Отойдя подальше от дома старосты, под густую тень глинобитной стены, Карон огляделся по сторонам и без лишних слов воздвиг глушащий барьер.
Лунав безучастно наблюдала за его манипуляциями.
— В Обществе знают, что вы находитесь здесь?
— Если бы знали, вряд ли бы я стояла перед вами.
В ее голосе сквозило неприкрытое: «Сам-то как думаешь?». Карон поморщился и повысил голос:
— Неужели вы до сих пор не осознаете, чем ваши безумные выходки грозят всему Обществу?! Вам мало недавнего похищения?!
— В итоге-то я жива и здорова, — ее тон не изменился ни на йоту. — Смею заверить, за пределами Академии нет защитников надежнее, чем эти двое. Считайте, я наняла лучших телохранителей на континенте.
Карон смерил ее взглядом, полным скепсиса. Лунав выдержала его без малейшей дрожи.
— Вы пришли сюда ради масера?
— Говорят, зверя, обитающего в этих безымянных руинах, зовут так же, как и запретный гримуар? Как исследователь Общества, жаждущий магического прогресса, я просто обязана была проверить это лично. Позвать их с собой было моей идеей. А моим спутникам нет дела до древних писаний — их интересует исключительно монстр.
Ложь звучала гладко, без единой заминки.
Карон холодно отрезал:
— Пока что я повременю с докладом в столицу. Однако не обольщайтесь: покрывать вас я не намерен. Как только все закончится, я подробно изложу патриарху каждую вашу выходку.
— Воля ваша.
Она развернулась, собираясь покинуть барьер.
— Этот юноша... Киан Верт. Он тоже не знает о масере?
— Знал бы — на пушечный выстрел меня сюда не подпустил бы.
Бросив эту фразу через плечо, Лунав неторопливо зашагала обратно к Киану.
Признаться честно, я ожидал увидеть перепуганных заложников под дулами заклинаний, но, видимо, за годы работы ассасином я слишком привык судить о людях по худшим меркам.
Вы только поглядите на эти счастливые, лоснящиеся физиономии.
Толпа крестьян с горящими от восторга глазами плотным кольцом обступила столы. Сэт, примчавшийся спасать соотечественников, застыл посреди комнаты с таким видом, будто ему только что влепили пощечину сырой рыбой.
— П-принц Сэт?! — ахнули несколько стариков, заметив его фигуру. Лица у них сделались такими, словно в дом вернулся нелюбимый блудный сын, по которому плачет каторга.
Терпение Сэта лопнуло:
— Вы чего все на меня вылупились, будто призрака увидели?! Совсем берега попутали?!
Седовласый немолодой мужчина с глубокими морщинами тяжело вздохнул:
— И что на этот раз вы собрались разнести, принц Сэт?
— Да что я вам, разрушитель какой-то?! Чего вы из меня чудовище лепите?!
Синхронные кивки жителей дали исчерпывающий ответ. Похоже, репутация ходячего бедствия закрепилась за этим парнем всерьез и надолго.
— Тьфу ты! Родной человек в родные края наведался, а они вместо радости помоями обливают! Никакого тепла в этой деревне, тьфу!
— В родные края? — переспросил я.
— А, я ж тебе не рассказывал! Я в этой глухомани все детство провел. Всех здешних мордоворотов в лицо знаю. А этот ворчливый дед — местный староста.
— А чего во дворце не сиделось?
— Ну... так вышло. Личные обстоятельства!
Судя по тому, как резко он оборвал разговор, тема была болезненной. Значит, он так яростно рванул в бой не просто из абстрактного чувства долга, а потому что искренне переживал за людей, среди которых вырос?
Без иронии — достойный поступок для принца. Случись подобное на глазах одной небезызвестной принцессы из Академии, она бы наверняка поступила точно так же.
— И что это за гора добра, старик?
— Да вот, господа из Магического общества Гарама пожаловали. Расспрашивали про руины и щедро одарили за содействие.
Тюки ломились от редких тканей, заморских специй, деликатесов и зачарованной утвари — вещей, которых в захолустной деревушке отродясь не видывали.
— И вы вот так запросто взяли подачки от первых встречных бродяг?! Совсем страх потеряли?!
Вообще-то, наезд Сэта был понятен, но с точки зрения магов ход был безупречным. В чужой стране устраивать резню из-за информации — все равно что объявить войну королевскому дому Спании. Подкуп и вежливые улыбки работали куда чище и надежнее.
— Черт побери, а я-то думал, тут резня идет, сломя голову несся... А вы тут пир горой закатили.
Сэт со стоном плюхнулся на циновку. Ворчал он громко, но по глазам читалось: с души свалился огромный камень.
— Так зачем вы здесь, принц Сэт? Разве вам не положено штаны протирать в этой вашей столичной Академии?
— Я вернулся, чтобы начистить рыло той твари в руинах! И на этот раз я привел с собой подмогу!
— И охота вам зверя без нужды тревожить... Впрочем, вы, похоже, с теми господами за одним и тем же явились. Тот седой, Карон, тоже все выспрашивал про чудище.
В этот момент в дом неслышно скользнула Лунав. Поравнявшись со мной, она едва заметно шепнула:
— Все улажено.
— Точно улажено?
— По крайней мере, вам ничего не угрожает.
«Зато тебе, похоже, угрожает по полной программе», — подумал я. Не нужно быть провидцем, чтобы понять, о чем они там толковали. Каким бы миром ни казалось происходящее, чутье кричало: эта встреча добром не кончится.
— Ну надо же, сколько шума из-за старой безымянной груды камней, — покачал головой староста. — Раз уж вы все здесь собрались, слушайте внимательно, что старику известно. Повезло вам, благородные господа, ой повезло. Я ведь и сам ума не приложу, как быть.
— О чем вы?
— В эти руины нельзя войти просто так. Нужно разрешение самих руин.
— Разрешение? Это еще откуда взялось? — нахмурился Сэт.
— Сами знаете, строили их задолго до Войны Богов и Демонов. Зачем да почему — нам, смертным, знать не дано. Но предания гласят: войти туда может лишь тот, кто отмечен божественной милостью. А единственные, кто носит в себе эту кровь — род Шахаркан, почитатели бога песка Сабулома.
— Эй, старик! Ты мне об этом в прошлый раз ни словом не заикнулся!
— А вы разве спрашивали, принц Сэт? Вломились без спросу, словно пес в мясную лавку, и были таковы!
— Кхм... Ну да, есть такое.
Я мысленно посочувствовал старосте.
— Короче говоря, без потомка Шахаркан внутрь хода нет. Спутники принца еще пройдут, а вот чужакам из Гарама...
Староста развел руками. Все козыри внезапно оказались на руках у нашего полоумного принца. Взгляд Карона опасно блеснул.
— Эй, заморские умники! Вы тоже внутрь хотите? — неожиданно подал голос Сэт.
— Разумеется. Мы ученые и лишь желаем исследовать древние магические потоки. Никаких дурных намерений у нас нет, клянусь, — Карон нацепил самую благообразную мину.
Ложь сквозила в каждом слове, и мы с Лунав это прекрасно понимали. Но возражать сейчас было не с руки.
— Ладно! Но у меня условие!
— Внимательно слушаю.
— Вы поклянетесь, что ни одна живая душа в вашем Обществе и за его пределами не узнает, что мы здесь были! Дадите слово — пущу вас следом!
Челюсти отвисли у всех: у магов, у старосты, у меня и даже у Лунав.
Карон опешил, не зная, что ответить.
— Не согласны? Тогда собирайте манатки и валите обратно в свой Гарам! Мне-то без разницы!
— Могу я... поинтересоваться причиной столь странного требования?
— А чего тут непонятного?! Мы с Кианом оформили практику и выехали законно. А вот эта девчонка — беглянка! Если кто пронюхает, ей не поздоровится!
Я с трудом подавил приступ дикого хохота. Наш блаженный принц до сих пор свято верил, что мы на официальной практике. На деле же мы все втроем были в самоволке. И этот олух еще пытается благородно прикрыть Лунав... Зрелище было одновременно восхитительным и бесконечно жалким.
— Договорились. Именем славного Магического общества Гарама я клянусь: никто не узнает о том, что вы были здесь.
После недолгих колебаний Карон склонил голову. Лунав воззрилась на Сэта так, словно увидела говорящую собаку.
Подмиг.
Сэт самодовольно подмигнул ей, отчего лицо Лунав окончательно окаменело. Кажется, она разрывалась между благодарностью и искренним состраданием к его неизлечимому скудоумию.
— Ну, раз сговорились, скажу напоследок, — вновь заговорил староста, помрачнев. — Тварь внутри мирная. Черту не переступите — просто прогонит, преследовать не станет. Но если вздумаете перейти грань... пеняйте на себя.
Предупреждение повисло в воздухе тяжелым грузом. Я скосил глаза на Карона.
В его холодном, собранном взгляде читалась абсолютная, непоколебимая решимость эту черту перешагнуть.
Соглашение было достигнуто, предостережение получено — оставалось лишь войти.
Вернувшись в свой лагерь, Карон начал методично собирать снаряжение. В палатку неслышно скользнул один из его подручных:
— Господин Карон...
— В чем дело?
— Мы действительно не станем докладывать в Общество?
— Разве мы не дали принцу Сэту слово? Будем следовать уговору.
— Но ведь...
— Впрочем, для нас все складывается как нельзя лучше. Ключ, отпирающий врата, сам пришел к нам в руки. Более того... нам представился неожиданный шанс.
— Шанс? — подчиненный непонимающе захлопал глазами.
— Подойди ближе.
Едва маг сделал два шага, как Карон накрыл палатку пологом безмолвия.
— Наши возможности здесь крайне ограничены. Даже если мы найдем крупицы сведений о масере, самого гримуара в этих руинах нет и в помине.
Это понимали все участники экспедиции.
— Немедленно отправь гонца в тайную ложу, — на губах Карона расплылась хищная, зловещая улыбка. — Сообщи: внучка патриарха Ригенса, Лунав Рейнривер... снова будет похищена.