Глава 3: «Отлично! Погнали, Аюму! Операция начинается!»

Заголовок (по диагонали в правой части):

Глава 3: «Отлично! Погнали, Аюму! Операция начинается!»

Вертикальный текст по левому краю:

Я просто хотела заметить, что у неё плохой вкус...

Основной текст справа (монолог Ариэлы):

Как я и подозревала, с Аюму творится что-то неладное.То, что реальность начала крениться в дурную сторону, — скорее всего, результат того, что он сам же всё это и натворил.Но не повлияло ли на это то, что он увидел идеальный образ семьи в доме Хирамацу?Ну и момент для ревности он выбрал просто ужасный, как по мне.Сейчас не время для колебаний и раздумий, ведь скоро решающая битва!И разве во всём этом виноват не он сам? Пора бы ему взять на себя ответственность.

Комментарий к переводу и смыслу:

План «Куро-Таку» (黒タク): В оригинале написано Куро-Таку. Это сокращение от «Курота Такэси» (имя персонажа). В заголовке обыгрывается игровая или заговорщицкая тема, где Ариэла иронично называет происходящее операцией (полностью название главы звучит как «План "Курота Такэси"? Операция начинается!»). Это типичная для серии абсурдная шутка.

Сцена с Хирамацу: Ариэла упоминает, что Аюму увидел «идеальную семью» в доме Хирамацу. Это отсылка к событиям сюжета, из-за которых он мог начать комплексовать или ревновать.

— Что тебе надо? — процедил я, пытаясь говорить ровно, но голос всё равно сорвался на жёсткий, металлический лад. Внутри всё кипело.

— Ты жив? Что это был за звонок? Ты вляпался в какую-то историю?

В голосе отца — это непрошеное эхо из прошлого — колыхалось что-то среднее между паникой, тревогой и почти звериным страхом. Голос, который я вычеркнул из памяти. И ни капли ностальгии эта волна во мне не пробудила.

— Тебя это не касается!

Мой внезапный рык заставил Хирамацу вздрогнуть, и я с шумом выдохнул, пытаясь унять дыхание.

— …Аюму. Может… приедешь к нам с мамой? Мы построили дом в Канаде. Там можно видеть полярное сияние…

— Заткнись! — заорал я. — С какого перепугу ты вспомнил о нас именно сейчас?! Почему именно сейчас?!

Ни на Новый год, ни на Рождество, ни на день рождения. Ни единого сигнала за целый год. И вдруг — этот звонок. Словно вынырнул из небытия. Впрочем, я и так знал, почему зазвонил телефон.

Объявление войны пронеслось не только над Японией — оно облетело весь мир. Вилье метит не в одну страну, они хотят проглотить всю планету целиком. И когда в этом манифесте вдруг прозвучало моё имя, отец, конечно же, не удержался — схватил трубку.

Но он ни словом не обмолвился о самом главном. Будь то чья-то злая шутка или худший из кошмаров, он просто… беспокоился. Беспокоился! Ну да, конечно.

— Мы же семья. Как насчёт того, чтобы…

— …Что ты сказал?

Одно слово вонзилось в уши, как игла. Пальцы, сжимавшие телефон, дрожали, и я не мог их унять.

— Моя семья — не ты!!!

Я швырнул трубку, едва не раздавив её в ладони, и с дикой силой нажал «отбой». Хотелось запустить телефон в стену. Вдребезги.

Чёрт!

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Семья?! Да вы издеваетесь!

Нет у меня никакой семьи!

Нет… моя семья — это…

— Аикава? Что случилось?

Юки, нахмурившись, заглянул мне в лицо, и я рывком застегнул сумку.

— …Ничего. Я пойду домой.

Я выпалил это и принялся лихорадочно сгребать со стола тетради и учебники, засовывая их в рюкзак без разбора — плевать, помнутся или загнутся углы.

— Аикава… прости… что пнула тебя…

Голос Михары прозвучал виновато и тихо.

— Ты здесь ни при чём.

Какого чёрта они все так переживают? От их беспокойства меня только сильнее раздражало, и голоса вокруг стали просто невыносимыми.

— Эй, дарлинг. Держи.

Сарас сунула мне под нос носовой платок. Ещё минуту назад грозилась подарить трусы, а теперь такой резкий спад извращений. Странная она.

Лицо Орито расплывалось у меня перед глазами. Может, оно всегда было таким пиксельным? Его мерзкая рожа, что ли, накладывает цензуру на реальность?

— Хватит, вытри слёзы.

От этих слов Сарас до меня наконец дошло.

Я плакал.

Ха-ха. Просто позор. С чего я вообще реву?

— Реально, простите.

Я не взял платок, пулей собрался и вылетел из комнаты.

Не мне смеяться над Юки. Слёзы катились градом, и я вытирал их рукавом, но они всё текли и текли.

Жалкое зрелище.

Разреветься на людях. Да ещё и не заметить, что лицо всё мокрое. Эмоции просто не поспевали за слезами.

Плачу от радости, что семья объявилась? Бред собачий.

Мне просто обидно.

Он услышал объявление войны Вилье где-то там, за границей. Услышал моё имя — и вот тогда забеспокоился. Только сейчас, спустя столько лет.

Поздно.

Слишком поздно.

— Мне всегда было одиноко.

Я всегда был один.

Семья? Если она у меня и есть — это те, кто вытащил меня из этого ледяного одиночества. Как мама Хирамацу, которая не умеет не заботиться о других. Ю. Харуна. Сера. И эти придурки из класса…

Да. Семья — это такое.

Ворвавшись домой, я судорожно вдохнул, пару раз провёл ладонями по глазам и только потом шагнул внутрь. Не хочу, чтобы моя семья видела меня таким.

— Харуна, Ю, всё в порядке?

В прихожей я ещё раз проверил лицо. Глаза всё ещё красные, но уже не так заметно. Взяв себя в руки, я направился в гостиную.

— Аюму, как там Мейл Шторм? — Сера, как всегда, сидела с безупречно прямой спиной и спросила это так спокойно, будто речь шла о погоде.

— А-а…

Чёрт. Цель Вилье — Юки. А я, идиот, бросил её там.

Я схватился за голову.

— …Ну, по всему видно, тебе было не до него. Впрочем, если рядом Сарас, проблем возникнуть не должно.

Сера покачала головой, и её хвост недовольно качнулся из стороны в сторону.

— …Ты что, всё знаешь?

Она говорила так, будто видела моё позорное бегство с собрания.

— Только что звонили. Твой отец.

Понятно. Когда я бросил трубку, он перезвонил на домашний. Чёрт. Не надо было срываться. Я должен был ответить сам. Но в итоге Сера всё равно всё поняла.

— У меня нет отца. Этот человек мне не семья.

Я развернулся, собираясь уйти в свою комнату.

— Аюму.

Голос Серы прозвучал тихо, но властно. Она встала.

— Что?

Я обернулся настороженно.

— Я больше не могу это терпеть.

— Чего именно?

Бум.

Это был стальной кулак — сжатый до предела, твёрдый, как камень. Меня отшвырнуло так, что я пролетел по коридору пару метров.

— Тебя всего лишь чуть-чуть обделили вниманием — и ты уже орёшь, что это не семья?! Твои узы настолько хрупкие?! Я… нет, МЫ считали себя твоей семьёй! И если это можно порвать из-за детской обиды «мне было одиноко», то я скажу тебе прямо.

— Сера… ты чего…

— Идиот! Избалованный сопляк!

— Прости.

Эти два слова ударили куда больнее кулака. Вот что значит мастер листвы. Я ещё при первой встрече понял — её слова по весу не уступают силе Ю.

— Ты винишь себя за то, что мир на грани гибели. Бессилие от невозможности это остановить. Я понимаю твои чувства. Поэтому и не стала бить тебя сразу, когда ты пал духом.

Вот почему она так странно вела себя, когда приехала Аяка-тян. Потому что я был раздавлен. Сера по-своему беспокоилась обо мне. И она тоже считала меня семьёй.

Я был рад.

— Прости.

Я снова повторил это слово — больше ничего не шло с языка.

— Помнишь, что говорила Харуна?

— Ты о чём?

— Вилье объявила войну. Значит, первый рубеж, о котором она упоминала, пройден.

— То есть они перешли к открытой войне, а не к скрытому захвату через стирание памяти.

— Да. Война, возможно, началась по твоей вине. Но это также значит, что нас, людей, не будут держать за скот. Ты открыл единственную дверь надежды.

— …Думаешь?

— И если это единственная надежда — ты не имеешь права раскисать. Позвони ему. Прости свою «семью» и помирись. Прямо сейчас.

Это был приказ. Всегда спокойная и хладнокровная Сера жестко приказывала мне. Обычно она либо предлагает: «Может, сделаете так?», либо отрезает: «Не делайте этого, это отвратительно».

Чёрт, ну что за день такой? Сначала Михара, теперь Сера — все только и делают, что командуют.

…Что посеешь, то и пожнёшь. Поделом. Я сам виноват.

— Ладно, понял.

Я хочу остановить войну.

Хочу спасти мир.

Так неужели я не смогу поговорить с каким-то там стариком-отцом?

Я достал телефон и поднялся на второй этаж. Не хочу, чтобы кто-то слышал этот разговор. Зашёл в комнату, бросил сумку в угол и рухнул на кровать.

Немного успокоившись, набрал номер.

…Отец ответил после первого же гудка. Будто всё это время ждал звонка.

— …Пап.

— Аюму?

— Ага… да.

— Я правда очень сожалею.

Сила — это умение прощать. Так меня научила Нэнэ-сан.

Да, до этого я сорвался, но сейчас всё иначе.

Всё хорошо.

Я смогу его простить.

Я стал сильнее. Я должен стать сильнее. Ещё сильнее, чем сейчас.

— Пап, мне нужно тебе кое-что рассказать.

— Что? Говори что угодно. Я всё выслушаю. И поддержу любое твоё решение.

— С чего бы начать… Ты, наверное, не поверишь, но… в прошлом году у круглосуточного магазина я попытался подкатить к девушке и…

Я выложил ему всё.

Всё, что случилось до сих пор. И что случится дальше. Сколько же лет прошло с нашего последнего нормального разговора? Отец всё принял. Правда, поверил ли он до конца, не знаю.

Но когда я закончил, на душе стало легче — словно камень с плеч свалился.

Когда я вернулся в гостиную, там уже сидели все три девушки и Аяка-тян. По телевизору шли новости — в другое время они бы смотрели какое-нибудь развлекательное шоу, но сегодня явно не до смеха.

«Это дело рук инопланетян», — вещал с важным видом университетский профессор. Да уж, специалист явно не по этой части.

«А не может ли это быть чьей-то шуткой?» — спросил ведущий. Ни черта не понимающий дилетант.

«Передатчики захватили вещание в ста восьми странах мира! Такую шутку даже правительство США провернуть не в силах. Это, без сомнения, инопланетяне». Мимо кассы. Ну почему комментаторы вечно выдают свои домыслы за установленный факт? Хотя бы вставляли «это моё личное мнение» или «это лишь частная точка зрения» — а то зрители же всё за чистую монету принимают.

Но я-то не такой. Телевизор меня не собьёт с толку.

— …Простите, что заставил ждать.

Я плюхнулся за котацу, стараясь не обращать внимания на экран.

— Ты разобрался с делами?

На вопрос Серы я твёрдо кивнул.

— Ага. Спасибо, что дала время поговорить.

— Аж противно.

Э-э?! Я же сделал, как ты хотела, за что ругаешься?!

— Ага, прямо чувствуется влияние мыльных опер, — с ухмылкой добавила Харуна.

…Вот блин. Дико стыдно.

— Кстати, а зачем вообще понадобилось объявлять войну?

Я поспешил сменить тему.

— В смысле?

— Вилье же не собирается вести переговоры. Осуждать их за военные действия никто не будет. Им даже формальный повод не нужен. Они же вообще людей за людей не считают. Да и сама Сарас говорила, что текст объявления был каким-то непривычным.

— Ну, может, они просто веселятся?

Харуна, как самый главный эксперт по Вилье в этом мире, выдвинула гипотезу.

— Веселятся?

— Они, наверное, считают крутым, что цивилизация здесь так развилась без магии. Им, похоже, в кайф сразиться с нашей «наукой». Война для них — игра, в которой они уверены в победе. Конечно, им весело.

— Это же война! Резня! Что тут может быть весёлого?!

— Ну, они-то уверены, что точно не проиграют. Так что да — весело.

— Тогда что, по-вашему, они предпримут дальше? — спросила Сера у Харуны.

— Ну, бомбёжка военных объектов, наверное. Но поскольку им хочется подраться с сильным противником, они для начала, чисто поздороваться, разнесут пару точек, а основные силы пока оставят. А потом возьмутся бомбить города, чтобы сломить дух.

— Бомбардировок городов я не допущу.

— Да кто угодно так подумает, не только ты, Аюму. Поэтому и выйдет настоящий бой. Ну, знаешь, типа «чем больше защищаешь, тем сильнее становишься».

— Всё же чудо-девочки — та ещё воинственная нация. Любят всякий бред.

— …Заткнись.

Тык-тык-тык-тык — Харуна в своём репертуаре обрушила на мой затылок град фирменных ударов.

«Харуна уже не такая».

— Знаю, Ю. Харуна больше не считает людей этого мира букашками.

— А? Считаю вообще-то, — невозмутимо бросила Харуна с каменным лицом.

А я-то думал, она уже перестала смотреть на нас свысока. Хотя, наверное, это шутка.

— Считаешь, значит. Кстати, Харуна, модификация Мистольтейна закончена?

— Нисколечко, — Харуна помотала головой.

«Нисколечко»?! Война уже вот-вот начнётся!

— Да. Осталась проблема с радиусом действия. Ох, чай-то какой вкусный.

Аяка-тян сидела и с наслаждением прихлёбывала, явно оценив наш чай.

— Нужно спешить, атака может начаться в любой момент…

— Уже началась, — снова как ни в чём не бывало выдала Харуна.

— А? Откуда ты знаешь?! В новостях же ничего не сообщают!

— Не ожидала, что ты полагаешься на СМИ, — Сера посмотрела на меня как на идиота.

— Да, если бы объявили, началась бы паника… Но как ты узнала?!

— Я открыла канал ментальной энергии и связалась с ними.

— …Прости. Вообще ни слова не понял.

— Чаво?! Я ж перевела на ваш язык! Ментальную энергию чирполонуть по агилрельсу!

— Ладно, виноват. Я виноват. Всё, баста. Объяснения Харуны — это не объяснения.

— На каком языке ему вообще можно что-то донести? — Харуна смерила меня убийственным взглядом и отпила чаю.

— Скажи хотя бы, что конкретно это даёт.

— Связь от сердца к сердцу. И затем извлечение ментальной энергии.

Я слышал, что она собиралась это сделать. Но чтобы реально получилось… Это круто. От мечты до реализации у неё путь поразительно короткий.

— …Ты правда этого добилась?

— Как и ожидалось от гениального дуэта. Аяка — тоже ведь наполовину из Вилье, наполовину из этого мира. Как в «Дерби Сталлионе», похожие кровные линии. К тому же, её отец — тот самый Дьявольский Барон, эксперт по магическим технологиям.

— Конечно, ей до меня далеко, но тоже кое-что умеет.

Раз уж Харуна такое говорит, это дорогого стоит.

— Так вот, значит, как ты узнала, что атака началась?

— Ну да.

— Тогда нам нужно немедленно выступать!

— Я же говорю, подготовка ещё не завершена!

Ах да. Мы не можем действовать, пока не появятся мегало. Потому что у кровососущих ниндзя против чудо-девочек нет ни шанса.

— То есть нам остаётся только ждать, пока Мистольтейн будет готов?

— Если бы существовал кто-то, способный вмешаться не только в дела этого мира, но и в Преисподнюю и Вилье… Да только есть ли в этом мире кто-то настолько способный?

— Вот то-то и оно. Всё-таки…

Аяка-тян и Харуна задумались вдвоём.

— …А? Стоп.

— А? — Харуна скорчила лицо «Не мешай!», но я из тех, кому пока не разжуёшь — не успокоюсь.

— Помнишь, было такое событие, когда все люди превратились в женщин? Да, тот случай, когда появился Меренге, и меня тоже превратило в девушку.

— Было разве?

Харуна и Аяка-тян синхронно склонили головы набок.

Э-эй! Вы чего, забыли?! Мы же вместе ездили в школьную поездку! Я — в женском обличье!

— Было, — подтвердила Сера.

Сера-сан, вы прекрасны!

«Было весело». Ю, у тебя странное понятие о веселье! Хотя, раз всё разрешилось, может, и не грех вспоминать с ностальгией.

— Так вот. Это же событие затронуло не только наш мир, но и Преисподнюю, и Вилье, верно? Даже Андерсон-кун, житель Преисподней, был обращён в женщину. Стараниями самого сильного мегало.

— Да ну? Круто.

Харуна изобразила удивление, но как-то вяло. Точно, напрочь забыла.

— Раз такой фокус возможен, непременно надо бы пригласить этого типа сюда, — заметила Аяка-тян. Ей как хикикомори простительно не знать. Да и вампиры-ниндзя — сплошь женщины.

— Если он здесь, я смогу завершить свою теорию до совершенства.

— …Этот человек, кажется… — Сера, похоже, сразу поняла, о ком речь. Она обхватила плечи, то ли от озноба, то ли от волнения. Кстати, когда Сера обхватывает плечи, это очень подчёркивает её грудь.

— Ага, он самый, — меня тоже пробрал озноб. По возможности, не хотелось бы его звать. И уж тем более не хочется быть перед ним в долгу.

— Я против. Даже от одного Аюму тошнит, а тут ещё и эта ходячая мерзость. Я не желаю дышать этим воздухом.

— Мой выдох не виноват!

— Он настолько мерзкий? Прямо как Аюму? — Харуна скривилась с таким видом, будто её сейчас стошнит. Сравнение «как Аюму» прозвучало чертовски обидно.

— Да. Мерзок до такой степени, что одно его дыхание вызывает отвращение. Такое же, как от соплей и грязи.

— Это даже не метафора, ты реально сравниваешь меня с козявками?!

— Как при простуде.

— Их же сколько ни убирай, всё равно лезут!

Совсем распоясались.

— Ну что, тогда поймаем его? Лучше сразу вырубить.

…Харуна-сан. Ты чего такое предлагаешь?

— Замечательно, Харуна. С моих глаз прямо чешуя посыпалась, — Сера одобрительно зааплодировала кончиками пальцев.

— Да можно и не ловить, он сам придёт, если позвать…

— Не распускай нюни! Дорога каждая секунда! — Харуна внезапно впала в пафос и хлопнула по столу. Она что, просто веселится?

— Вперёд, бойскаутмэ-эн!

Скаут ли он мальчиков или сам мальчик-скаут, неясно. Слово «скаут» начало терять смысл прямо на глазах, но я не стал её останавливать.

…Прощай, Орито. Живи вечно.

— Не-е-ет! Сёке-е-ер!!! Я тебя пришибу-у-у!!!

Так Орито, спустя считаные часы пленения, извивался ужом на кресте в форме буквы «X». Неизвестно откуда возникшая конструкция, к которой его привязали за руки и ноги с повязкой на глазах, водружена была в моей комнате на втором этаже. По телевизору трубят о вторжении инопланетян, и Орито, то ли в ужасе, то ли в экстазе, не прекращал голосить. А может, он раскраснелся не от страха? Неужели… его это… заводит?! Похищение и бондаж возбуждают?!

Извращенец.

Абсолютный извращенец.

Кажется, Меренге из Седьмой Бездны превратил его когда-то в «Сильнейшего Мегало». Да уж, именно из-за этой силы он сейчас и попал в такую передрягу. А может, и тогда он тоже наслаждался процессом?

Мне вдруг пришло в голову: что было бы, если бы тогда с Ю встретился не я, а, скажем, вот этот парень? …Может, войны бы и не случилось. Он бы и к Королю Ночи не полез, и Лилии с Великим Учителем перечить не стал. И Саммита Трёх Миров бы не устроил. Хотя, война всё равно бы началась? Тогда мне немного легче. Значит, это не совсем моя вина.

— Так, начинаем. Так что проваливай.

Харуна, облачённая в мантию, подтолкнула меня в спину. Рядом с ней стояли смущённая Аяка-тян и Ю.

— Это вообще-то моя комната.

— Не хочу, чтобы подглядывали, — Аяка-тян от смущения спрятала лицо в мантию.

— Да ладно, наверняка опять будете самбу танцевать.

— Дурак, это ритуал чёрной магии.

…Так это была чёрная магия. А я думал, просто дурака валяете.

— И что, под мантией опять бикини?

— Сказала, проваливай!

Меня выставили из комнаты, и в гостиной я обнаружил Юки, а также Серу и Сарас, которые склонились над разложенной на столе картой.

— …Вы уже здесь?

Удивительно. Не то чтобы они пришли ко мне домой, а то, что пришли и не подошли ко мне. Видимо, разговор идёт предельно серьёзный.

— Мы как раз определяем место, где дадим отпор врагу.

Ну да. Война уже идёт, нужно утвердить план. Чтобы быть готовыми ко всему.

— Если мы используем Мейл Шторм как приманку, то какое место выбрать полем боя? — пояснила Сера. Она всегда без слов понимает, что мне ясно, а что нет. …Без неё мы бы точно не продержались так долго.

— Когда мы сражались вместе с Госпожой, это была партизанская война прямо в городе! — Юки навалилась на котацу и весело покачивалась. Со стороны это выглядело как маятник бедности.

— …Погоди, погоди-ка, Юки.

Она посмотрел на меня с невозмутимым лицом: «А?»

— Партизанская война? В ЭТОМ мире?

— Да нет, в том, как его… Вилье, кажись.

— …Ты что, участвовала в перевороте?!

— Я не особо врубалась, за что воевали, но это был такой разноцветный город, аж в глазах рябило. И мы дрались там с девчонками, похожими на Учителя.

Да это стопроцентное участие в перевороте! Новость была шокирующей. Переворот длится уже сто лет. С каких пор её психика застряла на уровне школьника? Хотя, много ли в этом мире людей, которые действительно взрослеют? И мне, не способному стать взрослым, нечего его упрекать.

— И ты сражалась с чудо-девочками и выжила?!

— Не-а, стыдно признаться… Меня быстро отмутузили. Правда, так отделали, что удивительно, как я вообще живая ноги унесла.

Вот оно что. Теперь понятно. Почему внутри Юки было магическое оружие. Потому что она участвовала в перевороте вместе с Госпожой. Правда, временно: она получила тяжёлые ранения и отступила. Тогда-то ей и вживили магическое оружие вместе с мерами по продлению жизни. А Госпожа после этого вернулась в Вилье продолжать переворот, а Юки осталась в этом мире. Вероятно, так всё и было.

— …А вы, Сера, Сарас, тоже участвовали в перевороте?

— Я защищала этот мир.

Понятно. Сарас оставили в обороне. На месте Демона-барона и я бы её оставил. Ей можно доверить защиту мира. Стоп. А Сера?

— Я тогда ещё не родилась.

…Серьёзно.

— П-п-п-п-погоди…

Я занервничал, взмахнул руками, пытаясь переварить.

— В чём дело? Это мерзко, — Сера с отвращением посмотрела на мою реакцию.

— Ты хочешь сказать, что ты младше Юки?!

— Ну, в общем-то, да.

Вот уж что не хотелось слышать. Хотя у этих бессмертных созданий такое вполне возможно.

— Тогда по выслуге лет Юки выше тебя?

— Именно. Поэтому я и общаюсь с ней без панибратства, разве не заметно?

— Хотя по званию Серафима меня обскакала-а, — Юки сокрушённо протянула.

— Выходит, у вас иерархия — дело тёмное.

— В сущности, главная здесь — я.

Сарас гордо выпятила грудь. Ну, в целом, так оно и есть.

— Так куда Харуна сказала лучше всего идти сражаться?

Вернёмся к теме. Шокирующие откровения — в сторону.

— К подножию Токийской башни, в парк Сиба.

Сарас ткнула пальцем в карту.

— Почему именно там?

— Без разницы где. Всё едино.

Хм. Против чудо-девочек, которые могут возникнуть откуда угодно, прятаться бесполезно. Прятаться бесполезно…

— Слушайте, а почему они сейчас не приходят сюда? — это и к мегало относится. Почему никто не является прямо к нам домой? Хотя, может, являются, но Сера с ними разбирается. Как с теми мегало или вампирами-ниндзя, что охотились за Ю. Но с целой толпой чудо-девочек ей не справиться.

— Может, они не знают?

— Чего не знают?

— Твоего лица. Или лица Мейл Шторма.

Я задумался, уперев подбородок в ладонь. — …Верно, меня вроде ни разу не фотографировали. Странное чувство, но не стоит искать чёрную кошку в тёмной комнате. Бритва Оккама.

— Но рано или поздно они нас вычислят. Идёт поиск. Да, медлить нельзя. Харуна ведь говорила, что мы используем Юки как приманку и выставим её напоказ. И правда, лучше встречать врага на своих условиях, чем ждать внезапного нападения. А без малейшего преимущества у нас нет шансов.

Значит, парк Сиба. Кажется, где-то там мы сражались с Кёко во время того группового свидания.

— Выступаем, как только полезут мегало, верно?

— Да. Если к тому времени Харуна и остальные закончат модификацию Мистольтейна, было бы замечательно.

Планировать — хорошо, но тут остаётся только молиться.

— А что в мире творится? После того объявления новости как отрезало.

— Власти обычно блокируют информацию о происшествиях до их полного урегулирования. Опасаются паники, — пояснила Сарас.

Но сейчас век информации. Утаить событие такого масштаба вряд ли выйдет.

— В интернете хоть какие-то слухи ходят?

— А, я слыхал краем уха. Говорят, чудо-девочку можно завалить прямым попаданием ракеты, — встряла Юки.

Стало быть, наука их берёт.

— Пустить ракету в одиночную цель, которая выглядит как обычный ребёнок. Правозащитники бы возмутились, — усмехнулась Сарас.

Враги вампиров-ниндзя — правозащитные организации? Возможно. Действительно, люди, не знающие угрозы, будут протестовать против ракетного удара.

— А есть ли права у инопланетян или пришельцев из иных миров? Они даже налогов не платят.

— Судя по всему, они не собираются уважать наши права.

Впрочем, сейчас вопрос прав не на повестке дня.

— В любом случае, перед решающей битвой тебе стоит поспать, Аюму, — предложила Сера.

Я покачал головой.

— Какой там сон? Война уже идёт. Понятно, что в стратегию и тактику я со своим уставом не лезу, но и спать спокойно не могу.

— Ты возбуждён?

— Ну, есть такое. Но я вот думаю: может, нам всё-таки удастся сдержать тех чудо-девочек, что сейчас бесчинствуют?

— Без Мистольтейна?

— …Если трансформируюсь здесь, то смогу. Даже если не брать Мистольтейн с собой, можно перевоплотиться прямо тут.

— Ого, какой могучий у нас дарлинг-дурачок. В одиночку всех уложить собрался. Видимо, у него бездонный запас выносливости, — съязвила Сарас.

Я тут же осознал всю глупость своего предложения.

— Понял, виноват. Нереально. Один на один — ещё ладно, но против нескольких — конец. Да и один на один десятки раз подряд не вытяну.

— А мы ж тренировались со спаррингами на сто человек! — Юки с улыбочкой спросил Серу.

— Да, тренировались. На девяностом противнике уже без телепатии было невозможно продолжать. Как в карате — без чувства локтя, сто противников подряд не одолеешь.

— В этом смысле, отличная была тренировка сыгранности.

— Может, и мне стоило пройти подготовку вампиров-ниндзя? На физкультуре тактике боя не учат.

— Может, прямо сейчас начнём? — Сарас подалась вперёд.

— О! Давай! Я готова! — глаза Юки загорелись.

— Мы же только что говорили, что надо силы беречь.

— Бессовестный тип. Даже Сера была не прочь. Хотя, скорее всего, чтобы в своём садистском стиле меня покромсать.

— Вернёмся к теме. Каков в итоге план?

— Значит так. Собираемся в парке Сиба с нашими сопровождающими. Заманиваем врага, параллельно обнаруживаем главные силы, и дарлинг наносит по ним удар. Берем королеву.

Быстро оттараторила. Видать, ей до смерти хочется заняться той «тренировкой».

— Пожалуй, мне тоже лучше сразу идти в парк Сиба.

— Вся информация будет стекаться туда. Так будет правильно.

Сарас излучала ауру «Хочу поскорее закончить это совещание».

— А эти-то придут в парк Сиба? — я нарочно тянул время.

— Для этого… понадобится госпожа Хеллсайт.

— А Ю-то зачем?

— Обычно госпожа Хеллсайт скрывает свою колоссальную магическую силу. Если же намеренно дать её почувствовать…

— Эта мощная магия послужит приманкой. Выходит, живцом будет не Юки, а Ю?!

— Нет, основной приманкой остаётся Мейл Шторм. Мы планируем замаскировать эту силу так, будто она исходит от вечного двигателя.

— …Для нас Юкливуд — что-то вроде божества. Мы её любой ценой защитим.

— Положусь на вас. Тогда осталось только угадать, где разместится основной отряд Лилии.

— Харуна говорит, что если бой начнётся в парке Сиба, то она займёт позицию здесь…

Сера указала пальцем на телебашню «Небесное древо». Ну да, обозревать поле боя оттуда — милое дело.

— Разве не логичнее выбрать место, где можно развернуть крупные силы? Вокруг «Небесного древа» это сделать сложно.

— Они же умеют летать.

…Небо — пространство бескрайнее.

Ох, мой мобильник внезапно завибрировал. Кто бы это? Все, кто мог бы мне позвонить, собрались здесь, в этом доме, но номер…

— Андерсон-кун?

— Привет, Аикава. Извини, что сразу с плохих новостей. Воспользовавшись вторжением Вилье, Преисподняя тоже начала наступление. Без объявления войны.

Я схватился за голову. Теперь уж точно медлить нельзя ни секунды. И этого хватило, чтобы подстегнуть меня. Приняв звонок Андерсона-куна, я направился обратно в свою комнату.

— Фуууууурухииииии!

Из-за двери доносились странные вопли.

— Мамма миа!

— Хисамэ сидзумару!

Чёрт! Что он хотел сказать?! То ли мне послышалось, то ли он реально это выкрикнул — непонятно, но звуки продолжали раздаваться. Во мне боролись желание распахнуть дверь и желание просто пронаблюдать, оставив всё как есть.

…У нас нет ни секунды.

Готовый получить пинок, я открыл дверь. Моему взору предстал Орито, облитый какой-то серебристой жидкостью, и три девицы в бикини, которые плясали с маракасами.

— Ты, че, куда прёшь, а-а-а!

Харуна с интонациями якудзы наградила меня пинком. Я принял удар как данность и с невозмутимым лицом сообщил факты:

— Харуна. Преисподняя тоже начала вторжение. Если мы сейчас же не начнём операцию, этому миру каюк.

Осознав ситуацию, Харуна упёрла руки в боки и нахмурилась.

— …Похоже, выбора нет. Ей это явно не по нраву, но ничего не поделаешь. У нас нет времени ждать завершения.

— Я тоже пойду, — пробормотала Аяка-тян.

— Аяка-тян? Нет, это слишком опасно.

— В этой войне решится судьба всех миров. Как я могу оставаться хикикомори в такой момент?!

Аяка-тян… Да, верно. Именно так. Хикикомори встаёт с места — это ли не говорит о серьёзности момента? Это битва, что решит судьбу. Тэнодзан, Сэкигахара, Ватерлоо, Нормандия, Аскалон, Зама. Для меня эта битва столь же значима.

«Ты готов?» Ю, ты, как и Сера, всегда меня понимаешь. Во мне ещё есть тревога. Есть сомнения. Поэтому ты и спросила о готовности.

— …Ага, готов.

…Всё будет хорошо. Мы справимся. Потому что вы рядом.

— Отлично! Погнали, Аюму! Операция начинается!

Харуна мгновенно воспрянула духом. Сколько раз эта её энергия меня выручала?

— Ага.

Сам не знаю почему, но я ответил ей с улыбкой.

Всё, кроме модификации Мистольтейна, было готово. Вампиры-ниндзя давно провели всю подготовку, чтобы в любой момент вступить в бой.

Мы все прибыли к Токийской башне. Погода пасмурная. Тяжёлые тучи заволокли небо. Ниндзя уже договорились с полицией и силами самообороны, и вокруг проводится эвакуация. Но просто так эвакуироваться невозможно, и люди, не понимающие, что происходит, в панике. Пока мы тут, гудки клаксонов звучат, как крики. Дыхание вырывается белым паром. Сегодня ещё по-зимнему холодно. Если бы выглянуло солнце, было бы получше, но уж лучше холод, чем солнечный свет.

— Слушай сюда, Аюму. Прямо сейчас готовность модификации — тридцать пять процентов, — Харуна говорила с серьёзным лицом. Она была в коричневом пальто, клетчатом шарфе, красной юбке и полосатых гольфах, а в руке держала бензопилу.

— Эй-эй, так почти ничего не готово.

— Все функции уже загружены. Он может делать то, что я задумала.

— Может, но готов на 35%?

— При первом использовании Мистольтейн может сломаться. Так что трансформироваться тоже нужно как можно реже. Понял?

— Ну, Аюму — наш последний рубеж обороны. Если ему придётся выйти на поле боя, значит, план провалился.

Так и есть. Если я вынужден буду драться здесь, то не смогу покинуть это место и отправиться к королеве. То есть план внезапного удара по Лилии провалится.

«Начинаем». Ю передала мне эту записку и своей рукой в латной перчатке взяла Юки за руку. И тогда… из спины Юки появилось её магическое оружие. Оно всегда выглядело так: правая половина — мужская, левая — объята пламенем. Но теперь левая половина стала металлической, серебристой. Словно киборг. Вот он — Вечный двигатель, пересозданный Великим Учителем. Я боялся спросить, что с ним стало, но не ожидал, что он сохранит гуманоидную форму.

— Мой Винегрет стал круче!

Юки сияла. Она так радовалась, что, держась за руку Ю, аж размахивала руками.

— Сейчас не время радоваться.

Кап, кап, кап… В небе одна за другой начали появляться девичьи фигуры. Их притянула магия Ю и магическое оружие Юки.

— Ой-ой-ой-ой…

Я невольно ахнул. Их количество было запредельным. Не сотни. Тысячи и тысячи приближались к нам. Меня пробрала дрожь. Страшно. Сердце вот-вот разорвётся. Это всё — враги?

На фоне хмурого неба ярко выделялись их пёстрые наряды. Если бы светило солнце, смотреть в небо было бы трудно из-за контрового света. Чудо-девочки приближались с ужасающей скоростью. Но вдруг резко остановились на полпути. Потому что перед ними выстроились отряды вампиров-ниндзя. Ровные шеренги мужчин и женщин в чёрных плащах. Если чудо-девочки выглядели как школьницы, то ниндзя — полная им противоположность. Я не заметил ни одного ниндзя, который выглядел бы как школьник.

— Госпожа Аяка.

— Ум.

По команде Сарас Аяка-тян молитвенно сложила руки и закрыла глаза. Её волосы мягко взметнулись, и Сарас удовлетворённо кивнула. Способность Аяки-тян — разделять сознание. Говорят «понимание без слов», но это передача информации быстрее, чем «а» и «я». Она накрывает этой сетью всех вампиров-ниндзя. Я бы тоже хотел подключиться, но не хочу увеличивать нагрузку на Аяку-тян. Здесь я должен довериться Сарас и остальным.

— Так, всем пока не атаковать, — громко скомандовала она. Потому что вступать в бой до появления мегало нельзя. Исход схватки ниндзя с чудо-девочками предрешён.

— …Нет, атаковать надо, — пробормотала Харуна.

— Почему? — Сера попросила объяснений.

— Они ждут не пока мы соберёмся с силами. Они просто думают, как бы покрасивее нас разгромить. Хотят устроить шоу. Так что пусть узнают: так просто не выйдет.

— Тогда дадим эффектный синхронный залп.

Синхронный залп? Ниндзя же вроде мечами воюют или огнём…

Внезапно, беззвучно, взмыли ракеты. Нет, «взмыли» — не то слово. Они буквально выпрыгнули из-под земли.

— Что это за способность?

— Это Демон-барон, — процедила Сарас с таким лицом, будто у неё горечь во рту.

— Он здесь?! Ему же покой нужен!

— Ага. Телом он не двигается, но способность работает на полную. Сейчас он скрытно держит со мной связь.

— И ты всё равно берёшь командование на себя?

— Нельзя нагружать Демон-барона. Да ничего. Сейчас мы в связке. Можем воевать и сверху вниз, и снизу вверх.

Лицо Сарас напряжено — она не хотела втягивать Демона-барона в битву. Мгновенная система командования. И несгибаемый боевой дух. Вот в чём сила вампиров-ниндзя.

Способность Демон-барона — перемещение между тенями. Сейчас он где-то разместил ракеты, запустил их и через тень перенёс прямо из-под земли. Зачем такие сложности? Чтобы их не уничтожили. Говорят, против девочек-волшебниц эффективны ракеты. С их защитой винтовка не справится. А оружие, которое сработает, терять нельзя. Вот в чём суть. И ещё — страх перед неизвестностью, откуда ударят. Его теневая способность идеальна для партизанской войны.

Внезапно возникшие ракеты привели чудо-девочек в замешательство, и они стали держать дистанцию. Пока непонятно, откуда атака, им приходится отступать.

— Ладно, хорошо. Пока подождут, пока соберутся, — весело сказала Харуна. Она ведь и сама чудо-девочка. Поневоле наслаждается битвой.

Сколько прошло времени? Обычно, когда просто стоишь, время тянется, но когда сосредоточен — иначе. Незаметно пролетел целый час.

Парящие в небе девушки сгруппировались в боевой порядок. Ромбовидный строй… не то «квадрат», не то «рыбья чешуя», не то «наконечник стрелы». Видеть воздушное построение — большая редкость. Зрелище было величественное. Сколько их там? Тысяч восемь? Скопление чудо-девочек издалека похоже на насекомых.

И вот, сохраняя строй, они начали движение. Медленно, очень медленно.

— Приготовиться к синхронному залпу, — лицо Сарас стало жёстким. Эти твари отошли за пределы дальности ракет. Даже если ударить в момент входа в зону, они тут же выскользнут обратно. Не заманив, не попадёшь.

— Огонь!

Но Сарас дала приказ до того, как они подошли. Цель — не попасть. Это выигрыш времени. Чёрт! Когда же появятся мегало?!

— Может, мы слишком рано начали действовать?

Я случайно ляпнул это вслух. Но Харуна тут же покачала головой.

— Скорее наоборот, надо было раньше. Мегало наверняка стягивают силы, боясь драться с чудо-девочками. Им нужно преимущество в числе.

Понятно. Если бы мы медлили ещё, мегало рассеялись бы, и на сбор ушло бы ещё больше времени. Досадно.

Множество ракет устремилось в небо, грянули взрывы. Но чудо-девочки продолжали наступать. Ракеты против них эффективны. Но лишь против одиночек. А если их много, они могут сбивать ракеты на лету. Начали действовать, потому что уверены в своих силах? Всё же, до чего же это монстры.

— Значит, остаётся только сдерживать их силами ниндзя?

— Как и планировалось, до появления ёкаев-мегало мы не вмешиваемся.

Сарас стояла насмерть.

Я покосился на Ю. Она уже не излучала магию. Ну да, сигнальный дым уже подан, незачем сливать энергию. Юки сглатывал, наблюдая за битвой. Сера и Сарас то и дело переглядывались. Они не произносили ни слова, но теперь их сознания были едины. Наверняка совещаются и принимают решения.

…Один я. Один мечусь и теряюсь. Прямо как ребёнок.

Ромбовидный строй девочек-волшебниц всё ближе. Они целятся сюда. Их цель — Юки. Вряд ли они сразу ударят прямо по нам… Но их армия вдруг застыла на определённой позиции. Что такое? Я вглядывался — и тут зажёгся алый огонёк.

Синхронный залп. Это ответный залп чудо-девочек! Они ответили нам тем же! Огромные шары пламени несутся с бешеной скоростью. Фаерболы. Я тоже схлопотал парочку в школьной поездке, но размер несравним. Видно, разница между ученицами и гвардией ощутимая.

Ой-ой-ой-ой… плохо. Очень плохо! Это же просто метеориты! Им закон не писан!

Несколько ниндзя встали на пути огненных шаров. Разные мастера начали гасить их один за другим. Но всех не перехватить. Всё же ниндзя не ровня чудо-девочкам. Один-два я бы ещё мог остановить ценой жизни, но против тысяч залпов — никак.

Грёбаные мегало. Раньше меня бесило, когда они появлялись, а теперь, когда их нет, бесит ещё больше. Ну, значит, придётся.

— Я остановлю их.

— Не трать силы перед битвой с королевой, — Сарас жестом остановила меня.

— Но если так продолжится, попадут в Ю и Юки! Если я сейчас не выйду вперёд, зачем я вообще здесь?

— Тогда… я остановлю. Даже ценой жизни.

— Сера!

Не успел я крикнуть, как она уже рванула вперёд. В её руке — магический трансформер «Экскалибур Масамунэ». Сильнейшая среди ниндзя — не Сарас. У нас ведь тоже есть девочка-волшебница. Но Сера — тоже наш козырь против Лилии. И её, один из наших главных козырей, приходится бросать в бой в первой же атаке? Мы вообще победим в этой войне? Тревога лишь нарастает.

Трансформировавшись, Сера принялась сбивать огненные шары. Она отклоняет их траектории. Вот это в её стиле. Уничтожать некогда, а так — хватает одного удара. Но…

— Не вывозит. Не справляется, — с досадой бросила Харуна.

Да. Даже Сера, на огромной скорости меняя траектории, не успевает. А девочки-волшебницы не прекращают залп. Им стрелять проще, чем нам — ракетами. Ниндзя приходится отбивать атаки, что накатывают, как волны.

И вот первая волна достигла нас. Огромный шар. Он такой, что, кажется, разнесёт Токийскую башню одной штукой. Размером с мамонта. Мамонтовый мега-огнешар.

Голова кругом. Всё равно принимать мне.

— Не двигайся, Аюму!

В тот миг, когда я шагнул, Харуна рявкнула. И огненный шар исчез. Словно ничего и не было. Его развеяла одна-единственная фигура, лёгким движением руки.

Увидев эту фигуру, я вытаращил глаза.

— Нэнэ-сан!

Неожиданная подмога. Я был рад появлению надёжного союзника. Магия девочек-волшебниц, с которой не справились ниндзя и Сера, просто испарилась у нас на глазах. На Нэнэ-сан магические атаки не действуют. Меня пробрала дрожь. Она пришла. Величайшая в Преисподней личность.

— Прости, опоздала. Аикава-кун.

Приземлившись рядом со мной, женщина мягко улыбнулась. Вязаный свитер и джинсы — совсем не боевой прикид. Но даже в этой напряжённой обстановке я невольно покосился на её… выдающиеся формы.

— …Ты впервые угадала моё имя с первого раза.

— Правда?

На удивление, она не выглядела сонной. Нэнэ-сан всегда казалась немного заспанной женщиной. …То, что она с ходу назвала моё имя, — доказательство, что она не спросонья.

— Не подпускать их! Отбросить!

Благодаря ментальной связи Аяки-тян, ниндзя под командованием Сарас сражались куда лучше, чем я ожидал. Да и вообще, Харуна говорила, что во время переворота Дьявольский Барон имел преимущество. Ну да, с такими монстрами, как Великий Учитель и Крис, это неудивительно. Но факт, что ниндзя могут противостоять девочкам-волшебницам, был доказан ещё сто лет назад. Насколько с тех пор выросла их военная мощь — не знаю. Но наука у нас за эти сто лет развилась с немыслимой скоростью. Если попасть ракетой или из гранатомёта, девочку-волшебницу можно убить. Уже одно это — весомый аргумент.

Где же Лилия? Новостей ещё нет?

— Дарлинг, похоже, королеву пока не засекли.

Слова Сарас ввели меня в замешательство. Прямо передо мной бушует война, а я ничего не могу сделать? Нет, всё идёт. Всё получится. Надежда начала проступать, и я уже питал сладкие иллюзии…

— А… Аикава… смотри…

Юки указал пальцем в сторону, и я увидел новый ромбовидный строй. Совсем с другой стороны, не там, где армия, с которой мы сражались. Один, второй, третий отряд, построенные так же. Подкрепление врага. Да какое — десятки тысяч девочек-волшебниц прибыли как подмога.

— Ой-ёй, дело плохо.

Нэнэ-сан почесала затылок. Лицо Сарас тоже помрачнело. Подавляющая сила. На войне простое число — уже преимущество. А если и вооружением уступаем — совсем беда.

И это подкрепление засияло огнями. Магия. После фаерболов — молнии. Гигантская ветвистая молния со скоростью света рванула прямо в нас. Сгусток света такой силы, что невольно зажмуриваешься. Она плавила здания чудовищным жаром и летела точно в Сарас. Ой-ой, они что, метят прямо в командира? Как они узнали, что командир — Сарас? Впрочем, от чудо-девочек можно ожидать любого чуда.

— Хоп.

Нэнэ-сан с лёгкостью отбила и это. Кроме неё, никто не смог бы среагировать на такую атаку. Не будь её здесь, война могла бы закончиться в этот самый миг. Вот какой это был удар. Сфокусировать силу в одной точке. Таким методом Нэнэ-сан не одолеть.

Осознав это, армия девочек-волшебниц снова прибегла к грубой силе. Фаерболы. Это самое простое и самое страшное воздушное минирование. Число огненных шаров разрослось с тысяч до десятков тысяч. Отбить их нечего и думать.

Может, уже пора менять план? Но тут… внезапно траектория фаерболов изменилась.

— Это…

Сарас явно не могла понять, что происходит. Все огненные шары резко вильнули. Сменили цель? Нет. Я увидел. Летящий по небу… Харлей-Дэвидсон.

— Старик! Это же старик Дулак!

Я невольно закричал. Стыдно, но возбуждение пересилило. Старик Дулак — один из Седьмой Бездны, как Нэнэ-сан и Ю, и его способность — «Притяжение». Все фаерболы сменили направление благодаря его силе.

Но странности на этом не кончились. Здания вдруг превратились в динозавров и набросились на девочек-волшебниц. Неужели… неужто это…

— В этом городе полно того, что можно превратить.

Нэнэ-сан засмеялась.

«Токио для Меренге — оружейный склад». Записка Ю подтвердила мою догадку. Меренге тоже пришла. Оборотень Меренге превратила токийские улицы в Парк Юрского Периода. Правда, в основном там не юрский, а меловой период, но к самому «Парку» это не относится, так что аналогия верная. Тиранно-подобные ящеры, трицера-подобные топсы, птеро-подобные нодоны так и кишели повсюду. Это был мир, похожий на Зойдов и Трансформеров.

И вот… наконец, появились они. Из разрыва в облаках медленно спустился синий кит в школьной форме. А на его спине — другие животные в такой же школьной форме.

Мегало. Мегало наконец-то пришли!

Среди ниндзя пробежало напряжение. Враги? Союзники? Или нейтралы? Это второй рубеж. Если мегало не направят все силы на чудо-девочек, нас сметут. Именно поэтому мы до сих пор сдерживали атаки.

Затаив дыхание, мы следили за мегало… И они, полностью игнорируя ниндзя, ринулись на чудо-девочек. Ни одно существо не направилось к нам. Что это значит?! Цель Преисподней ведь тоже Вечный двигатель, как и у Вилье? Рядом с нами тоже появился синий кит. Словно защищая Токийскую башню. На его спине виднелся мужчина, обмахивающийся веером.

Дювайс.

И тут я понял. Эта армия мегало — дружественная.

— Сарас. Передай ниндзя. Они — союзники.

— Ты уверен? Мы можем доверять этим ёкаям?

— Да. Если командир не Андерсон-кун и не Бэро, а этот самый Дювайс… То понятно, почему они так долго не появлялись.

Да, Дювайс вёл переговоры в Преисподней. Возможно, он просто выторговал приоритетное использование Вечного двигателя. Но если мы здесь одолеем Вилье, ниндзя точно будут в долгу перед Преисподней.

— Отлично! Всем обнажить клинки! Вступаем в ближний бой, превращаем всё в свалку!

Сарас с радостным видом выбросила правую руку вперёд.

Второй рубеж тоже, кажется, будет пройден. А значит, остался последний рубеж — уничтожение Лилии…

— Ещё не нашли?

В наступательном порыве одна Харуна выглядела мрачной. Хотя всё шло по её расчётам, по её плану. Но в том-то и дело: по её плану, даже при таком напоре девочки-волшебницы всё равно победят. Лимит времени на исходе.

Строй чудо-девочек сломлен. Объединённые силы ниндзя и мегало теснят их. Но к врагу подходит всё новое подкрепление. Харуна опасается, что вскоре натиск обратится вспять.

— Есть отряды, движущиеся сюда, но тех, кто был бы в резерве, не обнаружено.

— Даже у той большой башни?

— В районе «Небесного древа» ни следа чудо-девочек.

На слова Сарас Харуна немного подумала…

— Может, она на смотровой площадке? — пробормотала она.

— Да ну-ну-ну. Слишком узко, чтобы развернуть войска.

Я засмеялся, и Харуна тут же заехала мне бензопилой по затылку. Хорошо, что лезвие не работало, а то секущихся волос было бы не избежать.

— Если она там, я тебе врежу.

Слишком много вокруг меня тех, кто сначала бьёт, а потом предупреждает.

— …А она молодец.

От слов Сарас мы с Харуной одновременно уставились на неё. Неужели… Врёшь? Она там?!

— Мы сильно ошибались. Главного отряда врага не существует.

— Что значит «не существует»?

— Это не отряд. Королева Вилье, Лилия Лилис, стоит на «Небесном древе» одна.

Одна-единственная… В войне масштаба в миллион человек — главнокомандующий в полном одиночестве. Да, так манёвренность действительно выше, и без Харуны её бы никогда не нашли.

В общем, Харуна ударила меня. С улыбкой, полной надежды.