Поддавшись на совсем уж прозрачную просьбу Ариэль, они вдвоём продолжили прогулку по тропе.
Покинув дорожку и в конце концов снова встретившись с компанией Шури, они вновь разошлись, когда приблизилось время ужина.
Отчасти это соответствовало их изначальному плану, но была и другая причина: Ариэль сказала, что хочет посетить одно место только вдвоём с Эдгаром.
Этим местом было «Незамерзающее озеро».
То самое место, о котором Элен упоминала Эдгару ещё до его поездки.
В результате ужин значительно задержался.
Если в Хеспании они обычно ужинали самое позднее около семи вечера, то к Незамерзающему озеру добрались уже после восьми.
— Может, стоило сначала поесть?
— Да. Похоже, я не рассчитал время.
Эдгар пробормотал это с кривой улыбкой, а Ариэль в ответ с таким же обречённым выражением пожала плечами.
Они специально пришли сюда именно в это время ради определённого зрелища, но теперь вместо ужина им, похоже, придётся устраивать поздний перекус.
— Прости... Это из-за меня.
Пока они недолго стояли в очереди на лодку, Ариэль коротко извинилась.
Слов было немного, но её голос и выражение лица ясно показывали, насколько искренне она это говорит.
Естественно, она чувствовала вину: все планы после того, как они расстались с компанией Шури, предложила именно она.
— И зачем извиняться за такое? На тебя не похоже.
Для Эдгара, который до сих пор безропотно участвовал во всех причудах и шалостях Ариэль, ничего удивительного в случившемся не было.
Учитывая, что однажды им чуть не пришлось сражаться за жизнь с диким кабаном под проливным дождём, над таким он мог лишь посмеяться.
К тому же там, где они встретились с Шури и остальными, они успели перекусить сэндвичами и другой лёгкой едой, поэтому сильного голода Эдгар не испытывал.
— К-когда ты так говоришь, кажется, будто я постоянно создаю проблемы...!
— Будешь отрицать, когда перед тобой живой свидетель? Ничего себе, Ариэль Лобехайм совсем хватку потеряла.
— Ух, когда человек извиняется, ты должен просто принять извинения!
Она крайне редко вот так смиренно наступала на собственную гордость.
С возрастом ситуация немного улучшилась, но раньше, даже будучи явно неправой, Ариэль часто сразу начинала защищаться.
Она и сама прекрасно это знала, поэтому её особенно раздражало, что Эдгар поддразнивал её именно тогда, когда она искренне признавала свою ошибку.
Ей и так было неловко и совестно — неужели он не мог просто оставить всё как есть? Именно так она и думала.
— Поэтому я и говорю, что тебе не за что извиняться. Сколько лет мы уже знакомы?
— С-семнадцать?
— Хм, неужели так долго? В любом случае я знаю тебя уже столько лет, что понимаю и без слов. Внутри тебе неловко и совестно, просто показать это наружу тебе непросто.
Если бы кто-то спросил, честна Ариэль или нет, в целом её, пожалуй, можно было бы назвать честной.
Однако хватало ситуаций, когда это было совсем не так — в особенности когда дело касалось признания собственных слабостей или ошибок.
Но это вовсе не означало, что она не испытывала вины. В такие моменты Ариэль начинала беспокойно поглядывать на Эдгара, и он прекрасно знал эту её привычку.
Разумеется, он советовал ей без лишнего упрямства признавать ошибки и перед другими людьми, но это уже была совсем другая история.
— Если тебе действительно неловко, потом просто угости меня ужином в хорошем месте. Я заметил отличный ресторан с потрясающим видом в том здании, похожем на башню, мимо которого мы проходили.
Еда в обычных заведениях, скорее всего, не могла сравниться с тем, что Эдгару подавали в замке.
В конце концов блюда, которые готовили для великого герцога, просто не могли быть низкого качества.
И всё же Эдгар широко улыбнулся, будто действительно с нетерпением ждал ужина, чтобы разрядить обстановку.
Ариэль в ответ обречённо кивнула и уверенно бросила:
— ...Ладно, куплю тебе что угодно. Если ресторан понравится, может, подарить тебе всё здание вместе со всеми людьми внутри?
— Эй, что за привычка дарить всё целиком? Хватит. Просто хватит.
Ошарашенный её предложением, Эдгар поспешно остановил Ариэль.
С её характером она вполне могла действительно так и сделать.
В конце концов перед ним была женщина, которая в девять лет подарила ему на день рождения целую гору.
Стоило ему просто сказать, что еда была вкусной, и существовала вполне реальная вероятность, что она действительно воплотит свою угрозу в жизнь.
«К масштабам великогерцогского дома я, наверное, никогда не привыкну».
Будь это шуткой, он мог бы просто посмеяться, но проблема состояла в том, что его спутница не относилась к людям, бросающим такие слова ради шутки.
— Пф-ф, ладно, просто садись в лодку. Уже наша очередь.
— Уже?
Улыбаясь и явно поддразнивая его, Ариэль указала за спину. Эдгар обернулся и поспешно шагнул вперёд.
Ещё совсем недавно они стояли довольно далеко в очереди, а теперь уже подошла их очередь садиться.
Он просто не заметил этого, слишком увлёкшись разговором с Ариэль.
— Сколько стоит поездка?
Обычно, куда бы они ни отправлялись, за большую часть всего платил Эдгар.
Деньги у него появлялись отчасти благодаря семье, но немалую сумму составляло и весьма щедрое жалованье, которое он когда-то получал как сопровождающий Ариэль.
Эдгар считал правильным тратить на неё деньги, полученные благодаря ей же, и сама Ариэль особенно этому не противилась.
Он лучше кого бы то ни было знал, что в финансовом отношении ей совершенно незачем полагаться на других, а значит, если он всё равно настаивал на оплате, у него были другие причины.
И Ариэль просто уважала это его желание.
Тем временем на вопрос о цене проезда темноволосый мужчина, помогавший пассажирам садиться в лодки, замахал обеими руками.
— А, начиная со вчерашнего дня всю эту неделю мы не берём плату. Так что можете просто садиться.
— Это из-за того Дня Клятвы, о котором я слышал?
— Именно. Это особая традиция Этрле.
Жители Этрле издавна почитали Милреда, бога любви и наслаждения.
Считалось, что раз в год, на одну неделю, Милред спускается на землю и навечно связывает пары, сложившиеся в этот период, — это время называли «Днём Клятвы».
Более того, «Незамерзающее озеро» считалось одним из самых популярных мест среди влюблённых, поэтому во время Дня Клятвы за лодки здесь не брали денег.
Разумеется, семьи и родственников, приходивших вместо пар, тоже не прогоняли.
— Так вот почему сегодня столько людей.
Эдгар всё никак не мог понять, отчего даже в такую позднюю пору, когда вокруг с лодки почти ничего не видно, здесь ждёт столько народа.
Поняв, что бесплатные поездки всё прекрасно объясняют, он слегка кивнул и вместе с Ариэль ступил в небольшую лодку.
Скрип.
— И-и?!
Когда они оба одновременно поднялись на борт, лодка тихо скрипнула.
Ариэль вздрогнула и вцепилась в возлюбленного.
Эдгар с недоумением наклонил голову, удивлённый такой непривычной для неё уязвимостью.
— Чего ты так испугалась?
— Я-я впервые на лодке...!
— Правда? А, ну да. Наверное, логично.
На её тихий протест Эдгар сперва вопросительно наклонил голову, а затем понимающе кивнул.
Если подумать, Ариэль всю жизнь провела на севере, поэтому возможностей покататься на лодке у неё почти не было.
Земли вокруг Хеспании представляли собой холодные снежные просторы, где замерзало даже море.
Единственным шансом могли быть поездки в другие регионы, но и такое, вероятно, случалось редко.
— Сядь вон там. Я буду грести.
— Нужно грести самому? А магией нельзя?
Предложение использовать магию для такого простого дела, как гребля, показалось Эдгару нелепым.
Он уже собирался сказать ей, чтобы тогда сама использовала магию, но вовремя понял, что она и правда, скорее всего, сумеет это сделать, и промолчал.
Разумеется, удобно передвигаться с помощью магии было бы приятно, но в том, чтобы грести самому, имелось особое очарование.
Если бы Ариэль услышала его мысли, то, скорее всего, совершенно не поняла бы этого чувства.
Понемногу работая вёслами, он отвёл лодку от причала, и вскоре они оказались неизвестно где.
Определить своё положение они не могли из-за густого тумана, покрывавшего озеро.
— Почему ночью здесь столько тумана?
— Разве возле озера это не нормально?
— Наверное? В любом случае атмосфера очень даже приятная.
Ночной туман был густым, но не настолько, чтобы они совсем потеряли направление.
Однако стелившаяся низко дымка делала далёкие лодки размытыми, придавая всему происходящему ещё более сказочный вид.
Даже Ариэль, которую трудно было назвать сентиментальной, невольно почувствовала, будто в мире остались только они вдвоём.
Эдгар молча грёб сквозь туман, пока не заметил, что голоса окружающих почти стихли, и не понял, что они довольно далеко отошли от причала. Тогда он ненадолго опустил вёсла.
Он примерно представлял, зачем она привела его сюда сегодня.
— Теперь готова поговорить?
— ...Ты знал?
— Ты сама сказала ещё до того, как мы сюда пришли. Что хочешь кое-что рассказать. Наверное, поэтому и привела меня так далеко.
— Похоже, от тебя мне ничего не скрыть.
С тех пор как Шури подробно рассказала ей о Незамерзающем озере, Ариэль решила, что именно здесь откроет ему правду.
Она не отличалась особой религиозностью, но подумала, что, если бог Милред действительно наблюдает за этой сценой, возможно, он немного поможет ей.
В конце концов о Дне Клятвы она тоже узнала от Шури.
Раз уж дальше тянуть не было смысла, Ариэль решила заговорить, едва тема сама собой всплыла.
— Эд, вообще-то...
Её плотно сжатые алые губы наконец разомкнулись, и она уже собиралась раскрыть всю правду о том дне—
Вспышка.
— А?
— Ч-что это...?
Внезапно сквозь мутную ночную дымку их двоих окружили вспышки света.
Эти огоньки, похожие на светлячков, то подлетали совсем близко к паре, то разлетались вокруг, будто весело переговариваясь между собой.
Салатовые, жёлтые, белые.
Разноцветные крупицы света украшали темноту со всех сторон, однако почему-то совершенно не слепили глаза.
Хотя это были не масляные лампы, от огоньков исходило удивительное тепло.
Такое тёплое, что даже всё более холодный ночной воздух Этрле словно преобразился.
— ...
Вскоре один огонёк приблизился к её плечу, ненадолго опустился на него, немного покатался и снова поднялся в воздух, присоединившись к остальным.
Почему-то Ариэль почувствовала, будто свет поддерживает её. Она взглянула на плечо, а затем вновь перевела глаза на сидевшего напротив Эдгара.
Сердце, ещё совсем недавно колотившееся так сильно, будто хотело вырваться наружу, словно немного успокоилось.
Может, потому что тело согрелось? Или потому, что ей придали смелости?
Какова бы ни была причина, Ариэль была ей благодарна.
Благодаря этому она наконец смогла сбросить груз, который всё это время носила в себе.