Та самая травма, которую ей когда-то нанесли.
Когда обычные люди в реальности сталкиваются с подобным, первыми эмоциями, которые они испытывают, становятся исключительно негативные чувства — «отчаяние» и «ужас».
Точно так же и Рейчел, пытаясь унять дрожь в руках, еще сильнее сжала перчатки.
То черное нечто перед её глазами было сущностью, с которой она уже сталкивалась много лет назад.
Исполинское древо, чье происхождение и силу было невозможно отследить; оно погружало всех в сон и запирало в иллюзиях.
Черные как смоль волосы и багровые глаза.
Вертикальные зрачки, отчетливо смотревшие на кого-то изнутри.
Вампирша, вышедшая из теней, прижимала к себе тело Иана, глядя на него снизу вверх взглядом, переполненным фанатичной одержимостью.
Хаа, хаа — если ей несколько раз приходилось успокаиваться, ловя ртом воздух, что ж, это говорило само за себя.
«...Он сказал, что верит мне».
Она вспомнила слова, услышанные от Иана всего несколько минут назад.
Чем дольше эта вампирша будет цепляться за Иана, тем хуже станет ситуация.
И если с Ианом что-то случится...
Вероятно, она больше не сможет этого вынести.
Вместо того чтобы просто верить и ждать, она верила в Иана, а потому собиралась найти больше способов действовать.
Она поклялась себе больше никогда не оставаться сторонней наблюдательницей, наивно полагая, что он взвалит на себя такое бремя в одиночку.
Рейчел сделала глубокий вдох и крепко сжала в кармане бережно хранимое кольцо.
Честно говоря, правильно ли было отдавать его ему?
Она не думала, что он его примет.
Разве он не оттолкнул её, отвергнув как свою мать?
Иан был ближе к тому, чтобы и вовсе отрицать это.
Верно.
Когда всё закончится, давай во всем признаемся.
Даже если в ответ посыплются обидные слова, нужно принять их достойно.
— Фух...
Вдохнув чистый морозный воздух, она вытянула руку вперед; её зрачки сузились.
Когда-то Рейчел носила титулы генерала и убийцы драконов.
Если человек, наполовину преодолевший стену своих возможностей, рискуя жизнью, преобразует холодный воздух — на уровне, который её собственное тело не в силах выдержать — в магическую энергию для нанесения единственного удара, она сможет нанести хоть какой-то урон даже существу, выходящему за рамки привычного.
«...Сначала нужно разрушить этот барьер и отделить её от Иана. После этого, как бы мне ни было противно это признавать, придется подумать о том, чтобы разбудить Юрию. Не знаю, проснется ли она, но интуиция подсказывает, что да».
Всего пару лет назад она и представить себе не могла, что нападет на этого вампира, но сейчас предпочла бы расстаться с жизнью, чем позволить забрать Иана, пока она сидит сложа руки.
С этой мыслью, как раз в тот момент, когда она собиралась высвободить холодный воздух...
Тело Рейчел инстинктивно заледенело.
Лишь от одного того факта, что взгляд вампирши коснулся её.
Её тело застыло, превратившись в твердый лед от жажды крови, превышающей все мыслимые пределы.
Это произошло в тот самый момент, когда её рука потянулась к барьеру, еще даже не коснувшись его.
— Прекращай свои игры.
Зрачки Рейчел сузились до размеров просяного зернышка.
Ей не потребовалось много времени, чтобы осознать, чего хотело её тело и в какой ситуации она оказалась.
Неужели она сама...
Моё тело...
Инстинктивно решило притвориться мертвым, спастись бегством...
— Я не могу этого принять.
Стиснув зубы, она выхватила кинжал и вонзила его себе в бедро.
С влажным чавкающим звуком горячая кровь начала неумолимо стекать вниз.
Только тогда её расплывающееся зрение начало постепенно фокусироваться.
Всего лишь от остатков магической энергии. Раздавленная жаждой крови.
Сама Рейчел никогда бы себе не простила, если бы остановилась.
Та вампирша всё еще крепко обнимала тело Иана. Это означало, что она не собиралась использовать никаких техник, власти или магии, чтобы навредить Рейчел.
Другими словами...
Её воспринимали как нечто меньшее, чем жалкую букашку, не стоящую того, чтобы марать о нее руки.
Она даже не могла как следует вывести противника из себя.
Даже сейчас этот брошенный на неё взгляд — жажда крови была направлена не на саму Рейчел, а на отношения между ней и Ианом.
Осознав это, в глазах Рейчел проступили налитые кровью сосуды.
Без малейших колебаний девушка сотворила в руке ледяное копье и бросилась на вампиршу.
По крайней мере...
Даже если она будет раздражать её, словно назойливая мошкара, она должна помешать ей хотя бы на секунду.
Даже если к ней отнесутся как к никчемному насекомому, если она сейчас впадет в отчаяние и сдастся...
В самом деле...
На этот раз это действительно будет означать, что она предала его и не поверила в него.
С практической точки зрения, кто-то вроде Рейчел, лишь смутно осознавшей пределы своих возможностей, не мог ровным счетом ничего противопоставить этому вампиру.
Верно. По законам здравого смысла она была бессильна.
Выпустит ли один муравей каплю яда в слона или нет — это действие, разумеется, лишено всякого смысла.
Она просто погибнет без единого крика от одного удара ноги, так и не отыскав надежды на победу.
Да и само условие — отделить от нее Иана — изначально являлось невероятно высокой планкой.
— ...Я так и знала.
Что всё обернется именно этим.
Уже давно. С тех самых пор, как она прибыла сюда.
После той ссоры с Карманом.
Всё это время Рейчел раз за разом переживала этот момент в ночных кошмарах.
Она просто закрывала глаза и пыталась сбежать от него.
Стиснув зубы, Рейчел снова прыгнула на вампиршу.
Собачья смерть? Если это сорвет планы противника хотя бы на секунду, значит, она умерла не зря, принеся пользу наравне с букашкой.
Она была грешницей. Бросаясь в бой и используя техники, сокращающие её жизнь, думая, что её всё равно не простят...
Одно слово.
— Ты раздражаешь.
Как только слова сорвались с губ вампирши...
Рейчел задрожала, отпуская острия копий в обеих руках, и беспомощно рухнула на землю.
Слово подчинения.
Эта сила была сродни той, что владела Юрия, но...
Совершенно иного уровня.
Если та была еще не оперившимся хищным птенцом, то эта вампирша... она была настолько искусна, что использовала это так же естественно, как дышала — верно, как самое обычное «средство общения».
Разница между ними была ошеломляющей.
Но...
Стиснув зубы и сжимая пуговицу в центре груди, она поползла к Иану, несмотря на подкашивающиеся колени.
Абсолютно точно.
Она не сдастся.
Воля к переменам.
Если бы в ней не было даже этой толики упорства, причина, по которой Рейчел пришла сюда, действительно бы исчезла.
Затем с глухим стуком, пораженная загадочной силой вампирши, которая лишь взмахнула рукой в воздухе, Рейчел отлетела в стену и скатилась по заснеженной земле снежной горы.
Бесконечно падая вниз, она с грохотом врезалась в край исполинского древа, и из её рта рефлекторно вырвался стон.
— Кхек!
Во рту появился горький привкус.
Отчетливый вкус крови.
Нет, более того...
Всё её тело вопило от боли, словно разорванное в клочья.
И это было естественно.
Из-за Слова, произнесенного этой женщиной.
Оно полностью нарушило синхронизацию мышц, нервов... и многого другого в её теле.
Насильно активировав то, что было неподвижно и сковано льдом, а затем получив вдобавок ко всему чудовищный удар, её предел наступил невероятно быстро.
С тех пор ничего не изменилось.
— ...Ха,
И всё же...
Техники, которые она оттачивала с самого детства...
Разница в силе заставляла её остро осознавать, что все её навыки не стоят и ломаного гроша.
Если бы ей Словом приказали свернуть себе шею или причинить вред, не пошевелив и пальцем, убить Рейчел было бы поистине так же легко, как раздавить букашку.
— ...Почему ты пощадила меня?
Но... в итоге вампирша не убила Рейчел и на этот раз.
— Ты... жалеешь меня...?
Дрожащим голосом, полным унижения, она сжала кулак, зарывшись им в снег.
Однако следующими словами вампирши были:
— Хватит. Всё остальное не имеет смысла.
— ...Что.
Черноволосая вампирша, подняв Иана в воздух и вновь бережно заключив его в свои объятия, словно подушку, продолжила говорить.
— Мой муж не хочет, чтобы тебя убили. По возможности я бы хотела выполнить его просьбу, поэтому говорю тебе: убирайся с глаз моих долой.
Леденящая, подобная морозу жажда крови ударила по её ушам, заставляя все органы чувств в теле посылать болезненные сигналы тревоги.
Противница даже толком не реагировала на неё, пока та неслась вперед, готовая расстаться с жизнью.
Не сдавайся...
Даже если ей оторвет руку, даже если раздробит плечо, даже если вывихнет лодыжку, вплоть до того самого момента, пока половина обзора не померкнет и она не упадет...
Ощущение было таким, словно обычный человек голыми руками бросается на бетонную стену — всё это напоминало одностороннюю игру, где с Рейчел просто забавлялись.
Её мышцы уже были разорваны, а ядро перестало бы функционировать само по себе и могло даже начать гнить от слегка вторгшейся магической энергии, если бы с ней обошлись слишком холодно.
Её мана-дыхание было нарушено уже давно, в тот самый момент, когда она впервые получила Слово, и она не только получила множество серьезных травм, но и давно превысила свои ментальные и психологические пределы.
Её левый глаз почему-то не открывался. Всё её тело уже было покрыто окружающими обломками и рваными ранами, а обе руки, начавшие некротизироваться от её собственного холодного воздуха, выглядели просто гротескно.
...Что бы сказал Иан, увидев её в таком виде?
Он бы всё равно нежно и тепло взял в свои даже эти изуродованные руки.
Еще, еще, еще...
— Я... не сдамся.
— Хрясь.
— Кхек!
Острый каблук вампирши опустился на лопатку Рейчел, слегка вонзившись в неё.
Вампирша посмотрела сверху вниз на Рейчел, которая бесстыдно отбросила десятки предоставленных ей шансов, и разомкнула губы.
— ...Такая, как ты, не имеет права приближаться к моему мужу. Я собиралась пощадить тебя, но ты слишком настырна.
Тело Рейчел не могло даже самостоятельно подняться.
Однако единственное, что осталось в тех глазах, яростно сверливших вампиршу — это ядовитая ненависть.
— Верни... Иана.
Вытянув шею, она вцепилась зубами в мысок туфли вампирши.
И тогда, наконец, та...
— Не... вме###шивайся.
Раздался хрустящий звук, когда вампирша швырнула её внутрь черного исполинского древа.