Оригинальная героиня отреагировала бы хоть как-то, пусть даже с опозданием.

Глава 82: Оригинальная героиня отреагировала бы хоть как-то, пусть даже с опозданием.

Оригинальная героиня романа изящно опаздывала.

Движения Бесперии, когда она целовала Риана, были ужасно неуклюжими.

Она понятия не имела, как правильно прижиматься своими губами к его — это было не более чем столкновение чистых инстинктов.

— Чмок... чмок... —

Но когда их губы соприкоснулись, а неопытные, но горячие языки едва заметно соприкоснулись перед тем, как разойтись, оставшееся послевкусие оказалось далеко не мимолетным.

— Ха... ха-а...

Когда их губы разъединились, Бесперия, прерывисто дыша, посмотрела на Риана снизу вверх.

Она совсем не походила на себя прежнюю — ту яркую, невинную девушку, которая всегда весело улыбалась и поддразнивала всех вокруг.

Ее покрасневшие щеки, влажно блестевшие губы и едва заметное вздымание пышной груди при каждом горячем выдохе.

Теперь ее уже никак нельзя было назвать ребенком.

Глубокое, пьянящее очарование исходило от каждого дюйма ее тела — безошибочно узнаваемая аура женщины.

«Сводяще с ума соблазнительно».

Лицо самого Риана тоже покраснело, и он тяжело сглотнул, созерцая завораживающий вид Бесперии.

Глубоко внутри себя он почувствовал, как вместе с самым первобытным человеческим желанием зашевелилось и закипело нечто незнакомое.

Ему захотелось прямо здесь и сейчас притянуть ее к себе за талию, чтобы снова заявить права на эти сладкие губы, но уже с гораздо меньшей сдержанностью.

Желание обнять ее мягкое тело и исследовать каждый его сантиметр грозило полностью парализовать его разум.

Бесперия, стоявшая сейчас перед ним, говоря начистоту, выглядела абсолютно неотразимой.

«Не здесь».

Но Риан вовремя остановил себя, сжав кулак и сдерживая порыв еще до того, как его рука успела шевельнуться.

Десятки студентов в лекционном зале во все глаза уставились прямо на них двоих.

Если бы он позволил желанию взять верх и открыто продолжил ласки с дочерью имперского герцога на глазах у всех, то грязные сплетни и косые взгляды, которые посыпались бы на нее, были вполне предсказуемы.

«Я не позволю, чтобы о Бесперии так судачили».

Ему и самому это казалось странным.

Он всю жизнь отмахивался от чужого мнения, считая его недостойным внимания, и жил исключительно по собственным правилам.

И все же сейчас он сдерживал свои бушующие желания и оглядывался на окружающих — и все ради простой заботы о том, чтобы Бесперии не причинили боль и не распускали о ней слухи.

— О... о боже мой! Леди Бесперия только что поцеловала этого выскочку?!

— Пресвятые угодники! Ч-что это за скандал?!

— Герцогиня Эддельгарт, правительница севера Империи, первой целует простолюдина?!

Переведенные из других академий студенты не могли сдержать шока, недоверчиво вскрикивая.

Эта сцена разрушила все известные им социальные нормы, и они стояли с разинутыми ртами, едва ли не пуская пену.

Однако реакция студентов, проучившихся в Академии Солариум три года и наблюдавших за чудачествами Риана с самого первого курса, заметно отличалась.

— Из-за чего весь этот шум? Тоже мне новость.

— Они три года не отлипали друг от друга. Если уж на то пошло, эту печать надо было поставить давным-давно.

— Дело не в том, что леди Бесперия связалась с этим монстром класса катаклизма, а в том, что именно она держит его на поводке. Для Империи это вообще-то облегчение.

— И то верно. По крайней мере, теперь видно, что он все еще человек.

— Без леди Бесперии я бы, честно говоря, перестал считать его человеком и называл бы просто катаклизмом с человеческим лицом.

Старшекурсники ничуть не удивились. Напротив, они лишь цокали языками от того, как долго этого пришлось ждать, и отпускали комментарии так, словно наблюдали за самым обычным делом.

Для них Риан уже давно перерос любые рамки социальных сословий — он сам по себе был ходячим бедствием.

И поцелуй от аристократки, державшей поводок этого бедствия, выглядел не столько романтическим моментом, сколько подписанием государственного мирного договора.

— Хе-хе.

Переведя дух, Бесперия вцепилась в воротник Риана и улыбнулась своей привычной яркой, беззастенчивой улыбкой.

— Это моя официальная печать. Скреплено и заверено.

Ее четкое, дерзкое заявление едва не вызвало мягкую улыбку на губах Риана, как вдруг...

— Риан!

Арделия, застывшая рядом с ними подобно статуе, поспешно окликнула его.

Из-за того, что Бесперия опередила ее своим внезапным поцелуем, в ее алых глазах бушевали тревога и яростная, отчаянная решимость.

«Сейчас не время все просчитывать и беспокоиться о приличиях!»

Арделия тщательно выверяла идеальный момент для признания — изящного и искреннего, подобающего кронпринцессе.

Но потеря первого поцелуя из-за дерзкого выпада Бесперии и без того приводила ее в ярость. Если она продолжит стоять сложа руки, то даже второе место может ускользнуть от нее навсегда.

Без малейших колебаний она отбросила в сторону все остатки имперского этикета и взгляды более чем сотни студентов.

Отчаянная борьба, которую она вела после своей регрессии, теперь переросла в яростное, жгучее желание заполучить любовь, к которой она стремилась.

Не колеблясь ни секунды, Арделия обвила руками шею Риана.

Затем она приподнялась на цыпочки и, в точности как Бесперия, крепко прижалась своими губами к его губам.

— ......!

Лекционный зал взорвался криками с новой силой.

На этот раз все было иначе.

В отличие от сладкой и неумелой неопытности Бесперии, Арделия вложила в этот поцелуй всю свою отчаянную и яростную собственническую страсть, глубоко и настойчиво прижимаясь к губам Риана.

— Чмок... чмок... —

Это было яростное, непреклонное ухаживание кронпринцессы.

Риан и в этот раз не стал ее отталкивать, охотно принимая смелый и нежный поцелуй Арделии.

Сладость, оставшаяся на кончике его языка, побежала по нервам, вновь грозя окончательно затмить его разум.

«М-м. Очень даже неплохо».

Их губы медленно разъединились.

— Ха-а...

Выдохнув теплое облачко воздуха, Арделия посмотрела на Риана влажными губами и улыбнулась — улыбкой, которую можно было назвать разве что чарующей.

Арделия всегда, за исключением моментов наедине с Рианом и Бесперией, сохраняла безупречное самообладание и носила маску властной женщины.

И эта самая женщина, стоявшая сейчас перед всеми с обнаженными чувствами и желанием, улыбалась так, что от этой улыбки могло остановиться сердце.

— Уф. Я так долго сдерживалась, но теперь, когда сделала это... мне стало гораздо легче.

Прошептала Арделия легким от облегчения голосом.

Это была улыбка человека, который наконец-то дал волю чувству, долгое время томившемуся под замком.

Масштаб происходящего окончательно выбил из колеи переведенных студентов.

— Д-даже Ее Императорское Высочество кронпринцесса!

— Да кто вообще этот парень?! Сначала леди Бесперия, а теперь он открыто целуется с будущей Императрицей Империи?!

— Мир что, окончательно сошел с ума?!

— Какую магию он использовал, чтобы околдовать и кронпринцессу, и юную леди?!

Лекционный зал до отказа заполнился криками и недоумением приезжих студентов, которые, казалось, были готовы упасть в обморок от шока.

Наблюдая за тем, как авторитет императорской семьи разбивается о губы простолюдина, они находились на грани сердечного приступа.

Старшекурсники же, напротив, оставались невозмутимыми как никогда.

— Эти трое всегда были неразлучны, так что я знал, что рано или поздно этим все и закончится.

— Похоже, императорская семья решила сдерживать это бедствие физическим путем. Честно говоря, надежная мера предосторожности.

— Точно. Преданность кронпринцессы делу действительно вызывает восхищение.

Старшекурсники восприняли эту сцену без особого удивления.

Посреди этого хаоса Риан тихо рассмеялся и нежно провел пальцами по щеке Арделии.

— Ваше Высочество, вас совсем не беспокоит, что все на нас смотрят?

Услышав его вопрос, Арделия прелестно прищурилась и ответила без тени смущения:

— О таких хлопотных вещах... я решила подумать позже. Сейчас для меня важнее Риан.

Ее провокационное, совершенно завораживающее хладнокровие.

Как и в случае с Бесперией, Риан снова почувствовал, как в нем разгорается яростная жажда при виде покрасневших щек и влажных губ Арделии.

Эта женщина, отбросившая все свое императорское величие, чтобы без остатка отдаться ему, была неописуемо прекрасна.

«Бесперия тоже... они обе опасно соблазнительны».

Первобытное, дикое чувство желания поглотить кого-то целиком.

Риан перебрал в голове огромный словарный запас из двадцати семи языков, втиснутых в его память, прокрутил сложные формулы древнего арканного письма, хранящие истины вселенной.

Но не существовало слов, способных описать сокрушительный вид стоявшей перед ним Арделии.

Каким бы изысканным ни был язык, ничто не могло в точности передать то, что бушевало в нем в эту секунду.

В его сознании всплывало лишь самое честное, самое инстинктивное впечатление: «неотразима», «хочу поглотить ее прямо сейчас» — и ничего больше.

«Если я останусь здесь еще хоть ненадолго, то действительно совершу то, о чем потом пожалею».

Однако Риан вновь подавил подступающую волну желания и мягко улыбнулся обеим девушкам.

— Давайте пока пойдем на следующий урок. Если мы продолжим в том же духе, все зайдет слишком далеко.

Риан попытался естественным образом разрядить обстановку и сделать первый шаг вперед, как вдруг в этот самый момент Ивеллин, наблюдавшая за всем этим скандалом из угла со сжатыми кулаками, бросилась к нему.

— Р-Риан! Я... я тоже...!

Ивеллин рванулась прямо к губам Риана.

Она была подобна бульдозеру из любовного фэнтези, который ринулся в образовавшуюся брешь, твердо вознамерившись воспользоваться этой возможностью, запечатлеть собственный поцелуй и закрепить за собой статус третьей — фрейлины-служанки и будущей любовницы.

Но до Риана она так и не добралась.

— Как ты смеешь!

— Нет! Даже не смей приближаться к Риану!

Кронпринцесса Арделия и леди Бесперия преградили путь Ивеллин в идеальном унисоне, словно они заранее это отрепетировали.

Против любого внешнего захватчика эти две девушки мгновенно заключили нерушимый союз.

Их явная, беспощадная враждебность расходилась во все стороны ощутимыми волнами.

— Угх...!

В итоге Ивеллин застыла на месте, так и не сумев приблизиться к Риану, а на ее лице отразилась смесь разочарования и тоски.

— Кто это?

— Разве это не дочь Дома Дэйлайт?

— Когда она вообще успела...?

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos