Просчитался.
Я не использовал техники Тумана, не напитывал клинок видимой маной. Я полагал, что в глазах обывателей Кейрам сойдёт за обычный добротный меч из редкой тёмной стали.
Но этот человек произнёс это вслух:
«Продай мне демонический меч…»
— О чём ты толкуешь? — я включил дурака, даже бровью не поведя.
— Полно вам притворяться, господин хороший. Можете быть спокойны: в этом городе тайна вашего оружия известна лишь нам двоим.
Логично. Если он вознамерился прибрать клинок к рукам, трепать языком направо и налево ему не с руки.
Вопрос в другом: как он догадался?
Моя правая рука незаметно скользнула за спину.
Гул маны.
В крайнем случае придётся применить девятый ранг — «Личность из тени». Выпотрошу из него все воспоминания, перепишу личность и оборву нить его бренной жизни.
— Ха-ха! Вижу, вы мне не доверяете. Что ж, вполне справедливо. Позвольте объяснить, почему я столь уверен в своей догадке.
Щёлк.
Я мгновенно развеял концентрирующуюся на кончиках пальцев тёмную ману. Если он сам готов всё выложить, незачем тратить силы на сложную некромантию.
— Говори.
Морис самодовольно приосанился:
— В своё время я верой и правдой служил в великом торговом доме «Альбас». Однако два года назад наш многоуважаемый владыка Джикерман Альбас пал жертвой неведомого убийцы. После этого дом раскололся, и я основал собственную «Серую гильдию». Обосновавшись в Ламберсте, я сумел подмять под себя немалую долю теневого рынка.
Джикерман Альбас.
Знакомое имечко. Тот самый работорговец, пытавшийся сбыть яйцо Наны с аукциона. Кто бы мог подумать, что судьба сведёт меня с его бывшим подручным?
Ирония судьбы: он стоял перед человеком, который собственноручно оборвал жизнь его бывшего господина.
— Всю жизнь я питал непреодолимую страсть к редкому оружию, — продолжал Морис с горящими глазами. — Через мои руки прошли тысячи клинков со всего континента. Без ложной скромности скажу: я видел почти все шедевры, созданные рукой смертного мастера!
— И к чему ты клонишь?
— Но есть два типа оружия, которые даже мне не доводилось держать в руках. Священные мечи и демонические клинки. Оружие, выкованное не людьми, а рождённое волей древних богов! Веками считалось, что это лишь мифы, но я свято верил: они реальны. Я собирал крупицы знаний, изучал древние трактаты…
В его голосе зазвучали фанатичные нотки:
— И сегодня на этой арене свершилось чудо! Я своими глазами узрел клинок, дремавший в небытии сотни лет! Мой намётанный глаз невозможно обмануть — я грезил этим зрелищем всю жизнь!
Что ж… этот Морис был идеальным кандидатом на роль жертвы демонического меча. Настолько одержимых глупцов даже искать не надо — сами в пасть лезут.
— Даже если вы сами не подозревали, каким сокровищем обладаете — не имеет значения! Уступите его мне! Назовите любую сумму — я выплачу её золотом на месте! Хотите взамен редчайшие клинки работы гномьих мастеров? Я достану десяток! Чего бы вы ни пожелали — всё будет вашим, только отдайте мне демонический меч!
Ш-ш-ш…
Из ножен на моём бедре повалил густой чёрный дым.
Замечу: не по моей воле.
[Ого-го… Давненько смертные черви не узнавали меня с первого взгляда.]
Прежде чем я успел пресечь эту выходку, Кейрам материализовалась прямо в воздухе, бесцеремонно оперевшись локтем о моё плечо.
— О-о-о-о… — Морис благоговейно затаил дыхание, готовый рухнуть ниц. — Древние тексты не лгали! Оружие богов действительно обладает живой душой!.. Какая честь… Великая госпожа клинка, смиренный Морис приветствует вас!
Она решила окончательно усложнить мне жизнь?
— Ты что творишь? — процедил я сквозь зубы, прожигая её взглядом.
[А чего они обсуждают меня за моей спиной? Я, между прочим, главная героиня этого разговора!]
К счастью, в комнате никого больше не было, но ситуация стремительно выходила из-под контроля.
[Ладно, смертный, ответь мне на один вопрос, — лениво протянула Кейрам. — Судя по твоему рыхлому брюху, мечом ты махать не умеешь от слова совсем. Зачем я тебе сдалась?]
Признаться, мне и самому стало любопытно. В бою этот бочонок бесполезен, перепродавать реликвию он явно не собирается. Зачем торговцу то, чем он не способен управлять?
— Всё верно! — ничуть не смутился Морис. — Я купец, а не воин. Мне не под силу постичь искусство фехтования столь великим оружием. Но позвольте спросить в ответ: а разве нужно, чтобы я управлял вами?
— Что? — мы с Кейрам переглянулись почти синхронно.
— Пусть великий клинок управляет мной! — восторженно воскликнул он. — Заберите всё! Моё золото, влияние, мою плоть и саму душу! Всё без остатка! От вас требуется лишь одно… даруйте мне крупицу вашей божественной благодати!
[Благодати?.. Это какой же?]
Морис осклабился в экстазе:
— Вы ведь божество! Снизойдите же до своего смиренного раба, погладьте по голове это ничтожное создание, одарите взглядом!..
Хвать!
— Кх-х!..
Его слащавая тирада оборвалась на полуслове: моя рука сомкнулась на его толстой шее и оторвала тушу от пола.
Нет, это сделала не Кейрам. Это сделал я.
Потому что мотивы этой твари стали мне предельно ясны.
[Ого…] — даже Кейрам слегка опешила от моей реакции.
Знаете, что я ненавижу больше всего на свете?
Когда полоумные ублюдки с блаженной улыбкой несут отборную дичь, свято веря, будто весь мир обязан крутиться вокруг их извращённых фантазий.
Каким местом нужно думать, чтобы прийти к подобным выводам? Божественная благодать от демонического меча?!
Кем он возомнил меня? И кем он возомнил её?
От одной мысли о том, что этот слизняк посмел раскрыть пасть на моё оружие, меня захлёстывала холодная ярость.
— П-поща… дите… — захрипел Морис, судорожно колотя ногами по воздуху, но мои пальцы сжимались всё крепче.
— Что там происходит?! — из коридора донеслись встревоженные голоса стражи.
Кейрам мгновенно растворилась в воздухе. В тот миг, когда торговец уже начал синеть, я разжал хватку и позволил его туше рухнуть на ковёр.
— Кха! Кха-кха!..
— Господин Морис! — в комнату влетели телохранители с обнажёнными клинками.
— Стоять!.. Уберите оружие… немедленно! — прохрипел купец, с трудом втягивая воздух в сдавленное горло.
Его безумная улыбочка никуда не делась.
— Кажется… владелец слишком разгорячился. Вы невероятно дорожите этой вещью, не так ли?..
Я промолчал.
— Мы ещё вернёмся к этой беседе… Надеюсь, вы хорошенько обдумаете моё предложение…
В течение одной секунды я всерьёз взвешивал: оторвать ему голову прямо сейчас или повременить? В итоге здравый смысл победил — убивать его столь быстро было бы слишком милосердно.
Морис позорно ретировался под прикрытием своих людей.
Скрип.
Лиса ворвалась в кабинет без стука. Вид у неё был взвинченный до предела.
В полумраке комнаты её уже ждала хозяйка.
— Судя по лицу, новостей у тебя невпроворот, Лиса?
В отличие от беззаботной улыбки на губах госпожи, взгляд старшего менеджера был полон тревоги.
— Можешь не начинать. Ты пришла спросить, почему регламент боя изменили без твоего ведома, верно?
— …Да, госпожа. У вас была особая причина отдать такой приказ?
— Причина?.. Пожалуй, правильнее будет сказать — я хотела получить подтверждение своей догадке.
— О чём вы?
— Неужели тебе самой не было любопытно? Печально известный Гунтер лишился руки, не успев даже нанести удар. Откуда взялся этот мальчик и как он способен двигаться с такой непостижимой скоростью?
Сион выбивался за любые рамки разумного. Тринадцатилетний подросток, с одного удара укладывающий великанов втрое крупнее себя и демонстрирующий технику, непостижимую для простых смертных…
Любой здравомыслящий человек на её месте задался бы вопросом: кто он такой?
— И… вы нашли ответ? — прямо спросила Лиса.
— Позволь спросить тебя кое о чём в ответ. Лиса, ты помнишь лицо этого мальчика?
— Лицо?..
Что за странный вопрос? Она видела его каждый день на протяжении недели! Они разговаривали всего десять минут назад!
Но стоило Лисе попытаться воссоздать его образ в памяти, как лицо её исказилось от ужаса.
— Я… я не могу его вспомнить…
Цвет волос, форму глаз, тембр голоса, манеру говорить — она помнила всё до мельчайших деталей. Но цельный образ лица расплывался, словно отражение в мутной воде.
Линзе загадочно сощурилась:
— Это тайная техника под названием «Скрытый Туман».
Лиса впервые слышала подобный термин.
— Особая сила искажает восприятие окружающих, блокируя способность человеческого разума фиксировать образ владельца. Ты помнишь факты, но твой мозг не способен сложить их в портрет.
— Но… о такой магии я никогда не слышала!
— Разумеется. Ведь этой техникой владеют лишь те немногие в этом мире, кому даровано благословение «Миста»…
Зрачки Лисы сузились до булавочных головок:
— Вы сказали… «Мист»?!
— А-а-а-а-а-а-а-а!
Грохот! Треск!
Вопли ярости и глухие удары сотрясали ангар на Западной свалке. Подчинённые Гунтера жались по углам, боясь даже вздохнуть — каждый понимал, что под горячую руку главарю лучше не попадаться.
Хрясь! Бум! Чавк!
Звуки дробящихся костей и рвущейся плоти заставляли волосы шевелиться на затылке. Бандиты отводили глаза, не в силах смотреть на то, как их босс вымещает злобу на железных балках и останках недавних должников.
— Фу-у-у-у-у…
Казалось, приступ бешенства наконец пошёл на спад, но стоило Гунтеру опустить взгляд на пустой правый рукав, как ярость вспыхнула с новой силой:
— С-и-о-о-он!
От прежней наглой уверенности не осталось и следа. Сокрушительное поражение от руки мальчишки нанесло смертельный удар по его больному самолюбию.
— Г-господин Гунтер, молю, успокойтесь! Рана снова откроется!..
— Пасть завали!
Он не желал ничего слышать.
— Я убью его! Разорву на куски! Если я не сверну ему шею — я сам сдохну от этой злобы!
Но в глубине души он прекрасно понимал: в честном бою ему не победить. Ни при каких обстоятельствах. Фантомная боль в обрубке плеча служила тому лучшим напоминанием.
Внезапно взгляд Гунтера зацепился за валявшуюся на полу пустую пачку из-под дешёвых сигарет.
В его воспалённом мозгу всплыла сцена недавней стычки в переулке.
Мальчишка-торговец, которого избивали его люди… И Сион, вступившийся за этого оборвыша.
Как донесли соглядатаи, сейчас этот мелкий пристроился на побегушках в «Клетке».
Губы великана растянулись в безумном, отвратительном оскале:
— Плевать, как именно. Главное — результат. Если ты сдохнешь, а я останусь жить — победа всё равно за мной! Ха-ха-ха!
Он сжал культю здоровой рукой и зашёлся диким хохотом. А под его ногами медленно растекалась свежая лужа тёмной крови.