Аделин, окутанная пламенем, бросилась на Инукса, размышляя про себя.
«Смогу ли я победить?»
У неё был план победы.
План, который позволял выиграть, даже если он применит свою скрытую магию пространства.
Во время прошлой разведки она убедилась, что его запас маны не так уж велик, а магия пространства требует огромных затрат.
Она полагала, что если сможет предугадать его действия и несколько раз ответить на магию пространства, то победит.
Однако было одно, чего она не учла.
«Что это вообще такое?»
Он продолжал источать колоссальное количество маны.
Судя по объёму, обычный маг 4-го круга уже давно должен был полностью исчерпать ману, но он продолжал поддерживать этот уровень.
Благодаря этому, как бы она ни пыталась застать его врасплох, её атаки не могли пробить его практически бесконечный магический щит.
«Неужели… я не могу победить?»
Анализ Инукса, стратегия, выстраиваемая бессонными ночами.
Всё это рушилось, наткнувшись на высокую и твёрдую стену разницы в силах.
«В конце концов, опять… мне не хватает сил».
Вскоре её мана, которой она сопротивлялась до самого последнего момента, иссякла.
Конечно, само по себе сопротивление против Инукса, использующего две древние магии, было выдающимся достижением, и Инукс тоже был этим впечатлён.
Но для неё это не имело никакого значения.
«Всё то же самое».
Бессилие.
Из-за нехватки сил, из-за их отсутствия, она ничего не может сделать.
С такой силой никого не защитить.
Инукс развернул магический круг, направленный на неё.
Этот магический круг, как всегда, был безупречен.
Сейчас из него вылетит заклинание, и исход битвы будет решён.
Именно в этот момент она так подумала.
Стоящий перед ней противник исказил лицо и спросил:
— Почему вы улыбаетесь?
Что?
— Улыбаюсь? Я?
Странные слова.
В ситуации, когда она должна проиграть из-за нехватки сил, когда впору плакать от обиды, она улыбается?
Она пошевелила рукой и коснулась своего лица.
Она улыбалась.
Уголки губ были чётко приподняты, а на щеках проступили ямочки.
«Я… почему я улыбаюсь? Нет, с каких пор я улыбаюсь?»
После потери родителей она ни разу в жизни не улыбалась.
Поэтому эта улыбка казалась ещё более странной.
— Что это? Я сломалась? Наконец-то сошла с ума?
В тот момент, когда она ощупывала своё лицо, он заговорил:
— Не знаю, что это, но я закончу.
Заявление Инукса о том, что он закончит бой.
Как только она услышала эти слова, улыбка внезапно исчезла.
Почему-то нахлынули сожаление и горечь, словно волна.
«Это…»
Она поняла.
Суть этих чувств, плещущихся внутри неё.
И в этот миг в голове промелькнули слова, которые бормотал её учитель:
— Когда же эта девчонка станет честна с собой?
Тогда она не понимала этих слов.
О какой честности могла идти речь, если она даже не осознавала чувств внутри себя?
Но теперь она видит.
«Мне… весело».
Анализ магии, действий и привычек Инукса.
Разработка стратегии для победы над ним, на которую ушли бессонные ночи.
И даже этот момент, когда она сражается с ним здесь.
Каждый миг был в радость.
Но теперь всё это подходит к концу.
Спектакль двух захватывающих актёров завершается, занавес опускается.
«О нет, нельзя».
Нельзя.
Она не хочет, чтобы всё закончилось так.
Она ещё не удовлетворена.
— Ещё немного, хотя бы на одну секунду дольше…!
Она хочет продолжать обмениваться магией с Инуксом.
— Не хочу.
Она решительно отвергла это и вытянула остатки маны, которых было с гулькин нос.
Хотя казалось, что она вот-вот потеряет сознание от истощения.
На самом деле зрение уже затуманивалось, а края поля зрения затягивало чёрной пеленой.
Вспых!
Пламя заплясало на кончиках её пальцев.
Оставшейся маны хватило лишь на это.
Так должно было быть.
Бабах!
В тот же миг из пламени на кончиках пальцев, напоминавшего маленький бутон, вырвался гигантский поток огня.
Он расцвёл, словно огромный огненный цветок, а затем слился воедино, приняв форму меча.
— Угх, а-а-а…
Её упорство уже вышло за пределы разума.
Находясь в состоянии, близком к обмороку, она уже не могла даже вспомнить магический круг.
Но, несмотря на это, её тело двигалось само.
— Это…!
Инукс был редкостно озадачен.
Она вонзила огненный меч в его сторону.
* * *
«Вот сумасшедшая».
Увидев огненный меч Аделин, я не мог не прийти в ужас.
«Аура?»
Не знаю, точно ли это она.
Но… пламя, которое она источала, состояло из маны, похожей на случайные числа, совсем как аура.
«Что это вообще такое?»
Это явно не та магия, которую я знаю.
В отличие от магии, создаваемой по правильным и систематическим чертежам, это было нечто нерегулярное, порой настолько нестабильное, что оно буквально бурлило.
Оно, хотя бы отдалённо напоминая форму меча, вонзилось в меня.
«Взлом невозможен…!»
Взлом тоже требует кода, а взломать такие случайные числа, как эта аура, невозможно.
Значит, остаётся только один способ — блокировать.
[Магический щит]
Я заблокировал огненный меч Аделин барьером из маны.
Однако пламя начало плавить ману и проникать внутрь.
— Что?
Я часто видел, как мана сталкивается с маной.
Но чтобы мана плавила ману — такое я видел впервые.
Не успев даже толком удивиться этому, я поспешно начал укреплять тающий Магический щит.
[Слияние маны]
Я укрепляю Магический щит маной, хлынувшей через Слияние маны. Но…
Вспых!
— Что за…
Её пламя перекинулось на мою ману и начало её сжигать.
— Аделин, что ты творишь…!
Но ответа не последовало.
Аделин уже закрыла глаза и потеряла сознание, лишь крепко сжимая огненный меч, направленный на меня.
«Нужно бежать!»
Она уже без сознания; если я использую магию пространства и уклонюсь от её атаки, то побежу.
[Телепор…]
Именно в этот момент.
Из маны, похожей на ауру Аделин, почему-то послышался «голос».
(Не уходи. Здесь темно. Страшно. Не оставляй меня одну. Мне одиноко…)
Невероятные слова для той, кто всегда действовала эгоистично, в одиночку, не проявляя ни малейшего интереса к другим и лишь повторяя тренировки.
Но я на мгновение замер, прикованный этим голосом.
Это и стало моей ошибкой.
Пф-!
Огненный меч пронзил меня.
Поскольку это был не настоящий меч, он не вонзился в плоть и кровь не хлынула.
Просто её мана, сжигающая всё на пути, пронзила круг в моём сердце, оставив там искру.
Но боль превзошла все мои ожидания.
— Кх-кх, а-а-а-а!
Жарко.
Я уже обжигался, но это был совсем другой жар.
С каждым вдохом, с каждым ударом сердца горячее пламя пыталось сжечь мою грудь.
— Аделин, что ты…!
Глядя на Аделин, которая с удовлетворённым видом закрыла глаза, я потерял сознание, * * *
— Ничья.
Старик, наблюдавший за матчем, довольно произнёс.
Тем временем Кроу пробормотал, словно не понимая происходящего:
— Почему она не уклонилась в конце?
Это был поистине странный удар.
Не магия, сотворённая по существующей системе магических кругов, а удар, больше похожий на ауру рыцарей.
Однако Кроу казалось ещё более странным, что Инукс не уклонился от него с помощью магии пространства.
— Неужели он вспомнил о сделке только в последний момент?
Никак не понять.
Но одно было ясно наверняка.
То, что финал, созданный действиями Инукса, произвёл на зрителей огромное впечатление.
— Аделин! Аделин! Аделин!
— Ничья, но ты победила!
— С сегодняшнего дня ты мой кумир, Аделин!
Среди этих восторженных криков старик сказал:
— Твой ученик, нет… впрочем, он тоже был великолепен. Теперь я точно понял, почему ты написал рекомендательное письмо.
Затем он спросил:
— Ну что, теперь ты доволен? Кроу.
Кроу понял.
Что старик уже догадался о его планах.
— Отчасти.
В буквальном смысле, отчасти он был доволен.
Хотя всё вышло совсем не так, как планировалось изначально, результат оказался именно таким, как он хотел.
Но…
— Похоже, это было просто развлечение.
Кроу пристально посмотрел на старика.
А затем заговорил:
— Нет. Это не так. Но… этого недостаточно. Такова реальность.
Глаза старика сузились от этих слов.
— Ты всё ещё ищешь то зло?
— …
— Лучше брось это. Ты забыл, что случилось с твоими товарищами… то есть с моими бывшими учениками?
В этот момент голос Кроу стал громче:
— Их смерть имела смысл!
Старик, который на мгновение широко раскрыл глаза от удивления, тут же посмотрел на арену и сказал:
— Да, возможно. Но в чём виноват оставшийся ребёнок? Она до сих пор не знает, за что погибли её родители.
Кроу проследил за его взглядом, вздрогнул и спросил:
— Неужели эта девочка…
— Ты и правда совсем не интересуешься людьми. Где ещё встретишь такие рыжие волосы?
— Кх…
Лицо Кроу исказилось.
Глядя на него, старик посоветовал:
— Если бы ты был один, я бы не вмешивался, но если ты задумал втянуть в это кого-то ещё, этот старик не будет сидеть сложа руки. Особенно…
Взгляд старика задержался на Инуксе, лежащем рядом с Аделин.
— Я не позволю трогать этого парня. Хотя бы ради Аделин.
— … Говоришь, что постарел, а всё ещё уверен в своих силах, старик.
— Разве ты не знаешь, что маги с возрастом становятся только сильнее?
Старик снова заговорил шутливым тоном, будто и не был серьёзен секунду назад.
Кроу бросил ему одну фразу:
— Скоро я отправлюсь в экспедицию. Возможно, она станет последней.
От этих слов лицо старика снова стало серьёзным.
— Зачем… ты мне это говоришь?
— Потому что я хочу, чтобы ты пошёл со мной. Маг костра, Бальтри.
Кроу смотрел на него серьёзным взглядом.
Но старик, Бальтри, покачал головой:
— Нет, я слишком стар.
— Разве ты не говорил только что, что с возрастом становятся сильнее?
— Это касается магии. А если я посплю на голой земле, на следующий день у меня всё тело будет ломить.
— Кровать можно сжать магией и взять с собой.
— В любом случае, я не собираюсь…
Именно тогда:
— Вот как? Жаль.
Кроу поднялся с места.
Затем он повернулся спиной и начал уходить.
Напоследок он бросил одну фразу:
— А ведь это был последний шанс исполнить мечту учеников.
Когда Кроу скрылся из виду, Бальтри некоторое время смотрел на Аделин внизу, а затем достал из кармана плаща вещь, которую всегда носил с собой.
Это был кулон, который был у неё в тот день, когда он нашёл Аделин у озера Красной башни.
— Похоже, я совсем выжил из ума.
Из его уст вырвался глубокий вздох.