Я онемела, пока смотрела на его улыбающееся лицо, словно у ребёнка, которому удалось провернуть свою маленькую шалость.
"Арнольд"
Это моя неприкосновенная римская империя. Это настоящее имя актёра, сыгравшего сильного робота, сильного мужчину, защищающего женщин и детей. Здорово. Нет-нет, какое здорово. Если бы я представлялась таким именем с моей внешностью, я бы выглядела не иначе чем подозрительно. Не то чтобы я не подумывала об "Арни", но... После своего побега, пока я не выехала за пределы страны, у меня не было шанса представиться кому-либо, так как я старалась ни с кем не пересекаться. Нет, не время. Сейчас. Усмирив свои чувства, я мило улыбнулась.
- Я отправлюсь подготовить всё к обеду, достопочтенный господин.
Я зашагала прочь, всем своим видом показывая своё намерение притвориться, что я ничего не слышала. Затем я почувствовала, что кто-то идёт за мной. Подумав, что это Полосатик, я обернулась, но за мной шёл он.
- Я помогу.
- Что вы такое говорите. Я не могу позволить достопочтенному господину заниматься такой работой. Если вы не против, просто отдохните, пожалуйста.
А затем поскорее убирайтесь восвояси. Вместо слов, которые я не могла произнести, я ещё раз изо всех сил улыбнулась.
- Может, я так и не выгляжу, но я хорош в готовке. Когда придёт время, я возьму на себя руководство целой армией. Я знаю всё о том, как разбить лагерь. Кроме того, пища поднимает моральный дух солдат. На передовой это невозможно, но по пути и в тылу просто необходимо угощать солдат тёплым супом и так далее, чтобы поддержать их пыл и рвение.
Почему-то он был многословен. Я не знала, какое выражение лица стоит принять в таком случае. Мой разум опустел. Я же сказала, что не хочу ничего слышать и знать тоже. Кажется, сейчас он выдал мне ужасно много лишней информации. Кажется, но.......Что ж, это всё моё воображение. Да, так и буду думать. Сохраняй спокойствие.
- Эм, я всё подготовлю для вас, если вы не против.
Про себя я кричала: "Воздержись".
- Чего это? Я ведь уже могу двигаться. До сих пор я всё оставлял на тебя, и тебе пришлось долго обо мне заботиться. А так я смогу подвигаться перед отъездом, да и хочу немного отплатить тебе за доброту.
Когда он сказал это, мне стало сложно отказать. Я поняла, что он собирается уезжать, и этот факт подарил мне чувство облегчения. Пока я сомневалась, что стоит ответить, мне в спину прилетело обещание покормить меня вкусным обедом.
- Тесновато.
Похоже ему было слегка неудобно перемещаться по маленькой кухне в хижине. Про себя я подумала: "Это ведь вы большой, а не кухня тесная". Как же много я болтаю про себя в последнее время. Даже если мне есть что сказать, я не могу это произносить в таком мире.......
Он открывал ящики, коробки и полки в поисках нужных вещей и выставлял их на кухонный стол.
- Это кастрюля? Маловата. В ней можно приготовить лишь чуть-чуть.
- Но и есть это будет мало людей.
- Ну, так и есть, пожалуй. Есть нож?
- Вот здесь.
- Одолжу. Что ж, сегодня ты ждёшь за столом.
Произнеся эти слова и приступив к готовке, он действовал весьма умело, как и утверждал ранее.
- В лагере бывало, что мы сидели прямо на земле и там же готовили, так как никакого стола не было. Здесь поудобней будет.
В хорошем настроении он быстро чистил картошку. А? Неужели он настолько умел? Кожура не распалась на мелкие кусочки, она тянется одной длинной тонкой полоской? Кажется, удивление отразилось на моём лице.
- Я хорош, да? Когда я кормил солдат, мне приходилось чистить картошку целыми ящиками. Потому и поднаторел.
Очевидно хвастаясь, он в мгновение ока закончил нарезать овощи и бекон.
- Итак, угли есть?
Перекладывая ингредиенты в котелок, он оглядывался по сторонам. Нету. Я же всегда использовала огненную магию для розжига. Ничего не поделать. Я встала со стула, и присела на корточки у самого дальнего от кухни деревянного ящика. Притворившись, что ищу что-то в ящике, я достала из инвентаря огниво.
- Пожалуйста, используйте это.
- Сгодится, спасибо.
Он присел на корточки перед очагом, держа в руке огниво, но, кажется, места ему было слишком мало. Этой хибаркой пользовались старички-садовники, она не была предназначена для такого высокого и накаченного мужчины.
- Подожди здесь. Я буду готовить на улице.
Он вдруг встал и вышел из хижины. Последовав за ним, я тоже вышла наружу. Неподалёку от домика он быстро и ловко вырыл небольшую яму, разложил камни, подобранные на берегу, и уже через мгновение у него был готов небольшой очаг, в котором он развёл огонь. Я восхитилась, насколько искусно он всё сделал.
- Ты тоже садись здесь. Очень весело следить за огнём и ждать, пока еда приготовится.
Я собиралась присесть напротив, но он указал на место рядом с ним.
- Я буду разводить огонь, так что в ту сторону могут полететь искры из-за ветра, когда поленья будут трескаться. Здесь безопаснее.
Поэтому ли? Я и "я", конечно, никогда не ходили в поход даже в Японии. Что ж, очаг небольшой. Разницы нет, где сидеть. Как он и сказал, я опустилась рядом. Увидев это, он наоборот поднялся.
- Ненадолго присмотри за огнём.
Сказав так, он вернулся в хибарку.
Почувствовав, что люди что-то затеяли снаружи, на улицу вышли кони. Неподалёку от костра они начали щипать траву, поглядывая в мою сторону. Если он что-нибудь сделает, Полосатик снова придёт мне на помощь. Я немного успокоилась. Полосатик – такой надёжный и хороший мальчик.
- Я же говорил тебе следить за огнём.
Пока я наблюдала за лошадьми, жующими траву, он вдруг вернулся с несколько озадаченным лицом. Он принёс деревянный ящик, наполненный посудой, приправами и корзинкой с хлебом. А ещё в его руках было одеяло.
- Приподнимись ненадолго. - Попросил меня он.
Сложив одеяло 2-3 раза он постелил его на землю.
- Вот, так сидеть будет удобнее.
- Нет, зачем мне. Лучше вы садитесь, достопочтенный господин.
- Я буду в порядке, я ведь уже привык к жизни в лагере. Но тебе, наверное, будет холодно и твёрдо на голой земле. Я слышал, что женщинам нельзя переохлаждаться. Ну, садись.
Действительно, вокруг костра было тепло, но ягодицам было холодно и больно. Тело дочери герцога было таким хрупким. Теперь я осознала, что ещё ни разу не ощущала этого, поскольку всегда облокачивалась на Полосатика, когда сидела на земле.
- Благодарю.
В итоге я решила сесть на одеяло, принесённое для меня. Вообще-то изначально это моё одеяло! А, нет, одеяло герцога. Ладно, не важно.
Он присел рядом и скрестил свои длинные ноги. "Так в этом мире тоже скрещивают ноги, когда сидят". Меня странным образом заинтересовал сей факт.
Больше нам особо не о чём было поговорить. Сидя рядом, мы наблюдали за углями и котелком. Он подкинул дров, помешал суп, добавил специй и попробовал на вкус. Он слегка поджарил хлеб на огне, добавил сыр и передал мне. Как он и говорил, суп тоже был вкусным. Было невероятно странно наблюдать за его приземленными, обычными действиями в сочетании с его высокомерным поведением. Увидев моё выражение, он разрешил мне тоже подкинуть дров. Видимо, он всё-таки неплохой человек.
Запах ветра, дующего в сторону леса с озера, на котором сверкали блики от костра. Звук потрескивающих поленьев. Время от времени было слышно, как в озере плещутся рыбы. Светлый, умиротворённый мир. Совсем как будто я отправилась в поход. Кажется я помню, что в "моём" мире тоже некогда был походный бум.
- Благодарю.
Не глядя на него, я сказал это в сторону костра.
- Без проблем.
Он слегка улыбнулся одними глазами. А потом нам снова не о чем было говорить, и мы лишь наблюдали за пламенем костра.