— Ты уже успокоился? — Юрия сжимала мою руку так, словно никогда не собиралась отпускать, но под пристальным вниманием множества глаз с неохотой разжала пальцы, заботясь обо мне. В ее взгляде отчетливо читалось сожаление.
— Да, спасибо, Юрия.
Ее улыбка в этот момент была прекраснее всего на свете.
Ах, если бы я мог видеть эту улыбку каждый день...
Впрочем, я и сам прекрасно знал, почему это невозможно. Но сейчас важно было совсем другое.
— Иан, тебе не стоит так перенапрягаться, — тихо произнес стоявший рядом на страже рыцарь из отряда бывшего Командира Легиона, но я едва ли слышал его.
«...Теперь со мной точно все в порядке».
Нет, скорее по моему позвоночнику медленно поднималось странное покалывание, вызывая почти обжигающий трепет.
Я наконец ощутил всем телом природу того самого зова, о котором моя особенность настойчиво твердила с самого подножия Снежной Горы.
Взгляд прояснился, позволяя во всех деталях разглядеть обстановку — то, на что в обычных обстоятельствах я бы даже не обратил внимания.
Во рту пересохло, зрение стало невероятно острым, а чувства обострились до предела.
Все мое тело походило на обнаженный, остро заточенный клинок, готовый сорваться в бой в любую секунду.
Да.
Спящая внутри сила побуждала к пробуждению, ведя мое тело по этому пути.
Вскоре я уловил особый сигнал, совпавший с приказом Сесилии начать атаку. Стоило мне его распознать, как поле зрения резко расширилось, и я инстинктивно сорвался с места.
Столкнувшись лицом к лицу с врагами, я ощутил, как жизненная сила хлынула в мое магическое ядро, прежде пребывавшее в запечатанном состоянии, и оно мгновенно вспыхнуло синей магической энергией.
Я на бешеной скорости устремился вперед, не замечая, как ветер, вызванный моим собственным стремительным порывом, треплет волосы.
Я даже не осознавал, что от моих рук уже начали расходиться волны алой магической силы.
У обледеневшего входа рыцари вели ожесточенный бой с монстрами.
И пусть они не были профессиональными охотниками с многолетним стажем, эти элитные воины — ветераны, пережившие сложнейшие битвы и прошедшие суровую закалку под началом Сесилии, — умело и хладнокровно истребляли врагов.
В авангарде воины крепко смыкали щиты, удерживая строй, пока второй ряд пронзал пиками и копьями тварей, пытавшихся прорваться сквозь щели.
Однако напор монстров не утихал.
Зная, что они возродятся даже в случае гибели, и подчиняясь воле материнской особи, чудовища бездумно таранным ударом рвались на щиты, пренебрегая собственными жизнями и пытаясь завалить строй горами своих трупов.
И вот, когда полумертвая гидра взобралась на эту гору тел и, вскинув головы, приготовилась изрыгнуть кислоту —
— Не дайте им прорваться! — Сесилия взмыла в воздух и молниеносным ударом начисто снесла голову чудовища, громко закричав: — Сражайтесь изо всех сил, так же отчаянно, как эти твари! Помните: если ускользнет хоть одна, в ту же секунду наши семьи окажутся в смертельной опасности!
С оглушительным треском туша гидры обрушилась прямо на наступавших монстров, раздавив их под своей тяжестью. Используя ее как опору, Сесилия ринулась в самую гущу вражеской орды.
Слегка пнув еще извивающееся, упрямо регенерирующее тело гидры, она впечатала его в свод пещеры и вонзила клинок, испепеляя остатки плоти разрядом молнии.
Твари, нападавшие с флангов, отлетали прочь — сквозь них пробивалась очищающая сила благословения Святой.
Когда натиск ослаб и численность врагов заметно поредела, обледеневшие трупы Корней вдруг задергались, словно готовые вот-вот лопнуть, выдавая, насколько огромная орда нечисти кишит внизу.
— Вперед! — взревела Сесилия.
Рыцари, упиравшие щиты в землю, дружно двинулись фалангой, расталкивая туши монстров.
Замысел Командира заключался в том, чтобы обрушить приготовленные заклинания Святой прямо в пролом пещеры, как только он откроется, и выжечь тварей до единой.
Вдохновленные мощными чарами усиления, воины нещадно рубили чудовищ.
Однако вскоре сквозь щели между замерзшими трупами начали пробиваться новые враги.
Несмотря на то что их жгли, кололи и рубили, присутствие, исходящее из глубины, говорило о неизмеримых силах противника.
Среди них появилось несколько существ, похожих на тех демонов-камикадзе, что едва не отправили меня на тот свет в прошлый раз. Пользуясь подавляющим числом, они отчаянно рвались через вход.
Мой разум оставался предельно хладнокровным.
Было бы неплохо, если бы Рейчел заморозила их, но сейчас это опасно. Скует она их льдом хоть на миг — при малейшем толчке твари неизбежно взорвутся, и орда хлынет наружу до того, как Святая завершит ритуал.
Стоит строю рухнуть, и монстры вырвутся на свободу — случится катастрофа.
Я крепче сжал древко копья.
Дрожь в руках пропала.
Алое копье с сокрушительной силой пробило туши монстров и точно поразило цель.
Но на этом бой не закончился.
Твари, прорывавшиеся сквозь узкие щели подобно рою насекомых, тоже оказались смертниками-камикадзе. Несмотря на малые размеры, их панцири были достаточно прочными, чтобы отражать стрелы бывалых лучников.
Стоило мне приготовиться к броску второго копья, как сверкнувшая молния Сесилии обуглила тварей дочерна, и они с глухим стуком повалились на землю.
Но времени любоваться ее мастерством не было.
В то же мгновение из пролома высунулась львиная морда химеры-гибрида. Из ее пасти вместо языка выметались ядовитые змеи, готовясь к броску.
Я выхватил кинжал на поясе и, пригнувшись, молниеносным росчерком полоснул тварь по шее.
Хруст! Ощущение разрезаемой гнилой плоти отозвалось в руке.
Я вонзил второй кинжал в грудь чудовища, испепеляя его магией. Заслоняясь тушей химеры как щитом, я высвободил Клинок Ауры и, насадив на него еще двух нападавших тварей, предал их огню.
Как я и рассчитывал, стоило их ядрам сгореть, как химеры забились в судорогах и обмякли.
В этот миг, словно от укола ледяной иглой, все мои чувства сконцентрировались в одной точке, заставив резко обернуться.
Там наемник, чье тело было наполовину поглощено скверной, оттолкнулся от земли и, выхватив из-за пазухи меч, обрушил его вниз.
Он целился так, чтобы разрубить меня и скормить этой твари.
И хотя его стойка была сорвана, бледно-голубая энергия на кончике клинка несла смертельную угрозу: он вложил в удар все развитые мутацией мышцы, не заботясь о последствиях, так что от отдачи у него даже обнажилась кость.
«Никогда не закрывай глаза. Следи за ударом до самого конца».
На поле боя страх ведет прямиком к гибели — я знал это лучше любого другого.
Кончик лезвия, едва не задевший горло, обдал жаром — на нем осталась моя кровь. Нападавший, не удержав вес и потеряв равновесие, рухнул лицом в землю.
«Аура всегда должна быть острой».
Я прищурился. Я целился в шею незащищенного врага, но тварь с неестественным хрустомвернула голову и зубами вцепилась в лезвие.
Она сжала сталь кинжала с такой силой, словно пыталась раздавить ее.
Однако меня это не сбило с толку. Напитав Клинок Ауры новой силой, я начисто отсек наемнику пальцы. Вдавив врага ногой в землю, я вонзил лезвие ему прямо в сердце и высвободил пламя, отчего тварь окончательно обмякла.
Без лишних промедлений я выдернул кинжал и тыльной стороной ладони отер пот с подбородка, глядя на бушующее пламя своей ауры.
Сжимавший рукоять кулак слегка подрагивал от накатившего азарта. Запах крови, ударивший в нос, на мгновение заставил голову закружиться.
Мой организм был уникальным случаем: побывав вампиром, я снова вернулся в человеческий облик. Но памяти и выработанных инстинктов нельзя было лишиться по щелчку пальцев. Время от времени тело, еще не до конца перестроившееся, давало сбои. Впрочем, благодаря обратному превращению мои физические возможности заметно возросли.
«...Это еще что?»
— Командир! Показывается крупный монстр! — донесся тревожный крик одного из рыцарей.
С глухим грохотом из-под заблокированного прохода показалась массивная морда чудовища, выламывавшего преграду.
Я яростно уставился на тварь.
Если оставить все как есть, заклинание, которое так долго готовили и не могли прервать, пойдет прахом из-за одной только этой туши. А если этот исполин выберется наружу, среди рыцарей неизбежно появятся убитые и раненые.
Пока в моей голове вихрем неслись мысли, меня озарило.
Используя трупы врагов как опору, я взмыл в воздух и изо всех сил метнул кинжал.
Раздался отчетливый хруст разрезаемой гнилой плоти. Чудовище попыталось удержаться уцелевшей лапой, но потеряло равновесие и рухнуло вниз, увлекая за собой остальную нечисть. Земля под ногами содрогнулась от тяжести его падения.
В следующий миг десятки баллист, заряженных стрелами со священным огнем, дали залп прямо в образовавшийся пролом.
Прогремел оглушительный взрыв.
Однако это было место, которого опасалась сама Юрия.
Победный порыв рыцарей мгновенно угас, едва перед ними открылось зрелище, повергшее всех в глубокий шок.