“Как насчёт того, чтобы отправиться со мной в путешествие?”
“О…Если это не создаст никаких проблем…”
Роэлин на мгновение замялась, а затем кивнула.
Кергель заметил, как в её глазах уже заискрилось предвкушение.
[Пожалуй, до этого она путешествовала всего один раз.]
[После долгих лет, проведённых в Отдельном Дворце, Роэлин впервые отправилась так далеко лишь для того, чтобы выйти замуж за “чудовищного Императора Сероифа”.]
[Кергель хотел подарить ей настоящее путешествие, такое, какого у неё никогда прежде не было.]
[Он хотел показать ей множество вещей, которых она до сих пор даже не успела узнать и почувствовать.]
[Одну за другой.]
“Собирайся в дорогу и жди меня. Я скоро вернусь.”
Кергель ещё раз поцеловал Роэлин в губы и развернулся.
Но стоило ему подойти к двери спальни, как Роэлин наконец решилась и догнала его, схватив за руку.
“Возьми это с собой.”
Роэлин остановила Кергеля и протянула ему красную ленту.
[Это была та самая лента, которой только что были украшены её волосы.]
Кергель опустил взгляд на подарок, а затем посмотрел на Роэлин.
“Вместо меня я буду каждый день молиться, чтобы эта лента защищала тебя.”
“…”
Кергель не смог ничего ответить.
На мгновение её слова глубоко тронули его сердце.
[Всего лишь лента для волос.]
[Тонкая полоска ткани, которая не обладала никакой особой силой.]
[К тому же это была самая обычная, простая вещь, даже не драгоценность.]
[Но…]
[И всё же лента, которую протянула ему Роэлин, казалась сильнее любой другой силы в этом мире.]
Кергель бережно взял её, а затем протянул Роэлин своё запястье.
“Завяжи её.”
“…?”
“Тогда мне будет казаться, что я ни на секунду не расстаюсь с тобой.”
От этих слов щёки Роэлин залились румянцем.
Но она всё же последовала его просьбе, хотя её уши уже заметно покраснели.
Кергель молча наблюдал за тем, как её маленькие руки завязывают красную ленту вокруг его запястья.
“Вот так. Теперь…”
[Я с ума сойду. Как мне вообще выдержать разлуку с тобой?]
[Одной этой ленты ему уже казалось недостаточно.]
[Ему хотелось сохранить рядом с собой всё: её нежные жесты, тепло её тела, мягкий голос и бархатистую кожу.]
[Жажда по всему этому уже начинала становиться невыносимой.]
Кергель крепко обнял Роэлин и глубоко вдохнул, уткнувшись носом в её шею, словно хотел запомнить и унести с собой её родной запах.
***
“…Вы знаете, что это такое, господин?”
“Понятия не имею.”
Гилов, капитан Императорской гвардии, нахмурился и покачал головой в ответ на вопрос своего заместителя.
Тот снова посмотрел на запястье Императора и тихо пробормотал:
“Похоже на ленту, которыми женщины обычно украшают волосы…Неужели Вашему Величеству действительно нравится такое?”
“Хватит говорить всякую ерунду. Ты что, думаешь, мы просто развлекаемся и отправились в путешествие ради удовольствия?”
Гилов едва сдержал смех после слов заместителя, а затем сурово одёрнул его.
Среди рыцарей и солдат уже начали ходить разные разговоры о красной ленте, завязанной на запястье Императора.
[Но даже если капитан и его заместитель не могли остановить подобные слухи, неужели им самим действительно стоило это обсуждать?]
[Думаю, её подарила ему Её Величество.]
Гилов наблюдал за Кергелем, который то и дело машинально касался ленты, обвязанной вокруг его запястья, пока они ехали вперёд.
[Кергель никогда ни к чему не проявлял особой привязанности, каким бы ценным это ни было.]
[Сколько раз бывало, что даже драгоценный меч, о котором мечтали многие, ломался из-за его небрежного обращения?]
[И всё же теперь этот человек так бережно относился к какой-то ленте.]
Гилов не мог отвести от Императора взгляда, зрелище было одновременно странным и забавным.
И тут раздался голос Кергеля:
“Эй, у меня уже затылок свербит от твоего взгляда. Может, перестанешь так на меня пялиться?”
“Что? Ах! Простите, Ваше Величество. Я просто…”
“К тому же я слышу слишком много разговоров вокруг. У меня уже уши горят.”
“Ха-ха…”
После этих слов Гилов лишь неловко улыбнулся, не находя подходящего ответа.
Наконец, немного подумав, он медленно произнёс:
“Разве всё это не проявление нашей преданности Вашему Величеству?”
“Какой же ты наглый…Это не преданность, а всего лишь чрезмерное любопытство. Наверное, тебе просто стало интересно хоть что-нибудь на этом скучном пути.”
Кергель фыркнул.
Гилов снова не нашел, что ответить.
“Ну, неважно. В конце концов, все эти бедняги просто никогда не получали от своих любимых ничего подобного.”
“Кхм! Кхм!”
Услышав насмешливые слова Кергеля, заместитель капитана неожиданно громко закашлялся.
Одновременно глаза Гилова широко раскрылись.
[Я ведь только предполагал…Но, выходит, Её Величество действительно подарила ему эту ленту? В знак своей любви?]
Тем временем заместитель капитана подъехал ближе к Кергелю и прямо спросил:
“Ваше Величество, это Её Величество подарила вам эту ленту?”
Его голос оказался настолько громким, что слова тут же услышали и рыцари, ехавшие позади.
“Что? Подарок от самой Императрицы?”
“Да это всего лишь лента. Ничего особенного. Неужели Его Величество просто так нас дразнит?”
[О боже…Эти идиоты!]
Гилов изо всех сил подавил свой настоящий характер, который и без того сдерживал из последних сил, и украдкой взглянул на лицо Кергеля.
Однако Император, услышав их слова, совершенно спокойно посмотрел на красную ленту, обвязанную вокруг его запястья, и вновь заговорил:
“Она завязала её собственными руками, желая, чтобы со мной ничего не случилось.”
[Завидуете, да? Вы ведь никогда не получали ничего подобного, верно?]
[Если бы какой-нибудь человек хвастался перед Гиловом подобным тоном, словно ребёнок, он бы тут же получил кулаком по лицу.]
[Но сейчас…]
[Гилов совершенно не мог себе этого позволить.]