[Год 18, месяц 5: Прошёл 1 месяц]
Поначалу горожане встретили известие о моём существовании в штыки, что было вполне объяснимо. Я был неведомой силой, исподволь влиявшей на их повседневный быт с самого основания поселения. Астрид даже пришлось выдержать волну народного недовольства, но она быстро и решительно пресекла все пересуды.
Яростнее всего сопротивлялись сами члены совета. Они прекрасно понимали, что моё явление сведёт на нет их влияние на жизнь Рунхолда. И хотя они ещё не догадывались об этом, мои рунические помощники делали их должности попросту бесполезными.
Кроме того, до них, кажется, дошло, чем грозит присутствие столь высокоуровневого духа, когда очередной цикл нашествия подойдёт к концу. Сейчас церкви ничего не узнают ещё долгие месяцы, а то и годы, но стоило угрозе Вексус отступить, как жрецы неминуемо переключили бы внимание на прочие «проблемы». Точно так же обстояли дела и с войнами между королевствами.
По сути, вторжение Вексус спровоцировало глобальную холодную войну, в которой ничего масштабного не происходило лишь потому, что каждый держался за собственный забор и не имел ни лишнего времени, ни сил для нападения на соседей.
Несмотря на первоначальное брожение умов, стоило пройти нескольким неделям, как суровая реальность нового убежища взяла своё, и ропот мало-помалу утих.
К этому моменту я отвёл под жилые кварталы колоссальную часть комплекса, которую новосёлы окрестили просто «Норой». Конечно, пока големы не прорубят новые ярусы в глубине породы, людям приходилось тесниться, но каждой семье из трёх человек и менее досталась комната размером со студенческую комнату, а более крупным семействам выделили по две смежные палаты. Условия, прямо скажем, не царские, но само по себе обустройство семидесяти тысяч квадратных метров под размещение восьми тысяч душ оказалось сложнейшей задачей: мне пришлось спешно перекраивать пустующие товарные склады в подземные многоквартирные бараки.
И пускай пережитый штурм всё ещё отзывался страхом в сердцах горожан, рано или поздно им захочется снова подняться на поверхность.
Пока я не мог одновременно накрыть охранным куполом оба поселения и Нору, Горн оставался чем-то вроде временного загородного курорта, пока я копил ману для полной маскировки Рунхолда.
Главной бедой оставались рыщущие по округе ловчие псы. Сами по себе они большой угрозы не несли, но фон заражённой маны почти не рассеивался, а значит, один из вожаков стаи всё ещё кружил где-то поблизости.
До сих пор твари Вексус не набрели на Горн, и это было огромной удачей: лишь деревенские угодья позволяли выращивать урожай в объёмах, достаточных для прокорма обоих поселений.
Разобравшись с административной неразберихой и расселением людей, я нашёл среди беженцев нескольких земледельцев со способностями к выращиванию растений в условиях скудного освещения. Что любопытно, чаще всего такие навыки встречались у пивоваров — видимо, сказывался опыт сбраживания сусла в тёмных подвалах.
Пожалуй, перелом в настроениях горожан наступил тогда, когда я включил целебные ауры. В этом мире многие страдают от застарелых хворей и болей, на лечение которых у простого люда отродясь не водилось монет, так что избавление даже от части постоянных мук мало-помалу склонило чашу весов в мою пользу. Не последнюю роль сыграло и осознание простого факта: они живы исключительно благодаря мне, пусть и ютятся ныне на манер мышей глубоко под землёй.
[Год 18, месяц 6: Прошёл 1 месяц]
[Благословлено: 2949 - 1 + 1230]
По мере того как люди привыкали к моему незримому присутствию, число благословлённых стремительно пошло в гору. Я не сомневался, что со временем подтянутся и остальные, но уже сейчас прирост скорости восстановления маны на треть стал превосходным подспорьем.
Побочным эффектом столь скученного подземного житья стало то, что люди, истосковавшись по движению и простору, то и дело выходили размяться в коридоры. Из-за этого моим големам пришлось забыть о беге на полной скорости по главным штольням — иначе существовал немалый риск попросту раздавить зазевавшегося пешехода в темноте.
В этом месяце я перенаправил изыскания Кодекса на изучение конструкций големов и материаловедение. Тщательно проанализировав образцы маностали, помощник пришёл к выводу: синтезировать её искусственно вполне реально, но для этого потребуются чудовищный объём маны и колоссальное давление.
Как выяснилось, ману можно сжимать под прессом: к этому открытию мы пришли, попытавшись закачать в кубический сантиметр объёма максимально возможное количество энергии. Корпус подопытной ёмкости изготовили из минерала, который горняки звали глубоким кобальтом. Его добывали на огромных глубинах, и мне как раз посчастливилось наткнуться на небольшую жилу при проходке жилых ярусов Норы.
Тончайшей плёнки этого металла хватало, чтобы наглухо изолировать заданный объём. Поскольку тайны из существования големов и мастерских я больше не делал (хотя цех экспериментальных разработок по-прежнему берёг от чужих глаз), я попросил Сахиль обернуть небольшую металлическую коробочку тончайшим листом глубокого кобальта. Процесс до боли напоминал нанесение сусального золота на Земле, разве что золото там встречалось куда чаще и служило для украшения, а не для дела.
Заполнив коробку маной, я принялся методично вливать в неё всё новые и новые порции энергии. Даже когда объём достиг предельных ста процентов, ощущался лёгкий зазор: мощным волевым усилием я буквально утрамбовывал ману, заполняя возникающие пустоты.
При двухстах процентах плотности коробочка засияла густым лазурным светом от запертой внутри мощи.
На трёхстах процентах сама мана обрела видимую плотность и стала куда нестабильнее.
Наконец, на пятистах процентах металл не выдержал чудовищного напора. Под воздействием сверхплотной энергии глубокий кобальт начал стремительно растворяться, и в критический момент коробочка сдетонировала с оглушительной силой, разметав осколки во все стороны.
Опыт проводился в нескольких сотнях метров от жилых зон, так что толща каменной породы приняла весь удар на себя. Впрочем, без последствий не обошлось: отголоски взрыва отдались глухим толчком даже на поверхности.
Воронка от разрыва оказалась куда внушительнее, чем можно было ожидать от столь скромного объёма затраченной энергии. Сомневаюсь, правда, что в этом мире найдётся много существ с резервом, достаточным для повторения подобного фокуса. Даже если общий расход невелик, удержать такой колоссальный концентрат за отметкой в двести процентов требует огромной мощи, не говоря уже о непрерывной концентрации, малодоступной живым существам с их несовершенной биологией.
Если рассуждать здраво, в естественной среде мана до таких пределов никогда не сжимается: подобно газам или жидкостям, под давлением она стремится расшириться, вот только частицы самой «маны» при сверхвысокой плотности обладают куда более свирепой силой отталкивания.
И пускай получить саму маносталь с наскока не вышло, этот опыт стал важнейшей ступенью к её синтезу, а значит — к ковке более грозного оружия и прочных машин.
Зафиксировав результаты, я поручил Кодексу плотнее заняться взрывным делом. Вряд ли такой хлопок свалит высокоуровневую тварь, но если крошечная крупица вещества способна породить столь разрушительный эффект, сбрасывать её со счетов не стоит.
Ещё один насущный вопрос назревал уже довольно давно: общение жителей Рунхолда с обитателями Горна. Большинство людей относились к зверолюдям вполне сносно, но нашлась прослойка, встретившая их в штыки. Я не мог не заметить, что костяк этой неприязни составляли те же самые граждане, что усерднее всех посещали церковные проповеди.
Увы, фанатизм возводит глухие стены на пути к согласию.
Потребовалось несколько воззваний Астрид и одна моя весьма недвусмысленная мысленная отповедь, чтобы сбить спесь с крикунов и вернуть мир в общие ряды. В конце концов, нос к носу они сталкивались не так уж часто, но осаживать буйных следовало без промедления.
Люди везде одинаковы: похоже, нетерпимость к чужакам — всеобщая хворь рода людского, будь то на Земле или на Трендале.
В целом людское племя численно превосходило остальные народы, тогда как эльфы и зверолюди оставались в меньшинстве. Последние, к слову, ладили между собой куда лучше — просто потому, что выживать порознь было трудно, да и поводов для вражды при их малочисленности не находилось.
О, кстати о народах!
Перестав прятаться от каждого встречного, кроме узкого круга посвящённых, я наконец смог расспросить знающих людей — включая местных книжников и учителей:
— Какие расы населяют этот мир?
Пришлось сменить троих собеседников, прежде чем я добился толка: первые двое от страха перед неведомым голосом в голове не могли связать двух слов. Зато полученный ответ приятно удивил.
На Трендале обитает тьма разумных созданий, но народов, создавших полноценные государства, не так уж много. Люди, зверолюди и эльфы встречались чаще всего, но попадались и скрытные племена — вроде гномов или морского народа.
Ходили смутные предания и о расе низкорослых, кряжистых умельцев-кузнецов (до боли напоминавших гномов из земных преданий). Но, судя по тем же легендам, их род был истреблён под корень: в одно из прошлых нашествий твари Вексус методично выжгли их твердыни, стерев народ с лица земли.
Конечно, заполучить себе артель легендарных мастеров было бы заманчиво — в их ремесле я не сомневался, — но раз они сгинули в веках, нечего и печалиться.
Придётся довольствоваться Сахиль и нашими ремесленниками.
[Год 18, месяц 9: Прошло 3 месяца]
[Благословлено: 4178 - 5 + 363]
С тех пор как люди спустились под землю, на свет появилось несколько младенцев, пополнивших ряды моих благословлённых. И хотя Нора с каждым днём становилась всё просторнее и уютнее, горожане тосковали по настоящему солнечному теплу, которое не могли заменить даже зачарованные фонари.
Поскольку восстановление маны вышло на небывалую мощность, я решил, что пора вернуть к жизни хотя бы часть Рунхолда. Число свободных обелисков и столпов всё ещё связывало мне руки, но сейчас они работали лишь на поддержание маскировки, а при избытке маны скрыть поселение можно было и без лишних конструктов.
Так что да: мы начали обратное заселение.
Честно признаться, радости от этого мало. Если бы мне платили по монетке всякий раз, когда приходится отстраивать город заново, у меня в кармане звенело бы две монеты. Не бог весть что, но довольно странно, что история повторилась дважды. Или не повезло — тут уж как посмотреть.
К счастью, гончие Вексус нанесли городским стенам и домам куда меньший урон, чем можно было ожидать, так что ремонт продвигался быстро. Камня на починку ушла прорва, но чего-чего, а строительного камня у меня было в избытке.