По тёмному коридору замка шагала мрачная фигура в черной мантии, которая покрывала всё тело этого загадочного человека. Голова, а следственно и лицо было спрятано в глубоком капюшоне.
Загадочный человек остановился у массивных дверей, сделанной из черного металла. Мгновение он стоял неподвижно, словно решаясь на следующий шаг. Затем медленно поднял руку, скрытую в длинном рукаве, и коснулся двери.
Двери, словно реагируя на прикосновение, тихо заскрипели и начали медленно открываться. Сквозь щель в них просочился тусклый свет, который отражался от черных стен, придавая всему коридору ещё более мрачный вид.
Фигура шагнула в открывшийся проход, и её шаги, казалось, поглощались толстым ковром, покрывавшим пол. Просторный зал, куда она вошла, был почти пуст. Мраморный пол блестел от полумрака, а стены украшали резные статуи, изображающие древних героев и страшных существ. В центре зала, на пьедестале высотой около пяти метров стоял трон, к которому вели массивные каменные ступени.
На самом троне сидела фигура, которую было почти не видно в полумраке. Она была окутана тенью, словно сама тьма стремилась скрыть её присутствие от глаз. Единственное, что было видно, — это два светящихся красных глаза.
Тень на троне не двигалась, но её присутствие было ощутимо. Воздух в зале стал плотным, как будто сама тьма впитывала всё вокруг, оставляя лишь холодное и подавляющее ощущение. Фигура в черной мантии сделала ещё шаг вперёд, её движения оставались плавными, как у охотника, осторожно подкрадывающегося к своей добыче.
Подойдя ближе, можно было разглядеть очертания сидящего.
На вид лет 30. Черные волосы, недостаточно длинные чтоб зваться длинными, но и не короткие, чтоб быть таковыми. Бледная, почти безжизненная кожа окрашивала его лицо, придавая ему неземное, потустороннее выражение. Его губы были плотно сжаты, создавая ощущение, что за всем этим холодом скрывается нечто гораздо более страшное, чем можно было бы предположить на первый взгляд.
Он устало опирал голову правой рукой, которая была сжата в кулак, и покрыта чёрной как уголь броней, которая будто была одним целим с его телом. Он держал локоть, с которого торчал шип на поручне трона. Всё тело было покрыто в такую же черную броню с шипами, которые пульсировали, то увеличиваясь то уменьшаясь, будто живые. он сидел на кроваво-алом плаще, который начинал спадать от верхней части лопаток, и свисал с сидения трона, немного болтаясь возле его ног. Что касаемо левой руки... её небыло, вернее было, но только верхняя часть, которая лежала на втором поручне. Она была будто отрублена на самом локтевом суставе.
Когда гость подошёл почти вплотную к пьедесталу, фигура на троне слегка приподняла голову. Резких движений не последовало, но напряжение в воздухе стало ощутимым, как натянутый канат, готовый порваться. Лишь изредка, словно ответ на молчаливое испытание, металл на броне шипел, как живая сущность, реагируя на каждого, кто осмеливался войти в эту святую для него тень.
— Как продвигается подготовка? — спросил сидевший на троне.
— Всё идет по плану, мой повелитель! У нас ещё целий месяц на подготовку, — ответил таинственный человек в мантии, опустившись на одно колено.
Тень на троне словно затрепетала от этих слов, и её глаза сверлили фигуру в мантии, как два ярких огня, готовые поглотить его целиком. Но тот оставался спокойным, опустив голову, как бы в знак уважения.
— А что на счёт моих уважаемый гостей?
— На счёт этого переживать не стоит. По нашей информации всё пятеро уже на пути сюда, — ответил человек в мантии, приподнимаясь с колен, но всё ещё держа голову опущенной.
— А теперь, прошу меня простить, но мне нужно идти и приготовить всё к приходу наших уважаемых гостей, — продолжил человек в мантии, едва не почувствовав, как его слова вывели тень из её спокойствия. Он сделал шаг назад, готовый покинуть зал, но его движения были медленными, как будто каждый его шаг был взвешен и рассчитан.
Тень на троне не двигался, но воздух вокруг становился все более тяжёлым. Чувствовалось, как он оценивает каждое его слово, каждое движение. На мгновение в его глазах вспыхнуло что-то, напоминающее раздражение, но оно быстро исчезло, оставив лишь холодную безмолвную угрозу.
— Подготовь всё, — проговорил он наконец, его голос был как лёд, без какой-либо эмоции, но с сильным гнётом.
Когда подчиненный покинул зал, а железная дверь скрипнула и закрылась, человек на троне вздохнул. Во вздохе чувствовалось раздражение, но так-же и нотка горечи. Он поднес когтистую правую руку к своим глазам. Во время движения, когти скрылись в другой части доспехов обнажая пальци, которыми он потер глаза.
Он махнул этой же правой рукой, и из пола начал подниматься небольшой прямоугольный постамент. На нём было один прямоугольный резервуар покрытий магической защитой, скрывающей содержимое от лишних глаз. Он стоял по центру, немного выдвинутый вперед. По бокам прямоугольника стояло по два резервуара в форме куба, с такой самой магической защитой.
Ещё один взмах руки, защита кубов упала, представляя сидевшему на троне вид на четыре отрубленные головы, находящихся в жидкости. Увидев одну из них, его глаза, и без этого ярко мерцающие красным, буквально вспыхнули. Его тело начало излучать фиолетовую ауру, а шипы, которые до этого только пульсировали, мгновенно увеличились, принимая жуткий и угрожающий вид. Он сжал кулак, и ударил им по поручню трона, оставляя на нем вмятину.
От его гнева так-же начала спадать и защитная магия из прямоугольника, представляя его зрению отрубленную руку, находящуюся в той же жидкости. К ней был намертво прикреплен малый щит, который мерцал таким же фиолетовым цветом.