Берег Altoris

Первое утро в море началось с того, что Хару проснулся не там, где уснул. Не на другой койке. Не на

полу. Просто его тело за ночь медленно сползло к стене вместе с матрасом, а плащ, который он сложил

под голову, оказался между кроватью и деревянной обшивкой. Корабль качнуло. Хару открыл глаза.

Потолок двигался. Не сильно. Но достаточно, чтобы первые несколько секунд он молча пытался понять,

почему комната решила наклониться. Сверху послышался голос Чисаки:

— Проснулся?

— Нет.

— Тогда спи дальше.

— Не могу. Мир качается.

— Это корабль.

— Я знаю.

Аканэ уже сидела на соседней койке и затягивала ремни на сапогах.

— По твоему лицу не видно.

Хару приподнялся. Сразу пожалел. Желудок неприятно напомнил, что вчерашний ужин ещё не до

конца согласился с новым способом передвижения.

— Я в порядке.

Аканэ посмотрела внимательнее.

— Ты бледный.

— Здесь плохой свет.

Чисаки свесилась с верхней койки. Волосы упали вниз.

— У тебя даже губы бледнее.

— Почему вы обе с утра изучаете моё лицо?

— Потому что оно выглядит подозрительно, — сказала Аканэ.

Хару попытался встать. Корабль снова качнуло. Он ухватился за край койки. Чисаки подняла бровь.

— Очень уверенно.

— Пол скользкий.

— Он сухой.

— Тогда наклонный.

Аканэ закончила с сапогом. Встала. Подошла. Положила ладонь ему на лоб.

— Температуры нет.

— Я говорил, что в порядке.

— Ты ещё ничего не доказал.

Хару посмотрел на неё.

— Ты специально пользуешься тем, что я сейчас не могу нормально спорить.

— Да.

Чисаки спустилась. Оказалась рядом с другой стороны.

— Может, дать ему воды?

— Немного.

— Я сам могу.

Обе посмотрели на него. Хару выдохнул.

— Дайте воды.

***

На палубе было лучше. Не хорошо. Но лучше. Свежий ветер помогал. Горизонт оставался

неподвижным, если смотреть только на него и не замечать, как под ногами постоянно живёт собственная

отдельная жизнь. Хару стоял у борта. Одной рукой держался за перила. Второй — за ремень Блэйда.

Новое крепление работало даже здесь. Меч не сдвигался при каждом наклоне корпуса. Не тянул одно

плечо. Не бил по спине. Хару заметил это ещё вечером, но только сейчас понял, насколько сильно старая

система мешала бы на корабле.

> — Вы выглядите неважно, господин.

*Спасибо.*

> — Это наблюдение.

*Очень полезное.*

> — Могу предложить не смотреть вниз.

Хару посмотрел на воду. Сразу отвернулся.

*Поздно.*

Аканэ стояла рядом. Держала кружку с тёплым настоем.

— Пей.

— Я уже пил.

— Ещё.

— Ты превратилась в лекаря?

— Нет. Лекарь был бы вежливее.

Чисаки подошла с другой стороны. У неё в руках был кусок хлеба.

— И поешь.

— Не хочу.

— Нужно.

Хару посмотрел на хлеб.

— Он выглядит опасно.

Чисаки улыбнулась.

— Это обычный хлеб.

— На суше — возможно.

Аканэ протянула кружку ближе.

— Сначала настой.

Он сделал глоток. Горький. Очень.

— Что там?

— Трава от укачивания.

— Почему она на вкус как наказание?

— Чтобы ты запомнил эффект.

Чисаки отломила маленький кусок хлеба.

— После настоя.

Хару взял. Пожевал. Желудок не возмутился.

— Нормально?

— Пока.

Чисаки осталась рядом. Не начала гладить по голове. Не превращала заботу в представление. Просто

держалась на расстоянии одного шага, готовая подхватить, если корабль качнёт сильнее. Аканэ делала то

же самое. Обе понимали, что Хару не понравится, если его начнут опекать как больного. Но и оставить

одного не собирались.

— Вы можете заняться чем-нибудь ещё, — сказал он.

Аканэ посмотрела на море.

— Мы и занимаемся.

— Чем?

— Ждём, когда ты перестанешь быть зелёным.

— Я не зелёный.

Чисаки прищурилась.

— Уже почти нет.

— Предатели.

***

К полудню стало легче. Хару смог пройти по палубе без постоянного поиска ближайшей опоры. Даже

спустился в каюту за картой и вернулся самостоятельно. Это достижение он собирался оставить без

комментариев. Не получилось. Аканэ заметила.

— Уже ходишь ровно.

— Я всегда ходил ровно.

— Утром ты трижды столкнулся со стеной.

— Стена двигалась.

Чисаки развернула карту на небольшом столике у борта.

— Она действительно двигалась вместе с кораблём.

Хару посмотрел на неё с благодарностью.

— Вот.

— Но только вместе со всем остальным.

Аканэ усмехнулась. Хару сел. Карта была закреплена четырьмя деревянными зажимами. Даже так

один край всё время пытался подняться на ветру. На ней отчётливо виднелся третий материк. Королевство

Алторис. Вытянутая земля. Столица ближе к центру. Norveil на севере. Tion-Cross на западном побережье.

Lamina-Cross на юго-востоке. И дорога, уходящая от деревни вглубь материка. Чисаки провела пальцем

по линии маршрута.

— От Lamina-Cross до столицы дорога прямая.

— Но мы не идём в столицу сразу, — сказал Хару.

— Сначала третий данж.

Аканэ указала на ответвление.

— По описанию местной гильдии, контрольный лагерь находится в стороне от основной дороги. До

него два дня от деревни, если не задерживаться.

Хару посмотрел внимательнее.

— Здесь лес.

— Большая часть Алториса покрыта лесами, — сказала Чисаки. — На карте это видно.

— Значит, после открытых дорог Глирта нас ждут деревья.

— И высоты, — добавила Аканэ. — Север и внутренние районы выше побережья.

Хару наклонился над картой. Дорога от Lamina-Cross сначала шла западнее, затем разделялась. Одна

ветвь тянулась к столице. Другая уходила в сторону лесных холмов.

— Данж находится не у самой деревни.

— Конечно, — сказала Аканэ. — Иначе там давно стояла бы ещё одна улица с лавками.

— Люди умеют превращать опасность в торговлю.

Чисаки посмотрела на него.

— Ты говоришь это так, будто сам не купил бы еду у входа.

— Купил бы.

— Вот поэтому.

***

Второй день прошёл спокойнее. Хару окончательно привык к качке. Не настолько, чтобы захотеть

жить на корабле. Но достаточно, чтобы перестать подозревать каждую доску в личной вражде. Он

помогал переносить часть лёгких грузов. Не потому что его просили. Потому что устал сидеть. Один из

матросов показал, как правильно закреплять длинное оружие при сильном ветре. Хару внимательно

слушал. После первого объяснения повторил сам. Проверил узел. Потянул. Матрос кивнул.

— Нормально.

— Только нормально?

— Хочешь похвалу?

— Желательно.

— Не развязалось.

Хару посмотрел на Блэйда.

*Почему все мастера в этом мире разговаривают одинаково?*

> — Возможно, потому что вы одинаково просите похвалу.

*Я не просил.*

> — Конечно.

Новое крепление позволило не снимать меч полностью. Дополнительный ремень фиксировал ножны к

опоре, но в случае опасности узел можно было освободить одним движением. Хару проверил дважды.

Потом третий раз. Аканэ наблюдала издалека. Когда он закончил, подошла.

— Хорошо держится.

— Я знаю.

— Тогда зачем проверял трижды?

— Потому что мы на корабле.

— Разумно.

Хару посмотрел на неё.

— И всё?

— Что?

— Не скажешь, что я считаю ремни или слишком переживаю?

— Нет.

— Почему?

Аканэ положила ладонь на новое крепление.

— Потому что сейчас ты делаешь правильно.

Ответ прозвучал просто. Без насмешки. Хару улыбнулся.

— Спасибо.

Она задержала руку на его груди чуть дольше, чем требовалось. Потом посмотрела на палубу вокруг.

Людей было достаточно. Матросы. Пассажиры. Торговцы. Никто не обращал на них особого внимания.

Аканэ всё равно подошла ближе. Коротко поцеловала его в щёку.

— Это за правильное решение.

Хару поднял бровь.

— Новая система наград?

— Нет.

Она отступила.

— Не привыкай.

— Уже поздно.

Аканэ отвернулась. Но улыбку скрыть не успела.

***

Чисаки нашла его ближе к вечеру. Хару стоял на корме и смотрел на след корабля. Длинная белая

полоса тянулась по воде. Берега давно не было видно. Только море. Небо. Паруса. Чисаки встала рядом.

Некоторое время молчала. Потом сказала:

— Аканэ тебя сегодня поцеловала.

Хару повернул голову.

— Ты видела?

— Да.

— И?

— Ничего.

— Это опасное «ничего».

Чисаки положила руки на перила.

— Я не собираюсь считать каждый её поцелуй.

— Разумно.

— Но и делать вид, что не заметила, тоже не буду.

Хару посмотрел на неё внимательнее.

— Ревнуешь?

— Немного.

Ответ пришёл без паузы. Она больше не отрицала очевидное.

— Но это не значит, что я обязана сразу повторять то же самое.

— Тоже разумно.

Чисаки улыбнулась.

— Ты звучишь слишком довольным.

— Я просто поддерживаю честность.

— Конечно.

Она придвинулась ближе. Плечом коснулась его руки.

— Сегодня я хочу другое.

— Что?

Чисаки посмотрела вперёд.

— Постой со мной.

Хару ожидал поцелуя. Поддразнивания. Может быть, прямого требования уделить внимание. Вместо

этого она просто взяла его за руку. Переплела пальцы. И продолжила смотреть на море. Хару сжал её ладонь.

— Так?

— Так.

— Очень скромно.

— Не жалуйся.

— Не жалуюсь.

Они стояли долго. Пока солнце не опустилось ниже. Пока вода не стала тёмной. Пока ветер не

заставил Чисаки прижаться ближе, скрываясь за краем его плаща. Он раскрыл его немного шире.

Глубокая синяя подкладка закрыла её плечо.

— Удобный, — сказала она.

— Я говорил, что хороший.

— Ты говорил, что дорогой.

— Это почти одно и то же.

Чисаки тихо засмеялась. Потом положила голову ему на плечо. Никакой борьбы за баланс. Никакого

желания обогнать Аканэ в тот же день. Просто свой момент. И Хару впервые почувствовал, что

равномерность между ними не означает одинаковые действия. Аканэ могла действовать резко. Коротко.

Будто решалась в последний момент и сразу отступала, пока смущение не догнало. Чисаки чаще выбирала

заранее. Не спешила. И оставалась рядом столько, сколько хотела. Они были разными. И именно поэтому

рядом с каждой Хару чувствовал что-то отдельное.

***

Ночью поднялся сильный ветер. Не шторм. Но корабль качало заметнее. Каюта скрипела. Крючки на

стене звенели. Свободная верхняя койка несколько раз ударилась креплением о деревянную раму, пока

Аканэ не поднялась и не закрепила её ремнём. Хару проснулся от очередного наклона. Посмотрел вверх.

Чисаки тоже не спала.— Всё нормально? — спросил он.

— Да.

Корабль качнуло сильнее. Она сразу ухватилась за край койки.

— Почти.

Аканэ вернулась к своей кровати.

— Капитан сказал, ветер спадёт через несколько часов.

— Ты выходила? — спросил Хару.

— До коридора. Там был матрос.

Чисаки посмотрела вниз.

— Я всё равно не усну.

Хару приподнялся.

— Можешь спуститься.

Она посмотрела на Аканэ. Не спрашивая разрешения. Просто проверяя. Аканэ поняла. Вздохнула.

— Внизу безопаснее.

Чисаки спустилась. Села на край койки Хару. Места было мало. Она не легла сразу.

— Я не боюсь моря, — сказала тихо.

— Я ничего не говорил.

— Но слышу, как это звучит.

— Можно не бояться и всё равно не любить, когда комната пытается сбросить тебя с кровати.

Чисаки улыбнулась.

— Логично.

Корабль снова накренился. Она сама легла ближе к стене. Хару подвинулся к краю. Койка была

рассчитана на одного. Двоим тесно. Очень. Чисаки осторожно устроилась рядом. Положила руку ему на грудь.

— Так спокойнее.

— Мне тоже.

Аканэ лежала напротив. Молчала. Хару чувствовал её взгляд даже в полумраке.

— Что? — спросил он.

— Ничего.

— Ты всё ещё не умеешь произносить это убедительно.

Аканэ отвернулась к стене.

— Спите уже.

Чисаки посмотрела на неё. Потом освободила одну руку. Протянула через узкий проход между

койками.

— Аканэ.

— Что?

— Дай руку.

— Зачем?

— Потому что тебя тоже качает.

— Я держусь нормально.

Очередной наклон заставил её ухватиться за край кровати. Чисаки подняла бровь.

— Конечно.

Аканэ несколько секунд сопротивлялась. Потом протянула ладонь. Чисаки взяла. Так и остались. Хару

у стены. Чисаки рядом. Её одна рука на его груди. Вторая — между койками, в ладони Аканэ. Неудобно.

Тесно. Но корабль качало уже не так страшно.

— Если кто-то утром увидит, — сказала Аканэ, — я всё отрицаю.

— Кто увидит? — спросил Хару. — Блэйд?

Меч стоял у стены.

> — Я ничего не вижу, господин.

*Ты сейчас солгал.*

> — Я проявил тактичность.

Чисаки тихо рассмеялась. Аканэ накрыла лицо свободной рукой.

— Даже меч надо мной издевается.

— Не меч, — сказал Хару. — Советник.

— Молчи.

***

На четвёртое утро появился берег. Сначала его заметил один из матросов. Потом несколько

пассажиров собрались у правого борта. Слова быстро прошли по палубе. Алторис. Хару поднялся наверх

одним из первых. На горизонте лежала тёмная полоса. Не облако. Не туман. Земля. Чем ближе подходил

корабль, тем больше появлялось деталей. Высокие леса. Скалистые участки берега. Светлая линия дороги.

И крыши Lamina-Cross. Деревня стояла у естественной бухты. Небольшая. Намного меньше Glyrt.

Меньше Wist. Даже меньше некоторых поселений, через которые Хару проходил раньше. Но причал у неё

был настоящий. Длинный деревянный настил. Несколько складов. Рыбацкие лодки. Два торговых судна

поменьше. За домами начинался густой лес. Дорога уходила от побережья вверх, между деревьями.

Чисаки встала рядом.

— Третий материк.

Хару кивнул.

— Алторис.

Аканэ подошла с другой стороны. Смотрела не только на деревню. На берег. На лес. На дороги. На

возможные выходы. Привычка.

— Не похоже на Глирт, — сказала она.

— Здесь зелени больше, — ответила Чисаки.

— И берег другой.

Хару смотрел на тёмные леса. На карте Алторис казался небольшим. Отсюда — нет. Карта никогда не

показывала высоту деревьев. Расстояние между домами. Запах сырого дерева. Склоны. Туман, который

держался у лесных вершин. Королевство на бумаге превратилось в настоящее место. Блэйд произнёс:

> — Новый материк, господин.

*Вижу.*

> — Вы спокойнее, чем при первом прибытии в этот мир.

Хару задумался. Тогда он оказался один. Без понимания, где находится. Без карты. Без денег. Без

людей рядом. Теперь справа стояла Аканэ. Слева Чисаки. За спиной Блэйд. А впереди была известная

точка. Lamina-Cross. Дорога. Данж.

— Потому что сейчас я знаю, куда иду, — тихо сказал Хару.

Аканэ услышала.

— Что?

— Ничего.

Она посмотрела подозрительно. Чисаки улыбнулась.

— Он опять разговаривал с Блэйдом.

— Я знаю.

— Тогда зачем спросила?

— Хотела услышать вслух.

Хару посмотрел на обеих.

— Я сказал, что сейчас знаю, куда иду.

Аканэ смягчилась.

— Хорошо.

Чисаки сжала его руку.

— И мы тоже.

***

Сход на берег занял почти час. Сначала разгружали часть товара. Потом выпускали пассажиров

небольшими группами. Документы проверяли прямо у причала. Местный служащий внимательно

осмотрел карты. Сначала Аканэ. Потом Чисаки. На её постоянной C-карте задержался дольше. Проверил

две печати. Вернул без вопросов. Карта Хару тоже не вызвала ничего особенного. Обычный D-ранг.

Обычная регистрация. Разрешение на тяжёлое оружие служащего заинтересовало больше. Он посмотрел

на Блэйда. Потом на Хару.

— Всё путешествие носил на спине?

— Почти.

— Плечи не жалко?

— Теперь крепление хорошее.

Служащий проверил печать Роэна. Кивнул.

— В деревне оружие не обнажать без необходимости.

— Понял.

— Контрольная контора для данжей — у северного выхода.

Аканэ спросила:

— Дорога к третьему испытанию открыта?

Служащий посмотрел в журнал.

— Пока да. Последняя группа вышла три дня назад.

— Вернулась?

— Ещё нет.

Хару почувствовал, как разговор сразу стал серьёзнее.

— Сколько обычно занимает прохождение?

— С дорогой — от четырёх до шести дней. Иногда дольше.

— Связь с лагерем есть?

— Посыльные проходят ежедневно, пока погода позволяет.

Он поставил последнюю отметку.

— В конторе получите местную схему маршрута и состояние контрольного лагеря.

Никаких предупреждений. Никаких загадочных намёков. Обычная процедура. Именно это Хару

понравилось.

***

Lamina-Cross оказалась тихой. Не пустой. Просто размеренной. Большинство домов стояло вдоль

одной основной дороги. Дерево и светлый камень. Низкие крыши. Навесы для сушки трав и сетей. У

берега пахло солью и рыбой. Чуть дальше — влажной землёй и хвоей. Люди смотрели на приезжих. Но

без особого удивления. Корабли здесь приходили регулярно. Авантюристы тоже. Чисаки остановилась у

небольшой площади. В центре стоял каменный указатель. Три направления. Причал. Северный тракт.

Дорога к столице. Она сверилась с картой.

— Контрольная контора там.

— Вижу, — сказал Хару.

Аканэ посмотрела на него.

— Не начинай спорить о том, кто первый увидел.

— Я ничего не сказал.

— Но подумал.

— Это уже нарушение личных границ.

Чисаки улыбнулась.

— Ты слишком предсказуем.

Хару поправил ремень Блэйда.

— Новый материк, а отношение ко мне старое.

— Стабильность важна, — сказала Аканэ.

***

Контрольная контора занимала половину длинного дома у северного выхода. Вторая половина

служила складом. Внутри пахло бумагой, маслом и мокрой древесиной. За стойкой сидела женщина

средних лет. Короткие тёмные волосы. Зелёная куртка местной гильдии. Она проверила документы

быстрее портового служащего. Зато маршрут изучила внимательнее.

— Группа из Wist?

— Да, — ответил Хару.

— Третье испытание цепочки?

— Да.

Она разложила местную схему. Не карту всего материка. Только участок от Lamina-Cross до

контрольного лагеря. Основная дорога шла в сторону столицы. Через несколько часов пути от неё

отделялась лесная ветвь. Дальше — два перевала между холмами. Река. Старый каменный мост. И лагерь

перед данжем.

— До развилки идёте по столичному тракту, — сказала женщина. — Там стоит указатель. Не

пропустите: после дождей знак иногда закрывают ветки.

Аканэ наклонилась над схемой.

— Дальше лесная дорога?

— Да. До первого перевала она широкая. После моста уже хуже.

— Ночёвка?

Женщина указала точку.

— Здесь дорожный навес. Не постоялый двор. Крыша, стены с трёх сторон, место для огня.

— Вода?

— Ручей рядом. Кипятить обязательно.

Хару посмотрел на реку.

— Мост цел?

— Вчера был цел.

— Очень обнадёживает.

— Здесь лес. После сильного дождя всё может измениться за ночь.

Чисаки спросила:

— Когда был последний дождь?

— Два дня назад. Небольшой.

— Значит, дорога должна быть проходимой.

— Должна.

Женщина посмотрела на неё.

— Но проверяйте грунт у склонов.

Чисаки кивнула. Аканэ уточнила:

— Что известно о группе, которая вышла три дня назад?

— Четверо. Дошли до лагеря. Вошли в данж вчера утром.

— Значит, ещё внутри.

— Вероятно.

Хару посмотрел на схему входа. Название данжа было указано в документах, но сама женщина не

произнесла его вслух. Он тоже не стал. Пока это была цель на бумаге. Реальным место станет, когда они

увидят его.

— Нам можно выходить сегодня? — спросил он.

Женщина посмотрела в окно. Солнце уже опускалось.

— Можно.

Аканэ сразу сказала:

— Не нужно.

Хару повернулся.

— Я просто спросил.

— И получил ответ.

Чисаки поддержала:

— До развилки мы дойдём. Но к навесу придём уже в темноте.

— Если не задерживаться…

Аканэ посмотрела на него. Хару выдохнул.

— Хорошо. Ночуем здесь. Выходим утром.

Женщина за стойкой поставила отметку.

— Разумно.

Хару посмотрел на Аканэ.

— Даже не начинай.

— Я ничего не сказала.

— Но лицо.

Чисаки тихо засмеялась.

***

Комнату нашли над маленькой харчевней недалеко от площади. Одну. На троих. Две кровати. Одна

широкая. Одна узкая. Хозяин открыл дверь.

— Других нет. Корабль сегодня привёз много людей.

Хару посмотрел на кровати. Потом на Аканэ. Потом на Чисаки. Обе смотрели на комнату. Не на него.

— Берём, — сказала Чисаки.

Аканэ кивнула. Хару поднял бровь.

— Очень быстро решили.

Чисаки вошла первой.

— Мы устали.

Аканэ поставила мешок у стены.

— И завтра рано вставать.

— Я ничего не говорил.

— Поэтому мы ответили заранее.

Хозяин передал ключ.

— Ужин внизу до темноты.

— Спасибо, — сказал Хару.

Когда дверь закрылась, он снова посмотрел на две кровати.

— И как делим?

Чисаки сняла плащ.

— Узкая — тебе.

— Почему?

— Потому что ты лидер.

— Какая связь?

Аканэ положила катану у стены.

— Лидер принимает трудности первым.

— Я чувствую злоупотребление должностью.

Чисаки улыбнулась.

— Мы можем поменяться.

— С кем?

— С одной из нас.

Хару посмотрел на широкую кровать. Потом на обеих.

— Это ловушка.

Аканэ покраснела.

— Ты можешь просто спать один.

— Я и собирался.

— Тогда зачем спрашивал?

— Хотел справедливости.

Чисаки села на широкую кровать.

— Справедливо будет, если ты сегодня не займёшь половину комнаты своим мечом.

Блэйд стоял у стены.

> — Я стараюсь занимать минимально возможное пространство.

*Передай им.*

> — Не считаю необходимым оправдываться.

— Он обиделся? — спросила Чисаки.

— Не обиделся. Считает вас неправыми.

Аканэ посмотрела на меч.

— Пусть принимает человеческую форму после того, как закроем ставни. Тогда сможет сам выбрать

место.

Блэйд произнёс:

> — Госпожа Аканэ предлагает разумное решение.

Хару вздохнул.

— Конечно.

***

После ужина они вернулись в комнату. Ставни закрыли. Дверь заперли. Блэйд принял человеческую

форму. Оглядел две кровати. Потом узкую скамью у стены.— Я размещусь здесь.

Хару посмотрел.

— Ты не поместишься.

— Мне не требуется сон.

— Всё равно неудобно.

— В отличие от вас, я не страдаю от тесноты.

Чисаки сняла карту с пояса. Положила на стол.

— Тогда решено.

Аканэ начала раскладывать вещи на утро. Хару смотрел на широкую кровать.

— Вы действительно будете спать вдвоём?

Чисаки посмотрела на Аканэ.

— Почему нет?

Аканэ слегка напряглась.

— Я могу занять узкую.

Хару сразу сказал:

— Нет.

Обе повернулись. Он понял, что прозвучало слишком быстро.

— В смысле, я уже согласился. Не нужно менять.

Аканэ посмотрела внимательнее.

— Уверен?

— Да.

Чисаки улыбнулась.

— Благородно.

— Не начинай.

— Я ничего.

Хару лёг на узкую кровать. Она оказалась ещё уже, чем выглядела. Плечо почти касалось стены.

Одеяло короткое. Ноги едва помещались. Аканэ и Чисаки устроились на широкой. Сначала каждая на

своём краю. Между ними оставалось достаточно места для ещё одного человека. Хару посмотрел.

— Вы специально оставили пустую середину?

Аканэ сразу натянула одеяло выше.

— Спи.

Чисаки повернулась к нему лицом.

— Может быть, мы ждём, когда лидер попросит о помощи.

— Не дождётесь.

— Упрямый.

— Принципиальный.

Блэйд сидел на скамье.

— Господин, если вы упадёте, я не стану считать это нападением.

Хару посмотрел на него.

— Все сегодня против меня.

— Не все, — сказала Чисаки.

Она протянула руку через небольшой проход. Ладонь не доставала. Хару подвинулся к краю.

Коснулся пальцев.

— Вот.

— Это поддержка?

— Да.

Аканэ посмотрела на их руки. Несколько секунд молчала. Потом тоже протянула ладонь. Не к Хару. К

Чисаки. Коснулась её запястья.

— Хватит дразнить его.

Чисаки повернулась.

— Ты защищаешь?

— Я хочу спать.

— Конечно.

Хару улыбнулся. Аканэ заметила.

— Закрой глаза.

— Уже.

Он лёг ровнее. Пальцы Чисаки всё ещё касались его руки. Аканэ держала её за запястье. Связь

получилась нелепой. Неудобной. Но никто не убирал руки ещё несколько минут. Потом Чисаки первой

отпустила.

— Завтра дорога.

— Знаю, — сказал Хару.

Аканэ закрыла глаза.

— И новый данж.

— Знаю.

Блэйд погасил свечу.

— Тогда отдыхайте.

Комната стала тёмной. За ставнями шумел ветер с моря. Но уже иначе. Не вокруг корабля. Над

землёй. Над третьим материком.

***

Утром они вышли из Lamina-Cross. Солнце только поднялось. Деревня ещё просыпалась. У причала

кричали чайки. Открывались двери складов. На основной дороге появились первые повозки. Хару шёл

впереди. Не потому что Чисаки снова стала слабее. Не потому что Аканэ уступила. Просто сейчас порядок

был таким. Аканэ справа. Чисаки слева. Блэйд за спиной. Новый костюм уже перестал ощущаться чужим.

Тёмно-серая куртка двигалась вместе с телом. Плащ не мешал. Крепление держало меч ровно. У

северного выхода они остановились у указателя. Одна дорога вела к столице Altoris. Другая — к лесной

развилке и контрольному лагерю третьего данжа. Хару сверился со схемой. Потом посмотрел на

настоящий путь. Высокие деревья стояли по обе стороны. За ними дорога постепенно поднималась. Туман

ещё держался между вершинами.

— Здесь всё ощущается ближе, чем на карте, — сказала Чисаки.

— И выше, — добавила Аканэ.

Хару убрал схему.

— До развилки идём по основному тракту. Потом проверяем знак и уходим в лес.

Аканэ кивнула.

— На первом подъёме не спешим.

Чисаки поправила сумку.

— У навеса остановимся до темноты.

Хару посмотрел на них.

— Всё помните.

— Мы слушали, — сказала Аканэ.

— Иногда полезно, — добавила Чисаки.

Хару улыбнулся.

— Тогда идём.

Они покинули деревню. Через несколько минут шум моря остался позади. Дорога вошла под деревья.

Свет стал зеленее. Воздух — прохладнее. Влажная земля пружинила под сапогами. Алторис принимал их

не стенами столицы и не шумом большой гильдии. Лесом. Дорогой. И новым испытанием, которое пока

скрывалось впереди. К полудню они дошли до развилки. Указатель действительно почти закрывали ветви.

Чисаки заметила первой. Раздвинула листья. На старой доске сохранился знак контрольного лагеря. Аканэ

проверила направление по компасу. Хару — по схеме. Всё совпадало. Основная дорога продолжалась к

столице. Лесная уходила северо-западнее, между двумя холмами. Уже через несколько десятков шагов

она становилась уже. Следы повозок исчезали. Оставались только отпечатки сапог и копыт.

— Назад к большой дороге уже не свернём до лагеря, — сказала Аканэ.

— Знаю.

— Просто фиксирую.

Чисаки посмотрела вперёд.

— Тогда это начало.

Хару положил ладонь на рукоять Блэйда. Не обнажая. Просто чувствуя знакомый вес.

— Нет.

Обе посмотрели. Он улыбнулся.

— Начало было на берегу.

Хару сделал шаг на лесную дорогу. Аканэ пошла рядом. Чисаки — с другой стороны. Третий материк

больше не был далёкой землёй на карте. Они уже шли по нему. И где-то впереди, за лесом и двумя

перевалами, их ждал третий данж.