Надеюсь, то, что меня убьёт, будет эпатажным (Часть 2)

14-й день.

Воскресенье. Половина пути пройдена.

Полностью свыкнувшись с жизнью здесь, я даже привыкла к тому, что перед часом дневников, по вечерам, можно уже доставать свой дневник и сидеть на кровати в ожидании объявления этого самого часа.

Как вот сейчас.

Майко уже заняла свою привычную позу: она сидела на кровати, поджав под себя ноги, слегка ссутулившись, и что-то быстро строчила в своём дневнике, иногда закусывая кончик ручки. Светлые волосы падали на лицо, закрывая половину, она сдувала их со лба. Кими сидела на полу, прислонившись спиной к своей кровати, писала медленно, часто останавливаясь и глядя в стену. Её веснушки на лице казались особенно яркими в свете настольной лампы.

Ну а я сидела сегодня на подоконнике, вдоль окна, глядя куда-то за облака. Моя нога, поджатая к груди, лежала на подоконнике, вторая свисала вниз, касаясь пальцами пола. Ткань серых ночных шорт задралась, открывая бледную кожу.

— Время дневников! — строго объявил мужской голос, проходящий мимо в коридоре.

Девочки принялись писать. Майко быстро, Кими медленно. Все эти дни я хотела спросить у них, что они там так активно записывают, но понимала, что этого делать не стоит.

Раскрыла дневник на четырнадцатой странице...

21:30. Отбой.

Свет погас. Комната погрузилась в темноту, которую разбавлял лишь тусклый свет из коридора, падающий на пол жирной полосой. Где-то вдалеке слышались шаги дежурного.

Мы не спали. Ни одна из нас троих.

Сегодня была важная миссия — стиралка и сушилка. Где-то часа два мы лежали просто так, перешёптываясь между шагами дежурных за дверью. В особо длинные паузы мы успевали сыграть даже партию в карты.

Потом какое-то время Кими сидела, поджав ноги, и нервно теребила край своей футболки. Майко, прислонившись спиной к моей кровати, наблюдала за нами с ленивой, почти кошачьей грацией.

И вот оно — полчаса слепого пятна на патруле в коридоре.

В футболках, шортах, без лифов (мы с Майко) и с лифом (Кими) мы крались по коридору в сторону хозяйственного блока. Ткань моей футболки, тонкая и полупрозрачная, касалась кожи, прохладный воздух коридора ощутимо проникал сквозь неё. Майко шла рядом, её движения были почти бесшумными, как у кошки, которая охотится в ночи.

Хозяйственный блок находился в конце коридора — небольшое помещение с двумя стиральными машинами, одной сушилкой и старой деревянной скамьёй у стены. В темноте оно казалось почти заброшенным.

— О, удача, никого нет, — выдохнула Майко, заходя внутрь.

— И всё-таки мы удачное время выбрали, — улыбнулась Кими, уже упаковывая свои вещи в машину.

— Это не удача, это опыт, — ледяным тоном фыркнула Майко.

Мы с ней тоже закинули свои вещи, и я присела на скамейку напротив. Помещение было в полумраке, бледное освещение от лампочек устройств и тусклый свет из коридора. Кими присела рядом со мной, сложив руки на коленях.

— Сейчас бы перекурить, — выдохнула я, откидываясь на спинку скамьи.

Полчаса слепого пятна таяли медленно. У нас было ещё минут двадцать шесть.

— Здесь никто не курит, — морозно-твёрдо констатировала Майко. — Не видела, чтобы хоть кто-то из надзирателей или сотрудников курил.

— Прям вообще никто? — спросила я, почёсывая висок.

— Разве что директор, тот старый пердун, — вспомнила Кими.

— Опа! — оживилась я, вставая перед ними. — Это значит...

— Даже не думай, бритва, — закатила глаза Майко, но край её губ дрогнул. — Если что — мы тебя не знаем.

— Я вас тоже впервые вижу, — я подмигнула. — Вы кто?

Кими хихикнула, прикрыв рот ладошкой. Майко фыркнула, но в её взгляде мелькнула искра любопытства.

— А патруль по третьему этажу шастает? В блоке кабинетов сотрудников?

— Вряд ли, — пискнула Кими.

Майко тут же ткнула её локтем, мол, молчи, дура. Но слова уже прозвучали.

— А вы не курите? — решила я уточнить, уже проверяя, сколько осталось на таймере стиральной машинки.

— Я нет, — пискнула Кими.

— Я иногда баловалась, но в целом... — Майко пожала плечами, её взгляд скользнул по моим рукам.

— Тогда сидите тут, — я поднялась со скамьи. — Я сама. Так сказать, на разведку.

Выглянула из помещения в коридор. Пусто. Только тусклый свет ламп и тишина.

На носочках, стараясь не издавать ни звука, я направилась к лестнице, а прохладный воздух направлялся к обнажённой коже.

Услышала шаги за спиной. Обернулась.

За мной, как два маленьких крабика, крались Майко и Кими.

Майко двигалась с той же грацией, что и всегда, её светлые волосы покачивались в такт шагам, а глаза, ярко-голубые даже в полумраке, были устремлены на меня. Кими, напротив, шла неуклюже, почти на цыпочках, и выглядела так, будто вот-вот сорвётся в смех. На них эти полупрозрачные футболки, шорты, только у Кими ещё лифчик, хотя это не было особо заметно во мраке.

Закатив глаза, я улыбнулась.

Крабики.

Они подошли ближе, и мы втроём двинулись к лестнице. Шаг за шагом, стараясь ступать бесшумно. На втором этаже мы почти попались, в конце коридора мелькнул силуэт дежурного, и мы прижались к стене, затаив дыхание. Майко оказалась так близко, что я чувствовала её дыхание на своей шее, и в этом полумраке её лицо казалось почти светящимся. Кими зажмурилась, прижав ладонь к груди.

Дежурный прошёл мимо. Мы выдохнули почти синхронно.

— Сюда, — я махнула рукой, шёпотом добавляя: — Вот, этот кабинет.

Мы остановились за несколько метров до директорского кабинета. Майко стояла у меня за спиной, положив руку мне на плечо. Её пальцы были прохладными и слегка дрожали.

— А как мы войдём? — спросила она, наклонившись к моему уху.

— Тут замок хлипкий, — я взялась за ручку. — Будет повод его обновить.

— Стой, тут камера, — Кими, стоящая за нами, указала пальцем на угол. Там, над дверью, тускло светился красный огонёк.

Камера смотрела ровно на дверь кабинета.

— Обойдём, — прошептала я.

Мы с Майко переместились в слепую зону, прямо под камерой, прижавшись к стене так, что нас не было видно, по идее. Я подсадила Майко, обхватив её за талию обнимашками. Ткань моей футболки натянулась, её бедро коснулось моего живота, а моя грудь коснулась... впрочем, не важно. Она была лёгкой, на удивление.

Майко потянулась к камере и аккуратно отвернула её в сторону окна. Её пальцы двигались быстро и уверенно, как у вора, который делал это не раз. Потом её тело скользнуло по моим рукам, она встала рядом.

Дверь кабинета не поддалась. Я дёрнула ручку — тишина. Дёрнула сильнее, на себя, и услышала хруст. Дверь открылась, и мы проскользнули внутрь.

Кабинет директора был таким же безликим, как и всё здесь. Большой стол, кресло, шкаф с папками.

— Давайте быстро, — прошептала Кими, вставая у двери.

Мы с Майко подошли к столу. Я выдвинула ящик — ручки, бумаги, старый календарь. Второй ящик, пусто. Третий, и там, в самом углу, лежала пачка сигарет. Дешёвые, с красной полоской на фильтре. И рядом с ними зажигалка.

Взяла их в руки.

— Есть! — прошептала я, поднимая добычу.

Кими уже спряталась за шкаф у двери, встав на стражу. Я оглянулась на неё.

— Кими, иди с нами, — позвала я её шёпотом. — Под столом места хватит.

Она замотала головой, её тёмные глаза расширились.

— Не-не-не! Я лучше посторожу!

Майко уже сидела на полу, укрываясь под столом, в тени. Я последовала за ней, прижимаясь спиной к деревянной стенке. Под столом было тесно, очень тесно. Наши бёдра соприкасались, колени переплетались, её дыхание становилось ещё быстрее.

Щелчок зажигалки. Оранжевый огонёк лизнул кончик сигареты, выхватив из темноты её лицо. Ярко-голубые глаза, горящие в полумраке. Наглая ухмылка, от которой внутри...

Ёк!

Сердечко, ты охренело сейчас ёкать? А ну, разъёкнулось обратно!

— Это очень рискованно, бритва, — прошептала Майко, делая затяжку и выпуская дым мне в лицо.

Ответила ей такой же ухмылкой, наши лица, полуголые тела освещались только оранжевыми огоньками от сигареты, появляясь на мгновение и тут же скрываясь за густым дымом.

— Ты бы могла не идти за мной. — я взяла сигарету из её пальцев. Ёё пальцы уже были теплее.

— Могла, — она усмехнулась. — Но без меня тебе было бы страшно.

— Пха, — затянулась, дым заполнил лёгкие. — Ты сама-то не боишься?

— Боюсь, — её голос вдруг стал тише, почти шёпотом. — Разве не видно?

Её рука легла на моё колено, просто так, без предупреждения, потому что тут практически больше некуда деть руки. Её пальцы сжились на моей коже, потом скользнули, оставляя дорожку тепла от влажных пальцев.

— Ш-ш! — раздалось от двери. — Кто-то идёт!

К тому моменту мы успели выкурить только две на двоих. Сойдёт. Затушили сигареты о кресло директора, и я скинула окурки прямо на стол. Выскочили из-под стола, выбежали из кабинета, метнулись вниз по лестнице, почти бегом, ощущая пульсацию адреналина в крови.

У стиральной машины мы замерли, переводя дух. Кими уже вытаскивала наши вещи — влажные и чистые.

— Быстрее! — прошипела она.

Мы выбежали из хозяйственного блока.

В коридоре, уже почти у нашей комнаты, я резко остановила Майко за локоть. Кими убежала вперёд, не оборачиваясь.

Майко замерла, её дыхание было сбивчивым, влажным, она тут же посмотрела на меня, в её глазах мелькнуло что-то вроде ожидания.

Но я спросила:

— Где комната Банки?

Майко моргнула, на мгновение её взгляд стал растерянным, почти обиженным. Потом она усмехнулась.

— В другом конце коридора, — сказала она, указывая направление.

Кивнув и не сказав ни слова, я прошмыгнула вперёд. Дверь комнаты Банки была приоткрыта, естественно, и я, пригнувшись, проскользнула внутрь. Банка спала, лицом к стене. Подошла к её кровати и аккуратно подкинула под неё пачку сигарет и зажигалку.

Выскользнула из комнаты так же бесшумно, как и вошла.

Майко ждала меня у двери нашей комнаты. Её взгляд был странным, в нём смешалось что-то... странное, короче.

— Что? — прошептала я.

Она покачала головой, но ничего не сказала.

Мы вошли в комнату. Кими уже лежала в своей кровати, укрывшись одеялом, и делала вид, что спит.

Майко скрылась под своим одеялом, и я слышала, как она тяжело дышит. Пот стекал по моей шее, по спине, собираясь на груди. Упала на свою кровать, тело гудело от адреналина, прям каждый мускул.

— Мм, запах пота, как запах азарта... — пробормотала я себе под нос.

Майко повернулась ко мне и прошептала:

— Ты чокнутая, бритва.

Укрывшись одеялом, я выдержала паузу, не долго, потом ответила.

— Тоже самое мне говорила та, ради которой я нарушила все правила, — тихо, в темноту.

Ещё пауза.

— Ну, я же говорила, — прошептала Майко, в её голосе была едва заметная улыбка. — Романтично, чёрт побери.

— Спи спокойно, Майко, — сказала я, закрывая глаза.

Дневник Сары | День 14.

[ Я же когда-нибудь умру? А может, и нет. Я этого не делала раньше. Но надеюсь, то, что меня убьёт, будет эпатажным. Вот бы за мгновение узнать о смерти, я бы успела прокрутить в голове один или два момента, где мне довелось познать совершенство. Её. ]

〰〰〰〰〰〰〰

15-й день.

Утро после ночного приключения.

Проснулась от звука, который невозможно было спутать ни с чем другим. Натуральный вой, как будто из зоопарка сбежал заключённый, или как будто кто-то включил сирену прямо у меня под ухом. От испуга я подскочила на кровати и тут же грохнулась задницей на пол, а сердце ударилось о рёбра с такой силой, что я на мгновение ослепла.

— Что за... — начала я, но договорить не успела.

Коридор за дверью взорвался криками. Тяжёлые шаги, грохот, голоса надзирателей, которые звучали так, будто они искали бомбу.

— Обыск! Всем оставаться на местах!

— Встать у кроватей!

Майко уже была на ногах. Она стояла у своей кровати, скрестив руки на груди, и смотрела на дверь с ледяным, неестественным спокойствием. Её светлые волосы были по утреннему растрёпаны, но в этом был свой шарм, она выглядела как кошка, которую разбудили, но она не собирается показывать, что это её задело.

Кими сидела на своей кровати, поджав ноги, и её глаза были такими огромными, что казалось, они вот-вот выпадут из орбит. Она смотрела на меня, потом на Майко, потом снова на меня.

— Тихо, — прошептала я, поднимаясь с пола и вставая у своей кровати.

Дверь распахнулась с грохотом. В комнату ворвались двое надзирателей — мужчина и женщина, оба в серой форме, с суровыми лицами и настороженными взглядами. Женщина была высокой, с короткой стрижкой и острыми чертами лица, мужчина — коренастым, с красным лицом и тяжёлым дыханием.

— Встать у кроватей! Руки на виду!

Мы подчинились. Я прижалась спиной к стене, ощущая холодный бетон через тонкую ткань футболки.

Они обыскали комнату. Быстро, грубо, небрежно. Перевернули наши матрасы, вытряхнули подушки, заглянули под кровати. Женщина-надзирательница провела рукой по моей постели, проверяя, нет ли чего под простынёй.

— Чисто, — сказала она, поворачиваясь к напарнику.

— У них тут пусто, как в могиле, — фыркнул мужчина и вышел из комнаты первым.

Женщина задержалась на мгновение, окинув нас взглядом. Её глаза скользнули по мне, по Майко, по Кими.

— Пошли, — рявкнула она и вышла, прикрыв дверь слегка.

Мы стояли в тишине несколько секунд. Потом Кими выдохнула так громко, что я чуть не вздрогнула.

— Боже... — прошептала она. — Я думала...

— Нет, — спокойно ответила Майко, поправляя волосы.

Моя футболка прилипла к телу от пота, и я одёрнула её, чтобы ткань отлепилась от кожи.

В коридоре продолжался шум. Крики, топот, звон металла. Потом — удаляющиеся шаги, и голос надзирателя, который сказал:

— Всё, успокоились. Построение на линейку через десять минут.

Утренняя линейка проходила во дворе.

Солнце только начинало подниматься, и его лучи падали на нас косыми линиями. Мы стояли в строю — девушки в красном, парни в синем. Ряды были ровными, как всегда.

Директор вышел на небольшое возвышение. Он был в строгом костюме, а лицо было таким же каменным, как стены нашего учреждения.

— Доброе утро, — начал он, и его голос разнёсся над двором. — Сегодня ночью произошло чрезвычайное происшествие. Кабинет директора был взломан. Были похищены личные вещи и нанесён ущерб имуществу.

Стоя ровно, я смотрела строго перед собой, хотя ухмылка то и дело пыталась пробиться наружу.

— Благодаря оперативной работе наших сотрудников, виновная была найдена, — продолжал директор, и его голос стал жёстче. — Я хочу, чтобы вы все знали: такое поведение недопустимо. Изамура Айко, ученица второго отряда, помещена в изолятор на две недели. Это должно стать уроком для всех вас.

На мгновение тишина стала просто оглушительной, страшной даже. Боковым зрением я видела, что взгляды Кими и Майко упираются в меня, но я не повернулась к ним. Просто стояла, глядя на директора.

Банка. Её зовут Изамура Айко. Я запомнила это имя наверное на всю жизнь.

Директор продолжал говорить о правилах, о том, как важно соблюдать порядок, о том, что ещё каждое нарушение приведёт к серьёзным последствиям.

Когда линейка закончилась и нас отпустили, Кими подошла ко мне первой. Её глаза были широко раскрыты, на лице застыло выражение, которое я не могла прочитать.

— Сара... — прошептала она. — Ты... ты знала, что так будет?

— Не знала. Но догадывалась. — прошептала я.

Майко подошла с другой стороны, она шла медленно.

— Ты подставила её, — сказала она тихо, в её голосе только лёд и констатация факта.

— Она первая начала, — ответила я так же тихо. — Я просто закончила.

Майко помолчала, сжала губки, прищурилась.

— Ты опасная, бритва.

— Я простая школьница, — на мгновение наши взгляды встретились.

В её глазах, ярко-голубых и чистых, мелькнуло что-то такое, что я не могла прочитать. Может быть, восхищение. Может быть, страх или презрение? Может быть, что-то большее.

Мы пошли в столовую.

Кими шла между нами, смотря себе под ноги.

Пха.

Дневник Сары | День 15

[ Изамура Айко. Банка. Она заслужила? ]

〰〰〰〰〰〰〰

Нравится? Юдзу и Сара ждут вас в ТГК: @TakefasaProject