Глава 7: «Извини, Ю. Заставил волноваться»

Заголовок (по диагонали справа вверху):

Глава 7: «Извини, Ю. Заставил волноваться»

Основной текст справа (монолог Крис):

Я считаю, что жизнь — это то, что даёт тебе столкновение с самим собой.Понять свои возможности и жить в соответствии с ними.Это важнейшая и в то же время самая сложная задача.Меня всегда называли «Седьмым Абисом» и «Центром мира», но я вовсе не соответствую таким громким титулам.Я вовсе не так сильна и вовсе не так уж важна.Однако Шаг относится ко мне как к «простой девушке».Он обращается со мной как с обычным человеком.Именно поэтому я приняла решение.Идти по жизни вместе с Аюму — это решение, которое лучше всего подходит для моей собственной жизни.

Комментарий к переводу и смыслу:

«Седьмой Абис» (セブンスアビス): Это отсылка к её истинной сущности в мире сериала. Она — могущественное существо, но не хочет быть просто «монстром» или «божеством». Шаг (главный герой) видит в ней просто человека, и это меняет её мировоззрение.

И вот он настал — последний день, тот самый, когда Великая Учительница должна была вернуться в свой мир.

Если сегодня я так и не вспомню её имени, Харуна навсегда исчезнет в магическом мире Вилье.

Этот день тоже...

Я так и не смог ничего вспомнить.

А день между тем неторопливо катился по накатанной колее: школа, пустота в голове, привычный маршрут до дома, где меня уже поджидала маленькая Харуна с грозным взглядом и безапелляционным: «А ужинать когда будем?», затем готовка, общий ужин в компании девочки в доспехах Ю, красотки с хвостиком Серы и мечтательной Великой Учительницы с двойными хвостиками.

Память, конечно, хромала на обе ноги, но я отлично понимал: именно так я и жил всё это время. И в последний день всё шло по той же схеме — уроки, возвращение, переодевание, и вот мы уже в сборе в гостиной перед ритуалом приготовления ужина.

— Какая чудесная была неделя! — улыбнулась Великая Учительница, с наслаждением потягивая чай. Её двойные хвостики выглядели до смешного мило, а белый халат с кружевами она, похоже, носила даже дома.

— Кстати, в школе мы даже не попрощались. Вы уверены, что это действительно последний день?

— Хи-хи, я уже закончила манипуляции с памятью. Все следы моего пребывания за эту неделю исчезли бесследно, — хихикнула она, прикрыв рот ладонью. Никогда не смеялась громко, но было заметно, что ей искренне весело.

— Хорошо бы мне тоже стереть память, — буркнул я, потирая виски.

Мои мозги после вмешательства Учительницы представляли собой полный хаос, и я до сих пор не мог вспомнить её настоящее имя. Говорят, если так и не вспомню, Харуну отправят обратно в магический мир без права переписки.

— Может, хоть намёк дашь?

— Не могу подсказывать, — покачала головой Учительница с невозмутимым видом ведущей игрового шоу.

Ну да, она же ведущая, а не благодетельница.

Я покосился на хвостик красотки — нет, не на хвостик, на Серу. Она сидела с идеальной осанкой, устремив строгий взгляд вперёд, как статуя Свободы в миниатюре.

— Я тоже не знаю ответа, — отрезала она.

Значит, и намёка не жди.

Затем я перевёл взгляд на Ю — девочку в доспехах, которая без единой эмоции скользила ручкой по блокноту.

«Я тоже не знаю».

Понятно. Ну и ладно. Хотя в её глазах, казалось, промелькнуло что-то похожее на извинение.

И наконец — Харуна, рыжая девчонка в синей футболке с кричащей надписью «Красный рейнджер». Она-то уж точно не даст подсказку — скорее, даст по голове.

— Я тоже ничего не скажу, — фыркнула она, отвернувшись.

Ну ясно.

— Да и вообще, я не знаю её настоящего имени, — добавила Харуна.

Серьёзно? Это твоя же классная руководительница! Как можно не знать её имя? Хотя, если честно, в моём архиве тоже ни одного учителя нет в полном составе — сплошные обрывки и клочки.

— Хи-хи, Харуна всегда была такой, — ничуть не обидевшись, Учительница прикрыла рот рукой.

Харуна надулась, и её непослушный вихор смешно дёрнулся, словно локатор, засекающий цель.

— Ну пожалуйста, Учительница! Дайте нам последний шанс! — взмолилась она, переходя с официального тона на фамильярный.

Видно, Харуна тоже изрядно нервничала.

— Шанс? А разве ты не говорила, что справишься сама? — удивилась Учительница, приподняв бровь.

Эта вечно бойкая, дерзкая плоскогрудая девчонка, которая умудрялась раздражать даже в самые спокойные моменты.

— Я... не хочу возвращаться. Вы же поймёте, Учительница! Мои чувства!

— Не понимаю.

— Пойми же! Мне нужно здесь... только здесь!

Её бравада исчезла в одно мгновение, и она съёжилась, превратившись в жалкий комочек нервов.

Учительница посмотрела на неё, вздохнула и покачала головой с видом «ну что с тобой делать».

— Самый последний шанс, — объявила она.

Лицо Харуны озарилось радостью — словно цветок распустился прямо на глазах.

— Я тоже сделаю всё возможное, — твёрдо произнесла красавица в топике и джинсах, с решительным видом. — Хотя Аюму и противен, но я потерплю.

— Тогда я отправлю вас в сон Аюму, — хлопнула в ладоши Учительница. — Если вы уничтожите того Аюму, что там живёт, его память восстановится, и я признаю его как чудо-девочку.

Если память вернётся — я только за.

— Сон Аюму? Хочу узнать, насколько там мерзко, — вяло протянула Харуна.

Почему ты такая апатичная?!

«Интересно», — ткнула блокнотом девочка в доспехах, которая до этого отворачивалась. Похоже, её интересовала не столько моя судьба, сколько сама возможность заглянуть в чужой сон.

— Тогда, пожалуйста, усыпите Аюму, — попросила Учительница.

Легко сказать — я же только проснулся! Но не успел я возразить, как —

— ДАААААААА! — Харуна с размаху зарядила мне кулаком в солнечное сплетение.

— Кхф! Ты чего творишь?!

— А что? Так ведь усыпляют, нет?

— Это городская легенда!

Хрясь! Кто-то рубанул меня по шее. Обернувшись, я увидел за спиной красотку с чёрным хвостиком, превратившую листок бумаги в острое лезвие.

— Вай! Там надо ребром ладони! — заорал я. — У меня крик получился как у мобильного доспеха!

— Усыпить. Насовсем, — холодно отчеканила она.

— Если насовсем — снов не будет! Убьёте ведь!

— Сейчас принесу трихлорметан, — решительно заявила Харуна и уже направилась к выходу.

— Хлороформ куда популярней! И вообще, у тебя что, хлороформ в доступном месте лежит?! Ты что, шпион какой?!

— Не стоило ехать в зоопарк, — вздохнула Сера, покачав головой.

— Согласен. Мои мозги уже просто физически тошнит от этого бардака.

Пока эти две обсуждали способы моего усыпления, Ю поднялась и молча потянула меня за футболку. Похоже, она хотела выйти в коридор.

Она привела меня к входной двери и, оставшись наедине, потянулась вверх — точь-в-точь как новобрачная, просящая поцелуй.

Э? Серьёзно? Правда? Благодарю за угощение!

Ну давай! Я вытянул губы трубочкой и уже начал приближаться.

И тут —

— Спокойной ночи, — прозвучал нежный, незнакомый голос прямо у моего уха.

Дальше я ничего не помнил.

— Просыпайся! Не смей спать во сне!

Услышав вопль и получив пинок по голове, я рывком открыл глаза. Но вокруг была не прихожая и не гостиная.

Розовое небо, розовая трава, розовый ветер, свистящий над бескрайней степью. Рядом стояли Харуна, Сера, Ю. Вдалеке виднелось одинокое здание. И больше ничего.

Похоже, я успешно попал в собственный сон.

— Вон там Аюму, — указала на здание Харуна, в той же синей футболке с надписью «Красный рейнджер».

Мир изменился, а мы — нет.

— Я и здесь тоже, — заметил я, оглядывая свои руки.

Думал, буду принимать гостей в халате, но, похоже, нет.

— Мы должны уничтожить тебя? — с опасным блеском в глазах спросила Сера, и её улыбка стала почти хищной.

У неё такой радостный взгляд — аж страшно!

— Думаю, это не тот, кого нужно бить, — припомнил я.

— Такие испытания были на уроках в Вилье.

— Это... пряничный домик? — спросила Сера, щурясь.

Издали он очень походил на наш дом, но даже на расстоянии было видно, что материал не дерево и не бетон.

— У Аюму не может быть таких сказочных черт! — фыркнула Харуна.

Мы двинулись к дому по розовой траве, как в концовке «Сазаэ-сан» — мерно и торжественно.

— Это не пряничный домик, — констатировала Сера, когда мы подошли ближе. Издали было непонятно, но теперь стало ясно.

Это — «Дом из закусок».

— Фу! Я передумала! — скривилась Харуна. — Это очень по-аюмовски!

Заткнись. Ну, может, и правда стрёмно.

Мы открыли дверь — она была из фарша, похоже, гамбургерная, — и вошли внутрь. Коридор, который я знал, был выложен белым. Да, белыми рисовыми зёрнами! Они хрустели под ногами, но не разлетались, а мерзко хлюпали, словно к подошве прилипла жвачка.

— Фу-у-у... — протянула Харуна, но в обуви так и осталась. Даже вежливая Сера не стала разуваться.

— Отвратительно, — согласилась она.

Мы направились в гостиную. Там сидел... я. Вместо татами — шпинат в соусе, стены — из жареного тофу, а стол — из огромной свиной вырезки с четырьмя торчащими лопухами. И посреди этого кулинарного кошмара, на горе риса без тарелки, восседал я.

— О, привет! Добро пожаловать в Дом закусок! — приветствовал он меня по-соседски.

Я сел рядом с собой — как это вообще описать?! На мне была такая же дурацкая футболка, как у Харуны, но с надписью «Первый уровень: Чревоугодие».

— Я знаю, зачем вы пришли, — сказал он, жуя что-то невидимое. — Давайте, удовлетворите меня.

— Что мы должны сделать? — спросила Сера, глядя с нескрываемым презрением. Она стояла на рисовом коридоре, не решаясь ступить на шпинат.

— Всё просто, — ухмыльнулся Чревоугодие. — Вкусно покормите меня рисом — и пройдёте.

— Нужно приготовить еду? — уточнила Харуна.

Чревоугодие кивнуло.

— Неожиданно, — нахмурилась Сера и щёлкнула языком.

— Я думала, мы будем колотить его всей толпой, а тут — надо удовлетворить...

— Правила есть правила, — пожал плечами я.

— Значит, нужно приготовить закуску к рису! Идеально для Харуны-тян! — воскликнул я, обернувшись к ней.

Мы прошлёпали по хлюпающему коридору на кухню.

— Какая вонь! — Харуна зажала нос.

Кухня оказалась целиком из кимчи — «Система-кимчи-н».

— Каламбур... Как и всегда у Аюму — мерзко и тошнотворно, — поморщилась Сера.

Харуна открыла холодильник — он тоже был из кимчи.

— Ингредиентов... ноль, — проговорила она сквозь зажатый нос. Запах был невыносим.

— Если здесь готовить — всё пропахнет! — хлопнув дверцей, она ткнула пальцем. — Так! Обыщите дом и найдите что-нибудь подходящее!

— Это же антисанитария! — оглянулся я. Нельзя же готовить из стен и пола!

— Да ладно, это же твой сон, — отмахнулась Харуна.

— Мусор, поедающий мусор, — проблемы нет, — резонно заметила Сера.

Я не мусор! Я закуска! Посмотрите — кимчи вкусное!

«Ответ всегда есть», — вывела на блокноте Ю.

Мы решили разделиться и поискать «идеальную закуску» каждый свою. Планировка дома была как в реальности: Ю на первом этаже, Харуна и Сера — в своих комнатах, я — в своей.

Я с опаской поднялся по лестнице из мэньма, который жалобно скрипел под ногами, открыл дверь своей комнаты — и обомлел. На огромном мягком тофу развалился... я. Мало мне того, что внизу!

— О, вы уже здесь? — лениво перевернулся ко мне тот я. На футболке было написано: «Финальный уровень: Лень».

Э-э... это... Похоже, я пропустил всё и сразу попал на финал!

— Простите, я сейчас на первом уровне... ищу закуску, — проговорил я самому себе на вы. Зачем я так официально? Просто растерялся.

— А-а, ну да, мне всё равно, — зевнул Лень и снова отвернулся к стене.

Я схватил креветку фри с хрустящей панировкой и поспешил вниз.

Вернувшись на первый этаж, я нашёл Ю в туалете. Она стояла и смотрела на сиденье из морского мха, не решаясь сесть.

— Ю, там что-то есть?

«Ничего особенного».

— Ты хотела в туалет? — спросил я.

Она кивнула.

Внезапно сверху загрохотали шаги — Харуна спускалась! С пустыми руками.

— Загадка разгадана! Соберите всех в гостиной!

Она бодро сбежала, и мы, захватив Сэру, пошли в гостиную. Харуна почему-то прошла мимо гостиной и направилась на кухню — туда, где было только кимчи.

— Ответ — вот! — и она водрузила кимчи рядом с рисом.

— А, свинина с кимчи. Действительно, Аюму часто это готовит, — одобрительно кивнула Сера.

Да, Харуна соединила стол из свинины с имбирём и кимчи в одно блюдо. Все были впечатлены. Но —

— Не то, — покачал головой Чревоугодие.

— Как?! Бред! — стукнула по столу Харуна.

Внезапно Ю протянула руку к горе риса и начала сжимать его в ладонях.

— Что ты делаешь?

— Онигири? — догадалась Сера.

Мы не понимали, но просто смотрели.

— Ю, спасибо, — сказал Чревоугодие, с удовольствием вгрызаясь в онигири, и растаял, как призрак.

— Не понимаю! — завопила Харуна. — Это правильный ответ? Аюму — извращенец!

— Понял. Понял, Ю, — дошло до меня. — Коридор из риса, и Чревоугодие просило накормить рисом. Не закуской к рису, а самим рисом!

— Значит, дело решено?

— Нет, там наверху такой же тип, — вспомнил я.

Мы поднялись на второй этаж. В комнате Харуны сидел я в футболке «Второй уровень: Гордыня».

— А-а, хочется подколоть! — сказал я.

— Ну и подкалывай, — пожала плечами Харуна.

— «Три железки!» — хлопнул в ладоши Гордыня, принимая вызов.

Мы принялись придумывать шутки. Харуна выдавала одну за другой:

— Если дать имя человеку-листу — «Танцуй как бабочка, броди как карбоническая мацерация»!

— Божоле нуво!

— Морковка рядом со стейком!

Благодаря её остроумию мы заставили Гордыню хохотать до упаду, и он растаял, оставив после себя лишь довольную ухмылку.

— Так! Кто ещё видел Аюму? — спросила Сера.

«Третий уровень — в ванной», — подняла руку Ю.

— Ванная... нехорошее предчувствие, — поморщилась Сера.

В ванне из тофу плавал я в промокшей футболке с надписью «Третий уровень: Похоть».

— Дошли, — сказал он, поднимаясь и распростёр объятия с довольной улыбкой. Он был совершенно голый снизу.

— ИИИИИИИИИИ! ПОЧЕМУ ТЫ ГОЛЫЙ! ЭТОТ ИЗВРАЩЕНЕЦ! — завопила Харуна, занося ногу для удара, но Ю её остановила.

«Не сможем удовлетворить», — написала она.

— Ну, ясно, — сказал я, вздыхая. — Надо мыть.

— Мерзость... Ладно, — Сера приложила палец к губам, подумала и решительно задрала футболку.

— Листопадная! — ахнула Харуна.

Сера вышла переодеться и через минуту вернулась — голая, прикрытая огромным листом юба, как полотенцем. Мы с Похотью вытаращили глаза.

— Не смотрите так пристально! — покраснела Сера, придерживая юба.

Она протянула свою футболку Похоти, и тот недоумённо уставился на неё.

— Не смотри на нас! — пробормотала Харуна, тоже появившись в юба.

Сера, не выдержав, с яростью указала подбородком на меня. Взгляд говорил: «Ну, давай, ты следующий».

Я понял намёк, разделся, отдал одежду Ю и, намылившись, прижался грудью к спине Похоти. За что мне это?

— Ого. Эта грудь — Харуны, — усмехнулся он. — Всё такая же доска.

— Чё?! Не смей оскорблять «обещанный F-кубок»!

— А когда Сера начнёт мыть? — спросил Похоть.

Сера, вздохнув, взяла его ногу и зажала между своей пышной грудью.

— Ух ты! — радостно воскликнул Похоть.

«Это сон... это сон...» — шептала Сера, не сводя с меня испепеляющего взгляда.

— Хи-хи-хи, сосок встал! Чувствую спиной! — это был уже я.

Сера смыла мыло мисо-супом, и Похоть, довольно улыбнувшись, растаял, подмигнув напоследок.

— Ещё один, — вздохнула Сера, вытираясь.

Мы пошли в мою комнату, к Финальному уровню — Лени. Он по-прежнему валялся на тофу.

— Что нужно делать? — спросила Сера устало.

— А? Всё равно, — зевнул он.

— Может, поедим?

— Нет, не хочется.

— Может, что-то хочешь?

— Нет, ничего.

— Попробуем что-нибудь, — предложил я.

Три девицы вышли искать способ удовлетворить Лень, а я остался и сел на хрустящий ковёр из морского мха.

— Эй, — окликнул я.

— А? — лениво отозвался он, не поворачиваясь.

— Тебе правда всё равно?

— Ну да.

— А на них тебе тоже всё равно?

— Ну да.

— А мне — нет! — выпалил я. — Если бы их не было, меня бы не втянули во всё это. Я хочу спокойно лежать и дожить так до смерти. Ты ведь тоже так думаешь?

— Ага, — кивнул он.

— Но я не могу сказать «нет» им. Без них я не могу.

— Не знаю. Может, и нет, — зевнул он.

— Аюму-Аюму-Аюму! — вбежала Харуна с креветкой фри. — Ты же любишь креветки! На, съешь и исчезни!

— Не надо, — отмахнулся Лень.

— Да что ж такое! — прокричала она и унеслась.

Следом пришла Сера, обёрнутая в юба:

— Я могу лечь рядом с вами. Это поможет?

— Нет, не надо.

Что делать?

Внезапно раздался сладкий голосок у меня за спиной:

— Похоже, вы в тупике.

Я обернулся — Учительница!

— Как вы здесь?

Она улыбнулась:

— Вы не заканчиваете. Время вышло.

Сердце заколотилось. Я уставился на Лень.

— Мне всё равно, — повторил он.

— Аюму, не волнуйтесь, — шепнула Учительница. — Я пришла дать подсказку.

— Правда?!

— Хи-хи. Подсказка — условие победы. Его желание уже было сказано.

— Что? — не понял я.

— Давайте схитрим, — прошептала она озорно и подошла к Лени. — Я поняла чувства Аюму. Это уже ответ.

И с размаху опустила кулак на лицо Лени.

— Задание выполнено! — объявила она, глядя, как Лень улетает вместе со стеной.

Я проснулся в гостиной. Настоящий мир. Рядом спала Харуна, за столом дремала Сера, а Ю сидела с блокнотом.

«Добро пожаловать», — написала она.

— Ну, пока Харуна не проснулась, я, пожалуй, вернусь в Вилье, — сказала Учительница.

— Спасибо вам, Учительница Ариэль, — поклонился я.

Она улыбнулась и приложила палец к губам:

— Тсс... Не говори Харуне, что мы схитрили. Ей тоже придётся пройти это испытание.

— Почему вы помогли мне? — крикнул я вдогонку.

Она обернулась:

— Потому что... это было весело. Школьные дни, гонки, зоопарк — всё было весело.

— Но разве я не провалился как чудо-девочка?

— Да. Как учитель я признала вас непригодным. Но, может, как и Харуна, я попала под ваше странное колдовство.

Хихикнув, она ушла.

Ю отпила чай.

— Извини, Ю. Заставил волноваться.

«Нет».

— А ты не волновалась?

Она чуть кивнула, но тут же дважды постучала: «Даже если я всё забуду, и ты всё забудешь, и начнём сначала, я всё равно буду рядом».

Вихор Харуны встал дыбом, она приоткрыла глаза и села, качаясь, как неваляшка.

— А? Это сон?

Я ущипнул её за щёку.

— Ай! Баюму! Ты чего!

— Больно? Значит, не сон.

— А Учительница?

— Вернулась в Вилье.

— Э? То есть...

— Да. Я всё вспомнил, и ты остаёшься здесь.

— Дурак! Не говори так, будто я хочу с тобой быть! Не пойми неправильно!

— Ладно. Слушай, Харуна, приготовишь ужин?

— А? Ужин — твоя обязанность! Ну ладно... так и быть.

— Можно просто онигири.

Она показала язык и упорхнула на кухню. Сера проснулась через пять минут, вскочила и быстро огляделась:

— Харуна? — и с презрением уставилась на меня.

— На кухне. Не волнуйся. Она останется.

— Нет, я смотрю с презрением потому, что у вас вытянулся нос. Отвратительно.

Я прикрыл рот. Да, я смотрел на её томное тело!

Сера сверлила меня взглядом. Град шуток. Я вздохнул и увидел записку Ю:

«Но это и хорошо».

Да, действительно.