«В оригинале этого события никогда не происходило».
Причина была очевидна — не имелось никакой нужды утруждать себя личной проверкой. Все и так прекрасно знали, что великий герцог мертв.
Иными словами, это стало прямым последствием того, что я расправился с наемным убийцей.
Вот только я не ожидал, что последствия настигнут нас так быстро.
— По крайней мере, похоже, убийцу подослал кто-то не из побочных ветвей семьи Винтертайн.
— Почему вы так думаете, великая герцогиня?
— Те, кто из страха перед монстрами даже на свадьбу не явился, не стали бы проверять всё по два раза.
В ее словах имелся смысл.
Начнем с того, что побочные ветви были куда больше заинтересованы в захвате Амелии, нежели в ее убийстве.
— …Хм.
«Может, просто выставить их вон?»
Нет, это невыполнимо — если только не явится настоящий великий герцог и лично не прикажет им убираться.
Иначе нам просто нечем обосновать такое решение.
Каким бы дальним ни было родство, они всё равно остаются Винтертайнами.
— Поверить не могу… При его жизни они и пальцем не пошевелили, чтобы помочь, а теперь явились сюда с таким бесстыдством, что это даже поражает.
Враждебность Амелии не скрывалась. Учитывая ее сдержанный нрав, для нее это звучало как отборная брань.
— Что же нам делать, великая герцогиня?..
— Лучше всего наглухо запереть двери и передать, что великий герцог еще не настолько оправился от ран, чтобы принимать гостей, так что им стоит убраться.
— Прояви мы такую жесткость, они, скорее всего, с криками: «Как вы смеете прогонять нас, не дав взглянуть на главу рода?!» — просто выбьют двери. Если настоящий великий герцог окажется внутри, их максимум отругают за дерзость. А если его там нет — они сорвали джекпот.
— …… Звучит как преувеличение, но я не могу сказать, что вы неправы.
И ведь это не было преувеличением.
Стоило этим ублюдкам из боковых ветвей узнать о гибели великого герцога, как они начали ездить на Север как к себе домой, превратив жизнь Амелии в ад.
Разумеется, за исключением сезона монстров.
— Эм-м……
— Да?
После долгого колебания Амелия ухватилась за край моего воротника.
Ее губы приоткрылись, словно она хотела что-то сказать, но она лишь снова и снова вздыхала, заставляя меня сгорать от нетерпения.
«Да что с ней?»
— Говорите открыто. Я же уже сказал: я не обижусь, даже если вы отдадите мне приказ.
— Нет! Я просто… мне неловко даже от самой этой мысли……
— …? Да что же это такое?
— Ну… Я подумала: а не мог бы ты, Дамиан, встать за дверью и заговорить голосом великого герцога, притворившись им?
Ого.
А вот это поистине гениальная мысль.
Его лицо и так было настолько похоже на мое, что люди нас уже путали. Если я просто немного понижу голос, то смогу одурачить их…
— Так не пойдет, — в разговор вмешался главный дворецкий. — Мой господин — Страж Севера. Даже будь он без сознания и неспособен ответить, скрывать свое лицо, позволяя другим почуять неладное — это привело бы к куда более серьезным проблемам!..
В этом тоже имелся смысл.
Короче говоря: выглядело бы это недостойно.
Но тогда, в таком случае…
— Что, если я просто открыто притворюсь великим герцогом?
— Ч-что?!
— Что-о-о?!
Мне эта идея казалась вполне разумной, но они оба побледнели и бросились отговаривать меня.
— Ни в коем случае! Выдавать себя за аристократа — тягчайшее преступление!
— Разве подражать его голосу — не то же самое?
— Это совершенно другое!
— По-моему, разница невелика…
— Вы должны стоять во главе, молодой господин! — главный дворецкий вцепился в меня, и его руки заметно дрожали. — Этот старик ошибся! Ваша безопасность превыше всего — какое значение имеет какое-то лицо по сравнению с этим…
— Д-да, верно! Было бы куда лучше просто честно сказать, что великий герцог пал в бою!
Было ли это преувеличением или же трезвым советом людей, знавших законы дворянского общества?
Проведя прошлую жизнь с петлей на шее, я искренне не мог до конца понять их опасений.
Как бы то ни было, их забота тронула меня.
Однако семья Винтертайн уже стояла на краю пропасти.
— Вы двое, кажется, не понимаете. Семье Винтертайн в любом случае конец.
— К-какие безрассудные слова!..
— Если бы это было не так, разве посмел бы кто-то занести клинок над великой герцогиней Севера? Мы уже превратились в добычу. Действуя нерешительно, мы лишь дадим им лазейку.
Амелия метнула в меня острый взгляд, но, не найдя возражений, лишь раздосадованно прикусила губу.
Что ж.
Решено.
— То же касается и вас, главный дворецкий. Если поползут слухи, что великий герцог погиб в бою, думаете, Винтертайн останется Винтертайном? Неужели Винтертайн, который вы защищали все это время, был местом, где не имеет значения, кто восседает на троне?
— Э-это……
По правде говоря, ни у Амелии, ни у меня не было опыта управления Севером — мы оба были зелеными новичками.
Но подобные вещи следовало пробивать на чистой дерзости.
Глядя, как оба мучаются сомнениями, не в силах принять решение, я усмехнулся и нанес сокрушительный удар:
— Мы поступаем правильно.
Прошли обещанные два дня.
Я едва не сломал себе голову, заучивая имена всех родственников из побочных ветвей Винтертайнов в рекордно короткий срок.
Чтобы соответствовать легенде об «идущем на поправку после ранений великом герцоге Севера», я плотно обмотал бинтами лицо и грудь.
Я спросил у главного дворецкого, не требуется ли мне дополнительная маскировка, на что тот ответил:
— Они не ступали на земли Севера больше десяти лет. Даже если им что-то и покажется странным, они не посмеют вымолвить ни слова.
В итоге я просто придал себе максимальное сходство с привычным обликом великого герцога: зачесал волосы назад и облачился в мундир, который тот обычно носил в поместье.
Взглянув затем в зеркало, я увидал вполне представительного воина.
Полагаю, всё дело действительно в подаче.
— Я… всё еще не до конца понимаю. Неужели простолюдины всегда ведут себя настолько безрассудно? Настоящее чудо, что вы до сих пор живы.
— Благодарю за заботу, великая герцогиня.
— Это не забота!..
Вопреки всем своим протестам, Амелия усерднее всех помогала мне готовиться.
Итак, чему она успела меня научить?
Экспресс-курсу аристократической речи.
Искусству оскорблять людей с утонченным изяществом.
Умению выдавливать из себя улыбку, даже когда ситуация вовсе к этому не располагает.
И тому подобным вещам.
Был ли это действительно фэнтезийный мир или же я каким-то образом очутился при дворе Киото?
— Аристократическое общество утомляет во многих отношениях.
— Называйте это вежливостью, пожалуйста. И вы больше не можете обращаться ко мне официально.
— Прошу прощения?
— Раз уж вы собираетесь притворяться великим герцогом, делайте это как следует. Или вы планировали официально обращаться к жене, которая младше вас на двадцать четыре года?
…А ведь верно подмечено.
Я согласился притвориться великим герцогом лишь ради того, чтобы вытащить нас из текущего кризиса, однако это означало, что окружающие станут воспринимать нас с Амелией как мужа и жену.
До меня внезапно дошло, насколько безумную затею я воплощал в жизнь.
Конечно, мир любовного фэнтези и без того напоминал дикие джунгли, но мать и сын, играющие в мужа и жену, ощущались выходом на совершенно новый уровень порочности.
Что ж, отступать поздно.
— …Это решение оказалось куда более серьезным, чем я ожидал.
— Да. Сегодня ночью я намерена лежать в постели и орошать слезами подушку, оплакивая худшее унижение в моей жизни… Великий герцог.
— Великий герцог… тогда как мне называть вас? Жена?
— Ве-ли-ка-я гер-цо-ги-ня. Правила приличия существуют даже в обращениях. И не думайте называть меня столь непочтительно!..
Отрезав это, Амелия развернулась и ушла первой, бросив, что ее ждут дела.
К этому моменту главный дворецкий, вероятно, уже встречал гостей.
Я раздумывал, не стоит ли нам выйти к ним вместе, но, так как я превосходил статусом всех присутствующих, необходимости в этом не было.
Скрипнула дверь.
Когда я вышел, в коридоре меня ждала старшая горничная, Аманда.
Даже слуг поместья держали в полном неведении относительно кончины великого герцога; все это время именно она делала вид, будто выхаживает его, дабы скрыть правду.
А значит, ей тоже пришлось стать соучастницей этого обмана.
Тихо подойдя к Аманде, я прошептал:
— Сегодня я рассчитываю на тебя.
— Не беспокойтесь, молодой господин. Я сказала горничным, что вы ненадолго отлучились навестить друга. А тем, кто посмышленее, дала выходной.
— …Спасибо.
Очевидно, слухи распространили как надо, поскольку каждая горничная, встречавшаяся в коридоре, кланялась так, словно перед ней и впрямь был великий герцог.
— Приветствуем вас, Ваша Светлость.
— Приветствуем вас, Зимнее солнце.
— П-приветствуем вас, великий герцог!..
Чтобы отыграть роль молчаливого великого герцога Севера, я лишь по разу встретился взглядом с каждой из них и молча пошел дальше.
В конце коридора, скрестив руки на груди, стояла ушедшая вперед Амелия.
Когда я подошел и спросил, в чем дело, она молча указала пальцем вниз.
Там обливающийся холодным потом главный дворецкий сцепился с каким-то сухопарым мужчиной.
За его спиной стояла небольшая кучка людей, смахивавших на родственников из побочных ветвей Винтертайнов.
— Ну, это……
— Неужели состояние великого герцога действительно настолько плачевно?! Настолько, что он не может даже показаться родне, проделавшей весь этот путь в эту бесплодную глушь?! Как смеет обычный слуга преграждать мне дорогу?!
— Все совсем не так. Если бы вы просто подождали еще немного…
— Какое еще «подождали»?! Значит, слухи не врали?! Где вы спрятали труп великого герцога?! Я приехал сегодня, чтобы лично во всем убедиться!
— Ха.
Амелия испустила столь раздраженный вздох, что тот граничил с искренним изумлением.
— До этого момента я жалела о нашей затее. Но, выслушав этот бред, начинаю думать, что мы поступили правильно. Даже если это будет стоить мне головы, я заставлю этих людей заткнуться.
— Не нужно так злиться, великая герцогиня. Великий герцог стоит прямо здесь, в полном здравии.
— …… Что ж, тогда пошли.
Я последовал за ней вниз по лестнице, видя, как напряжены ее плечи.
Цокот ее каблуков заставил всех присутствующих обернуться.
Мужчина, только что отчитывавший главного дворецкого, едва взглянув на мое лицо, буквально разинул рот.
— Гх… нет, ч-что?..
— Прошу прощения за задержку, сэр Кейл.
Кейл занимал довольно низкое положение даже среди побочных ветвей семьи Винтертайн.
Потому-то его, должно быть, и отправили в качестве барана, чтобы возглавить этот напор.
— До меня дошли слухи, что вы вели весьма любопытную беседу. Не желаете поделиться и со мной?
— Э-это… н-нет. Я… я просто услышал, что великий герцог тяжело болен. Исключительно из… из беспокойства……
— Хм.
В глубине души мне безумно хотелось впечатать его физиономию в пол и спросить, похож ли я на труп.
Жизнь дворянина действительно утомляла.
Пока я молча буравил взглядом Кейла, вперед выступил мужчина, до этого наблюдавший за происходящим из глубины холла.
Он был единственным присутствующим здесь мужчиной старше самого великого герцога.
— Кейл безумно за вас переживал. Полагаю, именно поэтому он допустил столь поспешную оплошность. Пожалуйста, простите его.
— …… Давно не виделись, дядя.
— И то верно. Прошло двенадцать лет, не так ли? А ты, я смотрю, ни капли не изменился.
Этот так называемый дядя без колебаний схватил мою руку и пожал ее.
Похоже, сходство и впрямь было поразительным.
Кроме него, никто больше, казалось, ни на секунду не усомнился в моей личности.
Впрочем, несколько человек за спиной о чем-то тревожно перешептывались.
Должно быть, недоумевали, почему человек, которого они считали мертвым, внезапно оказался живым.
— Оказывается, получать ранения не так уж и плохо. Люди, которых я раньше едва мог зазвать в гости, теперь сами примчались навестить меня.
— Кхм… ну, здешние зимние ветры и впрямь суровы. Как именно твое лицо оказалось в таком состоянии?
— Это случилось, пока я не щадя сил трудился над тем, чтобы зимний ветер не проник дальше на юг. Надеюсь, вы все там, на юге, не замерзли?
Согласно экспресс-курсу Амелии, это переводилось примерно так: «Пока я тут надрывался ради вас, ублюдки, вам там хорошо жилось?»
Судя по наступившей тишине, они прекрасно всё поняли.
Разумеется, проделав столь долгий путь на Север, они не собирались тут же поджать хвосты и убраться восвояси.
Как раз в этот момент одна из стоявших позади женщин вмешалась в разговор:
— Хо-хо… Какое облегчение видеть вас в добром здравии, Ваша Светлость. Почему бы нам не перестать стоять в дверях и не пройти в залу, чтобы продолжить беседу?
— …… Что ж, хорошо.
До этого момента все шло примерно так, как и планировалось.
Я бросил быстрый взгляд на Амелию; та чуть заметно кивнула и сделала шаг вперед.
— Ваша Светлость, я приглашу дам с собой. Главный дворецкий?
— Да, госпожа!..
— Остальные — за мной. Дядя, вы тоже.
Если бы мы с Амелией держались слишком близко, в нашей легенде неизбежно появились бы трещины.
Поэтому, чтобы не вызывать подозрений, мы решили разделиться и принять гостей по отдельности.
За себя я особо не переживал, ведь мог опираться на знание сюжетного оригинала, но вот Амелия — совсем другое дело.
«…Надеюсь, она не пострадает из-за всего этого».
Почему-то происходящее казалось не заботой о мачехе, а скорее воспитанием младшей сестры.
Разумеется, вопрос, который в итоге задали Амелии, оказался далеко не безобидным.
— Итак, как прошла ваша первая брачная ночь с великим герцогом?
— Пф-ф!..