Неделю спустя Эдгар сдержал обещание, данное Леонелу.
Посоветовавшись с человеком, хорошо разбиравшимся в недвижимости и постройках, он подарил ему дом в жилом квартале неподалёку от городской площади.
Дом был не особенно просторным, но для двоих вполне подходил. А поскольку, узнав, что Энья любит выращивать цветы, Эдгар специально выбрал дом с небольшим садом, она даже несколько раз приходила в замок и низко кланялась в знак благодарности.
Пока Леонел понемногу осваивался с обязанностями помощника, а их новый распорядок жизни входил в привычное русло, пришла хорошая новость.
— Это правда, что мы отбили его?
Уайтвуд, захваченный чужеземными племенами, вновь перешёл под контроль дома Лобехайм. И особенно ценным это достижение делало то, что обошлось оно без больших жертв. Даже Эдгар, обычно сохранявший на совещаниях самое невозмутимое выражение лица, спросил с заметным волнением.
В ответ Отюр, беловолосый мужчина, руководивший возвращением Уайтвуда, кивнул и ответил так, будто ничего особенного не произошло.
— Да. Их сопротивление оказалось не таким ожесточённым, как мы ожидали.
— Это довольно неожиданно. Значит, Уайтвуд был для них не так уж важен?
— Не могу судить об их намерениях... но могу сказать одно: у меня не сложилось впечатления, будто они отчаянно пытались его удержать.
Отюр передал Эдгару документ с подробным описанием хода и итогов боя, без утайки поделившись своими впечатлениями. Поскольку документ оказался довольно толстым, Эдгар решил пока пробежаться лишь по самым важным пунктам.
«Это определённо странно».
Как и говорил Отюр, противник рухнул слишком внезапно для тех, кто всерьёз защищал крепость. Вернее, создавалось ощущение, будто они лишь притворились, что потерпели крах. Ход сражения, описанный в документе, заметно отличался от того, что Эдгар видел во время проникновения в Уайтвуд.
— Что думаешь? Есть что-нибудь примечательное?
— Пока не уверен. Но, как и сказал господин Отюр, есть несколько странных моментов.
Несмотря на то что Ариэль позволяла ему говорить свободно, перед вассалами Эдгар сам решил придерживаться официального тона, поэтому на её вопрос ответил почтительно, подперев подбородок рукой.
Утверждать что-либо наверняка он пока не мог, но ощущение неправильности определённо присутствовало. Конечно, Эдгар не видел битву своими глазами и потому не мог делать окончательных выводов, однако если даже по одним документам это бросалось ему в глаза, то находившиеся там люди должны были почувствовать неладное ещё сильнее.
Ариэль, всё это время внимательно наблюдавшая за сосредоточенным на документах Эдгаром, перевела взгляд на Отюра. Какие бы подробности им ни предстояло выяснять позже, кое-что следовало подтвердить прямо сейчас.
— В любом случае, сам Уайтвуд мы вернули, верно?
— Да, ваша светлость. На всякий случай мы прочесали окрестности, однако не нашли даже следа оставшихся вражеских сил. Но если прикажете, я распоряжусь провести более тщательную зачистку.
— Нет, не нужно. Сейчас важнее восстановить Уайтвуд. К тому же солдатам тоже требуется отдых.
Как они оба и предполагали, если враг действительно так легко отступил ради какой-то цели, значит, он уже ушёл. По крайней мере, насколько понимала Ариэль, не существовало настолько неэффективной стратегии, чтобы нарочно отдать крепость, а потом пытаться захватить её снова.
Поэтому разумнее было отозвать солдат, которые могли бы прочёсывать окрестности, и вместо этого посменно начать восстановление города. По её мнению, сейчас следовало сосредоточиться на укреплении внутренних дел.
— Для начала щедро наградите солдат и командиров, участвовавших в походе на Уайтвуд.
— Будет исполнено.
Заслуги всегда следовало вознаграждать по достоинству. Именно по этому вопросу Ариэль особенно часто советовалась с Юлкеном.
— И ещё, Бризия.
— Да, ваша светлость.
Бризия была женщиной, заведовавшей большей частью финансов и ресурсов замка Лобехайм. Её строгий вид, будто она не уступит ни в одном вопросе, идеально соответствовал занимаемой должности.
— Возьми у Отюра список участвовавших командиров и солдат и отдельно отложи причитающиеся им награды. Ресурсов хватит?
— Да, более чем достаточно. Можете не беспокоиться.
— Хорошо.
Ариэль удовлетворённо кивнула и оглядела собравшихся. Поняв, что пора заканчивать совещание, Эдгар оторвался от документов.
— Тогда на этом закончим недельный отчёт. Если у кого-то есть отдельные просьбы, приходите ко мне лично. На этом всё.
— Благодарим за труды!
Все вассалы одновременно склонили головы, а Ариэль поднялась со своего места и вышла из зала совещаний, увлекая Эдгара за собой.
После еженедельных административных отчётов и совещаний для всех, кому не поручили отдельную работу, негласно наступал отдых, и Ариэль исключением не была.
«Сегодня нужно отдохнуть».
Уже решив, как проведёт свободное время, Ариэль направилась не в кабинет, а к себе.
Тем временем Эдгар собирался зайти в кабинет и ещё раз просмотреть только что увиденные документы, но Ариэль его остановила.
— Ты куда?
— В кабинет. Хочу ещё раз посмотреть те документы.
— Позже посмотрим вместе.
Да, подозрительные моменты имелись, однако пока ничего не подтвердилось. К тому же Отюр, присутствовавший на месте событий, сегодня тоже будет отдыхать, так что позже они смогут собраться и всё обдумать вместе.
Но, несмотря на её возражение, Эдгар лишь криво усмехнулся и беспомощно пожал плечами.
— Лучше посмотреть сейчас, пока есть время.
— Завтра ничего срочного тоже нет, вот завтра и посмотришь. Зачем ты сам ищешь себе работу в выходной?
Ариэль не только не нравилось, что в редкий день отдыха они не смогут побыть вдвоём, но и то, что Эдгар в одиночку взваливал на себя лишнюю работу.
В последнее время она была этим довольно недовольна. Конечно, хорошо, что, став главой дома, она получила в лице Эдгара надёжную опору, однако было очевидно: он слишком себя загоняет.
Особенно показателен был случай четырёхдневной давности. Эдгар, обычно каждое утро приходивший к ней, чтобы вместе отправиться в кабинет, тогда не появился, и Ариэль пошла туда одна — лишь чтобы обнаружить, что он уже работает.
Когда она спросила, почему сегодня он не зашёл за ней, Эдгар неловко отмахнулся. А позже Элин рассказала, что он всю ночь провёл в кабинете и даже не возвращался к себе.
— Дай мне всего один день. На следующем выходном я всё компенсирую.
— Да не в этом дело... Ах, забудь!
Даже сейчас он решил, что она злится лишь потому, что они не смогут провести выходной вместе. Наконец не выдержав, Ариэль топнула ногой, резко отвернулась и направилась к себе. Между ними словно внезапно потянуло холодом.
* * * * * * *
Ариэль сидела на кровати с раздражённым выражением лица. Её взгляд был настолько острым, что пришедшая прислуживать Шури на мгновение невольно съёжилась.
— Похоже, сегодня с молодым господином опять что-то произошло.
Но длилось это недолго. Вскоре Шури заговорила с мягкой улыбкой, словно уже догадывалась, что случилось. Ариэль тут же надула щёки.
— Почему, когда я злюсь, ты всегда думаешь, что виноват он?
— Потому что только молодому господину вы показываете свои настоящие эмоции.
— ...
Против такой неопровержимой истины Ариэль возразить не смогла. Как и сказала Шури, работа редко становилась для неё источником стресса. Иными словами, к делам она подходила исключительно профессионально, не примешивая лишних эмоций.
А вот рядом с Эдгаром, которого она искренне любила, могла так же легко обрадоваться, как и расстроиться.
— Так что же молодым господином было сделано не так на этот раз?
Поскольку Ариэль была её госпожой, Шури по умолчанию считала, что, если между ними случалась проблема, виноват в ней Эдгар. Правда, выслушав историю, она чаще всего понимала, что виновата сама Ариэль, но не могла же она спросить у госпожи: «И что вы опять сделали не так?»
Да и обычно развитие событий было предсказуемым. Ариэль отбрасывала в сторону прижатую к себе подушку и выкладывала всё, что случилось за день, велев Шури слушать. Поэтому и сегодня Шури ожидала того же и решила подать ей тёплого чая, чтобы помочь успокоиться.
Однако ответ оказался совершенно неожиданным.
— Он ничего не сделал. Это я дурочка.
— ...Прошу прощения?
Нельзя сказать, что Ариэль никогда не признавала собственных ошибок, однако, когда она злилась вот так, обычно сначала считала, что Эдгар в чём-то виноват.
А сегодня почему-то, надувшись, она первой признала свою вину. Шури на мгновение даже решила, что ослышалась. Для верности она повернула голову к Ариэль, а та смотрела на неё с пустым выражением лица, будто спрашивала, в чём проблема.
— Просто... ну, понимаешь. В последнее время он слишком много работает. Ты знала?
— Как же не знать? Об этом весь замок говорит.
То, что Эдгар в последнее время постоянно носился по делам, прекрасно знали хорошо осведомлённые слуги. Особенно те, кому приходилось ходить по коридорам ночью: многие видели, что свет в кабинете горел до самого рассвета.
Однако Шури не понимала, почему эта тема всплыла именно сейчас. Судя по словам Ариэль, выходило, будто усердная работа сама по себе была чем-то плохим.
— Недавно, когда Эдгар не смог прийти ко мне, я узнала от Элин. Этот дурак, оказывается, всю ночь просидел в кабинете и даже не вернулся к себе.
— Об этом я слышу впервые.
— Да, но оказалось, что это было не в первый раз. С тех пор как он занял свою должность, он довольно часто не возвращался в комнату... Думаю, он просто ночевал в кабинете, а на следующий день всё равно приходил ко мне.
Иными словами, чтобы не вызвать у неё подозрений, утром он как ни в чём не бывало сопровождал её, завершив работу так, чтобы Ариэль ничего не узнала. Но в тот день — то ли заснул прямо в кабинете, то ли случилось что-то ещё — прийти к ней не смог и попался.
Услышав это, Шури поняла, что дело действительно серьёзное. Кто-то мог бы спросить: что плохого в том, чтобы усердно работать? Но она прекрасно знала, насколько серьёзно Эдгар относится к своим обязанностям. Если всё оставить как есть, он лишь продолжит загонять себя и сам никогда не уменьшит нагрузку.
— Это и правда серьёзно... И сегодняшняя ссора тоже из-за этого?
— Да. Там довольно долгая история...
Когда Ариэль вкратце объяснила, как прошло сегодняшнее совещание и что Эдгар сделал после него, Шури понимающе кивнула.
Иными словами, Ариэль злилась не на Эдгара за то, что он слишком много на себя взваливал, а на себя — ей казалось, будто именно она поставила его в такое положение. К тому же занять эту должность просили его они с Юлкеном, а значит, теперь она не могла просто приказать ему всё бросить, что раздражало ещё сильнее.
— Если просто сказать ему словами, он точно не поймёт.
— Кто сказал, что не поймёт?
Даже если Ариэль попросит его сократить нагрузку и беречь себя, сначала он лишь сделает вид, будто стал работать меньше, чтобы успокоить её, а затем вернётся к прежнему образу жизни. Получилось бы, что они ставят телегу впереди лошади, поэтому требовалось более надёжное решение.
— Хм... а как насчёт такого?
— Какого?
— Может, это немного радикально, но молодой господин упрямый не меньше вас... Думаю, ничего мягче просто не сработает.
— Говори. А делать или нет, я уже решу сама.
Ариэль ухватилась за совет Шури как утопающий за соломинку. В конце концов, её случайные замечания и раньше не раз оказывались полезными.
— Ну, понимаете...
Пока Шури шёпотом излагала небольшой план — не сказать чтобы гениальный, просто первое, что пришло ей в голову, — глаза Ариэль постепенно расширялись.
Метод казался довольно неплохим. Как и сказала Шури, без чего-то настолько решительного Эдгар вряд ли изменит своё мнение.
— Хорошо. Начну прямо сейчас.
После этих слов в красных глазах Ариэль появился опасный блеск — план она приняла. Её щёки будто слегка порозовели, когда она кивнула, но, вероятно, всему виной был яркий солнечный свет, льющийся из окна.