Кроссианский календарь, 1-й год, 17 мая.
С сегодняшнего дня я стала принцессой Княжества.
Брат весело рассмеялся, назвав это подарком на мой день рождения.
Но почему же мне так неспокойно на душе?
Пожалуй, это вполне естественно, ведь Империя неизбежно придет за нами.
Даже когда я поделилась своими тревогами, брат лишь велел не сомневаться в нем, без умолку расписывая радужные перспективы.
Что ж, полагаю, главе государства не пристало выглядеть встревоженным и дерганым.
Я запру эти чувства глубоко внутри, доверив их лишь страницам этого дневника.
Кроссианский календарь, 1-й год, 29 августа.
Говорят, сегодня произошло еще одно сражение с Империей.
К счастью, до нас долетели вести о победе.
Брат устроил банкет, желая чествовать вернувшихся воинов.
Но я видела лица этих солдат.
В их глазах не читалось торжество победителей.
То были взгляды людей, до предела измученных ужасами войны.
...Это ведь просто мое воображение, верно?
Больше всего на свете я надеюсь, что ошибаюсь.
— Ваше Высочество, сюда, пожалуйста!
— Д-да...
Подол платья запутался в ногах, заставив меня споткнуться.
Мэри крепко схватила меня за руку, не дав упасть.
— Б-брат? Где Его Высочество?
— Его Высочество... удерживает западную стену. Пожалуйста, Ваше Высочество, бегите через тайный ход!..
Оглянувшись, я увидела, как пламя от упавшего подсвечника стремительно расползается по коридору, пожирая занавески и жадно сжигая драпировки.
Мои туфли давно пришли в негодность, утопая в грязи и превратившись в сущие лохмотья.
За стенами вздымался пожар, окрашивая ночное небо в багровые тона.
— Еще немного. Как только мы пройдем тайный ход, там будут конюшни!..
Мэри мертвой хваткой вцепилась в мою руку, продолжая бежать без остановки.
Каждый раз, когда из конца коридора доносился лязг доспехов, она заталкивала меня в нишу, и мы замирали, затаив дыхание.
В этот момент все и произошло.
Резкий свист прорезал воздух позади нас.
— А-ах!..
— Мэри!
Ее тело, все еще сжимавшее мою ладонь, резко дернулось.
Оперенная стрела вонзилась ей прямо в спину.
— Мэри!.. Мэри, держись, не уходи!
— Ваше Высочество... не останавливайтесь. Пожалуйста, быстрее!..
Даже когда из ее губ хлынула кровь, Мэри упрямо толкала меня вперед.
Но в следующее мгновение из-за угла в конце коридора показались плащи имперских солдат.
Собрав последние силы, Мэри сорвала верхнюю юбку, прикрывавшую ее колени.
— Набросьте это на себя... спрячьтесь среди трупов... умоляю!..
Произнеся это, она со стрелой в спине бросилась навстречу наступающим имперским солдатам.
Она сделала это, чтобы отвлечь их внимание хотя бы на миг.
Ее хрупкое тело рухнуло на холодный пол, и я услышала глухой стук грубых сапог, безжалостно топчущих ее при беге.
Зажав рот рукой, я сжалась в комок среди мертвых тел, в точности выполнив ее наказ.
В воздухе стоял удушливый запах крови, но я не смела выдать себя ни единым вздохом.
Я чувствовала, как тепло руки Мэри, все еще оставшееся на моей ладони, медленно угасает.
Мое Княжество — подаренное мне сокровище — рушилось в ту самую ночь.
Кроссианский календарь, 3-й год, 22 января.
Честно говоря, я даже не уверена, верна ли эта дата.
Во время бегства бывали дни, когда я не спала сутками, а затем погружалась в настолько глубокий сон, что совершенно теряла счет времени.
Единственная причина, по которой я догадываюсь о наступлении зимы, — морозный воздух, от которого мои пальцы опухли и покраснели.
Вместо изящных туфелек, которыми я когда-то так дорожила, теперь на мне красуются поношенные кожаные сапоги, снятые с ног мертвого солдата.
Кончики пальцев совсем онемели, но, по крайней мере, эта обувь куда лучше подходит для того, чтобы месить грязь.
Почему я все еще жива?
Столько жизней было принесено в жертву лишь ради защиты принцессы, чей титул превратился в пустой звук.
Ненависть к себе заставляет желать смерти, но я продолжаю терпеть, бережно храня в памяти лицо каждого из них.
Имперская засада оказалась пугающе безупречной.
Лошади, чьи копыта увязли в грязи, не могли увернуться от стрел, и та, на которой ехала я, рухнула с истошным ржанием.
Я полетела прямо на землю, успев подумать: «Вот и подошла к концу моя короткая жизнь».
Но... почему я все еще жива?
В голове немилосердно пульсировало, однако мертвой я себя не чувствовала.
Я приоткрыла глаза, пытаясь оценить обстановку...
— Очнулась?
— Ах!..
Передо мной сидел мужчина грозного вида.
Черные волосы, синие глаза.
Его телосложение было настолько массивным, что одно лишь его присутствие вселяло страх и давило тяжелой аурой.
А на его груди красовалась эмблема имперской армии.
Я невольно отпрянула, повинуясь инстинкту.
— К-кто... кто вы такой?..
— Не бойся. Я не настолько глуп, чтобы убивать принцессу Княжества. К тому же, я и сам отбился от своего отряда.
Тон мужчины на первый взгляд казался вполне дружелюбным, но от этого становилось лишь страшнее.
Он словно даже не допускал мысли, что я могу попытаться причинить ему вред.
Впрочем, на откровенную ложь это тоже не походило.
Место, где мы находились, было вовсе не военным лагерем, а ветхой лесной хижиной.
— Похоже, ваши ребята частенько проворачивали этот трюк, раз так хорошо наловчились. Ты застала меня врасплох.
Он держался на удивление непринужденно.
Словно потакал детской шалости.
Думаю, именно это и привело меня в ярость.
Особенно если учесть, что я только что без раздумий бросилась на человека, способного снести мне голову одним движением руки.
— Для вас... война — это игра?
— Что ты имеешь в виду?
— Мы делаем все возможное, просто чтобы выжить каждый божий день, а вы относитесь к этому как к какой-то игрушке!
— Хм... похоже, принцесса кое в чем заблуждается.
Мужчина не разозлился.
Вместо этого он заговорил спокойным, размеренным тоном.
— Думаешь, Империя творит все это из-за безумной жажды крови? Каждый ее шаг политически просчитан.
— Что?..
— Если бы имперская армия действительно намеревалась уничтожить Княжество, это не заняло бы и месяца. Сейчас они просто устраивают показательную порку. Так сказать, приручают вас, чтобы вы вели себя смирно.
— Зачем... зачем им делать нечто подобное...
— Разве это не очевидно? Гораздо дешевле подрезать крылья и оставить в живых, чем уничтожать подчистую.
Я не нашлась, что ответить.
Ведь я только что осознала, что наша отчаянная борьба не на жизнь, а на смерть была не более чем бесполезным трепыханием перед лицом могущественной Империи.
— И дело не только в Княжестве Кроссиан. Вокруг имперских границ полно мелких государств. Для них это тоже служит предупреждением. Бросьте нам вызов — и с вами случится то же самое.
— Хватит. Я все поняла, поэтому, пожалуйста, просто замолчите...
Мне безумно хотелось рухнуть прямо здесь и разрыдаться.
Мэри, сэр Освин, сэр Бардан...
Подумать только, столько людей лишились жизней ради чего-то настолько бессмысленного.
Однако следующие слова мужчины оказались довольно неожиданными.
— Конечно... это лишь воля тех, кто сидит наверху. Для таких солдат, как я, которые на самом деле ползают в грязи войны, все выглядит совершенно иначе, — произнес он, самокритично усмехнувшись. — Отвратительная мысль. Относиться к людям не как к людям, а как к расходному материалу... Какую бы выгоду это ни принесло в будущем, павшие от моего меча уже не восстанут и не вернутся домой.
— И вот к чему я клоню. У меня есть к тебе предложение, принцесса.
Мужчина протянул мне руку.
То, что сорвалось с его губ в следующий миг, было настолько абсурдным, что я лишилась дара речи.
— Почему бы нам не бросить все и не сбежать?
— Что?!
— По правде говоря, целью сегодняшнего налета было взять тебя в заложники. Использовать как оружие для давления на Виндета Кроссиана.
— Это... это...
— Но мне это опротивело. Я сыт по горло тем, что меня используют как пешку в чужой игре.
Он говорил с поразительной непринужденностью.
Возможно, это проистекало из уверенности в собственных силах.
Должно быть, он твердо знал, что без него все развалится, — только в таком случае подобное отношение имело хоть какой-то смысл.
— Значит ли это... что вы намерены совершить измену?
— Кто знает. Я просто хочу отстраниться от всего этого и понаблюдать со стороны. И мне бы хотелось, чтобы твой брат поскорее прекратил твои поиски, как только узнает о твоем исчезновении.
Выбора у меня особо не оставалось.
Если мое исчезновение могло принести хоть малейшее облегчение этому безнадежному фронту, то пусть так и будет.
Я считала, что пожертвовать собой — это прямой долг члена королевской семьи.
— Это не требование. Всего лишь моя прихоть. Если ты этого не хочешь, я благополучно верну тебя в объятия Княжества...
— Н-нет. Все в порядке. Я сделаю так, как вы говорите.
— ...Ты уверена?
— Да. В конце концов, мое присутствие лишь подвергает опасности еще больше людей.
— Хех. И то верно.
Разумеется, я не верила каждому слову этого человека, которого встретила только сегодня.
Все это могло оказаться частью какого-то заговора, и он мог предать меня в любой удобный момент, потащив прямиком на плаху Империи.
Поэтому я твердо решила не терять бдительности.
— Раз уж судьба свела нас вместе, не мешало бы представиться.
— ...Виола Кроссиан.
— Болдрик Винтертайн.
В то время я и представить себе не могла, насколько безрассудным окажется этот выбор.
И... какие чувства я начну испытывать к человеку, который, как мне казалось, просто дезертировал с войны из-за отвращения к ней.