[Год 19, месяц 3: Продолжение]
До сих пор из разговоров книжников и городских сплетен я успел узнать немало диковинного об этой планете, но тираннозавр рекс выглядел чужеродно даже по меркам фэнтезийного мира.
Строго говоря, это был не совсем тираннозавр, но чудовище настолько походило на киношные образы, что вполне сошло бы за дешёвую подделку: лапы чуть длиннее, чешуйчатые пластины на шкуре выражены чуть четче — суть, думаю, ясна.
Кодекс заговорил быстро, без лишних предисловий:
— Всплеск окружающей маны указывает на диапазон от конца сороковых до начала пятидесятых уровней. Справиться реально, но лёгкой победы ждать не приходится. Подземелье слегка искажает замеры, однако оценка с высокой долей вероятности верна.
М-да, задача выполнимая, но жертв не избежать. С монстрами столь высокого ранга я ещё ни разу не сталкивался, так что оставалось надеяться: эта добыча наконец-то вытолкнет меня с мёртвой точки. Застрять на сорок девятом уровне в шаге от юбилея — пытка для нервов.
Очередной сотрясающий камень рев хищника резко вернул моё внимание к коридору. Ах да, сначала надо разобраться с насущной угрозой.
Перед тем как окончательно распечатать пролом, я заблаговременно стянул в этот тоннель пятнадцать джаггернаутов и двадцать пять сплавных солдат — такой силы должно было с лихвой хватить на большинство угроз, включая эту парочку.
Скомандовав солдатам действовать сообща с джаггернаутами, чтобы уложить и рекса, и расторопную ящерицу помельче, я отправил их в атаку.
Лишённый зачатков разума раптор сломя голову ринулся вперёд, пока исполин застревал в проломе, вынужденный сперва расширить лаз плечами — протиснуться иначе туша попросту не могла. Мелкий ящер играючи увернулся от тяжёлого замаха джаггернаута и выскочил прямо перед строем сплавных воинов. Не дрогнув, конструкт и его соратники воспользовались преимуществом длинного оружия, выставив наконечники и держа зверя на дистанции.
Я предусмотрительно вооружил механических пехотинцев копьями и короткими мечами, выкованными нами с Сахиль, так что по качеству клинки ничуть не уступали гладиусу Сальфи.
Честно говоря, всё это живо напоминало мне римские легионы с их пилумами и сомкнутым строем.
Понимая, что до вступления гиганта в сечу остаются считаные мгновения, я применил своё новое атакующее умение — [Кристаллическое цветение] — прямо под лапами раптора. С коротким гулом и резким толчком маны из каменного пола вырвался острый кристаллический пик, пробивший перепончатую лапу ящера.
Урона кристалл нанёс немного — маны я вложил скромную долю, — но равновесие монстру сбил напрочь. Захромав, зверь с явной неохотой переносил вес на пробитую конечность, заметно потеряв в резкости.
Этой заминки хватило другому сплавному солдату, чтобы подсечь сухожилия на второй лапе. Окончательно лишившись подвижности, ящер яростно взвыл от накатившей боли.
А поскольку молниеносная реакция и скорость были единственным залогом его выживания, конец наступил быстро: подоспевший джаггернаут с размаху обрушил тяжёлый секирообразный топор, и отрубленная голова чудовища с глухим стуком покатилась по каменным плитам.
[Вы уничтожили Лютораптора 35-го уровня]
Да уж, всё сходится: уровень не слишком внушительный.
Оглушительный грохот обрушившейся породы и треск раскалываемого камня заставили меня переключить всё внимание на главную беду в тоннеле.
Хотя вряд ли эти твари принадлежали к одной стае при столь разительных видовых отличиях, само их происхождение из недр подземелья привело гиганта в ярость от гибели сородича.
К нашему счастью, расширить брешь монстр успел лишь слегка: теснота коридора по-прежнему сковывала его движения, так что тираннозавр мог лишь переть напролом по прямой, клацая исполинскими челюстями и круша всё на пути. Конечно, эти клыки оставались смертельно опасными и могли без труда перекусить голема пополам, но в маневренности хищник потерял колоссально.
Сплавные солдаты попытались повторить прежний приём, выставив частокол копий. Вот только этот ящер играл в одной лиге с альфа-волком, а не со своим мелким собратом. Не сбавляя хода, он на полной скорости смял копья массой: большинство наконечников просто соскользнуло по бронированной чешуе, и лишь немногие оставили неглубокие царапины.
Имея в запасе девять зарядов [Кристаллического цветения], я наудачу всадил один под опускающуюся многотонную лапу. Но прежде чем кристалл успел пробить камень, зрачки ящера метнулись к точке зарождения магии: каким-то непостижимым чудом за доли секунды зверь успел скорректировать шаг, и удар пришёлся лишь вскользь.
Впрочем, эта заминка подарила големам драгоценные мгновения для перестроения и сбила темп разгона, так что результат меня вполне устроил.
Рванувшись вперёд вопреки чудовищным габаритам, монстр со всей дури опустил лапу на оступившегося сплавного бойца, буквально втоптав металлический каркас в крошево.
Я мысленно поморщился: минус один.
Остальные сплавные солдаты благоразумно подались назад, уступив передовую тяжелым джаггернаутам. Кодекс взял одного из них под прямой контроль, временно перехватив контуры управления: я мог проделать то же самое, но исследователь был куда лучше приспособлен к управлению искусственным телом.
Бросив двух джаггернаутов наперерез тираннозавру, рунический помощник пожертвовал одним, чтобы второй успел связать зверя боем. Монстр с упоением впился в предложенную железную приманку: его зубы со скрежетом дробили и сминали толстые листы брони обречённого конструкта.
Тем временем голем под началом Кодекса подобрался вплотную к разинутой пасти твари: используя останки товарища как рычаг, конструкт принялся ломать челюсти хищника наружу.
Пока ящер бешено мотал головой, пытаясь стряхнуть железного клеща, Кодекс передал мне:
— Прошу применить заряды [Кристаллического цветения], едва откроется уязвимая точка.
И действительно: сумев наконец сбросить голема, зверь от резкого смещения центра тяжести не удержал равновесие и с оглушительным грохотом завалился на спину.
Поняв, что именно этот момент имел в виду помощник, я без раздумий выпустил все восемь оставшихся зарядов [Кристаллического цветения], желая добить гадину наверняка. Я от души плеснул в способность маны сверх меры — пики вырвались быстрее, толще и длиннее обычного.
Зверь, без сомнения, почуял активацию чар, но перевернуться со спины на брюхо попросту не успел.
Хр-р-рясь!
Кристаллические пики глубоко вонзились в незащищённое брюхо, взрезая плотные пласты мускулов и дробя ребра. Зрачки монстра судорожно расширились, и после нескольких минут яростной агонии он наконец затих.
В предсмертных конвульсиях тварь успела размозжить пятерых сплавных солдат и троих джаггернаутов.
[Вы уничтожили Молодого древнезева 53-го уровня]
«И это был всего лишь подросток?! Как же тогда выглядит взрослая особь? А главное — какова её мощь?»
Но вопреки тревожному подтексту сообщения, перед глазами вспыхнуло то, ради чего всё затевалось:
[Уровень повышен]
[Ваш уровень — 50]
[Поздравляем! Ваша раса эволюционировала]
[Священный обелиск -> Великий первокамень]
[Вы получили навык «Полярная проводка»]
[Навык «Оживление голема» улучшен]
[Создаваемые големы изначально получают на 5 уровней больше прежнего]
[Навык «Зона влияния» улучшен]
[Вы можете разделять внимание на большее число независимых потоков]
[Навык «Гравировка рунических помощников» улучшен]
[Помощники могут потреблять больше маны для форсирования вычислительных мощностей. Базовая производительность слегка увеличена]
[Навык «Кристаллическое цветение» улучшен]
[Увеличен наносимый урон, запас зарядов повышен до 25]
Мне не терпелось изучить новую способность во всех деталях, но сознание вдруг окутала сладкая, непреодолимая истома.
«Чёрт подери… Опять?!»
В отличие от прошлой эволюции, сопровождавшейся дикой головной болью, нынешняя автоматически запустила [Спячку]. У меня оставались считаные секунды, чтобы мысленно предупредить людей и зверолюдей, а также перепоручить руническим помощникам поддержание охранных контуров: проснуться на пепелище среди трупов не хотелось ни капли.
[Год 21, месяц 3: Прошло 2 года]
[Благословлено: 5453 - 239]
Первым делом после пробуждения я сверился с внутренними часами.
Два года?! Серьёзно?!
Мысленно потянувшись, я ощутил два знакомых присутствия: ко мне тянулись нити Метиды и Кодекса.
Первым отозвался исследователь:
— С возвращением. Вы пребывали в спячке довольно долго.
Прежде чем учёный успел углубиться в отчёты, я перебил его:
— Что с людьми? Почему за целый год ко мне не прибавилось ни единого благословлённого?
Метида поспешила взять слово:
— Приветствую, Пользователь. В связи с вашей эволюцией часть ключевых навыков временно не могла поддерживаться нашими силами. Это привело к естественной приостановке притока новых подопечных. Приношу извинения за недостаточность наших возможностей.
Я тяжело вздохнул:
— Ничего страшного. Просто досадно.
Упустить два года прироста благословений было неприятно: каждая новая душа давала каплю маны в тот колоссальный котёл, который мы выжигали ежедневно. Магическая энергия всегда оставалась в дефиците, так что даже скромная прибавка в долгосрочной перспективе играла огромную роль.
Первым делом я обратил взор на своё основное каменное тело. В прошлый раз перемены вышли разительными, и нынешний случай не стал исключением.
Мой монолит снова вымахал ввысь, возвышаясь над притихшей деревушкой подобно маяку на скалистом острове: длинная тень от него накрывала добрую половину Горна. Навскидку моя высота достигла добрых тридцати метров, а основание раздалось вширь настолько, что я всерьёз забеспокоился за сохранность соседних изб при следующем росте. Надо будет расчистить побольше земли вокруг от греха подальше.
Признаться, от такой скорости роста кружилась голова. Если вдуматься: каких-то двадцать лет назад я начинал свой путь двухметровым обломком породы, который пара магов волокла на зачарованной тряпке. Теперь же я вымахал в треть Статуи Свободы — уму непостижимо!
Сложен я был по-прежнему из монолитного обсидиана — в этом отношении ничего не изменилось. Зато три коренные руны на моей поверхности разрослись до метра в поперечнике каждая и пылали так ярко, что их без труда можно было различить даже в яркий полдень. Токи струящейся сквозь них маны многократно возросли: окружающая энергия бешено закручивалась вокруг плиты, словно обелиск стал эпицентром урагана, а мана — грозовыми тучами. Вряд ли это грозило физическим разрушением, но на душе было неспокойно.
— Метида, расширь охранный периметр вокруг моего тела, желательно за пределы этой зоны возмущения. Предупреди зверолюдей, что это ради их же безопасности.
Помощница послала мысленное подтверждение, успокоив меня и заодно обратив внимание на три других глифа на обсидиановой глади.
Знаки помощников выросли куда скромнее коренных рун. Этот прирост я списал на увеличение вычислительной мощности: логично, что чем сложнее задачи, тем больше места занимают энергетические контуры. И хотя сами глифы вряд ли были непосредственными источниками силы — знаний об их природе мне всё ещё недоставало, — объём проходящей сквозь них энергии подскочил многократно, о чём недвусмысленно свидетельствовало их яркое лазурное сияние.
Если кто-то в Горне увлекается астрономией — прошу меня великодушно простить!
Кроме того, радиус прямого влияния раздался ещё на несколько километров во все стороны, а пассивные ауры основного тела накрыли земли далеко за пределами частокола. Моя досягаемость выросла по всем фронтам.
Проснувшись ровно два года спустя в то же самое время года ранним утром, я не стал сразу тревожить смертных проверками, а первым делом открыл справку по новому умению:
[«Полярная проводка» позволяет прокладывать энергетические магистрали сквозь толщу окружающей маны. Эти каналы способны передавать ману между любыми объектами и постройками пользователя. Магистрали можно использовать для перераспределения локальной плотности маны и форсирования скорости её восстановления. Предупреждение: каналы различимы на ночном небе в виде северного сияния и отчётливо мерцают при дневном свете.]
Вот это действительно способность, достойная пятидесятого ранга!
Не колеблясь ни секунды, я активировал умение, протянув магистраль между своим монолитом и городским обелиском в Рунхолде. Часть маны ушла из резерва, начав переплетать естественные потоки энергии в небе.
Любопытно, но с атмосферой навык взаимодействовал примерно так же, как и охранные поля. Если сокрытие сворачивало пространство, сбивая с толку чужие взгляды, то [Полярная проводка] буквально сшивала пространство воедино, создавая выделенное русло между мной и заданной целью.
Магистраль жадно вбирала в себя фоновую ману, либо запасая её внутри канала, либо подстёгивая моё собственное восстановление.
[Восстановление маны: 200% (базовое) + 532,4% (бонус от благословлённых) + 200% (полярный бонус)]
Ого! В сумме выходило 932,4%! Этого хватит, чтобы без перерыва содержать три сотни базовых стальных големов. Постоянно.
Правда, на любые другие нужды энергии в таком случае не останется вовсе.
Желая испытать перераспределение плотности маны, я протянул ещё несколько магистралей к дальним обелискам — один из которых стоял в двадцати километрах от Горна и почти в тридцати от Рунхолда.
В теории можно было дотянуться и дальше, но затраты на удержание связи нарастали с каждым километром.
В той точке концентрация маны была примерно вдвое ниже, чем возле города: Дикие земли словно удерживали плотную энергию в своих границах, не давая ей свободно растекаться по равнинам.
Мысленно «потянув» за магистраль, я ощутил, как потоки внутри полярного канала набрали бешеную скорость — мана хлынула по нему подобно водопаду, низвергающемуся с крутого утеса. Резкий скачок в атмосфере тут же зафиксировал Кодекс, принявшись прилежно строчить вычисления. «Определённо, мне нужен ещё один помощник».
Примерно через полчаса фоновая мана на дальнем рубеже слегка прибавила в плотности, забрав на себя меньше сотой доли процента от резерва Рунхолда. Я чувствовал, что могу замедлить или разогнать этот процесс, но любая смена режима требовала единовременного вливания сил.
Это напоминало подъём по приставной лестнице: чтобы лезть вверх, нужны силы, но замереть на нужной ступеньке можно хоть на весь день. Спуск тоже требовал внимания, но давался куда легче, поскольку гравитация работала на тебя.
Так или иначе, способность открывала потрясающие горизонты, и Кодекс с энтузиазмом принялся рассчитывать модели изменения плотности маны на подвластных землях.
Глядя, как мерцают в небе северные сполохи магистралей, я не мог не думать о Диких землях. Единственной преградой для первопроходцев всегда оставалась ядовитая сверхплотная мана и порождённые ею чудовища.
Но для меня-то это не преграда! Я могу попросту откачать лишнюю ману. А что касается местных тварей?.. Что ж, с ними мы ещё разберёмся.