затянулась.

А потом…

— Не кипятись, дорогуша! — Ванир снова приподнял один палец, видимо для пущего эффекта. — Кто же виноват, что суккубы находятся на равных с нисшимы демонами. Даже лич, и то повыносливее будет...

…тишина, наступившая после слов Ванира, была почти оглушительной.

Стук ножа, выскользнувшего из пальцев Лилит, прозвучал так, будто кто-то ударил по металлу в гробовой тишине. Он отлетел в сторону и вонзился в столешницу. Прямо по центру стола.

Сердце моё подпрыгнуло до самого горла. Демоны-прислуги замерли на месте, не двигаясь даже на миллиметр. Энхарат, стоявший с бутылкой в руке, не дышал. Кажется, он уже мысленно писал завещание.

Лилит медленно повернула голову к Ваниру.

— Повтори, — проговорила она почти шёпотом. Губы едва шевелились, но каждое слово было наполнено ядом.

— Что именно? — Ванир даже не моргнул. — Про твою завидную выносливость, или про то, что у личей с метаболизмом лучше?

…и в этот момент, как мне показалось, сама реальность содрогнулась.

Крылья Лилит взметнулись за её спиной, вспыхивая тем же багровым свечением, что я видел в зале. Аура, окутывающая её, стала почти физической: воздух над столом завибрировал, столовые приборы задребезжали. Стейк на моей тарелке начал тихо подгорать.

— Ты смеёшься оскорблять королёву суккубов, генерала армии Владыки Демонов, и главу гильдии «Кара Девять Кругов», в её собственном доме, да ещё и в присутствии гостя?! — от слов начала дрожать посуда. Даже взорвался один бокал. Мини-демоны тут-же приступили к уборке.

Выведение её из эмоциональной стабильности, видимо было одним из его хобби, ведь как только Лилит начала сердиться всерьез, Ванир от всё души расхохотался, не забыв прикрить рот ладонью, облоченной в белую перчатку.

— Хо-хо-хо!.. Как же я обожаю, когда ты злишься... Твои негативные эмоции радуют меня по сей день.

Смотря на это, создавалось впечатление, что он – либо самоубийца, либо же, обладает силой: равной; или даже превосходящей саму королёву суккубов.

Она сверлила его взглядом настолько, что появлялось настойчивое ощущение того, что в его теле скоро станет на две дырки больше, что никак не мешало Ваниру продолжать смеяться.

Лилит, немного взмахнув крыльями, приподнялась. Её каблуки находились примерно на высоте стола. Она управляла железный хвост, изогнув его, будто примитивный спусковой механизм.

Темная тень нависла над ничего не подозревающим архидемоном, который в потоке душевной радости, даже не удосужился оставить глаза открытыми.

— Сдохни! — будто палач, приговоривший к смерти виновника, она расслабила натяжения, позволяя хвосту снова оказаться в природном положение, набрав при этом огромную, разрушительную скорость...

— Телепортирую-ю-юсь!

Эти слова прозвучали за долю секунды до того, как массивный хвост врезался в то место, разбывая в щепки каменный пол, а вместе с этим, разнося и близстоящие стулья, и откидывая стол, вместе с ужином.

Я невольно покосился на Лилит. Та, зависая в воздухе, тяжело дышала. Её грудь поднималась и опускалась, янтарное свечение в глазах стало невыносимо ярким. От её волос расходились искры, словно в них накопилось слишком много энергии, чтобы оставаться в рамках физики.

Хвост, вернувшийся в спокойное положение, плавно закачался за её спиной, как маятник смерти.

— Сука... — выдохнула она. — Ублюдок...

... а я только то и мог, что наблюдать за этим со стороны, одновременно надеясь умереть и остаться в живых...

Как же всё-таки ничтожна человеческая природа. Даже не имея ни единой причины для продолжения жизни, глубоко внутри все ещё держится за эту самую жизнь.

***

Сразу после произошедшего, тот же голем доставил меня до моей комнаты. Шевелиться не было ни сил, ни желания. За время проведенное здесь, моя мана не восстанавлвалась, оказавшись на критическо низком уровне.

Лилит, разозлённая выходками Ванира, направилась куда-то, видимо выпускать пар. Сам Ванир, больше не давал никаких намеков, которые могли бы сказать что он всё ещё где-то тут. Вариант с тем, что он извращенец, который где-то скрылся, и поджидает момента для подглядования отпал как-то сам собой.

Я лежал на мягкой кровати с широко открытыми глазами:

Не спать!

Не спать! Не спать! Не спать! Не спать! Не спать! ...

Я хорошо помнил, что происходит в снах, и как это на меня влияет. Ещё одного подобного происшествия моя душа попросту не выдержит.

В какой-то момент, я повернулся на бок, согнул ноги, прижимая коленки к груди, и накрыв голову руками:

— Спасите меня!.. Пожалуйста!.. Кто-нибудь!.. Придите за моной!...

Слабое, зеленое мерцание Щита, почти полностью растворилось во тьме комнаты...