Одна спасательная миссия.

12 августа, воскресенье.

Летний ветерок — наверное, это прекрасно? Да, это определенно приятно. Он играл с подолом моей юбки, заставляя её то взлетать, то опускаться, и я чувствовала себя почти свободной. Почти.

Мак Кинг или Бургер Дональдс... Важно ли это? Сара сказала сходить с Сисэ туда, куда мне было бы лень идти одной. И вот я здесь.

Помня, что вечером меня ждёт шпионская операция в отеле, я решила, что мне нужно подкрепиться. Да и мы с Сарой всегда любили побаловать себя вредными бургерами, картошечку друг другу в рот пихать, измазывая соусом всё лицо. Хихик. Я даже хихикнула про себя, стоя у входа, и поймала на себе удивлённый взгляд прохожего.

На мне была бледно-розовая блузка и лёгкая летняя юбка, волнистая, почти пушистая, сливочного цвета, достаточно короткая — настолько, что Сара точно бы это прокомментировала. Причём я даже слышала эти слова, будто она стоит у меня за спиной сейчас.

«Эй, Нэкогава, у тебя что-то под ноги упало, наклонись посмотри!» — проговорила я в своих мыслях её голосом, хриплым, с ноткой карикатурности. Снова хихикнула про себя.

— Эй, Нэкогава! — раздалось вдруг со стороны.

По коже пробежали мурашки.

Повернув взгляд, я увидела Сисэ. Она лёгким, спокойным шагом шла ко мне, выйдя из-за угла, со стороны остановки. На ней было платье-рубашка в серо-голубую клетку, очки в тонкой круглой оправе, заколка с котиком держала чёлку, а пепельные волосы были убраны в тугой, очень высокий пучок, который подпрыгивал в такт шагам. Очень миловидно. И этот румянец на щеках.

— Привет, Ямагучи! — я улыбнулась и помахала ей рукой.

Подойдя, Сисэ сделала пируэт с лёгким поклоном, покрутившись вокруг своей оси на одном носке.

— Привет! Я так рада, что мы смогли встретиться! Пойдём? — она указала ладонью на дверь заведения.

— П-пойдём, — тихо согласилась я и проследовала за ней.

Сев за столик и заказав себе вкусных вредностей, мы молчали. Я-то понятно — меня насторожила её неожиданная энергичность и сияние, а она-то чего?

Нам принесли подносы: мне — сочный бургер и кола, ммм, врееедности. А для неё — порция картошки фри с каким-то новым лимитированным соусом дня, молочный коктейль и парочка наггетсов.

Тут же схватив булочки с котлеткой между ними, куснула и закатила глаза.

Наверное, со стороны это выглядело совсем не эстетично, не элегантно и не по-девичьи. Я тут же опустила руки с бургером, одной рукой взяла салфеточку и промокнула губы, округлила глаза и исподлобья посмотрела на Сисэ виновато.

А она просто улыбалась, лёгкой, чуть смущённой улыбкой.

— Вкусный? — спросила она.

— Агаф, — с набитым ртом кивнула я. Прожевала, проглотила, запила колой. — А ты не пробовала такой?

— Нет, я не очень такое люблю. Вот картошечка с соусом — это рай! — ответила она, макнув дольку в соус и куснув её.

— Ну так то да. Но мне чего-то прям захотелось сегодня жирненького, — я сделала ещё глоток.

Пока Сисэ наслаждалась кусочком наггетса, я вспомнила, как Сара дразнила меня после таких фастфудных жирных бургеров, когда мы объедались до отвала и валялись дома на диване. Как она пальцем поддевала низ моего живота, чтобы тот волнисто вибрировал как желе (ХОТЯ Я НЕ ТОЛСТАЯ!) и причитала: «жирочек!» Ну и дурой же она бывает.

— М-м, кстати, Ямагучи, как твои успехи с рисунком? — спросила я, взяв паузу от бургера и ещё раз вытерев край губ салфеточкой.

— Потихоньку, Нэкогава, потихоньку, — она сложила руки перед собой, тоже взяв паузу от картошечки. — Знаешь, я уже определилась с темой. Я нарисую волшебный мир. Благо фантазии у меня хватает.

— О, это будет переплетаться темой с твоей предыдущей работой, круто! — восторгалась я.

— Ну а ты? Что на счёт тебя? Уже начала рисовать? — поинтересовалась Сисэ.

— Н-нет. Не начала ещё, — мои глаза утонули на дне стакана с колой. — Типа... Пока не идёт, но я в процессе.

— Вот оно как, — Сисэ внимательно склонила голову на ладонь, опираясь локтями о стол, подаваясь вперёд. — Ну, а хотя бы определилась с темой? Выставка всё-таки серьёзная, нужно хорошо проявить себя.

— С темой да. Кажется. Хочу нарисовать Сару.

— Сару?

— Ну да. Моя подруга, модель и муза, я тебе говорила, — ответила я, водя пальцем по кромке края стакана.

— А, поняла. Та девушка с леденцом из твоих набросков, — закивала с полным участием она. — Должно получиться отлично, это ведь то, в чём ты набила руку до автоматизма! И когда она будет тебе позировать? Ну, чтобы я не заходила в кружок рисования в тот день.

— Я буду рисовать дома у себя. А она... Она не будет. Она в... Недоступна сейчас. Я по памяти, — с ноткой тоски в голосе призналась я.

— Ого. Это всё усложняет. Ты сможешь? — Сисэ задумчиво почесала носик.

— Надеюсь. Смысл, концепцию, тему — всё это я передать смогу, но без прямого позирования могут возникнуть проблемы с исполнением теней... — я тоже задумалась, взгляд уехал куда-то к окну.

— Если что, я могу помочь. То есть... — она замялась слегка, щёки покраснели. — Ты можешь прийти ко мне, или я к тебе, и мы вместе поработаем над тенями. То есть, ну... Ты же знаешь, что тени, штриховка — это мой профиль.

— Б-большое спасибо, я... Я буду иметь в виду! — сложив руки ладошками вместе, я кивнула ей. — Это правда очень приятно, я тоже постараюсь помочь тебе, если что-то потребуется! Ну например...

Мои глаза поплыли к потолку, пытаясь придумать, чем я могу помочь такому мастеру, как она.

— Например, поможешь прочувствовать цветовую палитру в моём фэнтези-мирке, — Сисэ хлопнула в ладоши, заставляя меня перестать пялиться в потолок. — Ведь у меня проблема с балансом, а у тебя с этим тип-топ! Вспоминая твою победную работу на школьном конкурсе!

— Да, само собой! Тогда будем на связи, да?

— Конечно! А теперь, знаешь, ты просто обязана попробовать этот улётный соус! — она говорила это с таким заведённым энтузиазмом, что я не успела отказаться.

Сисэ макнула картошечку в соус, смачно прокрутила её там, соус аж почти капал с кончика, держала её двумя тонкими пальцами, а другую руку держала под ней, чтобы не капнуло на стол, и поднесла к моему рту, прямо к губам. Она смотрела на меня с таким ожиданием во взгляде, что я... ну, я просто открыла рот как дура и сказала: «Ааам».

Мм, действительно вкусно. Чёрт побери. Пока я жевала, мои вкусовые рецепторы плясали ламбаду.

— Каеф! В следующий раз тоже такой возьму! — выпалила я. — Спасибо.

— Их-хи, не за что, Нэкогава! — она искренне хихикнула. — Я поэтому и дала тебе, потому что потом, знаешь ли, его уже не будет. Это же соус дня.

— А, ну... — я надула губки, поняв свою тупость в этот момент. — Ну тогда другой соус в другой раз, другого дня, типа...

— Договорились, — улыбнулась она.

Мы ещё посмеялись, обсуждая техники рисования, смешивание цветов, её идеи для фэнтези-мира и мои сомнения по поводу портрета. Сисэ рассказывала о том, как работает со светом на холсте, как она ищет баланс между деталями и воздухом. Я слушала, кивала, иногда вставляла свои мысли. И в какой-то момент поймала себя на том, что мне действительно интересно. Что я могу говорить с ней не только о рисунках, но и о чём-то большем.

Потом я проверила телефон. Сообщений от Сары не было. Конечно, не было. Её нет в сети уже неделю. А я всё равно проверяю.

Тупая привычка.

— Нэкогава? — Сисэ заметила мой взгляд, скользнувший по экрану. — Всё в порядке?

— Да, — я убрала телефон в сумку и улыбнулась. — Просто... привычка.

Она не стала спрашивать. Просто кивнула и вернулась к своей картошке.

Мы допили, доели, собрались. У выхода из фастфуда нас настиг тёплый ветер, который снова взметнул мою юбку. Взглянула на Сисэ, на её спокойное лицо, на заколку с котиком, на то, как она поправляет очки.

— Спасибо за сегодня, Ямагучи, — сказала я.

— Мне было очень приятно, Нэкогава, — она улыбнулась. — И правда. Если захочешь обсудить рисунки или просто поболтать — я на связи.

Мы подошли к остановке. Её автобус уже ждал, приоткрыв двери. Сисэ сделала шаг к нему, потом обернулась и помахала мне. Я помахала в ответ.

Она села в автобус, заняла место у окна, и когда двери закрылись, я увидела, как она приложила ладонь к стеклу и улыбнулась.

Автобус уехал.

Опустив руку, я выдохнула и посмотрела на небо. Оно всё ещё было светлым, но солнце уже начало клониться к закату. Начиналось время для другой миссии.

Достала телефон, открыла чат с Горо. Его последнее сообщение было коротким и чётким: «Встречаемся у входа в «Гранд Токио». Буду ждать».

Убрала телефон, поправила юбку и направилась в сторону метро.

〰〰〰〰〰〰〰

Поднявшись на нужной станции, по эскалатору, я направилась к отелю.

Отель «Гранд Токио» передо мной, стеклянный, холодный, слишком дорогой для таких, как мы.

Достала из сумочки дезодорант и быстро, прячась за колонной у входа, пшикнула под мышки. Чтобы не пахнуть потом. Чтобы не думать о том, что я вообще тут делаю. И. И вообще.

Горо уже ждал у ресепшена. Он стоял в белой рубашке и тёмных брюках — строго, чётко, почти как взрослый. Я на секундочку задержала взгляд на его плечах, на том, как ткань облегает их, и тут же одёрнула себя.

— Привет, — сказала я, подходя.

— Привет. Ты готова? — его голос был спокойным, но пальцы в кулак всё же сжимал.

— Готова, — кивнула я. — Как там Мако?

— Еле объяснил, что всей толпой идти нельзя. Он бы своим шумом всё испортил, — Горо покачал головой. — Он даже предлагал надеть маскировочный костюм и притвориться растением.

— Пха, а он бы и правда мог это провернуть, — улыбнулась я. — Ахико, кстати, обрадовалась, когда я сказала, что ей лучше остаться. Она сказала: «Я бы только мешала, я даже дышать тихо не умею».

Горо усмехнулся, и в его глазах мелькнула тень тепла.

— Ну что, пошли?

И с этими словами он показал мне свою сумку — маленькую, спортивную, компактную. Внутри лежал диктофон, фонарик, скотч, изолента и ещё какое-то барахло.

— Зачем это? — удивилась я, перебирая предметы.

— Я не знал, что нужно брать с собой, — честно признался он, и я не сдержала смешка.

Солнце за окном садилось, окрашивая холл в оранжевые тона. Значит сигнал, значит пора.

Мы поднялись на нужный этаж. Коридор был тихим и безлюдным. Сердце колотилось где-то в горле или в пятках, одно из двух, но я старалась дышать ровно.

Горо постучал в дверь номера.

Через несколько секунд она приоткрылась, и в проёме показалось лицо того агента. Блондин, с наглой улыбкой, которая мгновенно погасла, когда он увидел нас.

— Вы кто? — спросил он, прищурившись.

— Мы из обслуживающего персонала, — начала я, но он перебил, не дав договорить.

— Я не заказывал уборку. Идите отсюда.

Дверь захлопнулась перед нашими носами.

Мы отошли за угол, и Горо выдохнул:

— Ну всё, мы проиграли.

— Эй! — я пихнула его носком своих тонких летних сандалий по голени. — Соберись!

Он зашипел от боли, но улыбнулся.

И в этот момент я заметила, что дверь номера снова приоткрылась. Агент вышел, держа телефон у уха. Он заказывал доставку в номер и, не заметив нас, пошёл в сторону лестницы.

Рванув к двери и поймав её до того, как она защёлкнулась, я махнула Горо.

Он побежал за мной, но двигался неуклюже, пятился вдоль стены, как краб, медленно и нелепо. Я успела дважды выдохнуть томно и устало, пока он добирался до двери.

И вот... Мы заскочили внутрь.

Номер был большим: гостиная, кухонная зона, спальня через арку. Всё пахло дорогим парфюмом и деньгами. Мы замерли на мгновение, слушая тишину.

— Куда? — прошептал Горо.

— Ищем, где спрятаться!

Он залез под стол в гостиной, но сразу вылез — стол оказался короче его самого. Я же встала за шторку у окна, но он фыркнул:

— Тебя видно.

— А ты предложи что-то лучшее! — шикнула я.

Мы заметили узкий шкаф-купе возле кровати в спальне. Дверцы были чуть приоткрыты, внутри пустота и запах дерева.

— Туда! — я дёрнула его за рукав.

Мы занырнули внутрь одновременно. Дверцы закрылись за нами, оставив лишь тонкую щель, через которую можно было видеть комнату.

В тесноте шкафа я оказалась спиной к Горо. Моя короткая юбка задралась от резкого движения, ткань кажется касалась его брюк. Он замер, стараясь не дышать. Я тоже.

В этот момент в номере щёлкнул замок. Капец мы вовремя.

Голос агента. И голос Эммы.

— Эмма, ты сегодня как всегда неотразима! — говорил он, в его тоне слышалась фальшивая сладость.

— Да брось. Ближе к делу, — ответила Эмма, а в её голосе усталость.

— Пройдём пока на кухню, я заказал ужин, перекусим?

Они ушли на кухню. Голоса стали тише, но я всё ещё слышала обрывки фраз.

Мы стояли в шкафу. Тесно. Слишком тесно. Я пыталась проглядеть в щель хоть что-то, но видела только кусок кровати и край стены. Пришлось прижаться ухом к дверце, чтобы слышать лучше.

Горо стоял за мной, почти касаясь. Я чувствовала его дыхание на своём затылке, тёплое, сбившееся. Он пытался отодвинуться, но пространство не позволяло. Я знала, что он старается не касаться меня, но это было практически невозможно.

Повернувшись к нему вполоборота, приложила палец к губам: «Тихо». Но мой предатель-локоть задел его живот, и я случайно почувствовала что-то твёрдое — возможно, надеюсь, бляшку ремня. А потом, когда я поворачивалась обратно, мои ягодицы провели по его бедру. ЧЁРТ.

Застыла.

Сердце остановилось на мгновение, а потом забилось с такой силой, что я боялась — он услышит это биение.

Сглотнула. Громко. Слишком громко. Горо, кажется, не дышал вообще.

Моя юбка задралась ещё выше. Я нервно одёрнула её, и в этот момент моя рука коснулась его пальцев. Он чуть не подпрыгнул.

Всё же поправив юбку, я тихо выдохнула. Как хорошо, что тут темно и мы не видим лиц друг друга. Это был бы полный кошмар.

Наше дыхание становилось глубже, громче. В тесном пространстве шкафа каждый звук казался оглушительным.

Но тут агент и Эмма вернулись в спальню.

Эмма села на кровать. Агент ходил перед ней туда-сюда, судя по звуку. Я кивнула Горо в сторону диктофона. Он протянул руку к сумке, но в тесноте его пальцы снова коснулись моих ног. Я почти пискнула, но сдержалась.

Он включил запись и коснулся моего плеча, давая знать. Кивнула в ответ.

— Ты знаешь, это эксклюзивное предложение, только для тебя, — голос агента стал вкрадчивым. — Снимем это 18+ видео прям сейчас. Ну же!

— Ты в своём уме? — голос Эммы дрогнул.

— Это верняк! Все топ-модели через это проходили. Снимешься — завтра уже будешь плавать в деньгах!

— Ты обещал, что я буду плавать в деньгах, ещё тогда, когда я тебе первую свою зарплату отдала! — её голос стал надрывистым. — Ты обещал всё вернуть. Обещал контракты!

— Всё будет!

— Когда?! Ты уже несколько месяцев только берёшь деньги, и ничего!

— Когда когда! Задолбала! Раздевайся!

Послышался шум. Борьба. Эмма вскрикнула.

Тут же я вывалилась из шкафа. Дверцы распахнулись, и я выпрыгнула, замахнувшись кулаком прямо в лицо агента. В моей голове я нанесла мощный удар, от которого он должен был отлететь к стене. На деле же я просто легонько ткнула его в плечо.

Потом сразу схватила Эмму за руки и вытащила её с кровати.

Горо выкатился из шкафа почти колесом, схватил агента за то же плечо, по которому я ударила со всей мощностью секундой ранее, и рявкнул:

— Мы всё записали! Верни ей деньги, аферист! — Горо тыкал ему в лицо диктофоном.

Эмма в шоке. Её глаза были огромными, влажными, она смотрела на меня, не веря, что я здесь. И на Горо, не веря, что он вообще Горо.

Прижала её к себе, почти вдавливая лицо Эммы в свою грудь. Мы сидели на полу, в обнимку, а Горо стоял рядом с агентом, зажав его в углу.

— Верну! Всё верну! — бормотал агент. — Мне нужно уйти в банкомат!

— Телефон, — сказала я. Мой голос был стальным, почти как у Сары, как мне казалось. — Достань телефон и переведи деньги ей сейчас. Иначе я звоню в полицию.

Он перевёл. Нервными пальцами труса, но перевёл.

Горо проверил телефон Эммы, кивнул. Мы отпустили агента. Он выбежал из номера, даже не оглянувшись.

И мы остались втроём.

Номер казался огромным и пустым после того, как агент выбежал, даже не закрыв за собой дверь. Горо первым делом подошёл и захлопнул её, щёлкнув замком. Выдохнул, расслабив плечи.

Эмма сидела на полу, обхватив колени руками. Её плечи дрожали, но она не плакала, просто смотрела в одну точку на ковре.

— Эмма... — начала я.

— Откуда вы взялись? — перебила она, поднимая на меня взгляд. Её глаза были красными. — Я... я не понимаю. Вы просто... выскочили из шкафа? Как? Зачем?

Она перевела взгляд на Горо, который стоял у двери, пытаясь отдышаться. Он выглядел так, будто только что пробежал марафона три — рубашка прилипла к спине, на лбу блестели капли пота.

— Вы оба... такие красные, — сказала она, а в голосе было удивление, смешанное с чем-то похожим на смех. — У вас пот на лбу. Вы что, бежали сюда?

Горо и я переглянулись. Я чувствовала, как мои щёки горят, и знала, что выгляжу не лучше него — красная, растрёпанная, с влажными от нервного пота висками.

— Мы... ну... — начала я, пытаясь подобрать слова.

— Мы прятались в шкафу, — выпалил Горо, голос прозвучал слишком громко. — Там было тесно. И душно. Очень душно.

— Прятались в шкафу? — переспросила Эмма, уголок губ дрогнул. — В шкафу? Вдвоём?

— Это была единственная возможность, — вставила я, дико краснея. — Нам нужно было записать разговор же и всё такое. Ну?

Эмма смотрела на нас несколько секунд, её лицо медленно менялось — от шока к удивлению, от удивления к чему-то тёплому, почти нежному. А потом она рассмеялась.

Настоящим смехом, сдавленным, искренним и детским.

— Хо-хо! Вы... вы двое... — она покачала головой, вытирая глаза тыльной стороной ладони. — Вы реально спрятались в шкафу. Чтобы спасти меня.

— Ты бы сделала то же самое, — сказала я тихо.

Эмма замолчала. Потом медленно кивнула, и в этом кивке было столько всего — и благодарность, и усталость. Дикая усталость.

Мы помогли ей подняться. Её ноги дрожали, так что я придержала её за локоть. Горо подал ей сумку, которую она оставила у входа. Она взяла и мы вышли из номера.

В холле отеля, когда мы шли к выходу, тишина была почти оглушительной, только наши шаги по мраморному полу и редкие голоса людей у ресепшена.

Эмма шла медленно, её плечи всё ещё были напряжены, но она уже не дрожала. Я держала её под локоть, а пальцы сжимали мою руку.

Мы почти дошли до выхода, когда Эмма вдруг остановилась.

— Стойте.

Мы с Горо замерли.

— Что? — спросила я.

Эмма смотрела куда-то в сторону ресепшена, её лицо было бледным, но глаза были ясными.

— Он же просто сбежал, — сказала она ровно, почти отстранённо. — Мы его отпустили. Он просто вышел. Как ни в чём не бывало.

Повисла пауза. Я переглянулась с Горо. Он стоял, засунув руки в карманы брюк, и смотрел на Эмму с выражением, которое я не могла прочитать.

— Деньги он вернул, — осторожно сказал Горо. — Мы проверили.

— Да, — кивнула Эмма. — Но это не значит, что он не сделает этого с кем-то ещё.

Холодок пробежал по моей спине. Она была права.

— Надо в полицию, — сказала я тихонько. — Мы должны сообщить?

— Да, — кивнула Эмма. — Но я не знаю... как это делается. И надо ли вообще. Деньги же на месте...

— Надо, — перебил Горо, с каменной уверенностью в тоне. — Даже если деньги вернули — он совершил преступление. И если мы ничего не сделаем, он просто найдёт следующую.

Мы замолчали. Примерно на пару секунд.

— Я пойду, — сказал Горо. — Скажу на ресепшене, чтобы вызвали полицию. Скажу, что есть подозрение в мошенничестве. И назову его имя. Номер, в котором это происходило.

— Ты уверен? — спросила я.

— Нет, — честно ответил он, а уголок губ дрогнул в слабой улыбке. — Но это правильно. И я хочу это сделать.

Повернувшись, он направился к ресепшену уверенным шагом. Я смотрела ему вслед, как он остановился перед портье, как что-то сказал, как начал говорить, жестикулируя, как его плечи распрямились. Портье слушал, потом кивнул, взял трубку.

Эмма стояла рядом со мной, глядя на Горо.

— Он хороший, — сказала она тихо с игривой ноткой. — Твой Горо.

— Он не мой, — ответила я через чур мягким голосом.

Эмма не стала спорить. Просто улыбнулась искренне.

Через минуту Горо вернулся.

— Готово, — сказал он со спокойным лицом. — Они вызывают полицию. Я назвал его имя, описал, номер. Дальше уже они разберутся.

— Спасибо, — сказала она, глядя на нас. — Правда. Я не знаю, что бы я делала, если бы вы не пришли.

— Это не мы, — ответила я, с теплом в голосе. — Это Сара. Она настояла на всём. С самого начала. Она сказала, что мы должны следить за тобой, что если ты в беде — мы не можем оставить тебя.

Эмма замерла. Её глаза расширились.

— Сара?

— Да, — кивнула я. — Она в лагере. Без связи. Но она всё равно думала о тебе. Она перед отъездом сказала: «Это Эмма. Она бы сделала ради вас, ради меня то же самое».

Эмма моргнула, её губы дрогнули.

— Она... она правда так сказала?

— Правда, — подтвердил Горо с уверенностью.

Эмма опустила голову на мгновение, потом подняла, в глазах блестело что-то, что я редко видела у неё, настоящее, тёплое, уязвимое. Даже нежное.

Мы вышли на улицу.

Вечерний воздух был свежим, и я вдохнула его полной грудью, с долей облегчения, чувствуя, как адреналин наконец начинает отпускать.

Эмма подняла руку, и через несколько секунд к обочине подкатило жёлтое такси. Она открыла дверцу, но перед тем как сесть, обернулась к нам.

— Я уезжаю из Токио, — сказала она. — До конца каникул точно. Мне нужно... восстановиться.

— Ты вернёшься? — спросила я.

Она улыбнулась, слабо, но искренне.

— Да. Я обещаю.

Эмма села в машину, дверца захлопнулась, и такси медленно отъехало от обочины. Я смотрела, как оно исчезает за поворотом и подумала о Саре. О том, что она бы сейчас сказала, если бы могла видеть нас. Что-то вроде: «Ну что, шпионка, справилась?» — и я почти слышала её голос, хриплый и насмешливый.

Улыбнулась в темноту и и хотела пойти дальше, одна к метро, но... Мне не хотелось ехать в метро, не хотелось толкаться в вагоне, смотреть на чужие лица и думать о том, что произошло. Хотелось просто побыть с кем-то.

Горо стоял на том же месте, глядя на меня. Он тоже не ушёл. Поймала его взгляд, и он понял без слов.

— Такси? — спросил он.

— Да, — кивнула я.

Мы поймали машину через минуту — жёлтый седан с потёртым сиденьем и водителем, который даже не обернулся, спросив адрес. Я назвала свой, и мы поехали в тишине. За окном проплывали огни города, люди, магазины, жизнь, которая шла своим чередом.

Сидя у окна, прижалась лбом к прохладному стеклу. Усталость накатывала волнами, не только физическая, та, что от адреналина, который только начал спадать, а другая, глубокая, от всех этих недель. От переживаний, от того, что я делала вид, что всё в порядке, хотя внутри всё кипело.

Горо сидел рядом и тоже молчал. Он не пытался заполнить тишину словами, и за это я была ему благодарна.

Но мне хотелось говорить.

— Знаешь, — начала я, не поворачивая головы, глядя на проплывающие огни, — я хочу нарисовать мангу. По мотивам наших приключений.

Горо удивился, я почувствовала, как он подался чуть ближе ко мне корпусом.

— О как. Мангу? Про нас?

Я наконец повернулась к нему, и от его удивлённого взгляда почувствовала, как щёки начинают теплеть. Замахала руками, пытаясь объясниться:

— Ну, это звучит немного не так. Я не это имела в виду! — я сделала паузу, собираясь с мыслями. — Я хочу нарисовать приключения, например сегодняшние! Как мы спасали Эмму, это же забавно?

Горо приподнял брови, и в его глазах мелькнула искорка.

— Забавно, как я нелепо пытался быть крутым?

— Именно! — я щёлкнула его по носу пальцем, сама не знаю зачем, просто в порыве. — Только представь! Нелепый крутой семпай, красавица-художница — команда мечты! Хихик!

— Аха! Звучит и правда весело, — улыбнулся он. Но потом его голос стал тише, а пальцы на колене сжались. — А там будут романтические линии?

Его вопрос повис в воздухе, лёгкий, почти случайный, но ожидающий ответа.

— Не знаю, не знаю, семпай, — я мило склонила голову набок, заглядывая в его глаза. — А тебе хотелось бы? Хотелось бы почитать романтическую линию в манге про забавные приключения?

Он выдохнул тихо и перевёл взгляд в окно, на проносящийся мимо город.

— Угу, — сказал он просто.

Мы замолчали. В такси было тихо, только звук мотора и шум колёс. Я тоже повернулась к окну.

— А откуда вообще такой порыв именно к манге? — спросил он.

Задумалась, глядя на огни, которые неслись за стеклом.

— Просто... — начала я, и голос стал тише. — Я хочу, чтобы, когда Сара вернётся, она смогла увидеть всё, что я проживала тут, как боялась, как пыталась быть сильной. Мне кажется... Тупо, да?

— Нет, — сказал Горо, и в его голосе была такая твёрдая уверенность, что я невольно повернулась к нему. — Это не тупо. Это очень заботливо. Я бы даже сказал — красиво. Саре понравится. Мне бы понравилось, если бы моя подруга так думала.

Он легонько коснулся моего плеча пальцами, и это прикосновение было таким простым, таким обычным, но от него внутри что-то дрогнуло.

— Агась... — выдохнула я, на губах сама собой появилась улыбка.

Такси остановилось у моего дома.

Повернувшись к нему, я моргнула — он это увидел, и в свете уличного фонаря я поймала его лёгкую, тёплую улыбку.

— Спасибо, — сказала я. — За сегодня. За то, что ты был рядом.

Он улыбнулся ещё шире.

— Всегда пожалуйста, Юдзу. Если что — пиши.

Выйдя из машины, закрыла дверцу. Такси отъехало, унося Горо в ночь.

Ночь была тёплой, жаркой и душной, на мгновение закрыв глаза, я вдохнула запах лета и как будто бы запах свободы.

А потом в кармане завибрировал телефон.

Вздрогнула. Экран засветился, выхватывая из темноты моё лицо. Неизвестный номер. Номер, которого я не знала.

Сердце забилось чаще.

Открыла сообщение.

И моё лицо осветилось в свете яркости дисплея...

〰〰〰〰〰〰〰

Нравится? Юдзу и Сара ждут вас в ТГК: @TakefasaProject