[Было совершенно очевидно, что Кергель сделал предложение Эрите не из-за каких-либо чувств. Да и вообще, в политическом браке между мужчиной и женщиной редко находилось место настоящим эмоциям.]
Собравшись с мыслями, Роэлин спокойно заговорила о том, ради чего пришла:
“Я слышала, что вы приказали мне ни при каких обстоятельствах не покидать Отдельный дворец.”
“Именно такой приказ я отдал. И что с того?”
“Как вы уже слышали от служанки, я не хочу ему подчиняться. В конце концов, я ведь приехала сюда не в качестве преступницы…”
“Я не приказывал вам провести здесь всю жизнь. Неужели принцесса настолько не способна потерпеть?”
“…Разумеется, если вы хотите, чтобы я терпела, мне придётся подчиниться. Но прежде я хотела узнать, могу ли ещё раз обратиться к вам с просьбой.”
“Значит, я буду злодеем. Несмотря на все ваши просьбы, всё равно запру вас в этом Отдельном дворце.”
Кергель тихо усмехнулся.
Роэлин некоторое время молча смотрела на него, а затем снова заговорила:
“Если я совершенно не буду контактировать с членами делегации, позволите ли вы мне тогда свободно передвигаться по дворцу?”
“…Что?”
“Я прекрасно понимаю, почему вы установили подобные ограничения. Вы хотите предотвратить утечку сведений о том, что происходит во дворце. Кроме того, я не принадлежу к семье Сероифа. Более того, я - принцесса Ракаины.”
“…”
“Но я не буду поддерживать никаких контактов с членами прибывшей вместе со мной делегации. И они тоже не станут со мной связываться до самого возвращения в Ракаину. Поэтому я хотела спросить, не могли бы вы разрешить мне это.”
“Я просто не понимаю. Зачем вам вообще так необходимо входить во дворец и выходить из него? После свадьбы вы и так будете свободны.”
Кергель покачал головой, всё ещё не понимая её намерений.
От его внезапного замечания лицо Роэлин на мгновение напряглось.
[Это изменение было едва заметным, и обычный человек наверняка не обратил бы на него внимания. Однако Кергель обладал слишком острым взглядом, чтобы пропустить подобную мелочь.]
“…?”
Он нахмурился и уже собирался снова спросить, что она скрывает, но Роэлин первой заговорила совершенно спокойным голосом:
“У каждого человека свои приоритеты. Больше всего на свете я ненавижу, когда меня притесняют и запирают взаперти. Члены делегации Ракаины всё равно скоро уедут. Разве не будет лучше, если на это время я просто перестану с ними общаться, а затем смогу обрести свободу?”
“Хм…”
Кергель слушал её, медленно постукивая пальцами по подлокотнику.
Его взгляд сузился, остановившись на Роэлин.
[Так смотрят на необычное существо, которое никак не удаётся разгадать.]
Роэлин изо всех сил старалась сохранять спокойствие, скрывая бешено колотящееся сердце.
Кергель заметил, как невольно задрожали её ресницы, и уголки его губ слегка приподнялись.
Затем он поднялся, словно ничего особенного не произошло, и произнёс:
“Хорошо. Я разрешаю.”
“…!”
Голубые глаза Роэлин мгновенно расширились.
Кергель посмотрел на неё сверху вниз и, слегка наклонив голову, спросил:
“Почему вы так удивлены? Будто услышали нечто совершенно неожиданное.”
“Ах…Честно говоря, я не слишком надеялась на положительный ответ.”
Роэлин поднялась со своего места.
Кергель недоверчиво усмехнулся и произнёс:
“Значит, выходит, я напрасно пошёл вам навстречу. Принцесса, похоже, вообще ни на что не рассчитывала, когда заговорила об этом.”
“Но я искренне тронута вашей великодушностью. Большое спасибо.”
Она слегка откинулась назад, положив руку на грудь.
Изящно запрокинув голову, Роэлин обнажила тонкую белую шею.
Почему-то…
В этот момент Кергель ощутил в груди странное чувство.
Он даже не мог толком объяснить, что именно это было.
Кергель нахмурился, поспешно отвернулся и сказал:
“Увидимся за ужином.”
“Да, я поняла…”
Роэлин внезапно замолчала и подняла голову.
Только тогда она заметила, что Кергель уже вышел из спальни.
Поэтому последние слова она произнесла уже в пустоту:
“…Вы, должно быть, очень торопились. Но раз уж вы оказали мне такую услугу, думаю, вы не такой уж плохой человек.”
Роэлин невольно вспомнила слухи об “Императоре Сероифа”, которые слышала в Ракаине.
[Мужчина, которого называли безжалостным чудовищем.]
[Человек, неспособный прожить и нескольких дней, не пролив чьей-нибудь крови.]
[Именно поэтому её сестра-близнец даже отказалась от своего статуса принцессы, чтобы избежать брака и суметь сбежать от этой участи.]
[Но всё же…]
“…Неужели слухи были преувеличены?”
Она ещё некоторое время смотрела на закрытую дверь спальни, а затем тихо пробормотала это себе под нос.