[Год 21, месяц 4: Продолжение]
[Благословлено: 6096]
С момента прибытия королевских гвардейцев прошло всего несколько часов, но сказать, что я сидел как на иголках — значило не сказать ничего.
В отличие от прошлой столичной экспедиции, отправленной на поиски тайных аномалий, этот отряд подошёл к делу куда въедливее. Невзирая на изнурительный переход от метрополии до Рунхолда, эти солдаты несли службу с пугающим, неслыханным для провинции профессионализмом.
Идея расселить гвардейцев по разным постоялым дворам принадлежала Астрид. Разумеется, город мог без труда разместить весь отряд в одном крыле вместе с конями, но, вынудив их разбиться на мелкие группы по всему городу, мы нарушили их внутреннюю координацию.
А случись нужда — перебить их поодиночке было бы в разы проще.
Я мысленно отряхнулся, прогоняя кровожадные мысли: пока что моё внимание было приковано к магам, вовсю рыскавшим по моим владениям.
Из пятерых чародеев, пришедших в обозе, трое отправились прочёсывать городские улицы, а двое неотлучно следовали за командором Ралном.
Что любопытно: с собой они приволокли кубический ларец размером аккурат с баскетбольный мяч. Сплав, из которого отлили стенки, наглухо экранировал внутренности от моего взора. До сих пор подобные преграды встречались мне редко — обычные металлы почти не мешали токам маны, — но из этого ящичка буквально струилась та самая чистая святая энергия, которой фонил доспех их предводителя.
Я попытался просканировать эту силу глубже, но наткнулся на ту же глухую стену, что и при попытке изучить собственные коренные руны.
В отличие от любой известной мне магии — включая даже эманации скверны Вексус, — эта энергия казалась одушевлённой. В ней сквозило чужое незримое присутствие, активно противившееся моим попыткам вглядеться в её суть, но при этом ничуть не влиявшее на окружающий воздух.
Вот это уже интриговало. Неужели такова природа божественной связи смертных с их покровителями? И что вообще представляют собой боги в этом мире?
На Земле всё зависело от конкретного культа, но обычно под словом «Бог» понимали нечто абсолютное и всемогущее. Здесь же ничего подобного не ощущалось, да и сами храмовники на догмат абсолютного всемогущества не претендовали.
Может, это просто существа запредельно высокого уровня? Интересно, каков здешний потолок развития?
И хотя отголосок чужой воли в этой энергии заставлял меня держаться настороже, прямой угрозы в ней пока не чувствовалось: сила была велика, но существовала словно в отрыве от физического мира.
В одном сомнений не оставалось: эту экспедицию благословила лично церковь. Догадка родилась ещё при виде пластин командорского доспеха, но присутствие реликвии, сочащейся концентрированной святостью, отсекало любые сомнения.
Худший сценарий из возможных. Ожидаемый, закономерный — но от этого не менее паршивый.
Один из магов в карауле окликнул товарищей:
— Эй, вы тоже это чувствуете?
Приехали.
Они явно ждали чего-то подобного, но привлекать лишнее внимание к себе мне не хотелось ни капли. Прошлая сотня солдат обязана была доложить в столицу о наличии странного духа, вот только армейская бюрократия имела привычку терять важные донесения в ворохе бумаг.
Пока я изо всех сил старался сжать своё духовное присутствие в городе, буквально выросшем вокруг моей каменной туши, Астрид уже принимала командора в ратуше.
Градоначальница блестяще отыгрывала роль затюканной бумагами чиновницы. Она встретила сэра Рална безупречным вежливым поклоном: статус правительницы был высок, но гость выступал прямым глашатаем короны, и этикет требовал почтения.
Ей каким-то чудом удалось напустить на себя вид совершенно измождённой женщины — от её привычной деловой хватки и властности не осталось и следа: перед рыцарем стояла хрупкая провинциалка, готовая спасовать перед первой же серьёзной угрозой.
Актриса от бога. Годы лавирования между городскими советниками не прошли даром.
Ралн оставил двоих конвойных у парадного входа: гвардейцы тут же пристроили табурет у порога и без зазрения совести раскинули колоду карт.
Повторяя маршрут незадачливых наёмников, офицер прошагал следом за хозяйкой по дубовой галерее к её кабинету. Зная о неизбежности визита, Астрид заблаговременно устроила в комнате образцовый творческий беспорядок: бумаги, обычно подшитые с идеальной аккуратностью, валялись на столе неровными стопками, перья потеряли колпачки, а на полированном дереве красовалось несколько свежих клякс.
Опустившись в кресло, хозяйка предложила гостю бокал янтарного бренди, но офицер скупо качнул головой, вежливо отведя угощение:
— Я при исполнении, леди Астрид. В моём деле непозволительно затуманивать рассудок.
Астрид понимающе кивнула, убрав бокал и спрятав графин обратно в ящик стола.
Ралн остался стоять на ногах, заложив латные рукавицы за спину: выправка ветерана была безупречна. Серебристый доспех всё так же мерно гудел той самой святой энергией, дразнившей моё любопытство, тускло отсвечивая в полумраке занавешенного кабинета.
— Буду краток, — отчеканил он. — Мы разыскиваем принца Дайна. Есть веские основания полагать, что его путь лежал через этот округ до того, как мы потеряли след.
Брови Астрид картинно взметнулись в притворном изумлении:
— Принца? Здесь? — Она издала нервный короткий смешок: — Командор, помилуйте, Рунхолд — последнее место на земле, куда стоило бы соваться венценосной особе. Тем более в разгар нашествия.
Рыцарь сухо наклонил голову:
— Он путешествовал не как особа королевской крови. У него имелись… веские причины скрывать своё происхождение.
Вроде старших братьев, жаждущих его крови. Вслух командор, разумеется, об этом не заикнулся бы и под пытками.
Поморщившись, Астрид опустила растерянный взгляд на заваленный стол:
— Крайне прискорбно, но через наши ворота ежедневно проходят сотни наёмников со всего света. Я даже не уверена…
Командор властно вскинул руку в латной перчатке, обрывая лепет:
— Ваша помощь нам не требуется, как бы любезна она ни была. Я лишь счёл должным уведомить городские власти о цели нашего присутствия.
Астрид с облегчением кивнула:
— Не сомневайтесь, Рунхолд верен короне до последнего вздоха. Никаких препятствий вам чинить не станут.
Ралн вперился в неё тяжёлым, буравящим взглядом, подмечая малейшие микровыражения лица. Прожжённого вояку обвести вокруг пальца было не так-то просто.
Сканируя её фигуру на секунду дольше допустимого приличиями, рыцарь развернулся к выходу:
— Мы начнём обыск с рассветом.
И прямо перед тем, как взяться за ручку двери, его взгляд соскользнул с женщины в пустоту кабинета — и внезапно упёрся строго в меня. Не блуждая рассеянно по сторонам, а безошибочно фокусируясь прямо на моём духовном взоре.
— Надеюсь, вы отдаёте себе отчёт в том, какой дух пустил корни в стенах вашего города? — произнёс он с ледяной угрозой в голосе. — Довольно любопытная тварь, не находите?
На сей раз ошеломление на лице Астрид было самым что ни на есть подлинным:
— Ка… — она осеклась и сухо кашлянула: — Дух?
Глаза офицера опасно сощурились, и он медленно кивнул:
— Не трудитесь отпираться передо мной. Мой класс далёк от примитивных воинских путей. — В его чеканном тоне промелькнуло лёгкое замешательство: — Хотя занятно: его присутствие размазано тонким слоем, словно сущность намеренно пытается затаиться…
Астрид выдавила фальшивый смешок:
— Уверяю вас, даже если в стенах и завёлся призрак, он абсолютно безвреден.
Ралн не выглядел убеждённым. Вместо ответа градоначальнице он просто протянул руку и прижал ладонь к каменной кладке стены.
Вспыхнула способность: зачарованная латная перчатка запульсировала густым лазурным пламенем, и офицер начал медленно сжимать пальцы в кулак.
Поначалу ничего не происходило. Но стоило его пальцам сойтись больше чем наполовину, как воздух в комнате сгустился до плотности свинца — и неведомая сила намертво вцепилась прямо в меня. В само моё духовное естество.
Впервые за долгие-долгие годы я физически ощутил, будто чья-то железная хватка до боли сдавила моё собственное плечо.
Что за чертовщина?! Как?!
Я инстинктивно рванулся прочь — несмотря на полное отсутствие плоти, чтобы совершить подобный манёвр, — но рыцарь лишь сжал пальцы сильнее, повторно активировав навык захвата и буквально пришпиливая моё сознание к месту незримым якорем.
— О-о, — процедил Ралн, и в его глазах впервые за вечер вспыхнул хищный азарт: — Ты ещё и сопротивляешься? Какая прелесть.
Он продолжал с силой натягивать нити реальности на себя: я почувствовал, как крупицы моего разума начинает затягивать прямо внутрь металла перчатки. Остов доспеха работал подобно миниатюрной чёрной дыре, намертво удерживая всё, что успевал отщипнуть от моего естества.
Острая боль прошила всё моё существо по мере того, как гравитационная тяга нарастала. Дёрнись я чуть сильнее — и мою духовную оболочку попросту разорвёт в клочья.
Астрид мгновенно оценила обстановку и, не тратя времени на крики, юркнула в скрытый за панелью потайной люк в полу. К счастью, Ралн даже бровью не повёл: всё его внимание было без остатка поглощено борьбой со мной.
Едва девушка скрылась из виду, я попытался наглухо обрубить свои сенсорные контуры в этой комнате: исчезни точка обзора — и хватать ему станет нечего. Но в отличие от тысяч прошлых разов, когда я играючи скользил сквозь любые преграды, сейчас движение ощущалось так, словно я пытался плыть сквозь застывающий цемент.
Осознав, что паникой лишь усугубляю положение, я замер и прекратил попытки вырваться. Натяжение невидимой струны мгновенно ослабло.
Сбитый с толку внезапной переменой тактики, командор на миг ослабил хватку: способность, сковавшая меня, на долю секунды дрогнула. Зрачки офицера удивлённо расширились, но тут же вновь сузились в ледяной решимости: он с удвоенной силой рванул поводок на себя, пытаясь втянуть меня внутрь артефакта целиком.
И за эти считаные мгновения передышки до меня наконец дошло. Эта проклятая перчатка действительно ковалась специально под ловлю духов — вот только разведданные столичных умников безнадёжно устарели.
Они понятия не имели, насколько чудовищно я вырос в могуществе. Слишком много воды утекло с момента первого отчёта.
И пускай этот магический пылесос был достаточно жадным, чтобы отрывать куски от моего сознания, вместить весь этот океан крошечная склянка была не в состоянии.
По иронии судьбы, продолжай я пятиться назад — я лишь обескровил бы себя, добровольно отдавая силу по капле.
А значит, нужно было поступить с точностью до наоборот.
И впервые за целую вечность я настежь распахнул шлюзы и обрушил в крошечную комнату всю мощь своего духовного тела. Спрессовав присутствие в тяжелейшую, почти осязаемую ртуть, клокочущую первозданной яростью, я ударил наотмашь.
Вся моя мана, всё моё естество сфокусировались в одной точке. Сияющая перчатка мгновенно превратилась в эпицентр бушующего смерча: ураганные потоки энергии взметнулись к потолку, круша мебель в щепки и с воем вырывая куски камня из массивных стен.
Поняв, что расклад сил переменился на прямо противоположный, Ралн в панике попытался сорвать перчатку с руки, но вихрь раскручивался всё быстрее и яростнее. Зачарованный металл захлёбывался: емкость артефакта иссякла в первые же мгновения, а в узкое горлышко продолжал с чудовищным напором вливаться ревущий поток маны.
Стены сотрясал оглушительный вой урагана. На обветренном лице старого рубаки наконец-то проступил неподдельный, первобытный ужас: до разума ветерана дошло, в какую преисподнюю он только что заглянул по собственной воле.
— Стой! Прекрати! Умоляю! — истошно взревел он, но его крик мгновенно потонул в рёве магической бури.
Несмотря на мутную пелену, застилавшую сознание от колоссальной концентрации сил, эта мольба вызвала у меня лишь горькую усмешку. Сам ведь полез в капкан, никто за язык не тянул. Я лишь дал ему то, чего он так жадно требовал — просто пайка оказалась не по зубам. Остановить этот процесс я теперь мог не больше, чем заставить планету вращаться в обратную сторону.
Когда больше половины моей духовной мощи впрессовалось в металл, артефакт не выдержал. На краткую долю секунды вой вихря оборвался звенящей пустотой.
А затем грянул схлоп.
Вся эта колоссальная энергия, вся тяжесть моего естества, сжатая до размеров крошечной слезинки — невыносимо плотная, запредельно нестабильная — сдетонировала в обратную сторону.
Рождённая взрывом ударная волна стёрла в молекулярную пыль всё в радиусе тридцати метров, выплеснув в ночное небо сокрушительное цунами сырой магии. Тот самый глубокий базальт, способный выдерживать прямые попадания сотен осадных орудий? Сметён начисто. Деревянная резьба и убранство? Испарились без следа.
Командора просто не стало: его разорвало на атомы в первую же микросекунду разрыва. А я остался висеть над дымящимся кратером — опустошённый, измотанный до предела, но сохранивший контроль.
И дело ещё не было закончено.
Один за другим по всему Рунхолду — на мостовых и в глубине штолен — бесшумно ожили затаившиеся големы. Стальные сочленения пришли в движение, и механические отряды синхронно выдвинулись в семи разных направлениях.
На то, чтобы выследить и перебить оставшихся двадцать девять королевских гвардейцев до последнего человека, у меня ушёл ровно один час.