Кергель направился туда, где совсем недавно стояла лошадь Роэлин. Вскоре Роэлин последовала за ним. Заметив, что она идёт позади, Кергель немного сбавил шаг и, стараясь подстроиться под её темп, заговорил:
“Кстати, ты ведь немного поохотилась?”
“…Нет.”
Роэлин замялась, прежде чем неловко ответить на его вопрос.
Кергель слегка нахмурился.
“Хочешь сказать, что ты не поймала даже одного кролика?”
“…Да. Для меня и это оказалось довольно тяжёлым занятием.”
Роэлин немного помолчала, а затем продолжила:
“И, если честно, мне это совсем не нравится.”
“…?”
Кергель остановился и внимательно посмотрел на неё.
Роэлин тоже замерла рядом, явно чувствуя себя неловко.
“Убивать невинных зверей просто ради развлечения…Возможно, Вашему Величеству мои слова покажутся оправданием или отговоркой.”
“Нет. Я тебе верю.”
“Что?”
“Я верю твоим словам. Не считаю их простой отговоркой.”
Кергель неловко кашлянул, заметив, как слегка дрогнули голубые глаза женщины, смотревшей на него. Казалось, вместе с ними дрогнуло и что-то в глубине её сердца.
“…Вы мне верите?”
“Разве есть причина неправильно понимать твои слова? Нет ничего плохого в том, чтобы просто принять их такими, какие они есть.”
“…”
“К тому же я могу тебя понять после того, как увидел, как ты недавно гладила волка. Я никогда прежде не видел, чтобы человек вот так разговаривал с волком. Кстати…неужели я действительно настолько похож на него?”
“Что? Нет, это…”
Глаза Роэлин мгновенно расширились.
Она растерялась и не смогла толком ответить, ведь совершенно не ожидала, что Кергель услышал её слова.
Увидев её смущение, Кергель снова рассмеялся.
“Не нужно так удивляться. Я не собираюсь тебя за это ругать.”
“Я не хотела сказать ничего плохого…”
“Я знаю. Ты не имела в виду ничего дурного.”
Кергель на мгновение замолчал, а затем медленно спросил:
“Но всё-таки…я действительно добрый?”
Лицо Роэлин тут же стало красным, словно спелый помидор. Она опустила взгляд, а затем всё же кивнула, не в силах скрыть смущение.
“…Да.”
“…Рад, что ты думаешь именно так.”
Кергель ответил довольно неловко. Он и сам почувствовал, как лицо начинает гореть, пока смотрел на Роэлин, которая только что положительно ответила на его вопрос.
Затем он тихо свистнул.
Услышав знакомый звук издалека, лошадь Роэлин тут же подняла голову и побежала к ним.
“Позже я научу тебя свистеть. Это довольно удобно, можно позвать её издалека.”
“…Хорошо.”
Они оба неловко стояли и смотрели на приближающуюся лошадь.
И лица у обоих были настолько красными, что определить, кто из них смущался сильнее, было практически невозможно.
***
“Берт, возьми.”
“А-а! Что это такое? Хм? Что это за лиса?”
Берт поймал брошенный ему предмет и удивлённо распахнул глаза.
Стоявший рядом Хайнеc тоже с подозрением посмотрел на добычу, которую Кергель только что бросил своему помощнику.
Однако сам Кергель совершенно спокойно продолжил:
“Это то, что ты поймал.”
“Что? Я поймал? Что вы имеете в виду? Вы говорите об этой лисе? Но ведь именно Ваше Величество её подстрелили! Здесь даже стрела Вашего Величества. Почему же тогда…”
“Ты стрелял из моего лука. Я и без того не собирался много охотиться, поэтому одолжил тебе свой лук.”
“О чём вы вообще говорите, Ваше Величество?”
Выражение лица Берта стало ещё более странным.
Но Кергель лишь невозмутимо продолжил:
“Разве не жестоко убивать невинных зверей просто ради развлечения?”
“…Да.”
Берт скривился так, словно услышал величайшую нелепость на свете.
Хайнес тоже смотрел на него с совершенно непонимающим выражением лица.
“В общем, вы оба должны запомнить: эту лису поймал не я. Понятно?”
С этими словами Кергель направился куда-то прочь с таким лёгким видом, словно наконец избавился от тяжёлой и совершенно ненужной обузы.
Берт проводил его взглядом, затем озадаченно повернулся к Хайнесу.
“Хайнес, ты слышал, что только что сказал Его Величество?”
“Да, слышал.”
“Он сказал, что жестоко охотиться на невинных зверей ради развлечения? Это действительно то, что Его Величество хотел сказать? Посмотри! А ведь именно он обычно складывает перед собой целую гору добычи.”
“…Знаю.”
Хайнес лишь молча посмотрел вслед Кергелю, и в его взгляде появилось какое-то неопределённое выражение.
***
В итоге именно Берт, подстреливший редкую белую лису, стал победителем охотничьего состязания.
Все были поражены.
[До этого помощнику Императора ни разу не удавалось занять первое место на охотничьих соревнованиях, а теперь он внезапно добыл редкую лису и стал победителем.]
Однако удивление людей на этом не закончилось.
Кергель вошёл в историю Сероифа как первый Император, который не сумел поймать ни одного зверя во время охотничьего состязания.
Более того, Императрица тоже не поймала ни одного животного.
Поэтому точнее было бы сказать, что супруги вместе установили совершенно уникальный исторический рекорд, впервые в истории Сероифа ни Император, ни Императрица не добыли ни единого зверя.
Участники охоты были совершенно ошеломлены таким необычным исходом.
Они строили самые разные догадки и пытались понять, почему Император вдруг не смог поймать ни одного зверя. Ведь стоило ему раньше столкнуться с подобной ситуацией, как он всегда действовал решительно и мгновенно находил способ добиться своего.
[Но теперь разгадать причину было невозможно.]
[Наверное, только сам Император знает ответ.]
[Или, быть может, Хайнес - ближайший помощник Императора и одновременно канцлер, лучше всех понимал, что творится в сердце своего господина?]
[Но спросить его никто не решался.]
Потому что Хайнес, который всегда славился холодным рассудком и рациональностью, теперь то и дело стоял с совершенно растерянным лицом и бормотал себе под нос что-то совершенно непонятное:
“Не думаю. Не думаю. Неужели всё из-за такой мелочи?”
Иногда он даже покачивал головой, словно никак не мог поверить в происходящее.
Хайнес прекрасно замечал, что окружающие начали смотреть на него немного иначе, однако в тот момент ему было совершенно не до этого.
[Настоящей проблемой был его господин, который вёл себя настолько нелепо, что Хайнес уже не знал, что и думать.]
Он снова и снова качал головой, глядя на Кергеля.
[Сам Кергель, похоже, совершенно не замечал его растерянности и тревоги. Император по-прежнему выглядел абсолютно спокойным.]
[Более того, он казался даже…довольным.]
[И всё это несмотря на то, что единственным результатом участия Императора в охотничьем состязании стало бесславное пятно на всей истории Императорской династии.]
“Что же вам так понравилось?”
Хайнес устало прижал пальцы ко лбу и обречённо пробормотал:
[Я действительно ничего не понимаю…]