После ночи, похожей на сон, Ариэль проснулась от глубокого сна, тихо простонав и потянувшись.
На губах всё ещё будто сохранялось вчерашнее тепло.
Рассеянно касаясь губ и погрузившись в мысли, она в конце концов уткнулась лицом в подушку и забарабанила ногами по кровати.
«Ты с ума сошла? Совсем голову потеряла, Ариэль Лобехайм?»
Зачем она вообще сделала нечто настолько смелое?
Даже если её увлёк момент, она перешла черту — причём основательно.
Уже с сегодняшнего дня ей снова придётся смотреть Эдгару в лицо. И как теперь это делать?
«Это всё вина того идиота! Я вовсе не какая-то распущенная женщина!»
Хотя их отношения официально продвинулись от дружбы к любви, привычка Ариэль сваливать всё на Эдгара и сегодня никуда не делась.
Если честно, она и правда чувствовала себя немного несправедливо пострадавшей.
Кто вообще мог ожидать, что он признается в настолько неожиданную минуту?
Конечно же, она просто на мгновение разволновалась из-за того, что её давнее желание наконец исполнилось.
А может, вчера луна была особенно яркой, поэтому его обычное лицо показалось ей самую чуточку, совсем немножко красивее.
Тук-тук.
— Юная госпожа, вы проснулись?
Тем временем Шури, не подозревая, что хозяйка сбрасывает одеяло и устраивает настоящий переполох, постучала в дверь с утренним приветствием.
В такой ситуации правильнее всего было бы промолчать и притвориться, что она всё ещё спит, но сейчас обычное мышление Ариэль явно не работало.
Наверное, поэтому из её рта и вырвались настолько бессмысленные слова.
— Н-нет! Я ещё не проснулась!
— Прошу прощения?
— А...!
Какой смысл человеку, который явно бодрствует, утверждать, что он ещё не проснулся?
Запоздало осознав ошибку, Ариэль тяжело вздохнула, но пролитую воду уже было не собрать.
— Раз вы проснулись, можно войти?
— Д-да. Входи.
Ариэль понимала, что если сейчас ещё и запретить входить, подозрений станет только больше.
В конце концов, обречённо разрешив войти, Ариэль уронила голову, словно деревянная кукла с перерезанными нитями. Через мгновение появилась Шури.
— Доброе утро, юная госпожа. Но почему у вас такое красное лицо?
— К-красное? Тебе показалось, показалось!
— Р-разве...?
Лицо было слишком красным, чтобы это можно было списать на воображение, и почти совпадало по цвету с её глазами.
Выглядело всё настолько серьёзно, что впору было немедленно звать врача.
«Что-то случилось?»
Вряд ли сразу после пробуждения могло произойти что-то настолько бурное.
Значит, нужно вспомнить вчерашние события. Единственное, что приходило в голову, — визит Эдгара в комнату Ариэль...
«А!»
В этот момент Шури вспомнила о том, что успела забыть, и с хлопком ударила ладонью о ладонь.
Если что и могло настолько изменить настроение Ариэль, то только это.
Даже странно, как она вообще могла забыть о столь важной вещи.
«Какая же я глупая. Надо было сразу спросить об этом».
Стараясь не показывать, насколько ей интересно, как хозяйка отреагирует на вопрос, Шури подошла к кровати, собрала разбросанную одежду и вещи, а затем как бы между прочим заговорила.
— Судя по всему... юная госпожа, у вас с молодым господином Эдгаром всё сложилось хорошо.
— !?
Увидев на лице Ариэль немой вопрос «откуда ты знаешь?», Шури остановилась, подошла чуть ближе и продолжила многозначительным тоном.
— Раз уж я довольно много рассказывала вам о своей личной жизни, юная госпожа, думаю, у меня есть право услышать о вчерашних событиях... разве нет?
— ......
Кивок.
Не отрывая лица от подушки, Ариэль слегка качнула головой, показывая, что готова рассказать.
Всё равно скрывать уже не имело смысла, да и Шури вполне заслуживала доверия.
После долгого мямления и запинок воспоминания о вчерашнем наконец начали понемногу срываться с её губ.
* * * * * * *
Пока Ариэль была занята рассказом, распутывая воспоминания о вчерашнем дне, Эдгар неловко ходил взад-вперёд перед её дверью и почёсывал щёку.
С Ариэль как с подругой детства он был знаком прекрасно, но сегодня впервые должен был встретиться с Ариэль уже как с возлюбленной.
Он совершенно не представлял, с каким лицом к ней показаться.
«Не думал, что однажды буду переживать из-за подобного».
Пусть это и было беспокойством, Эдгар отлично понимал: беспокойство это несомненно счастливое.
В конце концов, прекрасная женщина, которой позавидовал бы любой мужчина, стала его возлюбленной.
Даже проснувшись утром, он ущипнул себя за щёку, чтобы проверить, был ли вчерашний день сном или реальностью, и едва удерживался от желания закричать от радости.
Он не знал наверняка, что чувствует Ариэль, но для самого Эдгара это было захватывающее волнение, какого он прежде никогда не испытывал.
Щёлк.
— Ох, молодой господин, вы уже здесь.
Пока Эдгар сжимал кулаки и в одиночестве наслаждался ощущением победы, плотно закрытая дверь открылась, и первой появилась Шури.
Увидев её лёгкую улыбку, будто она уже обо всём знала, Эдгар неловко почесал затылок.
Он сразу понял, что Ариэль наверняка всё ей рассказала.
— Д-да. В общем... вот так.
— Хи-хи, юная госпожа? Эдгар уже пришёл, вам пора выходить.
— З-заткнись! Выйду, когда буду готова...!
Из комнаты донёсся раздражённый голос Ариэль — всё такой же привычный и надёжный.
Но не показалось ли Эдгару из-за собственных надежд, что сегодня он звучит немного мягче обычного?
После молчаливого противостояния, которое показалось бесконечным, Ариэль наконец осторожно вышла.
По какой-то причине на ней было струящееся платье, которое она почти никогда не носила.
— А...
— Ч-что? Что у тебя за лицо? Хочешь смеяться — смейся. Мне самой непривычно.
Обычно Ариэль предпочитала практичную одежду, в которой удобно двигаться.
Этот наряд явно ставил красоту выше удобства, а значит, совсем не соответствовал её привычным вкусам.
Поэтому вид того, как она стоит перед ним с лёгким румянцем на щеках, придерживает руками юбку и неловко переминается с ноги на ногу, стал для Эдгара сокрушительной внезапной атакой.
— Я не смеюсь. Ты красивая.
— К-красивая...!?
Не готовая к настолько прямому комплименту, Ариэль даже не сумела договорить и резко отвернулась всем телом.
«Уф, раньше я бы спокойно показалась ему в таком виде».
Неужели такая маленькая перемена в отношениях способна настолько многое изменить?
Пусть Ариэль и чувствовала себя глупо оттого, что одно простое слово «красивая» так легко пронзило сердце, отвергать это чувство она не стала.
«Наверное, стоит оставить их вдвоём».
Умилившись тому, как хозяйка ведёт себя словно обычная девушка в самом расцвете юности, Шури слегка поклонилась Эдгару и намеренно оставила их наедине.
В конце концов, новоиспечённой паре было бы трудно проявлять нежность, пока кто-то стоит рядом и смотрит.
В такие моменты ей следовало показать добродетель человека, более опытного в жизни.
— Ариэль.
— Н-не смотри сейчас на моё лицо! Наверняка оно какое-то странное...!
— Странное? По-моему, просто красивое.
— И это тоже перестань говорить! Просто постой подальше минутку!
После столь смелых слов вчера она не хотела сегодня выглядеть глупой женщиной, которая теряется от одного обычного комплимента о красоте.
Ей хотелось вести его спокойнее и величественнее, как и подобает наследнице дома Лобехайм.
Обнять.
— Хья!?
Стоило Ариэль твёрдо кивнуть самой себе, решив, что успокоилась и готова, как без предупреждения последовала новая внезапная атака.
Эдгар, который был почти на голову выше, обнял её сзади и мягко положил руки на плечи и талию.
— Пф-ф, что это был за крик? Прямо как у кошки.
— Н-не обнимай меня так внезапно! Дай хотя бы морально подготовиться...!
— Это всего лишь объятие. К чему тут готовиться? Радуйся, что я тебя не целую.
— Ц-целую...!?
Она уже хотела выкрикнуть, что ничего подобного не разрешала, но в этот момент в голове Ариэль всплыло вчерашнее воспоминание.
Если подумать, она запоздало осознала, что первой поцеловала его именно сама.
От этого факта уже никуда не деться.
— Ты... собираешься меня поцеловать?
— А что, хочешь?
Увидев его шутливую улыбку и дразнящий вопрос, Ариэль мысленно закричала.
Он прекрасно знал, что она чувствует, и всё равно продолжал издеваться.
Почему-то даже после того, как они превратились из друзей в возлюбленных, его проказливый характер ничуть не собирался исчезать.
— Н-не то чтобы я особо хотела... но если тебе самому очень хочется, отказываться не стану.
— Ну. Мне и так хорошо, просто держать тебя в объятиях.
— Цк...!
Ариэль казалось, что ещё немного — и она взорвётся от раздражения.
Но продолжать упрямиться она не могла: тепло его объятий и мужской запах заставляли её тело нестерпимо разогреваться.
В конце концов Ариэль подавила возмущение и осторожно убрала его руки, всё ещё обнимавшие её.
Затем повернулась к нему и посмотрела снизу вверх.
В красных глазах читалась почти обида, словно они спрашивали, почему он не делает ничего больше.
— Ладно, прости. Похоже, я слишком сильно тебя дразнил.
— Ты был злым... Я теперь не просто твоя подруга, я твоя возлюбленная... идиот.
Раньше они были друзьями, которые постоянно дразнили друг друга, и это ещё можно было понять, но теперь, когда они стали парой, разве нельзя относиться к ней хоть немного нежнее?
Поняв скрытый смысл слов Ариэль, Эдгар криво улыбнулся, положил ладонь ей на щёку и немного наклонился.
— Я же сказал, что прости. В качестве компенсации сегодня весь день проведу с тобой.
— ...Если врёшь, больше никогда со мной не увидишься.
— Это будет проблемой. Мы всего один день как возлюбленные.
— Мне всё равно, дурак. Сначала извинись как следует.
Эдгар не сразу понял, чего она хочет, ведь он уже извинился, но, догадавшись, что означает «как следует», широко ухмыльнулся.
Затем слегка опустил голову и поцеловал её в губы.
Пусть Ариэль и продолжала что-то недовольно ворчать, она поднялась на носки и мягко закрыла глаза, охотно встречая приближающиеся губы.
Сколько минут прошло, пока они оба стояли с закрытыми глазами?
Лишь когда губы разошлись и они открыли глаза, оба заметили незваную гостью, стоявшую неподалёку.
— Силь-вия...?
Только сейчас заметив её присутствие, Ариэль тихо произнесла имя подруги.
А затем снова наступила короткая тишина.
За эти несколько мгновений выражение лица Сильвии, которая стояла и наблюдала их нежности, прикрыв рот одной рукой, менялось едва ли не каждую секунду.
Наконец, когда лицо Ариэль начало постепенно краснеть снизу вверх, а на губах Эдгара появилась неловкая улыбка, Сильвия поспешно заговорила.
— П-прости! Вообще-то я пришла сказать, что, кажется, вчера перепутала конфету, которую дала тебе, с обычной... но, похоже, это уже неважно!
В отличие от своей обычной расслабленной и игривой манеры речи, она выпалила всё одним потоком, а затем крикнула: «Увидимся позже!» — и исчезла словно молния.
Не понимая, что только что произошло, Ариэль с пустым выражением лица переводила взгляд с Эдгара на место, где только что стояла Сильвия, и обратно.
Примерно через три секунды,
Фух!
— Эй, эй, Ариэль! Ты что собираешься с этим делать?!
— Отпусти! Пусти меня, идиот!
С пылающим красным лицом Ариэль держала в руке огонь куда больше того, которым раньше лишь угрожала Эдгару, и уже собиралась броситься вслед за Сильвией.
— Если она получит этим, твоя подруга правда умрёт! Ты с ума сошла?
— Я её убью! Сожгу так, чтобы даже пепла не осталось!
Всего за один день одни отношения повысились с дружбы до любви, а другие опустились с дружбы до цели для мести — трагикомическая ситуация.
Но одно было совершенно точно: даже если конфета оказалась самой обычной и вообще не обладала никаким эффектом, она принесла больше результата, чем любое великое заклинание.