Плита рухнула. Аканэ успела отпустить запястье Чисаки за
мгновение до того, как камень перекрыл проём. Её ладонь скользнула по пальцам девушки.
— Чисаки!
Грохот ударил по коридору. Каменная пыль вырвалась из-под плиты и смешалась с брызгами. Металл
Блэйда скрежетнул о край, когда Хару выдернул клинок в последний момент. Чисаки упала назад. Не под
плиту. На его сторону. Хару успел подхватить её свободной рукой за плечи и вместе с ней отступил на
несколько шагов. Вода уже доходила почти до середины голени и продолжала прибывать из тёмного
коридора. По ту сторону преграды Аканэ ударила ладонью по камню.
— Хару!
— Мы здесь!
— Чисаки?
Девушка резко втянула воздух.
— Цела!
Голос дрогнул. Но прозвучал достаточно громко.
— Не двигайтесь далеко от плиты! — крикнула Аканэ. — Я найду механизм!
Хару посмотрел на опустившуюся преграду. Между нижним краем и полом не осталось даже щели.
Только вода тонкими струями просачивалась через швы.
— Хорошо! — ответил он. — Мы удержим коридор!
Из темноты впереди донёсся быстрый плеск. Чисаки всё ещё держалась за его рубашку. Хару
почувствовал, как её пальцы сжались сильнее.
— Они близко, — прошептала она.
— Пятеро, господин. Небольшие, но быстро приближаются.
Дальше есть выход?
— Я ощущаю пространство за ними. Его форма мне неизвестна.
Хару поднял фонарь. Свет выхватил из темноты мокрые камни. Первые две тени уже двигались по
стенам. Не по полу. По стенам. Существа напоминали крупных ящериц, только передние лапы были
длиннее задних, а пальцы заканчивались тонкими загнутыми когтями. Бледная кожа почти сливалась с
камнем. Глаза отражали свет мутным жёлтым блеском.
— Пятеро, — сказал Хару. — Лезут по стенам.
Чисаки отпустила его рубашку. Сделала шаг назад. Не к плите. В угол, откуда могла видеть и Хару, и
обе стены. Она сама выбрала позицию.
— Могу ослепить первых.
— Не всех сразу. Короткими вспышками, когда прыгнут.
— Поняла.
Хару взял Блэйда двумя руками. Широко размахнуться не получится. Вода мешала ногам. Стены
находились слишком близко. Вчера это заставило бы его нервничать сильнее. Сейчас он уже знал, как
работать. Коротко. Без лишней силы. Не позволять клинку уходить вниз. Первое существо сорвалось со
стены.
— Сейчас!
Белая вспышка ударила ему в глаза. Ящерица дёрнулась в воздухе. Хару сместился в сторону и
встретил её гардой, отбрасывая к противоположной стене. Не остановился, чтобы убедиться, что она
упала. Сразу развернул клинок к следующей. Вторая прыгнула ниже. Почти у самой воды. Он опустил
Блэйда плашмя. Ударил сверху, прижимая существо к полу. Когти заскребли по металлу. Ящерица
попыталась обогнуть широкий клинок. Хару перенёс вес вперёд. Не всем телом. Ровно настолько, чтобы
удержать её.
— Левая стена! — предупредила Чисаки.
Третья тень двигалась над его плечом. Хару не успевал повернуть меч. И не стал. Присел. Существо
пролетело над ним. Чисаки выставила ладонь. Световой толчок ударил ящерицу в бок и отбросил её в
воду. Хару поднялся вместе с движением. Блэйд уже возвращался в защиту. Короткий удар. Первая
ящерица, пытавшаяся подняться у стены, снова рухнула.
— Справа! — сказала Чисаки.
Хару развернулся. На этот раз слишком поздно. Когти скользнули по его рукаву и задели предплечье.
Боль была резкой. Но неглубокой. Он не отдёрнул руку. Подставил гарду под горло существа и ударил
плечом. Ящерица отлетела.
— Ранен? — спросила Чисаки.
— Предплечье. Неглубоко.
Он сообщил сразу. Как обещал.
— Кровь идёт?
Хару быстро посмотрел. Ткань порвана. На коже три красные линии.
— Немного.
— Продолжай. Закрою после.
Никакой паники. Никакого требования немедленно остановиться. Хару снова посмотрел вперёд.
Оставшиеся существа не бросались по одному. Двое двигались с разных сторон. Одно по стене. Второе
почти полностью скрылось под мутной водой.
— Нижнее готовится к прыжку.
Вижу. Хару шагнул назад. Не к Чисаки. Чуть в сторону, заставляя обоих противников оказаться перед
ним.
— Дай свет по воде.
Чисаки поняла. Белое сияние прошло вдоль поверхности. Существо под водой стало видно как
тёмный силуэт. Хару дождался движения. Не ударил первым. Ящерица вынырнула. Он отступил на
полшага и позволил ей открыть брюхо. Короткий выпад. Блэйд вошёл снизу. Хару сразу вытащил клинок
и поднял его к стене. Второе существо уже прыгало. Он встретил его широкой частью меча. Удар отдался
в плечах. Но ноги не разъехались. Хару позволил силе прыжка повернуть клинок в сторону, а не пытался
остановить её полностью. Существо само ушло мимо. Он развернулся вслед. Ударил по задней лапе.
Ящерица упала. Чисаки направила вспышку ей в морду. Хару закончил бой одним коротким движением.
Вода вокруг стала мутнее. Тела медленно уносило обратно в темноту. Хару удерживал клинок перед
собой ещё несколько секунд. Слушал. Смотрел на стены. Проверял воду.
— Других поблизости нет.
Он только тогда выдохнул.
— Всё.
Чисаки сразу оказалась рядом.
— Рука.
— Сначала сообщим Аканэ.
Хару повернулся к плите.
— Аканэ!
Несколько секунд никто не отвечал. Внутри неприятно сжалось.
— Аканэ!
С другой стороны раздался металлический удар. Потом её голос:
— Слышу! Здесь колесо, но оно заклинило!
Хару подошёл к преграде. Прижал ладонь к холодному камню.
— Мы очистили коридор!
— Чисаки цела?
— Да!
— Тогда ждите! Я попробую открыть!
Чисаки встала рядом. Положила ладонь на плиту почти у руки Хару. Словно могла почувствовать
Аканэ через камень.
— Она одна, — тихо сказала девушка.
— Она справится.
— Я знаю.
Но руку не убрала. Хару посмотрел на порез. Кровь уже пропитала ткань на нескольких пальцах.
— Теперь можешь лечить.
Чисаки повернулась.
— Сядь.
— В воде?
Она посмотрела под ноги.
— Тогда стой спокойно.
Хару опустил меч остриём вверх, удерживая одной рукой. Чисаки разорвала повреждённый край
рукава шире. Пальцы были прохладными от воды. Когда коснулись кожи, Хару невольно напрягся.
— Больно?
— Терпимо.
— Это не ответ.
— Да. Немного.
— Так лучше.
Она промыла порез водой из фляги, а не той, что текла по полу. Когти вошли неглубоко. Мышцы не
повреждены. Чисаки провела пальцами вдоль трёх царапин. Появился мягкий белый свет. Края ран
стянулись. Не полностью. Она оставила тонкие линии открытыми.
— Почему не до конца?
— Когти могли быть грязными. Сначала обработаю раствором, потом закрою перед выходом отсюда.
— Хорошо.
Чисаки достала небольшой флакон. Работала уверенно. Но Хару видел, как подрагивает её нижняя
губа. Не от лечения. После плиты. После того, как пальцы Аканэ выскользнули из её руки.
— Чисаки.
— Не двигайся.
— Я не двигаюсь.
Она нанесла раствор. Хару поморщился.
— Больно?
— Теперь сильнее.
— Потерпи.
— Ты специально?
— Нет.
Она перевязала руку. Затянула узел. И только после этого подняла взгляд.
— Я почти не успела.
— Но успела.
— Если бы плита опустилась немного быстрее…
— Не опустилась.
— Хару.
Он понял, что обычное успокоение не поможет.
— Было близко.
Чисаки отвела глаза.
— Я увидела руку Аканэ. Уже почти достала. А потом камень пошёл вниз, и я подумала…
Она замолчала. Хару убрал руку с рукояти и коснулся её щеки. Пальцами отвёл мокрую прядь.
— Что подумала?
— Что она останется там, а мы здесь.
— Так и получилось.
— Не навсегда.
— Не навсегда.
Чисаки закрыла глаза. На мгновение прижалась щекой к его ладони. Не как шутка. Не как попытка
вызвать реакцию Аканэ. Просто потому, что ей было страшно. Хару притянул её ближе. Чисаки сразу
обняла его. Руки обхватили спину. Лицо спряталось у него на груди.
— Мне было страшнее, чем на мосту, — призналась она.
— Мне тоже.
— Ты не выглядел испуганным.
— Потому что держал плиту.
— Это не ответ.
— Тогда потому, что если бы я начал показывать всё сразу, ты бы испугалась ещё сильнее.
Чисаки чуть отстранилась.
— Аканэ говорила почти то же самое.
— Значит, мы оба иногда говорим разумно.
Она тихо выдохнула. Почти рассмеялась. Но всё ещё не отпустила. Хару провёл ладонью по её спине.
— Ты не застыла. Встала после падения. Добежала до плиты. А потом помогла мне в бою.
— Потому что ты был рядом.
— Всё равно сделала сама.
Чисаки подняла голову.
— Когда Аканэ откроет проход…
— Обнимешь её тоже.
— Обязательно.
С другой стороны плиты снова заскрежетал металл. Камень дрогнул. Аканэ крикнула:
— Нашла цепь! Отойдите!
Хару и Чисаки разошлись. Он поднял Блэйда.
— Готовы!
Цепь за стеной натянулась. Каменная плита поднялась на несколько пальцев. Остановилась. Снова
дёрнулась.
— Не хватает рычага! — сказала Аканэ.
Хару присел. Под нижним краем появилась узкая щель. С другой стороны виднелись её сапоги.— Можешь просунуть что-нибудь?
— Только ножны!
— Давай!
Аканэ протолкнула конец ножен под плитой. Хару подставил Блэйда рядом. Не режущей кромкой.
Плоской частью ближе к гарде.
— На три! — сказал он. — Ты тянешь цепь, мы поднимаем!
— Поняла!
Чисаки встала рядом.
— Я помогу.
— Ты не удержишь меч.
— Тогда что?
Хару быстро посмотрел вокруг. У стены лежал один из деревянных клиньев.
— Когда поднимем выше, забей клин под край. Потом второй.
Она схватила их.
— Готова.
— Раз!
Хару упёрся ногами.
— Два!
Аканэ натянула цепь.
— Три!
Камень сдвинулся. Ножны заскрипели. Блэйд принял вес. Хару поднял рукоять выше. Плита пошла
вверх ещё на ладонь.
— Сейчас!
Чисаки вставила первый клин. Ударила вторым деревянным бруском. Клин вошёл наполовину.
— Ещё!
Она ударила снова. Плита задержалась. Хару изменил положение Блэйда. Поднял выше. Чисаки
забила второй клин с другой стороны. Проём стал достаточно широким, чтобы проползти.
— Чисаки первая! — сказал Хару.
Она присела.
— А ты?
— Следом.
— Нет. Ты держишь меч.
— Клинья выдержат несколько секунд.
Аканэ легла на пол с другой стороны и протянула руки.
— Давай!
Чисаки нырнула под плиту. Аканэ схватила её за плечи и вытащила. На этот раз полностью. Без
сорвавшихся пальцев. Хару осторожно перенёс часть веса на клинья. Блэйд застонал металлом.
— Быстро, господин.
Он опустился на живот. Протолкнул меч вперёд. Аканэ перехватила рукоять и потянула. Хару прополз
следом. Едва ноги вышли из-под плиты, первый клин треснул.
— Отходим!
Они отступили. Камень рухнул. Ножны Аканэ успели вытащить. Деревянные клинья разлетелись
щепками. Несколько секунд никто не говорил. Потом Чисаки повернулась к Аканэ. Шагнула вперёд. И
обняла её. Так резко, что Аканэ едва сохранила равновесие.
— Ты цела, — сказала Чисаки.
— Цела.
— Я не успела удержать руку.
— Потому что иначе плитой прижало бы обеих.
Аканэ обняла её в ответ. Провела ладонью по волосам.
— Ты всё сделала правильно.
— Я упала.
— И поднялась.
Чисаки прижалась сильнее. Аканэ посмотрела через её плечо на Хару. Вопрос был виден без слов. Он
поднял перевязанное предплечье.
— Неглубоко. Чисаки обработала.
— Ты сказал сразу?
— Сразу.
Аканэ выдохнула.
— Хорошо.
Когда Чисаки наконец отпустила её, Аканэ подошла к Хару. Коснулась повязки. Потом лица.
Проверила взглядом, не скрывает ли он что-то ещё.
— Только рука?
— Только рука.
Она притянула его за ворот и поцеловала. Коротко. Но сильнее, чем утром.
— Это за то, что не соврал.
— Награда полезная.
— Не начинай.
Чисаки стояла рядом. Смотрела на них. На этот раз в её взгляде не было ни шутливой провокации, ни
скрытой обиды. После нескольких минут по разные стороны камня чужая близость не казалась угрозой.
Скорее напоминанием, что все снова рядом. Она протянула руку.
— Мы ещё внутри.
Хару взял её ладонь. Аканэ положила руку поверх.
— Тогда продолжаем вместе.
***
Вернуться назад они уже не могли. Плита перекрыла левый проход окончательно. Аварийная цепь
находилась на стороне Аканэ, но после подъёма механизм заклинило. Ножны катаны остались целы, хотя
на деревянной поверхности появилась глубокая царапина. Правый коридор всё ещё был открыт. Вода там
доходила почти до колена.
— Это путь, которого мы хотели избежать, — сказала Чисаки.
Хару посмотрел в темноту.
— Теперь он единственный.
Аканэ проверила катану.
— Крупное существо всё ещё там?
— Да. Дальше, чем прежде. Не движется к нам.
— Блэйд говорит, оно далеко и стоит на месте.
— Возможно, охраняет что-то, — предположила Аканэ.
— Или спит, — сказала Чисаки.
— В любом случае будить не будем без необходимости.
Хару поднял фонарь.
— Сначала ищем механизм главного затвора. Если найдём аварийный выход — отмечаем. Если вода
достигнет жёлтой линии, поворачиваем назад к последней сухой площадке.
Аканэ посмотрела на опущенную плиту.
— Назад здесь уже нет.
— Тогда ищем другое место выше уровня воды.
— Хорошо.
Чисаки обновила отметку на схеме. От прежней развилки провела линию к правому проходу. Левый
перечеркнула. Рядом написала коротко: Плита. Проход закрыт. Хару посмотрел на запись.
— Не хочется забывать.
— Не забудем, — сказала Аканэ. — Но отчёт должен быть точным.
Они двинулись дальше.
***
Вода была ледяной. Через несколько минут холод проник под ткань сапог и начал сводить пальцы.
Поток шёл сбоку. Не слишком сильный. Но каждый шаг требовал внимания. Хару держал Блэйда выше
поверхности. Фонарь закрепили на груди Аканэ, чтобы освободить Хару обе руки. Чисаки шла между
ними. Одной рукой держалась за натянутую между поясами короткую верёвку. Не привязанную намертво.
Только пропущенную через ладонь. Если кто-то поскользнётся, двое других почувствуют рывок. Первую
яму обнаружила Аканэ. Ножны ушли под воду почти полностью.
— Влево, — сказала она.
Они обошли. Дальше коридор начал расширяться. Гул стал громче. Теперь говорить приходилось
почти криком. Чисаки подняла ладонь. Одна белая вспышка. Остановиться. Хару замер. Она указала на
стену. Красная уровневая линия была ниже, чем в предыдущем проходе. Вода уже находилась между
белой и жёлтой.
— Поднимается? — спросил Хару.
Чисаки приложила мел к сухому камню прямо над поверхностью. Провела черту.
— Проверим через минуту.
Они ждали. Вода достигла мела.
— Поднимается, — сказала она.
Медленно. Но точно. Аканэ осмотрела пространство впереди.
— До жёлтой ещё есть запас.
Хару кивнул.
— Не тратим его впустую.
Они ускорились. Не побежали. Быстрый шаг в воде только увеличивал риск падения. Коридор вывел
их в большой круглый зал. Потолок поддерживали четыре массивные колонны. В центре находился
механизм. Огромное металлическое колесо стояло вертикально на каменной платформе. От него во все
стороны уходили цепи. Три были натянуты. Четвёртая лежала в воде. На противоположной стене
виднелась закрытая дверь с символом волны. Над ней — контрольная метка.— Главный затвор, — сказал Хару.
Жетон под рубашкой пока не реагировал. Значит, метка ещё не активна. Чисаки посмотрела на стены.
— Где существо?
Блэйд ответил прежде, чем Хару успел спросить:
— Под платформой.
Хару почувствовал, как внутри всё сжалось. То самое крупное?
— Да.
Он поднял руку.
— Оно под центральной площадкой.
Аканэ сразу сместилась вправо.
— Не двигается?
— Пока нет.
Чисаки направила слабый свет к воде. Под поверхностью ничего не было видно. Слишком мутно.
Хару осмотрел платформу. До неё вели две каменные дорожки. Одна почти полностью затоплена. Вторая
возвышалась над водой на несколько пальцев.
— Нам нужно колесо, — сказала Аканэ.
— И метка за дверью.
— Значит, пройти мимо не получится.
Чисаки указала на цепь, лежащую в воде.
— Возможно, механизм сломан.
— Или один затвор уже открыт, — сказал Хару.
Уровень воды продолжал расти. Чёрточка Чисаки на входе уже скрылась. Времени на долгие
размышления не было. Хару посмотрел на колонны. На колесо. На поверхность воды. На дверь.
— Сначала не идём к механизму.
Аканэ повернулась.
— Почему?
— Проверим реакцию существа.
Он поднял с края воды небольшой обломок камня. Бросил к дальней стороне платформы. Камень
ударился о воду. Круги разошлись. Ничего. Второй обломок Хару бросил ближе к центру. Поверхность
дрогнула. Под платформой прошла тень. Большая. Слишком большая для прежнего хищника. Чисаки
задержала дыхание. Хару взял третий камень. Аканэ остановила его руку.
— Оно уже проснулось.
Из-под платформы донёсся глухой скрежет. Как будто камень провели по камню. Потом вода
поднялась бугром. Существо показалось медленно. Сначала широкая спина. Покрытая тёмными
пластинами. Затем одна массивная клешнеобразная лапа. Потом голова, почти полностью скрытая под
панцирем. Оно напоминало смесь огромной черепахи и речного рака. Панцирь был изрезан старыми
царапинами. По краям росли бледные наросты. Передние лапы заканчивались широкими костяными
пластинами, способными перекрыть половину прохода. Размером тварь действительно была почти с
телегу. Она поднялась из воды на платформу. Камень под ней застонал.
— Назад к стене, — сказал Хару.
Они отступили. Существо повернуло голову. Маленькие глаза нашли свет фонаря. Панцирная тварь
ударила лапой по платформе. Вода хлынула во все стороны.
— Огонь по панцирю не даст много, — сказала Аканэ.
— Суставы.
— Вижу.
Чисаки спросила:
— Свет?
Хару смотрел на голову. Глаза маленькие. Прикрыты костяными выступами.
— На глаза, если откроет их перед атакой. Магию береги.
Тварь сошла с платформы в воду. Уровень доходил ей едва до нижней части панциря. Двигалась она
медленнее мелких существ. Но каждое движение толкало перед собой волну. Хару встал впереди. Не
пытался закрыть всё тело мечом. Оставил пространство для отхода. Аканэ держалась слева. Чисаки — за
колонной, откуда видела обоих. Панцирная тварь ускорилась. Не побежала. Просто толкнула массу
вперёд. Первая костяная лапа ударила по Хару. Он не принял её прямо. Подставил Блэйда под углом.
Удар скользнул по широкому клинку. Хару отбросило в сторону. Ноги ушли под водой. Он едва
удержался. Но не упал. Вторая лапа уже шла следом.
— Влево! — крикнула Аканэ.
Хару шагнул. Костяная пластина ударила по стене. Каменные осколки разлетелись. Аканэ вошла
сбоку. Катана ударила в сустав задней лапы. Разрез получился неглубоким. Кожа там была мягче панциря,
но всё равно плотной. Тварь развернулась неожиданно быстро. Хвост ударил по воде. Аканэ потеряла
опору. Хару схватил её за предплечье и потянул к себе. Костяная лапа прошла там, где секунду назад
находилась её голова.
— Цела?
— Да.
Она сразу вернулась в стойку. Не поблагодарила. Не было времени. Существо снова пошло вперёд.
— Его нельзя пробить сверху! — сказала Аканэ.
Хару видел. Каждый удар в панцирь только потратит силы. Нужно заставить его открыть уязвимое место.
— Нижняя часть шеи прикрыта хуже.
Я не достану, пока оно стоит.
— Значит, оно не должно стоять.
Хару посмотрел на платформу. На цепи. На воду. На колонны. Вспомнил тренировку. Не побеждать
одним ударом. Видеть пространство, которое освободится после движения противника.
— Аканэ! Проведи его вокруг левой колонны!
Она поняла не сразу. Потом посмотрела на натянутую цепь, проходившую низко над водой.
— Хочешь зацепить лапу?
— Или заставить повернуться.
— Рискованно.
— Другого места нет.
Чисаки вышла из-за колонны.
— Что мне делать?
Хару указал на противоположную сторону.
— Когда оно окажется между колоннами, ударь светом в глаза. Не раньше.
— Поняла.
Аканэ первой двинулась влево. Короткая огненная вспышка прошла по катане. Не сильная техника.
Только яркий след. Тварь повернула голову к движению. Аканэ ударила по передней лапе и сразу
отступила за колонну. Существо пошло следом. Хару держался справа. Не атаковал. Ждал. Панцирная
тварь обогнула колонну. Цепь натянулась у неё перед лапой. Она переступила первой конечностью.
Вторая зацепилась. Металл звякнул. Существо рванулось. Цепь не выдержала полностью. Но на
мгновение удержала лапу.
— Сейчас! — крикнул Хару.
Чисаки подняла обе ладони. Белая вспышка ударила тварь в лицо. Она резко подняла голову.
Костяные пластины разошлись. Шея открылась. Хару пошёл вперёд. Не с полным замахом. Не пытаясь
разрубить чудовище одним ударом. Первый короткий выпад пришёлся под край панциря. Блэйд вошёл
неглубоко. Тварь дёрнулась. Хару не остановился. Повернул клинок внутри раны и использовал движение
существа, чтобы расширить разрез. Лапа сорвалась с цепи. Ударила его в бок. Хару отбросило в воду.
Воздух вышибло из груди. Он упал на колено. Меч едва не выскользнул.
— Хару! — крикнула Чисаки.
— Не подходи!
Тварь повернулась к нему. Раненая шея кровоточила. Но этого было недостаточно. Аканэ ударила
сзади. Огонь вспыхнул вдоль катаны. Не по панцирю. По повреждённому суставу задней лапы. Запах
палёной плоти смешался с сыростью. Существо взревело. Развернулось к ней. Хару поднялся. Бок болел.
Каждый вдох резал. Но ноги держали. Он мог броситься сразу. Раньше так бы и сделал. Увидел открытую
рану и попытался закончить всё силой. Теперь остановился на одно короткое мгновение. Оценил. Аканэ
справа от твари. Чисаки за колонной. Цепь на полу. Открытая шея появляется только при поднятой
голове.
— Чисаки, ещё одна вспышка сможешь?
Она кивнула.
— Да!
— Только слабее. Сбереги силы.
Хару ударил Блэйдом по камню. Громкий металлический звук прокатился по залу. Тварь повернулась
к нему. Аканэ поняла замысел. Отступила. Хару сделал шаг назад. Потом ещё. Заставляя существо идти
прямо. Панцирная тварь ускорилась. Хару не ждал столкновения. В последний момент ушёл к колонне.
Существо попыталось повернуть. Повреждённая лапа подломилась. Тяжёлый панцирь накренился.
— Свет!
Вспышка ударила сбоку. Тварь подняла голову. Хару уже двигался. Не сверху вниз. Коротко и прямо.
Острие вошло в прежнюю рану под шеей. На этот раз глубже. Блэйд встретил сопротивление. Хару не
стал давить только руками. Повернул корпус. Перенёс вес с задней ноги. И позволил массе
накренившегося чудовища самой насадиться на клинок.
— Ещё немного.
Он шагнул вперёд. Клинок прошёл глубже. Тварь дёрнулась. Костяная лапа ударила по его плечу, но
уже без прежней силы. Аканэ оказалась рядом. Катана вошла в мягкое место под нижней челюстью с
другой стороны. Несколько секунд существо ещё двигалось. Потом тяжело опустилось в воду. Волна
ударила по ногам. Хару вытащил Блэйда. Сразу поднял его в защиту. Осмотрел зал. Платформу. Тёмную
воду. Пространство за колоннами. Не остановился смотреть на поверженного противника. Только когда
Блэйд сказал:
— Других угроз рядом нет.
Хару позволил клинку опуститься. Боль в боку сразу напомнила о себе. Он сделал вдох. Поморщился.
Чисаки уже бежала к нему.
— Где?
— Бок.
— Насколько?
— Не знаю. Ударило плашмя.
— Сядь.
— Вода…
— На платформу.
Аканэ взяла Хару под руку с одной стороны. Чисаки — с другой. Они помогли ему подняться на
центральную площадку. Там было сухо. Хару сел у основания колеса. Чисаки сразу расстегнула
крепления на его боку. Подняла рубашку. На коже быстро появлялся тёмный синяк. Рёбра выглядели
целыми. Но каждое прикосновение отзывалось болью.
— Дыши глубоко, — сказала она.
— Больно.
— Именно поэтому.
Хару вдохнул. Резкая боль. Но грудь поднималась ровно.
— Перелома, скорее всего, нет.
— Скорее всего?
— Хочешь, чтобы я соврала?
— Нет.
Она положила обе ладони на бок. Мягкое тепло проникло под кожу. Боль уменьшилась. Не исчезла.
Чисаки остановилась через несколько секунд.
— Всё?
— Пока достаточно. Если уберу боль полностью, ты перестанешь чувствовать, когда двигаешься
неправильно.
Хару посмотрел на неё.
— Ты сейчас говоришь почти как Блэйд.
— Иногда он говорит разумные вещи.
— Госпожа Чисаки быстро развивается.
Не зазнавайся. Аканэ стояла рядом. На щеке у неё была царапина от каменного осколка. Хару
протянул руку. Коснулся пальцем крови.
— Ты тоже ранена.
— Царапина.
Чисаки посмотрела.
— После него.
— Я могу сама…
— После него, — повторила Чисаки увереннее.
Аканэ замолчала. Потом кивнула. Хару осторожно притянул её ближе за руку. Аканэ наклонилась. Он
коснулся лбом её лба.
— Хорошо провела к цепи.
— Ты хорошо придумал.
— Мы хорошо сделали.
Она чуть улыбнулась.
— Так точнее.
Чисаки закончила лечение и положила ладонь Хару на грудь.
— Посиди ещё минуту.
— Механизм…
— Минута.
— Хорошо.
Она не убрала руку. Сама дышала тяжело. Магический свет вокруг пальцев погас, но ладонь осталась
на месте. Хару накрыл её своей.— Ты в порядке?
Чисаки посмотрела на мёртвое существо.
— Я ослепила его дважды.
— Именно.
— Но когда оно ударило тебя…
Голос стал тише.
— Я подумала, что не успею.
— Успела.
— Опять этот ответ.
— Потому что он всё ещё правильный.
Она опустила взгляд. Хару сжал её пальцы.
— Ты не потратила всю магию на первую рану. Подождала. Сделала то, что нужно в бою. А потом
помогла мне.
Чисаки молчала. Аканэ подошла с другой стороны. Положила руку ей на плечо.
— Ты действовала как целитель C-ранга.
Чисаки резко подняла глаза. Аканэ редко говорила подобное. Тем более прямо.
— Правда?
— Да.
— Даже несмотря на то, что я испугалась?
— Особенно потому, что испугалась и всё равно сделала правильно.
Чисаки посмотрела на неё. Потом потянулась и обняла. Не так резко, как после плиты. Но крепко.
Аканэ ответила сразу. Хару сидел рядом и наблюдал. Чувствовал боль в боку. Усталость. Холод от
мокрой одежды. И странное спокойствие. Они не просто прошли бой. Каждый из них стал чуть лучше,
чем был у входа.
***
Главное колесо удалось повернуть только втроём. Хару и Аканэ давили с двух сторон. Чисаки
вставила целый деревянный рычаг в прорезь у основания и помогала снизу. Механизм сопротивлялся.
Цепи натянулись. Где-то в стенах загрохотали затворы. Вода в зале сначала поднялась на несколько
пальцев. Потом замерла. Начала уходить. Медленно. Но уверенно. Дверь с символом волны задрожала.
Контрольная метка над ней вспыхнула синим. Жетоны под одеждой нагрелись одновременно. Чисаки
прижала ладонь к груди.
— Записало.
Аканэ посмотрела на опускающийся уровень воды.
— Значит, главный затвор активирован.
Хару не отпускал колесо, пока фиксатор не встал на место. Металл щёлкнул. Механизм удержался.
— Теперь дверь.
Она открывалась вверх. Не полностью. Достаточно, чтобы пройти, пригнувшись. За ней начиналась
сухая лестница. И воздух оттуда шёл теплее.
— Выход? — спросила Чисаки.
Хару поднял фонарь. На стене за дверью была выгравирована стрелка. Направленная вверх.
— Похоже.
Они собрали вещи. Блэйда очистили от крови и снова покрыли маслом. Аканэ позволила Чисаки
закрыть царапину на щеке. Хару поднялся осторожно. Бок ныл, но идти мог.
— Если станет хуже, — начала Аканэ.
— Скажу.
— Сразу?
— Сразу.
Чисаки посмотрела на него.
— Мы запомнили.
— Я тоже.
Они вошли под дверь.
***
Лестница оказалась длинной. Первые ступени были целыми. Выше появлялись трещины. Гул воды
постепенно оставался внизу. Каждый шаг отдавался в уставших ногах. Хару шёл первым. Не потому что
хотел выглядеть сильнее. Потому что всё ещё отвечал за неизвестный путь. Аканэ держалась рядом,
иногда касаясь его спины, когда ступень была особенно высокой. Чисаки шла следом. На половине
подъёма Хару почувствовал, как она взяла его за свободную руку.
— Устала? — спросил он.
— Немного.
— Можем остановиться.
— Не поэтому.
Она переплела пальцы с его пальцами.
— Просто хочу дойти так.
Хару посмотрел на неё. Лицо было бледнее обычного. Под глазами появилась усталость. Но взгляд
оставался ясным. Он сжал её ладонь.
— Хорошо.
Несколько ступеней они прошли вместе. Аканэ оглянулась. Увидела их руки. Не отвернулась. Только
протянула ладонь к Чисаки.
— На следующем участке держись и за меня. Ступени мокрые.
Чисаки взяла её тоже. Теперь они поднимались втроём. Неловко. Медленнее. Но никто не отпускал.
На верхней площадке находилась последняя дверь. Небольшая. Деревянная, усиленная металлом. Рядом
висела аварийная цепь. Хару потянул. Механизм сработал легко. Дверь открылась наружу. Свет ударил в
глаза. Настоящий дневной свет. Не фонарь. Не магия. Они вышли на склон выше главных ворот. Ветер
сразу коснулся мокрой одежды. Хару вдохнул. Воздух пах травой, камнем и далёким дымом контрольного
лагеря. Несколько секунд никто не говорил. Потом Чисаки отпустила руки Аканэ и Хару. Сделала ещё два
шага. Остановилась. Обернулась на небольшую дверь в склоне.
— Мы прошли?
Аканэ посмотрела на нагревшийся жетон. На синее свечение, всё ещё остававшееся по краям металла.
— Да.
Хару тоже достал свой. Знак волны на пластинке стал ярче. Первая контрольная печать появилась на
поверхности. Не окончательная награда. Но подтверждение.
— Прошли, — сказал он.
Чисаки посмотрела на жетон. Потом на Хару. И вдруг обняла его. Без предупреждения. Руки
сомкнулись вокруг шеи. Хару качнулся от неожиданности и боли в боку, но удержался. Обнял в ответ.
Чисаки прижалась крепко. Сильнее, чем после плиты. Теперь страх наконец отпускал.
— Мы действительно вышли, — прошептала она.
— Я говорил.
— Ты говорил, что это план.
— План сработал.
Она подняла голову. Глаза блестели. Не от слёз полностью. Но близко. Чисаки потянулась вперёд и
поцеловала Хару в щёку. Коротко. Почти осторожно. Потом словно сама осознала, что сделала, и замерла.
Хару тоже. Аканэ стояла в нескольких шагах. Всё видела. Чисаки медленно отпустила его.
— Это… за то, что вернулся за мной.
— Я никуда не уходил.
— Ты понял.
— Понял.
Аканэ подошла. Чисаки напряглась едва заметно. Но Аканэ не сказала ничего колкого. Просто
коснулась её волос. Потом притянула к себе за плечо.
— Первая печать, — сказала она.
Чисаки повернулась к ней.
— Только первая.
— Но настоящая.
Хару встал рядом. Положил руку Аканэ на пояс. Другой обнял Чисаки за плечи. Несколько секунд они
стояли втроём. Ветер сушил волосы. Где-то внизу служащие контрольного лагеря уже заметили их и
спешили к тропе. Блэйд тихо произнёс:
— Достойное начало, господин.
Начало? Я едва не оставил рёбра внутри.
— Именно поэтому я не назвал это лёгким началом.
Хару усмехнулся. Аканэ почувствовала движение.
— Что он сказал?
— Что мы хорошо начали.
— Формулировка была иной.
Тихо. Чисаки улыбнулась.
— Я согласна.
Хару посмотрел на Водосбор Аркелла. На огромные металлические ворота внизу. На склон, из
которого они только что вышли. Внутри осталось слишком много неизвестных проходов. Механизмов.
Существ. Но их маршрут был завершён. Первая печать получена. И главное — они вышли втроём.
— Пойдём, — сказала Аканэ. — Тебя должен осмотреть лекарь.
— Чисаки уже осмотрела.
— Ещё раз.
Чисаки кивнула.
— Я согласна.
— Вы обе сегодня особенно строгие.
— Ты получил удар существом размером с телегу, — сказала Аканэ.
— Почти с телегу.
— Это ничего не меняет.
Они начали спускаться к лагерю. Чисаки снова взяла Хару за руку. На этот раз не из-за мокрых
ступеней. Аканэ шла с другой стороны, касаясь плечом его плеча. Хару не чувствовал себя героем,
который покорил данж. Слишком болел бок. Слишком тяжёлыми были ноги. Слишком ясно он помнил
плиту, воду и костяную лапу перед лицом. Но чувствовал другое. Внутри Водосбора он впервые не просто
выжил благодаря Блэйду и Аканэ. Он принимал решения. Исправлял движения. Слушал команду. И
становился тем бойцом, которым ещё только хотел быть. Первая печать не сделала его сильным. Но
показала, что он наконец начал двигаться в правильную сторону.