— Ты просишь, чтобы я обучила тебя?
— ...Именно так.
Перед тем как отправиться в семейное поместье, Рейчел подошла к горничной, задумчиво стоявшей в саду.
Рейчел остро осознавала: прямо сейчас она — самая слабая среди них.
Здесь была Юрия, чья боевая мощь равнялась целой армии, и Святая, одно присутствие которой даровало укрепляющие благословения и совершенное исцеление.
Рейчел понимала: нужно что-то сделать, чтобы не стать для остальных жалкой обузой.
Юрия без лишних вопросов охотно кивнула. Делать ей всё равно было нечего, так что причин для отказа не имелось.
— Я не стану применять магию, — произнесла Юрия так, словно это само собой разумелось. Это было её своеобразным проявлением заботы.
По общему запасу магии Рейчел не достигала и трети от объемов Юрии.
Даже в состязании в чистоте ауры подавляющая разница в количестве сводила бы любые попытки на нет.
Прекрасно зная это, Рейчел мысленно горько усмехнулась, но кивнула — ведь поединок предложила она сама.
Так определились соперницы.
Владычица Ледяного Дворца и вампир.
Рейчел позволила горничной самой выбрать оружие. С детства обучавшаяся владению едва ли не любым видом вооружения, девушка умела обращаться с самыми разными клинками и инструментами боя.
Горничная предпочла обычный деревянный меч.
Они договорились применить по одному скрытому оружию — цепям или кинжалам. Юрия забрала цепь, а Рейчел достались два оставшихся кинжала.
Святая, взявшая на себя роль судьи, липла к Иану, пока тот гладил её по голове. От покалывающего чувства ревности и смятения в груди концентрация Рейчел на миг пошатнулась.
Однако взгляд стоящей напротив горничной оставался предельно серьезным. Это доказывало: к поединку она относится со всей ответственностью, в отличие от флирта, разворачивавшегося неподалеку.
Девушки обменялись холодными взглядами.
В воздухе разлилась жажда убийства, а стойка Юрии, не открывавшая ни единого уязвимого места, действительно поражала.
«...А ведь она говорила, что взяла в руки меч лишь недавно».
Со стороны её поза казалась стойкой новичка, но мастера, видевшие её концентрацию, мгновенно покрылись бы холодным потом.
К тому же они условились использовать скрытое оружие как непредсказуемый фактор, из-за чего приходилось учитывать массу деталей и удерживать в поле зрения всю площадку.
— ...Я начинаю, — произнесла Юрия, и в тот же миг в её плечо полетел острый кинжал.
«Дзинь!» — разумеется, столь очевидный отвлекающий маневр не сработал. Рейчел применила его с единственной целью: создать брешь в обороне и сократить дистанцию.
— Ха!
Рейчел занесла деревянный меч для мощного удара.
Меч со скрежетом столкнулся со встречным клинком Юрии, и во все стороны полетели древесные стружки. Следом разнесся свист рассекаемого воздуха и порывы резкого ветра.
Деревянный меч в руках мастера, укрепляющего тело аурой, обладал куда большей разрушительной силой, чем у обычного человека.
Даже тупым обрубком можно было с легкостью дробить кости и разрывать железные доспехи. Попади такой удар по жизненно важной точке, даже Юрия, не прибегавшая к магии, получила бы тяжелый урон.
Тем не менее Рейчел не останавливалась, демонстрируя навыки изощренного мечника. Она лучше всех понимала: поддаваться или недооценивать противника — роскошь, недоступная ей.
— Ха-а-а!
При росте чуть больше 170 сантиметров, с ладонями, покрытыми грубыми шрамами, нетипичными для женщин, и подтянутыми мускулами, Рейчел обрушила меч сверху вниз. Свистящий гул сталкивающихся деревянных мечей и рассекаемого воздуха даже издали доказывал: это не просто тренировка.
Смертоносный обмен ударами.
Обычный рыцарь под подобным натиском мгновенно потерял бы способность сражаться. Однако до Юрии такие атаки дойти не могли.
— Хрусь!
Филигранная техника. Быстрое перемещение ног и безупречное фехтование, бережно расходующее выносливость, — истинное мастерство горничной. Такое не дается само собой.
*Тук-тук-тук.*
Рейчел попыталась утихомирить бешено колотящееся сердце. Колоссальная пропасть по сравнению с ней самой — ведь она лишь расходовала запас сил своего закаленного тела.
Рейчел не обладала выдающимся талантом Юрии. Положи их на чашу весов — у Рейчел упорный труд перевесил бы всё с огромным отрывом. И потому то, как она наступала, не открывая ни единой уязвимой точки, вызывало невольное уважение.
Квинтэссенция базовой техники. Рубящие и колющие удары, своевременные отходы и парирования. Используя преимущество более длинных рук и развитых мышц, Рейчел умудрялась дерзко удерживать позиции — что само по себе доказывало её незаурядное мастерство.
Она удерживала эту шаткую дистанцию, наступая агрессивно, но утонченно и просчитано.
Однако Юрия не могла этого не видеть. Несмотря на весь этот шквал атак, она с легкостью их отражала. В лучшем случае Рейчел удалось срезать лишь пару прядей волос горничной при смене стойки во время второго выпада.
Однако продолжать в том же духе Рейчел не могла. В отличие от Юрии, почти не терявшей сил в затяжном бое, Рейчел, нападавшая в полную силу в течение десяти минут, тяжело пыталась перевести дыхание.
— Уже устала? Тогда... — Молча наблюдавшая за ней Юрия выпрямилась и сменила стойку. — Теперь моя очередь.
*Лязг!*
Едва слетели с ее губ эти слова, горничная рванула вперед со жуткой скоростью.
Навык фехтования одной рукой при одновременном управлении цепью другой был настолько изворотливым и хаотичным, что казался дарованным свыше.
— Кхм...
Цепь непрерывно метила в ноги и лодыжки, а спереди с пугающей скоростью сыпались удары меча. Из-за изнурения в стойке Рейчел всё чаще появлялись бреши. Осознавая, что её теснят, она со всей силы сжала зубы.
Затем последовал вертикальный удар, чиркнувший по самой щеке.
Рейчел широко распахнула глаза, но тут же потеряла клинок Юрии из виду.
Динамическое зрение не успевало за мгновенным броском. Рейчел уклонилась от пролетавшего у лица меча чисто на инстинктах. Это уклонение было скорее слепой удачей, чем проявлением мастерства. Направь противница удар в туловище — и Рейчел неизбежно получила бы смертельное ранение.
В следующий миг цепь захлестнула деревянный меч Рейчел и резко натянулась, лишая её даже шанса на защиту. Именно поэтому скрытое оружие вроде цепей таило огромную опасность. Зная этот трюк, она всё равно ничего не могла поделать — сказывалась разница в мастерстве.
Деревянный меч с силой впился в трапециевидную мышцу и обрушился на плечо Рейчел. От онемения и острой боли рука рефлекторно разжалась, выронив клинок, который она удерживала из последних сил.
Морщась от боли, Рейчел другой рукой спешно выхватила второй кинжал. Надобно применить его немедленно! Однако пущенный от пояса кинжал Юрия лениво отбила и снова разорвала дистанцию.
Лицо Рейчел, подбиравшей с земли деревянный меч, выглядело ужасно.
«...Правая рука не двигается».
Перелом. К счастью, она одинаково хорошо владела обеими руками, однако лишиться возможности действовать одной конечностью было слишком тяжелым ударом.
Состояние деревянного меча Рейчел тоже было плачевным. На клинке Юрии после стартового натиска тоже появились трещины, однако горничная заранее просчитала это и тонким движением руки распределила урон по всей поверхности, не позволяя ему скапливаться в одной точке, отчего меч еще держался.
Но у самой Рейчел меч раскалывался надвое — соперница упорно и методично наносила удары в одно и то же место.
Рейчел остро ощущала колоссальную пропасть в одном только искусстве владения мечом. Будь она невежественным новичком, всё воспринималось бы проще. Но достаточный уровень сил заставлял разум четко осознавать, насколько невероятный феномен разворачивается перед её глазами.
Даже пожелай она поставить на кон всё, момент был упущен. Легкие горели, во рту стоял горький привкус. Старые раны от прошлых боев начинали кровоточить. Но ей меньше всего хотелось выглядеть жалким зрелищем на глазах у Иана.
Она кое-как справилась с дыханием и зафиксировала взгляд. Бессильно повисшая правая рука выглядела жалко, но Рейчел была настолько сосредоточена, что даже не обращала на это внимания.
— Ха!
Простой, чистый выпад, но со всей оставшейся силой. Она пошла на риск, понимая, что деревянный меч все равно долго не выдержит.
И всё же на губах горничной промелькнула улыбка. Не насмешливая — скорее довольная, едва заметная тень одобрения. Словно Рейчел прошла некое испытание Юрии, но сейчас это не имело значения.
*Хрусь.*
Резкий, трескучий звук.
Обломок деревянного меча упал на землю. Удар был парирован с идеальным расчетом времени — не придраться.
— ...Я проиграла.
Полный разгром. Тело Рейчел обливалось потом и находилось на грани истощения. Она выложилась настолько, что едва могла дышать.
Но если и было во всем этом нечто условно утешительное...
*Хрусь.*
Раздался еще один треск.
Деревянный меч Юрии раскололся надвое.
На самом деле Рейчел изначально не целилась в это. Юрия вполне могла уклониться, но, прочитав её решимость по глазам и понимая, что Рейчел встретит удар лицом к лицу, сама пошла напролом. В итоге оба деревянных меча были уничтожены, но отрицать факт проигрыша Рейчел было невозможно. И она сама уже признала поражение.
— Ты в порядке?
Перед глазами возникла протянутая ладонь.
Рейчел сдержанно, с легкой грустью улыбнулась и встала на дрожащие ноги.
— Превосходный был поединок.
Она не отрицала: внутри тлели ревность и чувство неполноценности. Но куда важнее было то, что Рейчел вызывала горничную на бой, заранее зная свой жребий, а потому горечи не чувствовала. Напротив — ощущала удовлетворение.
Рейчел была горда тем, что добилась хотя бы формальной ничьей с вампиром, чьи силы с возрастом возрастут многократно.
Исцеление Святой оставалось истинным чудом. Перелом, на лечение которого дорогими зельями ушли бы дни, она исцелила за считаные минуты, сгладив почти все последствия, пусть и не на все сто процентов.
— Кхм...
Однако идеал достигнут не был. В трясущемся экипаже, где при качке тело задевало углы, всё ощущалось иначе.
Потихоньку постонав от приступа боли, Рейчел, засомневавшись, не забыла ли чего-нибудь, вытащила из-за пазухи письмо. К счастью, послание Иана было при ней.
Она едва не выронила его из-за внезапного онемения правой руки, но сейчас движения восстановились, и боль заметно утихла.
«...Эх».
И всё же.
Малость...
Пустота.
В обычные дни она бы сейчас сидела в кабинете или тренировалась, ожидая ответа от Иана. Если говорить начистоту, её вызов той горничной-вампиру был лишь предлогом — бессмысленно отрицать это.
Рейчел никогда не была из тех, кто подставляется под травмы в бою, где заведомо обречена на проигрыш.
«...До чего же паршиво на душе».
Рейчел на миг откинула голову на спинку дивана и уставилась вверх, тихо стеная про себя.
Но она не ожидала, что всё зайдет так далеко. Несмотря на годы оттачивания искусства меча и богатый боевой опыт, её беспомощно разгромила женщина, еще пару месяцев назад сидевшая в клетке на невольничьем рынке.
Конечно, горничная тоже старалась, да и через суровые испытания наверняка прошла. Но легче от этого не становилось.
С того дня, пообещав себе не терять больше ни капли, она каждый день истязала себя тренировками до предела — казалось, это было только вчера.
Снаружи Рейчел выглядела словно сталь, но внутри была беззащитна. Доказательством тому служило её бессилие оттолкнуть одного-единственного мужчину. Она лишь держалась за счет упрямства, маскируя им боль.
Но даже эта стальная воля в последнее время понемногу расшатывалась.
«...Схлестнись я с высшим демоном один на один...»
Её просто беспощадно убьют. И повезет еще, если смерть будет быстрой. Это в десятки раз лучше, чем попасть в плен и сносить всевозможные унижения.
Ужас от того, что она однажды чуть не прошла через это, глухо засел между старыми душевными шрамами.
Пока другие рыцари пили и ходили на свидания, Рейчел контролировала свой рацион, проливала пот и кровь на тренировках, отказываясь даже от эликсиров, считавшихся с детства чем-то само собой разумеющимся.
И всё же в решающие мгновения она оказалась бесполезной. Казалось, измученный разум успокоится, только если погрузиться в сон.
Но разве она не знала этого заранее? Нельзя останавливаться из-за минутной горечи — не то у неё положение. Просто сегодня эта рана ныла особенно сильно.
За окном уныло шел дождь. Стук капель по крыше экипажа приносил умиротворение. Рейчел поднялась с дивана и приоткрыла окно немного шире.
Занавеска затрепетала, ковер намок, но девушка не обращала внимания. Сейчас ей хотелось лишь ощутить холодные дождевые капли, что вымочат волосы и помогут протрезветь от дурных мыслей.
В этот самый миг.
Раздался шуршащий звук — на бумаге проступали буквы.
— Сильно болит? Рука выглядела сломанной. Позови меня, если что-то нужно.
Единственная нить, связывающая её с Ианом. Эти письма продолжат приходить к ней до тех пор, пока он пишет на специальной бумаге.
Артефакт использовался еще до изобретения сфер связи, и в наше время им почти не пользовались.
И все же.
— Можешь прийти на минутку?
Рейчел взяла перо и моментально написала ответ.
Тут же дверь открылась, и появился Иан.
— Ты пришел...
В тот миг, когда она подняла голову.
Рука Иана сжала ладонь Рейчел.
— Ах...
Все негативные чувства моментально растаяли, словно снег.
От его внезапного прикосновения всё тело оцепенело. Недавние тяжелые думы улетучились из головы. Рейчел казалось, будто она парит в воздухе, охваченная неописуемым трепетом.
Ей казалось глупым, что её сердце до сих пор трепещет перед Ианом. Неужели на неё наложили некое ужасное проклятие?
— .........Так ты не сможешь закрыть окно.
— Ах, ты хотел закрыть окно?
Когда Иан отстранился, Рейчел наконец выдохнула и устремила на него взгляд. Мужчина, перед которым она чувствовала огромную вину, но не могла возненавидеть, как бы ни старалась.
С трудом выталкивая слова, Рейчел вымолвила:
— ...Я сделаю всё возможное. Чтобы не быть для вас обузой.
— Ты и так делаешь достаточно.
— ...Спасибо. За то, что так добр ко мне, даже когда я с треском проиграла.
— Хе-хе, правда?
«Что значит „правда“?»
Переглянувшись, они оба улыбнулись.
Спустя два дня они прибыли в поместье.