С течением времени в разрушенном саду остался лишь цветочный аромат.
Благоухание, едва заметно заявлявшее о себе даже среди криков и запаха крови, теперь, когда ожесточенная битва завершилась, начало распространяться в полную силу.
Я посмотрел на покоящийся в моих руках цветок и ненадолго погрузился в раздумья. В каждом лепестке чувствовались жизненная сила и красота, а густой аромат струился ничуть не менее насыщенно.
Неужели люди из Монастыря послали меня в Лес Криков именно ради него? И если так, потребуют ли они отдать цветок сразу же, как только я вернусь обратно?
— ...
Стоя рядом с рыдающим Дореном, я размышлял о вещах более насущных.
Одолеть столь сильного босса — безусловно, хорошо, однако я не мог с легкостью предугадать, к каким последствиям приведут полученные мной предметы.
Но что важнее всего, я не собирался никому отдавать этот цветок. Разве я уже не пообещал Дорену и садовнику сберечь его?
Теперь, хочу я того или нет, мне придется нести это бремя. По крайней мере до тех пор, пока не разберусь в устройстве этого мира получше, следовало оставить цветок себе и стремиться к прохождению игры.
— Ик... хнык...
Плач Дорена постепенно стих. В его иссохшем теле попросту не хватало влаги, чтобы растрачивать ее на лишние слезы.
— Г-господин... Простите... Пожалуйста, пощадите меня...
Дорен отчаянно старался не переступать черту в общении со мной. Называя меня «господином», он непрестанно следил за моей реакцией, страшась ненароком прогневать.
Было довольно жалко смотреть, как он с запозданием извиняется, выплакав глаза до опухлости.
Похоже, паренек ошибочно полагал, будто за малейшее проявление неуважения ко мне его голова слетит с плеч. Кем же он меня считает?
— К-когда-то... при господине Магиусе... здесь было так... так хорошо... *хнык*... Впрочем, теперь уже нет смысла об этом говорить...
Утерев слезы, Дорен начал рассказывать о былых днях.
Господин Магиус, садовник Ланви, юная госпожа и Дорен...
Я мог примерно представить эту картину, но послушать ее снова не помешало бы.
Однако прежде чем Дорен успел толком начать, в моей душе зародилось необъяснимое дурное предчувствие.
С тех пор как я попал в мир «Зова Смерти», это предчувствие посещало меня не единожды. И каждый раз без исключения оно предвещало новое происшествие.
В это мгновение, в пространстве, напоенном благоуханием цветка...
Быть может, пришло время слететься насекомым, привлеченным этим запахом?
*Топ...*
Из темного коридора, по которому мы шли сюда, донесся приближающийся звук шагов. Кто-то направлялся к залитому кровью саду, где все события уже подошли к концу.
Сначала я подумал, что это трусиха Мари. Хоть она и ушла, бросив мне на прощание резкие слова, я допускал мысль, что она все еще рыщет где-то поблизости.
Но эти шаги совершенно отличались от легкой, быстрой поступи сапожек Мари. Они звучали тяжело, словно армейские кованые сапоги, сокрушающие каменные плиты...
— А? Г-господин?
Рассказ Дорена оборвался на полуслове. Сжав двуручный меч, я поднялся на ноги и посмотрел на вход в темный коридор.
В проеме показался довольно крупный силуэт. Он был немного мельче Оскверненного Рыцаря Веронина, однако странное дело: с каждым его шагом...
*Треск!*
От его сапог снопами летели золотистые молнии.
— Ч-что, что э-э-это такое?!
Вздрогнув от испуга, Дорен спрятался за мою спину.
Однако это безымянное создание, отыскавшее нас, хоть и сжимало в руках двуручный меч, столь же великолепный, как и мой, не выказывало ни малейшего намерения атаковать.
— ...
Напротив, незнакомец положил клинок на плечо и просто смотрел на меня. А если точнее...
Казалось, он пристально разглядывал розу в моих руках и рубиновое кольцо на моем указательном пальце.
Затем его взгляд переместился на двуручный меч, который я сжимал.
— Веронин.
К моему удивлению, голос прозвучал довольно тонко. Глядя на столь могучее телосложение, я ожидал услышать утробный бас, разносящийся эхом, точно из пещеры, но тон оказался ближе к андрогинному.
Да и больше незнакомец не проронил ни слова.
Как бы то ни было, этот рыцарь явно имел какую-то связь с Веронином. К несчастью, Веронин оборвал свою жизнь, пав от моего длинного меча и оставив после себя все благословения, кольца и двуручный меч.
Интересно, начнется ли прямо сейчас схватка? Если он знал Оскверненного Рыцаря Веронина при жизни, то вряд ли обрадуется встрече со мной — тем, кто убил его.
*Треск.*
Рыцарь медленно приблизился ко мне. Держа двуручный меч на правом плече точно так же, как и он, я выставил левую руку в предостерегающем жесте, требуя не подходить ближе.
Я недвусмысленно давал понять, что если он сделает еще хоть шаг, начнется бой.
— ...
Однако рыцарь в очерненных доспехах ответил совершенно неожиданным движением. Он протянул левую руку ладонью вверх по направлению ко мне.
Словно верный дворецкий, сопровождающий юную госпожу.
— Э-э-этот человек...
Прячась за моей спиной, Дорен окинул протянутую руку рыцаря и его одеяние изучающим взглядом с головы до пят. И хотя личности рыцаря он не знал, круглый герб, выбитый на доспехах, судя по всему, напомнил ему о чем-то.
— К-кажется, он из Святилища... господин...
— Из Святилища?
Я навострил уши при этом незнакомом слове.
Хотя стоп. Незнакомом ли?
Кажется, я уже слышал похожее выражение в Монастыре. Выгоняя игроков, затянутых в «Зов Смерти» вместе со мной, аббатиса Сарабелла произнесла:
— Это Монастырь. А не Святилище, знаете ли.
Она бросила это так, будто вещь была самоочевидной, одарив остальных игроков презрительными взглядами.
— ...
И вот теперь, завершив битву с Ланви, я столкнулся лицом к лицу с рыцарем из Святилища.
Окинув взглядом меня, розу, а также кольцо и двуручный меч, он кивнул.
— Ты просишь пойти с тобой?
Кивок.
Очерненный рыцарь оказался крайне немногословен. Даже когда я задавал вопросы, он едва ли открывал рот, лишь молча склоняя голову.
— Подожди! Дай мне сначала переговорить со спутником. Обожди немного.
Оставив рыцаря в покое, мы с Дореном отошли подальше, чтобы поговорить без лишних ушей.
— Что это за Святилище?
— Н-насколько я знаю, это место, где собираются Смертные... Оно немного отличается от Монастыря, но, думаю, не слишком сильно...
Не слишком отличается?
— ...
Однако, судя по рыцарю, терпеливо ждущему вдалеке, они казались весьма учтивыми и дружелюбными.
Разумеется, ничего нельзя утверждать наверняка, пока не раскроется их истинная сущность, но по ощущениям это разительно отличалось от того тревожного чувства, что охватило меня в Монастыре.
— Ладно. Сначала пойдем в это место под названием Святилище. Последуем за рыцарем.
Рыцарь действительно не произнес ни слова, лишь молча вел нас за собой.
Если и было что-то необычное, так это золотистый свет, время от времени вспыхивавший на моем рубиновом кольце — казалось, он кружит вокруг проводника, будто играя с ним.
«Фракция, связанная с Оскверненным Рыцарем Веронином...»
Но терять бдительность было нельзя.
Я все еще помнил конец Оскверненного Рыцаря Веронина. Приняв гротескно искаженный волчий облик, он отчаянно пытался загрызть меня насмерть.
Конечно, в последний миг к нему вернулся рассудок, и он даже благословил меня, однако это лишь сильнее разжигало любопытство к организации под названием Святилище.
Что это за место такое, раз позволило Веронину опуститься до подобного состояния?
И почему этот посланник подошел ко мне именно сейчас, заглядываясь на доставшиеся мне двуручный меч и кольцо Веронина?
— Г-господин.
Опасался Святилища не я один.
Идущий позади меня на негнущихся ногах Дорен обратился ко мне тоненьким голоском, чтобы шагающий впереди рыцарь ничего не услышал:
— Этот цветок... пожалуйста... сберегите его...
— Разумеется.
— А, д-да! П-простите за беспокойство... вы и без моих слов знаете, что делать...
Я понимал тревогу Дорена. Особенный цветок в моих руках был последним благословением тех земель, где он жил, и одновременно с тем — великим грехом, ввергнувшим всех в погибель и разрушение.
Поэтому Дорен не хотел, чтобы реликвия попала в чужие руки и вновь повторила былую трагедию. Хотя даже сам он временами отвлекался на цветок и безмолвно таращился на него.
— Н-но про Святилище говорят... ч-что это весьма пугающее место...
Впрочем, это не имело особого значения.
Что действительно было важно для меня сейчас — так это пункт назначения под названием Святилище, куда рыцарь вел нас прямиком.
— ...
Мой взор уже приковало к себе не бормотание Дорена и не рыцарь, а странная, диковинная картина, развернувшаяся вокруг Святилища.
Оно располагалось в точке карты, диаметрально противоположной Монастырю.
На ведущей внутрь дороге, в отличие от высокого и опасного моста Монастыря, предстало совершенно иное зрелище.
...Люди.
Все вокруг кишело существами, похожими на беженцев.
Даже беглого взгляда хватало, чтобы понять: здесь творится нечто ужасное.
Они раскинули свои грязно-желтые палатки вокруг здания, напоминающего собор, и делили между собой жидкую похлебку, сваренную из диких зверей.
— ...В-вы пришли.
Заметив нашу троицу, направляющуюся к входу в Святилище, люди в страхе тут же попрятались по палаткам. Это напоминало копошение насекомых, разбегающихся при виде человека.
Но я больше не мог прибегать к подобным сравнениям.
Потому что отчетливо вспомнил лицо одного мужчины, скрывшегося в палатке с миской жидкого варева.
— ...Хм.
Тот самый пухлый парень, хваставшийся тремя тысячами часов наигрыша.
Вот только сейчас он, в отличие от прежних времен, сильно исхудал...
А в его глазах не осталось и следа жизненной силы.
Более того, я мгновенно уловил еще одну странность в обитателях этих палаток.
Они не были неписями. Ну, некоторые смахивали на них, но больше половины...
Были людьми с Земли.
Игроками, призванными в этот мир «Зова Смерти» точь-в-точь как я...
***
Переводил и редактировал — Afmos
Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy
Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot