Пролог: «Ай-яй-яй, чуть не уснула. Опасно, опасно»

У каждого человека есть два лица.

Я выгляжу как обычный старшеклассник, но на самом деле — зомби.У некоторых характер меняется за рулём, у других — после рюмки.Кто-то кажется тихоней, но если его разозлить — лучше не попадаться.

Но есть кое-что поважнее этих «двух лиц».

У каждого человека есть два лица.Они мягкие, тёплые, упругие — и делают счастливыми и детей, и взрослых.

«Ай-яй-яй… Чуть не уснул».

Это называется — ГРУДЬ.

Пролог: «Ай-яй-яй, чуть не уснула. Опасно, опасно»

Самое необходимое человеку — это смелость. Так я считаю. Если трястись от страха только потому, что делаешь что-то впервые, и не решаться на шаг вперёд — никакого прогресса не будет. Да, можешь провалиться. Да, потом будешь жалеть. И пусть. Пусть коленки дрожат — всё равно надо идти. Потому что, если ничего не испытаешь, в тебе не родится вообще никаких чувств.

На школьном фестивале в октябре как гром среди ясного неба объявилась «Сильнейшая девочка-чудо-пилочка» — Крис. «Сильнейшая» — это не для красного словца. Я, жалкий зомби, в прямом смысле не мог ей и пальцем в зуб ткнуть. Но эта девица отняла у меня кое-что бесценное. И с того момента, как я решил свести с ней счёты, пролетело уже два месяца. Было всякое: и групповые свидания, и судебные иски за домогательства… Да, чего только не было.

В итоге выяснилось две вещи. Первое: Крис любит ошиваться в местах, кишащих дядьками постарше — в забегаловках с одэном или на ипподроме. Второе: если пощекотать ей бока, она обмякает и теряет способность двигаться. Н-да. Даже зная всё это, я никак не смогу ей противостоять.

Сегодня воскресенье, семнадцатое декабря. Чтобы отыскать «Сильнейшего в мире мёртвых», который якобы способен потягаться с «Сильнейшей магической девой», я, с пересадками на электричках, притащился в одно местечко в районе Кото. Деревянный дом, построенный десятки лет назад; кажется, тряхни его балла на три — рассыплется в труху. Облупившаяся бетонная ограда, увитая плющом, с надписью «Химавари-со», грязно расплывшейся под дождём. Картинка совсем не вяжется с названием. Захожу на территорию, бросаю взгляд на ржавый почтовый ящик и поднимаюсь по лестнице, где шаги отдаются чересчур гулко. Мне нужна комната двести три. Выдыхаю — «фу-ух», — разгоняя напряжение, и жму на звонок. Но тишина, даже намёка на звук нет. Нажимаю сильнее, колочу по кнопке — без толку. Похоже, сломалась.

Тихонько стучу в дверь — тук-тук. Ноль реакции. Стучу погромче — ответа по-прежнему ноль целых ноль десятых. Трогаю дверную ручку, ледяную от зимнего холода, и она поддаётся — не заперто.

Осторожно приоткрываю дверь — и тут…

Буф! Что-то врезается прямо в меня. Нечто невероятно мягкое, пьянящий жирок, дарящий ни с чем не сравнимое блаженство, — «грудь». Если не считать того факта, что я «мёртвый», я — самый обычный старшеклассник, и размер бюста меня никогда особо не волновал. Да, как любой парень, я не из тех, кто ненавидит сиськи, и я — не исключение. Но вот все эти заморочки — «чем больше, тем лучше», «идеальная форма» — мне до лампочки. Даже если они маленькие — плевать! Примерно так я думал. Но что это, чёрт возьми, за чувство абсолютного счастья?

Сколько же времени я провёл, погружённый в мысли о «груди»? На деле — лишь краткий миг, но мозг словно прожил несколько часов. Почему моя голова зациклилась на этом? Ответ прост — моё лицо утопало в «груди».

Внезапно выскочившая женщина налетела на меня, и мы отшатнулись назад. Бам! Я врезался в ржавые перила. Металл жалобно скрипнул, готовый рухнуть под нашим весом, но я умудрился удержаться, машинально обхватив женскую фигуру. Ростом около ста шестидесяти, в обтягивающей майке, которая просто великолепно подчёркивает мягкое, женственное тело — округлое, но без грамма лишнего.

Длинные волосы, спадающие на грудь, местами взлохмачены, как будто она только что поднялась с кровати. Поскольку я в буквальном смысле держал её в объятиях, сразу и не заметил, что снизу на ней лишь чёрное бельё. Ого-о. Упругие, соблазнительные бёдра. Чёрные шортики, обтягивающие чуть крупноватую попку. Тонкая талия, а складки на майке, облегающей каждый изгиб, выглядят донельзя порочно. И надо всей этой картиной высится то, что иначе как мощной грудью не назовёшь — два мягких полушария, что при малейшем движении трепещут, как живые. Красота-а!

Ох! О чём я вообще думаю?!

Женщина безвольно обмякла в моих руках. Похоже, сознания у неё нет.

— Вы в порядке?

Зову её, но ответа нет. Э-э, что за ситуация? Сердце в груди колотится как бешеное.

Пока заношу её тело в квартиру. Я зомби, так что силушки мне не занимать — дотащить девушку легче лёгкого.

Мимо кухни и ванной прохожу вглубь жилища. Комната в японском стиле — татами десять, может, чуть больше. Повсюду стальные стеллажи, забитые мангой и фигурками. Пустые бутылки и книги разбросаны по полу. Сразу видно, хозяин не в ладах с уборкой — вылитая комната Харуны, моей нахлебницы, неряшливой и капризной до мозга костей. Телевизор выключен. Усаживаю незнакомку на стул посреди комнаты и легонько хлопаю по щекам. И тут — она открывает глаза.

— Фа-а-а-а... А, приве-ет.

— А? А, да, доброе утро.

Что за... Она просто дрыхла?

— Нн-нь... — она потягивается, подняв руки вверх, и грудь соблазнительно приподнимается... Стоп, стоп! Зачем я сюда пришёл?! Не за тем же, чтобы клеиться!

— Вы ведь Неглерия Небирос, да?

— Ой, ну перестань, переста-ань. Зачем таким имечком называть? Зови меня просто Нэнэ.

— Тогда... Нэнэ-сан.

...Тишина. Э? А? Она снова уснула?

— Нэнэ-сан, Нэнэ-са-ан!

— А-а-а? — её голос прозвучал безвольно, словно выдохшийся лимонад, но сонные глаза всё же сфокусировались на мне.

— Эм, я пришёл к вам по делу...

— А-а... угу-у... — клюёт носом. Голова под собственной тяжестью падает вниз. Да она заснула! Спать изволит, даже не дослушав!

— Нэнэ-сан, Нэнэ-сан!

— А-а... извини, извини. Слушай, а ты кто, напомни?

— Понимаете... Я пришёл по рекомендации Симомуры...

— Да-да, слышу, слышу. Ты, кажись... друг Юкливуд? Постригся?

Странный вопрос человеку, которого видишь впервые. Или мы где-то встречались?

— Да я вроде не стригся. Кхм, так вот, насчёт Крис, Сильнейшей магической девы...

— Да-да, Крис. Была такая... — всхрап.

— Да проснитесь же! Извините, конечно, но давайте поговорим!

— А... да-да. Возвращаясь к разговору... Чем же отличается кофе «Блю Маунтин» от «Рейнбоу Маунтин»...

— К какому месту вы его возвращаете?! Ни о чём таком мы речи не вели! Я насчёт того, чтобы одолеть Крис...

— А-а, да-да. Ну, одолеть её могу, наверное, только я...

— О-о! Звучит обнадёживающе!

— Тогда прошу вашей помо...

Да она опять спит! Что за человек? Только и делает, что дрыхнет!

И всё-таки, какая у неё огромная грудь. До сих пор я встречал нескольких, кого можно было назвать «большегрудыми», но это — высшая лига. То, что в народе зовётся «взрывным бюстом». «Ой, нельзя, нельзя. Я же чуть не заснул», — Нэнэ-сан встрепенулась, мотнув головой. Хотя вы спали сном младенца, говорю как есть.

— Так вот, Крис...

— Ой, постой, а ты... Кто, напомни?

...И-и-и всё по новой? Нэнэ-сан встаёт и плюхается во вращающийся офисный стул перед немного перекошенным столом.

— Э-э... я пришёл по рекомендации Андерсона-куна...

— А, да-да. Слышала-слышала. Ты же Аикава Кинья-кун?

— Аюму. Аикава Аюму. Какой ещё Кин-Кин, я вас умоляю.

— А... это ты тот парень, что хочет что-то сделать с Крис?

— Да, он самый! Ну, наконец-то дело сдвинулось с мёртвой точки!

— По этому поводу всё путём, всё путём. Я уже приняла меры. Жди с нетерпением, — она залилась смехом, словно это была шутка.

— Приняли меры — то есть... вы будете сражаться с ней?

— М-м? Я? Ну, это нереально!

— Почему? Вы же можете её победить?

— Если я вступлю в бой, это будет означать возобновление войны между Миром Мёртвых и Вилье. Нормально?

Вот оно что. Если кто-то, кого называют сильнейшим в Мире Мёртвых, схлестнётся с сильнейшей магической девой, это будет равносильно объявлению войны. Да ещё и в нашем мире.

— Тогда... что же... — увидев моё разочарованное лицо, Нэнэ-сан угадала мои мысли и улыбнулась.

— Вот-вот. Но скоро прибудет решение этой проблемы, так что просто подожди, хорошо?

Вот оно как. Нэнэ-сан не обязательно вмешиваться самой. Она просто представит кого-то вместо себя. Кого-то, кто способен одолеть Крис. Как всё гладко идёт, просто как по маслу!

— Я понял. Тогда я подожду здесь, пока этот человек не появится.

— Так вот... Мне нужно кое с чем свериться.

— С чем же?

— Помоги с рукописью.

С этими словами Нэнэ-сан сунула мне в руки стопку листов. Это были страницы манги. Фэнтези про девушку-рыцаря в доспехах.

— Помочь — с чем?.. А? Помочь рисовать мангу?!

— Всхра-а-п... — широко зевнув, она запрокинула голову прямо на спинку стула.

— Не спа-а-ать!

***

На следующий день после школы я сидел в пустом классе, уронив голову на парту. Вчера после всего она заставила меня три часа корпеть над рукописью. Сколько же страниц я залил чёрной тушью? Сколько панелей обклеил тонами? И всё равно конца-краю этому не видно. Дедлайн — девятнадцатое. Сегодня уже восемнадцатое. Не вовремя же я на неё нарвался.

Солнце вот-вот сядет. Я мёртв — то есть нежить, и моя ахиллесова пята — это чувствительность к солнечному свету. В итоге вчера тот загадочный человек, способный победить Крис, так и не объявился. Как только стемнеет, мне придётся бежать к Нэнэ-сан и продолжать эту каторгу. Нэнэ-сан сказала тогда: «Извини-и-и, странно-о. Я думала, он сегодня придёт. Но прости-и, можешь заглянуть и завтра? Завтра обяза-а-ательно... всхра-а-а...» Я сразу же рявкнул: «Не спать!» Можно было бы, конечно, пересидеть день-другой, но уж если начал помогать, странное дело, хочется довести всё до конца. Назвался груздем, как говорится.

— О, один? Отлично.

Пока я считал минуты до захода солнца, в класс вошёл неряшливый мужик в белом халате, с небритой физиономией.

— Ну и ну. Просыпаться и видеть рожу, которую видеть не хочется.

— Эй, эй, полегче! Это ты так с классным руководителем разговариваешь?

Это наш временный классный в 1-С. Имени его... ну, да ладно. Я зову его Демон-барон. Вечно недовольное, ленивое лицо, лохматая голова, грязный халат. Но хоть он и излучает нулевой авторитет, на самом деле он довольно крутой малый.

— Разговоры с вами, сэнсэй, обычно сулят одни хлопоты. Вот и отношение такое.

— Аикава Аюму-кун. У нас большая проблема.

Опять завёл шарманку, пропустив мои слова мимо ушей. Ладно уж.

— Это касается Крис?

— А, ну да. Видишь ли, прошло уже два месяца, как она вернула себе силу, верно?

Демон-барон устало покачал головой и почесал макушку. Он-то и появился передо мной исключительно ради того, чтобы одолеть Крис, так что мы частенько обменивались информацией.

— В таком случае, скоро всё разрешится, — не упуская шанса, я гордо усмехнулся.

— Ого, отличная новость. И как же ты это провернёшь?

— Я обратился за помощью к одной даме по имени Неглерия-сан...

— Не! Неглерия?! Та, что S-класса?! Гве-э-э!

С перекошенным от ужаса лицом Демон-барон внезапно зашёлся кровавым кашлем, словно прорвало шланг душа.

— Кха... Мне же строжайше запретили волноваться и думать о... о сиськах, чтоб без лишних возбуждений! А доктор так настаивал...

Его халат был в кровавых разводах именно потому, что он вечно вытирает рот рукавом. Он то и дело харкает кровью, а потом уползает в медкабинет. Для меня это привычная картина, так что я преспокойно продолжил:

— Кстати, сэнсэй, а вы сами-то откуда будете? Вы же знакомы с Ю, так что, полагаю, из Мира Мёртвых?

— Я из Вилье. С Юкливуд мы познакомились уже в этом мире. Тогда-то я и сколотил клан ниндзя-вампиров. Но это не суть важно.

— Так что там за проблема?

— Ах, да... Сюда, в наш мир, наведывается сама Королева.

— Королева?.. Из Вилье?!

— Откуда она пронюхала, ума не приложу, но ей стало известно о существовании Крис. Так что... нам нужно сделать так, чтобы до конца года «никакой Крис не было».

— Зачем? — я всё ещё не видел связи.

— Ты что, хочешь, чтобы это островное государство стёрли с лица земли?

— ...Это почему же?

— Королева — настолько бесцеремонная особа, что запросто может прихлопнуть Крис вместе с какой-нибудь страной. Ариэль пока сдерживает её, делая вид, что Крис не существует... Но это лишь вопрос времени. Крайний срок — конец года.

— Вот, значит, в чём дело.

— Я тоже, со своей стороны, предпринял шаги...

— О? И какие же?

— Помнишь, клан ниндзя-вампиров раньше был расколот на консерваторов и реформистов? Но Сарасвати всех объединила. Так вот, я собрал около сотни этих ребят и отправил на зачистку.

— С-сотню?! И вы хотите сказать, им не удалось её одолеть?

— Да уж... это всё-таки «сильнейшая» девочка-чудо-пилочка. Я-то наивно полагал, что раз сейчас она не может трансформироваться... В общем, я хотел обсудить с тобой и Юкливуд наш следующий шаг... Но если за дело взялась Неглерия...

— Ага. Можете не волноваться.

Демон-барон тихо усмехнулся, и в его тоне проскользнула ирония:

— Может статься, ты — наш последний рубеж обороны. Могу ли я чем-то помочь?

Ну это он хватил. Отвечу-ка ему тоже шуткой.

— Хм... как насчёт угостить меня кофейным молоком?

— Ладно, договорились, — Демон-барон улыбнулся. А затем — гва-а-а! — стошнило кровью.

— Кха... Угощать кого-то мне тоже врач категорически запретил.

— Я давно замечаю, но у тебя больно удобная болезнь, а?

Я с кислой улыбкой глядел на главу ниндзя-вампиров, который, обессилев, сполз на пол.

Потягивая кофейное молоко, купленное Демон-бароном, я смотрел в окно на спортсменов из клубов, которые в эту собачью холодину резво бегали по стадиону. Легкоатлеты, похоже, и зимой носятся в одних шортах. Как ни крути, а молоко он мне всё же купил, но сейчас, наверное, валяется в медкабинете, харкая кровью. Возвращаться ко сну было ещё рановато. Мой обычный собеседник на это время дня пропадал на лёгкой атлетике. Чем бы заняться? Так я и сидел, тупо пялясь в пустоту, как вдруг в абсолютно безлюдный класс заявилась одна ученица. Разметав длинные, до пояса, чёрные волосы, она подошла ко мне и очаровательно улыбнулась.

— Хм. Ты один — как это мило, май дарлинг.

Обведя пустой класс довольным взглядом, Сарасвати остановилась у моей парты. Высокая, стройная фигура, облачённая в матроску.

— О, Сарас. Здесь только что был полуживой классный, но теперь он, небось, кровью харкает в лазарете. — Тебе чего?

Хлюп. Я втянул через соломинку кофейное молоко.

— Да вот, хотела отчитаться перед главой, искала его. Но, похоже, мы разминулись. М-м? А это что?

Сарас уставилась на мой пакет.

— Сама не видишь? Кофейное молоко. Мне по возрасту положено вкусно потреблять кофеин, знаешь ли.

— ...Вот как. Тогда я это заберу.

Сарас понимающе кивнула и ловко выхватила молоко у меня из рук. Вот засада. Вечно она действует напролом.

— Если хочешь пить, я бы тебе купил. А так у нас, чего доброго, непрямой поцелуй выйдет.

Зевнув, я уже было хотел всем видом показать, как меня это утомляет, но Сарас внезапно приблизила лицо вплотную. Упала прядь блестящих чёрных волос. Почти касаясь моего носа, красивая ученица с дерзкой улыбкой прошептала:

— Именно этого я и «хочу». ...Май дарлинг.

Провокационный прищур и губы так близко, что дух захватывает. На миг сердце пропустило удар, но я тут же отодвинул её прекрасное лицо ладонью.

— Близко слишком.

— ...Сегодня ты холоден, как никогда, май дарлинг. Что-то случилось?

На лице Сарас промелькнуло беспокойство. Обычно она разговаривает свысока, но в последнее время стала всё чаще показывать такую, почти девчачью стеснительность.

— Да меня в рабство запрягли — ассистентом мангаки подрабатываю. Завтра дедлайн, зашиваюсь по уши. От непривычной работы я как выжатый лимон.

— Завтра?.. Ого! Стало быть, додзинси для Комикета?

— Без понятия я...

— Судя по срокам — точно. Вот, значит, как. Скоро свидимся с кас-дарлингом на фестивале.

Сарас с чувством прикрыла глаза, на мгновение предавшись грёзам, а затем —

— Я просто счастлива, чёрт тебя дери!

— с широченной улыбкой послала меня куда подальше.

— Только мне кажется, закончить — гиблое дело.

— Хм? Ты же сказал, дедлайн завтра?

— Ага. Только вряд ли мы успеем. С таким-то характером...

На полуслове моего зевающего бормотания —

— Иди-и-о-от! — Сарас взорвалась криком.

От неожиданной громкости я чуть не свалился со стула. А она, с лицом, похожим на маску демоницы Ха-ння, чеканила слова:

— Завалить рукопись на Комикете — этого я не допущу! Ни за что на свете!Почему Сарас пришла в такую ярость — в тот момент я ещё понятия не имел.