[Год 5, месяц 3: Прошло 5 месяцев]
[Благословлено: 2 + 188 - 15]
Первым, что встретило меня после очередного пробуждения, были системные уведомления.
[Вы получили 3 уровня]
[Ваш уровень — 5]
[Навык «Благословение охраны» улучшен]
[Скорость восстановления вашей маны и сопротивление физическому урону увеличиваются на 0,1% за каждого благословлённого. Эта мана взимается в качестве дани.]
«Ого, а вот это весьма недурно». Я ещё раз взглянул на число благословлённых.
[Благословлено: 175]
А, теперь всё ясно: сначала показывается прирост, а затем — сколько человек погибло. Путём нехитрых вычислений выходило, что сто семьдесят пять благословлённых повышали скорость восстановления моей маны чуть меньше чем на двадцать процентов. Чем бы это ни было мне полезно.
«Наверное, мана нужна для способностей, но есть ли у меня вообще хоть один активный навык, кроме благословения? Вряд ли: [Восприятие окружения] и остальные просто пассивно работают в фоновом режиме. Надеюсь, мане скоро найдётся применение».
Закрыв уведомления, я внезапно осознал одну вещь: собор был подозрительно пуст. Лишь изредка пробегавший мимо клирик или священник доказывал, что здание ещё не совсем заброшено; все обычные прихожане куда-то подевались.
Я продержался ещё несколько дней, прежде чем снова поддаться неудержимой сонной тяге, но даже за это время насчитал не больше двадцати церковников. А главное — за всё это время сюда не пришёл ни один верующий.
[Год 5, месяц 7: Прошло 4 месяца]
[Благословлено: 175 - 18]
На этот раз вокруг вообще никого не оказалось. Весь собор погрузился во мрак, поскольку жаровни больше некому было зажигать. Вдали не звучали песнопения, и, несмотря на то что я прождал ещё неделю, порог храма так никто и не переступил.
«Что-то тут явно не так, — заключил я. — Может, всех выкосила чума? Местные жители не выглядят особо развитыми, так что здесь вполне могла вспыхнуть эпидемия вроде бубонной чумы. А может, и того хуже, ведь тут всё способно получать уровни. Интересно, а вирусы могут повышать уровень?»
От этой мысли у меня мороз пошёл по коже. Даже современные цивилизации Земли с трудом боролись с вирусами — не хотелось даже представлять, на что способен вирус магический.
После этого я бодрствовал всего день или два: в пустом зале оставаться в сознании не имело никакого смысла. Скорость, с которой гибли люди, слегка тревожила, но зато я получал опыт, а помочь происходящему вокруг всё равно никак не мог. Так что оставалось принимать всё как есть.
[Год 6, месяц 0: Прошло 5 месяцев]
[Благословлено: 157 - 29]
Прошло ещё немало времени, прежде чем обстановка переменилась — и отнюдь не к лучшему.
Первым тревожным звоночком стали шаги, вернее, их полное отсутствие. Вместо них издалека донеслось быстрое шуршание множества лапок. И в то же мгновение, когда я увидел источник этих звуков, меня охватило отвращение.
В поле моего восприятия заползли гигантские пауки размером с крупную собаку.
«Я и не знал, что попал в долбаную Австралию!» Мягко говоря, пауков я ненавидел всеми фибрами души.
На глаза мне попались всего трое, но я слышал, как ещё несколько тварей шныряют по другим закоулкам собора. Хуже того, эти чудовища явно не были «обычными» пауками.
Мало того что их жвала оказались острее бритвы и больше моей бывшей человеческой ладони, так ещё и на месте глаз у каждого из этих монстров колыхались щупальцевидные усики.
«Да уж, теперь понятно, почему все сбежали. Будь у меня выбор, я бы уже улепётывал километров за сто отсюда, а лучше ещё дальше».
Оставалось надеяться, что они не обратят на меня внимания. В конце концов, я же камень, а пауки камнями не питаются… Ведь не питаются же?
Будто прочитав мои мысли, пауки неспешно двинулись к постаменту, где покоилось моё обсидиановое тело. Поначалу они даже не смотрели в мою сторону, пока один из усиков с любопытством не задел мою поверхность.
Тварь, коснувшаяся меня, тут же застрекотала, а её жвала возбуждённо защелкали — точь-в-точь как у собаки, нашедшей новую жевательную игрушку.
Развернувшись быстрее, чем положено любому нормальному живому существу, паук созвал сородичей, после чего они стремительно покинули собор, полностью пропав из пределов моей видимости и слуха.
«Ой-ой. Скверный знак. Система? Можно мне какой-нибудь атакующий навык, пожалуйста? Хоть что-то для самообороны не помешало бы!»
Система промолчала.
Лишь спустя несколько часов всё то же шуршание хитина по камню послышалось вновь. Вот только звучало оно иначе: куда мощнее и намного тяжелее, чем поступь прежних пауков.
Затем звуки затихли, и на краткий миг у меня забрезжила надежда, что неведомая тварь передумала заходить внутрь. Но тут по собору прокатился сокрушительный удар. Снова и снова что-то с чудовищной силой врезалось в каменные стены. Наконец, после короткой паузы, входные врата не выдержали и с грохотом разлетелись: обломки дерева и камня градом брызнули по полу зала.
К моему нарастающему ужасу и отчаянию, паучата привели с собой мамочку. И эта мамочка оказалась паучихой таких исполинских размеров, что возвышалась над своим потомством почти на добрый десяток метров. По крайней мере, я мог лишь предполагать её истинный облик — всё, что мне удавалось разглядеть, это восемь исполинских лап, уходящих далеко вверх за границы моего обзора.
«О нет, только не это, твою мать».
Опустив туловище ниже, монструозная паучиха предстала передо мной во всём своём кошмарном величии. И слово «кошмарное» подходило сюда как нельзя лучше: у неё не было ни хитинового панциря, ни твёрдой оболочки — вместо этого она представляла собой колышущуюся груду паучьего мяса. Десятки глаз были хаотично разбросаны по туше, словно боги без разбору швырнули в котёл случайные ингредиенты, а затем просто понадеялись на чудо.
Без малейших колебаний тварь направилась прямо ко мне. Ей хватило всего четырёх шагов — её лапы с лёгкостью пробивали насквозь деревянные скамьи и крушили каменные колонны.
А дальше стало ещё хуже.
От её туловища отделились длинные щупальца — как раз такой длины, чтобы дотянуться до высеченных на мне знаков. С поразительной осторожностью паучиха опустила свои отростки на светящиеся руны.
[Праматерь Вексус просит благословения. Даровать благословение?]
«Э-э, нет уж, ни за что. Я своего согласия не даю, а ну убери от меня свои клешни!»
Благословлять эту тварь я ни в коем случае не собирался, и она, похоже, это поняла.
Осознав мой отказ помогать, монстр пришёл в ярость. Её острые лапы принялись беспорядочно и глубоко вонзаться в каменные плиты пола — у Праматери случился форменный припадок бешенства.
Вновь взглянув на системное сообщение, я мысленно прикинул: «Праматерь Вексус? Это местная разновидность пауков? Вексус — название вида?» Про приставку «праматерь» всё было понятно: она наплодила тех «мелких».
Немного успокоившись, тварь снова прижала щупальца к руне и повторила запрос на благословение. И я снова ответил отказом.
Это оказалось ошибкой: одна из её лап тут же с размаху обрушилась на мою обсидиановую плиту. К счастью, вдребезги меня не раскололо, но солидный скол от поверхности отлетел.
Что пугало куда больше — физической боли я не почувствовал, зато мой разум пронзило раскалённым добела лезвием.
Вместо того чтобы просить в третий раз — на что я ответил бы отказом даже под страхом боли и возможной гибели, — тварь решила взять желаемое силой, не спрашивая разрешения.
Я ощутил, как из её тела вырвалась волна того, что могло быть только маной. Сомнений не оставалось: паучиха применила навык. Мгновение спустя возникло ощущение дикой, раздирающей боли, будто чья-то рука влезла мне прямо в грудь, пытаясь вырвать сердце, пошарила там внутри и заодно решила прихватить то, что я ел на завтрак.
[Праматерь Вексус пытается извлечь ваш навык [Благословение охраны] ]
[Поскольку этот навык уникален для вашей расы, это невозможно. В качестве замены будет поглощена мана.]
После этого сообщения нарастающая боль отступила, но на смену ей пришла противоестественная тяжесть. Это была не умиротворяющая дремота от [Спячки], а нечто совершенно чуждое и дурное.
Поскольку мысли ворочались с огромным трудом, поделать я ничего не мог. У меня было всего четыре навыка, и ни один из них ничем не мог помочь в такой ситуации.
Чувствуя, как запас маны неумолимо стремится к нулю, я с ужасом понял: этот непрерывный отток никуда не денется. «Она не остановится. Я же Камень благословения, моя мана будет постоянно восстанавливаться, а эта паучиха станет использовать меня как батарейку».
Весьма необычный опыт, без которого я бы с превеликим удовольствием обошёлся.
Наступила краткая передышка, принесшая с собой, пожалуй, самую отвратительную часть всего происходящего. Нижняя часть туловища Праматери Вексус пошла пузырями: мясистые мускулы заходили ходуном и начали разрываться в самых неожиданных местах.
С заворожённым ужасом я наблюдал, как эти пузыри стекают с её тела подобно каплям воды по коже и намертво прилипают к полу. Внутри этих мясных сгустков я ощущал десятки крошечных присутствий — выводок детёнышей, которым суждено было очень скоро превратиться в пауков покрупнее.
С тоской я смотрел на то, как на пол шлёпаются всё новые и новые коконы. «О боже, я что, теперь их второй родитель?»
Под эту «жизнерадостную» мысль Праматерь продолжила свою трапезу. И как только запас маны упал до нуля, меня насильно утянуло в беспробудный сон.