“А что именно в этой сладости такого…”
“Неважно. Сладость есть сладость. Давай, просто ешь.”
Кергелю уже успели намекнуть, что он без всякой причины развращает невинную девушку, поэтому он поспешно перебил Роэлин и сунул ей в рот Лоршель, который она всё ещё держала в руке.
“Ну как? Вкусно?”
“…М-м.”
Роэлин положила Лоршель в рот и, слегка задумавшись, посмотрела на него.
А Кергель вдруг стал необычайно напряжённым, совсем не таким, каким был мгновение назад, когда с озорной улыбкой отпускал свои странные шутки.
Похоже, он с нетерпением ждал её оценки.
“Вкусно.”
“Правда? Фух…Слава богу.”
Только услышав её ответ, Кергель наконец расслабился и откинулся на спинку кресла.
Роэлин посмотрела на него и тихонько улыбнулась про себя. Затем взяла из корзинки ещё одну сладость и откусила.
Стоило Кергелю заметить это, как его лицо тут же просветлело.
[Даже не знаю, что сказать…Но он такой милый.]
Её сердце приятно дрогнуло при виде того, как он следит за каждой мелочью, каждой её реакцией и искренне радуется, когда она остаётся довольна.
[Если быть честной, Лоршель на самом деле был не настолько вкусным.]
[Хотя нет…]
[Всё-таки он был вкусным.]
[Когда Роэлин ещё жила в Ракаине, она наверняка сочла бы его самой вкусной сладостью на свете.]
[В те времена её обычный рацион состоял из одного лишь чёрствого хлеба и жидкого супа. А на десерт ей изредка доставались лишь засохшие кусочки фруктов.]
[Поэтому подобная сладость казалась настоящей роскошью, о которой она прежде даже не могла мечтать.]
[Но теперь всё изменилось.]
[Королевский повар готовил для неё сытные и разнообразные блюда к каждому приёму пищи. Даже десерты после еды были настолько изысканными, что казались почти непозволительной роскошью.]
[Но…почему-то мне кажется, что эта сладость всё равно вкуснее.]
Роэлин медленно разжевала Лоршель и застенчиво улыбнулась.
[Если оценивать объективно, эта сладость определённо не могла сравниться с десертами, которые готовил Королевский повар.]
[И всё же для неё она была по-настоящему вкусной.]
[Именно для неё.]
[Наверное, всё дело было в искренности этого мужчины - Кергеля.”
“Я даже не думала, что когда-нибудь получу Лоршель в подарок.”
[Точнее говоря, после прошлой ночи она вообще забыла о Лоршеле.]
[Кергель когда-то сказал, что подарит ей Лоршель в обмен на одну ночь.]
[Но прошлая ночь уже изменила всё.]
[И несмотря на это, он всё равно не забыл о своём обещании: приготовил сладости собственными руками и принёс их ей в подарок.]
От этой мысли сердце Роэлин радостно забилось.
“Спасибо, Кергель.”
Она искренне поблагодарила его.
Кергель на мгновение неловко замер, затем пожал плечами и заговорил:
“Ах! Я так внезапно пришёл, что, наверное, помешал твоей прогулке.”
“А…прогулка? Всё в порядке. На самом деле я уже передумала гулять и хотела сама пойти к тебе.”
“Ты собиралась прийти ко мне?”
“Да. Я почти отправилась в кабинет, потому что не знала, что ты был на кухне.”
Глаза Роэлин изогнулись в тёплой улыбке.
Кергель рассмеялся.
“Какая похвальная мысль. Неужели ты даже секунды без меня провести не можешь?”
В его голосе звучал весёлый смех.
Роэлин тоже рассмеялась, а затем продолжила:
“Не в этом дело. Я просто беспокоюсь, всё ли в порядке с твоим желудком.”
“…Что?”
Кергель на мгновение озадаченно посмотрел на неё.
[С чего вдруг она заговорила о моём желудке?]
[Роэлин действительно переживала, не стало ли ему плохо.]
“Ты ведь не очень любишь то, что ел за обедом, но всё равно съел это ради меня. Я про стейк из лосося.”
“Не думаю, что от этого у меня заболит живот…”
Кергель едва сдержал смех.
Но на последних словах вдруг задумался.
Он потер живот и снова заговорил:
“Хотя, если подумать…Кажется, пищеварение у меня и правда немного нарушилось.”
“Я так и знала! Поэтому как раз собиралась приготовить тебе чай, который поможет пищеварению, и принести его.”
Роэлин совершенно серьёзно восприняла его слова и уже собиралась позвать служанку, стоявшую снаружи.
Но прежде чем она успела это сделать, Кергель схватил её за руку.
“Думаю, твоя рука была бы гораздо лучшим лекарством, чем какой-то чай.”
“Моя рука - лекарство?”
Роэлин недоверчиво покачала головой.
Но Кергель, не отпуская её руки, поднялся со своего места и подошёл ближе.
“Мне кажется, мне станет лучше, если ты просто погладишь меня по животу вот так.”
“Ох…Это немного…”
Роэлин нерешительно положила ладонь ему на живот.
Даже сквозь одежду она отчётливо почувствовала под пальцами твёрдые мышцы.
Смутившись, она уже собиралась убрать руку, но Кергель нахмурился и тихо застонал, изображая боль:
“У меня немного болит живот…”
“Правда? Тогда скорее садись.”
Роэлин схватила его за руку и усадила рядом с собой.
Кергель тут же устроился рядом, словно только этого и ждал, и прислонился к ней.
“Сильно болит? Может, мне погладить тебя по животу?”
“Спасибо. Но если тебе неловко, не нужно.”
Кергель прислонился к Роэлин и нарочно заговорил как можно более слабым и болезненным голосом, словно действительно чувствовал себя плохо.
Услышав это, Роэлин окончательно растерялась и тут же положила ладонь ему на живот.
Она начала мягко поглаживать его.
[Если честно, Кергель прекрасно понимал, что подобные прикосновения вряд ли действительно способны помочь его пищеварению.]
[Но сейчас это было совсем не важно.]