— Бог!
— …Вы кто?
Утро.
Эван проснулся в доме, который построил внутри Мира ожерелья, спасаясь от ночных атак Мироэль, и вышел наружу.
Его тут же встретила ослепительно красивая черноволосая женщина с сияющей улыбкой.
— Что?! Вы… вы меня забыли?!
Прозрачные небесно-голубые глаза мгновенно затянуло слезами.
Эван посмотрел на женщину, которая вот-вот заплачет, и тяжело вздохнул.
— Прости. Шутка, Шарай. Просто я немного в шоке и хотел хотя бы пару секунд отрицать реальность.
Разумеется, он узнал её.
Сколько бы тело ни выросло, детские черты никуда не исчезли.
Тем более ещё вчера Шарай выглядела девочкой лет двенадцати-тринадцати.
Проблема как раз в другом:
почему за одну ночь она внезапно стала взрослой женщиной?
Если бы Эван успел увидеть Элизабет или Эйр, то знал бы, что в этом мире подобные скачки иногда действительно происходят.
Но, к счастью или к несчастью, с младшими он пока так и не встретился.
— Ха-а-ам… Возможно, дело в пере Феникса, которое вы добавили в источник?
Из дома вслед за Эваном вышла сонная Мэйбелл.
Одежда на ней была максимально домашней.
Шарай посмотрела.
И на одно короткое мгновение совершенно отчётливо скрипнула зубами.
— Такой непристойный вид перед богом…!
— Ой, как же приятно, когда дети так мило ревнуют.
— Не наслаждайся.
Мэйбелл уже собиралась специально прижаться ближе, но Эван безжалостно отодвинул её.
Вчера он и так достаточно потакал её капризам.
— Но перо Феникса… Да. Оно символизирует почти бесконечную жизненную силу. Я специально добавил его, чтобы тела девочек не разрушились после скачка больше чем на сотню уровней.
Однако никто не говорил, что ради снижения нагрузки организм просто ускорит собственное взросление и подгонит тело под новый уровень.
В определённом смысле решение логичное.
Просто слишком радикальное.
Хотя ещё более радикально то, что Эван вообще без колебаний бросил в купальню перо Феникса — первый и один из ключевых ингредиентов эликсира.
— Объём маны увеличивается и вместе с физическим ростом. Видите? Даже по сравнению со вчерашним вечером она стала намного сильнее.
— Угу. До самой сильной ведьмы из тех, кого я знаю, всё ещё не дотягивает… но уже близко.
Это действительно невероятно.
Потому что сильнейшая ведьма в памяти Эвана — Белуа, представительница божественной расы, которую он сам годами выращивал.
У неё почти не рос уровень сущности.
Зато прибавки характеристик от уровней подземелья были вдвое выше обычных.
И Шарай уже приблизилась к её запасу маны.
— Бафф прародительницы ведьм?
— Или бафф пера Феникса. Условия для роста вы создали почти идеальные. Плюс вы сами всё контролировали.
Они целый день охотились на драконов — существ, которых называли родоначальниками магии.
Потом всю ночь лежали в источнике, специально усиливающем результат развития.
Даже Белуа, которую Эван с детства вёл по королевской дороге ускоренного роста, никогда не получала настолько идеального набора условий.
Можно считать, что из одного и того же скачка уровня Шарай выжала почти максимально возможный результат.
— Без шуток. В бою с Богом Демонов она и правда сможет помочь…
— Я обязательно помогу!
Шарай не поняла половину слов.
Но прекрасно поняла главное:
Эван поражён её ростом.
Она с воодушевлением кивнула, готовая исполнить любую волю своего бога.
— Бог! Я тоже выросла! Смотрите!
— …Господин Зеро.
Из-за спины Шарай появились Арпа и Наз.
Обе тоже полностью выросли.
И теперь сходство с Лединой и Белуа стало настолько поразительным, что Эван уже боялся разговаривать с ними слишком фамильярно.
— …С тобой всё-таки проще всего.
— О-ой.
Шарай почему-то восприняла это совсем не так.
Мгновенно покраснела.
— Я всегда готова отдать тело богу! Только не трогайте младших сестёр и, пожалуйста, довольствуйтесь одной мной…!
— Я же сказал, не нужно.
— А! Значит, мне нужно ещё немного дорасти?!
— Хватит пытаться сделать из меня злого бога!
Эван содрогнулся и отодвинул её.
И тут Арпа внезапно вмешалась.
— Бог, вчера мы весь день наблюдали драконью магию, а ночью в источнике всё повторяли и обсуждали. Кажется, теперь кое-что получится.
— Что именно?
— Жертвенная магия.
Слово ничего ему не сказало.
Но Арпа подняла ладонь и создала маленький магический круг.
И Эван мгновенно понял.
— А-а. Проклятие Беато, о котором я рассказывал.
— Да. Оно было довольно грубым. Если разделить роли между двумя заклинателями и расширить понятие цели ограничения, можно получить намного больший эффект.
— Угу. Я не понял ни слова.
— Странно. Бог сам использует магию, которая выворачивает все привычные понятия, и при этом не понимает такую простую вещь.
— Логика бога находится слишком высоко для нас. Разве смертные способны полностью понять его волю?
Вот оно.
Шарай совершенно точно уже начала ходить на человеческие религиозные собрания!
— Тогда объясню проще.
Арпа улыбнулась так, что на мгновение стала почти копией Ледины.
— Если установить условие: «только в конкретном месте» и «только во время боя с Богом Демонов», то взамен мы сможем временно получить больше чем удвоенную силу.
— Вот теперь понятно.
В прошлой жизни Эван читал очень популярную мангу, которая выходила с отвратительно длинными перерывами.
Там хватало способностей, работавших примерно по этому принципу.
Он сразу кивнул.
Арпа удовлетворённо продолжила:
— Но одного удвоения недостаточно, чтобы нанести Богу Демонов настоящий урон. Значит, понадобятся дополнительные условия и ограничения. Мы с Шарай будем исследовать их дальше.
После чего указала пальцем прямо на Эвана.
Шарай тут же схватила её руку и вывернула палец вниз.
— Как ты смеешь тыкать пальцем в бога!
— Ай-ай-ай… В общем, бог, вы должны создать для нас условия, в которых ограничение сработает на максимум. Тогда мы точно отплатим за всё.
— Это не проблема.
Эван легко согласился.
Заранее подготовить поле боя — как раз его специальность.
Тем более если речь идёт о финальной схватке с Богом Демонов.
Там Эван в любом случае собирался контролировать почти все переменные.
— Если понадобится, я просто схвачу Бога Демонов и перетащу в нужное место.
— Если вы способны его вот так схватить, не проще ли тогда просто избить самостоятельно?
— То, что прошёл захват, ещё не означает, что раунд закончен.
Эван считал реплику почти философской.
Но ведьмы — уже не маленькие девочки — никогда не играли в файтинги и не поняли вообще ничего.
— До боя осталось не так много времени. Поэтому рассчитываю на вас.
— Оставьте нам. Ради бога, который дал нам такое прекрасное место… Ах!
Шарай вдруг замерла.
Глаза загорелись.
Она схватила Арпу за руку и почти потащила прочь.
— Мне пришла отличная идея! Мы пойдём первыми!
— Кья! Шарай?!
Тела уже взрослые.
А движения и реакции всё ещё детские.
Эван посмотрел им вслед.
Тихо вздохнул.
И перевёл взгляд на Наз, оставшуюся рядом.
Наз смотрела прямо на него.
Слишком сильно похожа на Белуа.
Эван опять почти рефлекторно отвёл глаза.
— Сёстры тебя исключают?
— Нет. Просто я…
Наз отвечала медленно, будто тщательно выбирала слова.
— К сожалению, не особенно хороша в подобной магии.
— Ничего страшного. Твои нынешние способности и так выдающиеся.
— Да. И у меня тоже есть направление, которое подходит именно мне.
На мгновение взгляд Наз задержался на перчатках Эвана.
Наверняка она смотрела на руну Йеры.
— Я хочу сосредоточиться на её изучении.
— Тогда, когда боги спустятся на землю, можно будет попробовать поговорить с ними напрямую.
— Да. Я думаю, как создать проход.
— Проход для богов у нас уже есть.
— Не такой.
Наз едва заметно качнула головой.
— Проход, по которому мы сами сможем брать только силу богов. Когда захотим.
— Очень ведьминская идея.
— Они позволили нам родиться на земле. Значит, пусть несут ответственность.
Эван не удержался и тихо рассмеялся.
Именно так когда-нибудь взрослые ведьмы начнут получать руны.
Наз тоже чуть улыбнулась.
А потом сказала:
— Вы впервые посмотрели именно на меня.
— …Что?
— До сих пор вы всё время видели во мне кого-то другого. Поэтому особенно сильно избегали меня.
— Эм…
Вот уж действительно ребёнок, похожий на Белуа.
Чужие эмоции читает пугающе точно.
Эван даже на секунду задумался:
может, вместе со скачком больше чем на сто уровней у неё за одну ночь выросла ещё и интуиция?
— Арпа тоже понимает.
— Прости.
— Не нужно. Просто… немного одиноко. Для нас господин Зеро — спаситель. А мы ничего не можем для вас сделать.
То есть всё-таки нужно чувствовать себя виноватым ещё сильнее?
— И Шарай всё это понимает… и поэтому страшно зазналась. Раздражает.
— Ты очень прямо сказала.
— У нас с Арпой нет надежды. Но это не значит, что надежда есть у неё.
— Жестоко!
— Теперь легче.
Высказав всё, что думает о старшей сестре, Наз действительно впервые за долгое время улыбнулась совершенно спокойно.
Отступила на шаг.
И задала последний вопрос.
— Можно спросить ещё одно? Человек, на которого я похожа… был вам дорог?
— Конечно.
Эван ответил без малейшей паузы.
Настолько твёрдо, что никакого другого толкования быть не могло.
— Самый дорогой человек.
— Мне достаточно этого ответа. Тогда я пойду.
Наз, похоже, услышала именно ту искренность, которую хотела.
Слабо улыбнулась.
Поклонилась.
И спокойно ушла.
Эван смотрел ей вслед и впервые по-настоящему понял:
сам он всё это время думал только о подготовке к битве с Богом Демонов.
О цифрах.
О силе.
О будущем поле боя.
Но у девочек тоже существовали собственные мысли и чувства.
— Хотя это же очевидно.
— Просто молодой господин сейчас всё решает слишком быстро. Возможно, девочкам начало казаться, что они сами превратились в детали вашего плана.
Мэйбелл до этого молча слушала разговор.
Теперь покачала головой и вмешалась.
Эван повернулся.
Схватил её за щёку.
— Вот от тебя, которая старательно съедает всё моё свободное время, я меньше всего хочу слышать подобные замечания.
— Да ладно. Благодаря мне вы вообще ещё держитесь.
Мэйбелл хитро улыбнулась и повисла у него на спине.
Домашняя одежда была слишком лёгкой.
Эван прекрасно чувствовал мягкое тепло её тела и слишком хорошо понимал:
она сейчас совершенно сознательно его соблазняет.
— Даже тоску по другим людям я ведь принимаю на себя. Думаете, я не замечаю?
— Замечал, что ты замечаешь. Просто было неловко это признавать.
— Вот и хорошо. Поэтому молодой господин должен быть мне благодарен.
— Спасибо.
— Тогда выразите благодарность конкретнее. Например, прямо сейчас начнём второй раунд…
— Нет.
Эван безжалостно отцепил суккубу, которая даже не пыталась скрывать намерения.
— Нужно проверить драконьи материалы.
— Уф. Вам мало поля, пропитанного драконьей кровью?
— Заодно посмотрим, как выросло Мировое дерево.
— А я, если честно, и само Мировое дерево уже считаю подозрительным.
— Пожалуйста, не начинай.
— Бог Демонов тоже подозрительный. Может, вообще весь мир тайно хочет молодого господина…
— Прости. Вот настолько масштабную теорию я уже психически не потяну.
Перекидываясь шутками, они вышли из Мира ожерелья.
И Мировое дерево встретило их великолепными фиолетовыми цветами, сияющими среди ветвей.