Пролог: «Уборка! Великая уборка, которая войдёт в историю!»
Глава 133Пролог: «Уборка! Великая уборка, которая войдёт в историю!»
«Вы верите в духов?Добрый вечер. В некотором смысле я — дух, Аюму Аикава».
«В этом мире есть много невероятных вещей. Существование Итиро. Существование Ма-куна. Существование Ханса Ульриха Руделя.Это легенды, в которые трудно поверить, но они реальны».
«Да, Санта — тоже исторический факт, и Христос тоже существовал.В этом мире нет ничего невозможного».
Пролог«Уборка! Великая уборка, которая войдёт в историю!»
«Но даже так — невероятные события всё равно заставляют нас удивляться».
Я вытаращился так, что, казалось, зрачки сейчас пробьют лобовое стекло и укатятся в неизвестность. Никогда — слышите? — ни разу в жизни меня не прошибало такой дикой, нечеловеческой оторопью, чтобы глаза и правда норовили выскочить из орбит. Ни одна новость не влетала в черепушку с такой внезапностью, с таким сокрушительным размахом.
Голос Юки в трубке застревал в ушах, как заевшая пластинка, и эхом перекатывался между висков:
— Главу… укололи.
Глава — понятное дело, тот самый Демон-барон, глава клана вампиров-ниндзя. В магическом мире Вилье его величали не иначе как демоном-герцогом — и тряслись при одном упоминании до зубовного стука. Кто именно это организовал — сейчас не суть. Важно лишь, что подруга позвонила и выдала: «Его укололи». Хотя, секундочку. Какая-то дичь.
Меня, которого трижды в неделю протыкают деревянным мечом как учебное пособие, — и тут я немею от сообщения о чужом ранении? Всё дело в чудовищной неправильности момента.
— Укололи… ну, как комар укусил, или шприцем, что ли? — уточнил я на всякий пожарный, стараясь шептать так, будто сам обратился в этого самого комара и боялся спугнуть тишину.
— Стала бы я звонить из-за комариного укуса! — рявкнула перепуганная Юки, и в голосе её плескалась настоящая паника.
Логично. Юки, конечно, слывёт растяпой, но до степени полного идиота ещё не доползла.
— Тогда, если б оса ужалила, — поддел я, — ты б точно не удержалась.
— Оса — вариант, — согласилась она на удивление серьёзно.
— Так что с ним? — я понизил голос до опасного полубаса, понимая, что игра кончилась.
— А-а… Ну, глава вечно не в форме, ты знаешь.
— Знаю.
Лет сто назад демон-герцог поднял мятеж против королевы Вилье, Лилии Лилис, и знатно огрёб по всем статьям. Тогда на него и наложили проклятие — «вечно быть при смерти». Любое его движение — и кровавая отрыжка обеспечена. Но…
— …он выпал из реальности… или что-то такое? — пробормотала Юки, и этот внезапный шифр застал меня врасплох. Я лихорадочно перебирал нити разговора в голове, пытаясь ухватить смысл.
— А! — осенило меня. — В критическом состоянии, без сознания!
— Вот именно!
Ну, это уже серьёзно. Раньше он впадал в агонию множество раз, но чтоб вырубиться — никогда. Неужели реально может окочуриться?
Хотя… он же вечно при смерти. По идее, должно пронести. Остаётся только надеяться, что этот наглый тип слишком упёрт, чтобы сдаться.
— Аюму, о чём это ты? — подала голос девушка, стоявшая рядом.
Высокая, стройная, с пышной грудью — любой скажет: «Вот это женщина!» — и звали её Сера. Обычно она не встревает в чужие звонки — знает толк в такте. Но, видно, мой взволнованный тон задел её за живое.
— А, так, главу закололи, — бросил я с показной небрежностью.
И тут же получил по рёбрам. Чирк!
— Г-главу?! Мусор ты тупой! Почему сразу не сказал?!
Сера в одно мгновение превратила древесный лист в клинок и ткнула меня в бок с лёгкостью, от которой перехватило дыхание. Её обычно каменное лицо перекосило от шока. А как иначе? Она же вампир-ниндзя, а её главу только что прирезали.
— Юки, где это? — спросил я в трубку, пытаясь отдышаться.
— В больнице. Которой управляют вампиры…
— То есть в больнице для вампиров, — перебил я.
— Спасибо, — бросил я, и Сера испарилась, как заправский ниндзя, даже хлопка не оставив.
Видимо, переживала за главу так, что места себе не находила. Над зимним небом закружился одинокий сухой лист — и всё.
— Сера уже выдвинулась. Мне тоже пойти? — спросил я, выдыхая в морозный воздух облачко пара.
— Не, сейчас посторонним, кроме вампиров, вход воспрещён, — в голосе Юки зазвучало разочарование.
— А кто напал — не ясно?
— В том-то и дело. Но мы, вампировы, такого не могли сделать. Значит, другая сила.
А, вот оно что… Поэтому и запрет для чужаков. Кто же преступник? Главный вопрос — мотив. Кому это понадобилось? Время слишком неподходящее. Завтра мы собирались провести Саммит Трёх Миров. Мир магии Вилье.Мир, куда уходят души умерших, — Царство Мёртвых. И наш мир, в котором мы живём. Глава был представителем нашего мира. Не президент Америки и не премьер-министр Японии, а именно глава вампиров-ниндзя. Потому что защита порядка в этом мире — дело государства, а от посягательств из иных миров этот мир оберегали именно они. Это не ошибка.
Но если он без сознания в критическом состоянии — завтрашний саммит накрывается. Значит, логично предположить чей-то злой умысел — кто-то хотел сорвать встречу. Бесит. Я так старался наладить мирные переговоры!И кому это понадобилось мешать? Войны, что ли, хотят?
Не знаю, какой ублюдок это сделал, но я его обязательно вычислю. Клясться именем деда не придётся — и так понятно.
— Мы тут тоже попробуем поискать виновного, но… хреново всё. Лишь бы саммит не отменили.
— Завтра же? Да уж… Сарас, кстати, хотела подменить главу.
— Эту я к себе в дом ни за что не пущу.
Сарас вечно пристаёт с обратными домогательствами. Если она появится там, откуда не сбежишь — жди беды.
— …Аюму.
— Что такое? Голос как у щенка, которому не додали корма.
— …Ты тоже… будь осторожен. Я переживаю, чтобы и тебя кто-нибудь не пырнул, как главу.
Я тихо усмехнулся. Юки показалась мне немного, самую малость, милой. Её взволнованный голос, наоборот, заставил волноваться меня.
— Ну, меня тоже могут попытаться завалить. Но переживать уже поздно.
— Чего?
— Меня только что Сера ткнула.
Я усмехнулся и бросил это в шутку.
— Что?! С тобой-то всё в порядке?! — растерялся Юки.
Ой, кажется, шутка была неуместной.
— Да посмотри на меня — я полон сил. И с главой всё будет хорошо.
— Правда. Спасибо, Аюму. Я верю тебе! Глава обязательно поправится.
Наконец, в голосе Юки снова зазвучала привычная бодрость, и я обрадовался.
Вернувшись домой, мы решили подождать Серу и направились в гостиную.
Но тут —
Шлёп!
Я поскользнулся на полиэтиленовом пакете, валявшемся в коридоре, и девушка с тёмно-каштановыми волосами до плеч, Харуна, исполнила чаплинское падение. Её полутораметровое тельце врезалось затылком в стену и распласталось на полу. Нога скользнула так, будто она — Вега из Street Fighter, а от удара головой она не смогла правильно сгруппироваться и больно приложилась спиной, после чего забилась на полу, как выброшенная рыба.
Невольно хочется зааплодировать — великолепное падение!Видел ли кто-нибудь в наши дни такое же мастерское «падение»?Кажется, со времён Утяна из дуэта «Утчан Нантян» я не видел настоящего, профессионального «падения». Я даже захлопал в ладоши.
— Не смейся, идиот Аюму!
Она, словно в брейк-дансе, крутанулась на спине и зарядила мне по голени. Я не чувствую боли, но даже представить это было больно. Ну вот, бывает же: человеку стыдно, и он начинает бесноваться, чтобы скрыть смущение.
Вскочив одним прыжком, Харуна, то ли от стыда закрыв глаза, двинулась в гостиную, но наступила на валявшуюся на полу засохшую картошку фри.Снова потеряв равновесие, она со всего размаху врезалась носом в край двери.— Икюююю… — издала она звук, похожий на крик морского котика, после чего резко развернулась, подняла правую руку и торжественно объявила:— Уборка! Великая уборка, которая войдёт в историю!
Я онемел. Хотелось сказать: и пакет в коридоре обронила ты, и картошку не доела ты, и разбросала всё, и убирать не стала — тоже ты. Потому что в нашем доме мусорит только эта особа. Но я промолчал. Завтра к нам должны пожаловать те, кто носит титул «Король», — невероятно знаменитые, изысканные, благородные и состоятельные особы. Нельзя создавать напряжённую атмосферу из-за какой-то мелочи. Если за стол сядут раздражённые люди, мирных переговоров не получится.Так что великая уборка — это только на руку.