Когда Элизабет открыла глаза, вокруг была лишь тёмная тесная комната.
— Где я?..
Её мгновенно охватило чувство удушья.
Элизабет попыталась поднять силу и просто разрушить само пространство.
Не получилось.
Внутри не осталось вообще ничего.
А чем сильнее она старалась пошевелиться, тем тяжелее становилась странная сонливость, размывающая сознание.
— Братик…?
Элизабет забеспокоилась и начала оглядываться.
Ничего.
Она не чувствовала Эвана.
Братика рядом не было.
И девочка вдруг почувствовала себя беспомощной.
— Братик… Хнык.
Она всё-таки заплакала.
И в этот момент прямо у уха кто-то прошептал:
[И что ты собираешься делать, когда найдёшь братика?]
— Кто ты?
[Когда найдёшь его — чего захочешь?]
Элизабет обернулась.
Позади была только тьма.
Но голос всё равно звучал совсем близко.
Кроме него здесь больше никто не составлял ей компанию.
Поэтому Элизабет решила ответить.
— Попрошу, чтобы братик меня обнял.
[А потом?]
— Чтобы поцеловал.
[А потом?]
— Потом… потом…
Элизабет представила Эвана и тихо улыбнулась.
Стоило вспомнить его тёплые объятия, как тело будто стало лёгким.
Одни мысли о братике понемногу успокаивали тревогу.
И именно голос, заставивший её вспомнить о нём, снова взбаламутил едва успокоившееся сердце.
[Хотя всё равно бессмысленно что-то воображать.]
— Что?
Голос одним предложением разбил разраставшуюся фантазию.
[У него слишком много дорогих людей. А ты всего лишь родная младшая сестра.]
— Но братик ко мне очень добрый.
[Конечно. Потому что ты сестра. Он вынужден о тебе заботиться именно поэтому. Не будь ты его сестрой — думаешь, он вообще посмотрел бы в твою сторону?]
— …
[Женщин, которых он любит, много. С ними ему наверняка было бы счастливее, чем с младшей сестрой. А ты пользуешься родством и без конца к нему липнешь.]
Элизабет замолчала.
[Посмотри хотя бы на то, что произошло сейчас. Ты зря вмешалась, и в результате он не смог спокойно сделать то, что должен был. Твоя помощь ему вообще не требовалась. Ты сама полезла и только создала проблемы.]
— …
[Так с чего ему искренне дорожить тобой? Для него ты просто надоедливая младшая сестра, о которой приходится заботиться. Ты же сама знаешь, сколько лишних кругов ему пришлось сделать из-за тебя.]
Элизабет постепенно начала понимать.
Этот голос принадлежал ей самой.
[Верно.]
Будто прочитав её мысль, голос сразу согласился.
[Я — это ты. Просто немного более разумная. Та часть тебя, которая понимает: бросаться в последний момент на Бога Демонов было полной глупостью.]
— Но тогда…
[Даже находясь внутри Бога Демонов, ты видела всё, что происходило, верно? Братику пришлось невероятно тяжело ради тебя. А кому-то из-за тебя пришлось пожертвовать собой.]
— Братик всё равно меня спасёт.
[Конечно. Братик может всё. Но что потом? После того как ты заставила его так мучиться, он всё ещё будет тебя любить?]
В груди Элизабет болезненно кольнуло.
[Нет. Ты была назойливой мелкой сестрой, а теперь ещё и устроила катастрофу, которую уже не отменить. Ты обуза. Тяжёлый груз, который хочется немедленно сбросить. С чего братику смотреть на такую тебя?]
— У-у…
[Тогда что делать? Как добиться, чтобы братик тебя любил?]
— Сказать, что мне очень жаль.
[Мелкая. Так твоё положение станет только хуже.]
— Но ведь я виновата…
[Хочешь навсегда остаться младшей сестрой, которая только создаёт проблемы? Я — нет.]
Голос стал резче.
[Я хочу, чтобы братик был только моим.]
Сердце будто провалилось вниз.
[А значит, одной младшей сестрой оставаться нельзя.]
[Ответ простой.]
[Ты и сама его знаешь.]
[Разломай всё, что мешает, и забери его.]
[Ты ведь всегда именно так и делала.]
Злые слова обрушились на Элизабет потоком.
Она зажала уши и яростно замотала головой.
Но теперь голос поднимался уже изнутри.
[Это говорит не кто-то другой.]
[Это думаешь ты сама.]
[Ты просто столкнулась со своим импульсом.]
[Настоящим импульсом.]
[Боишься, что отношения с ним испортятся?]
[Боишься последствий собственной ошибки?]
[Чтобы ничего этого не случилось, тебе нужно стать выше всех.]
— Мне?..
Голос становился всё более жестоким.
В непрерывном потоке слов словно появились лезвия.
[Просто раздави братика.]
[Подчини силой и забери себе.]
[Всех, кто мешает, убери.]
[Тогда и оправдываться не придётся.]
[Белуа. Серену. Аришу.]
[Отец и старший брат тоже только мешают. Уничтожь.]
[Кроме братика тебе ведь никто не нужен?]
[Сила оправдывает всё.]
[Ты — Разрушитель. Кому, как не тебе, это понимать?]
Элизабет не могла просто отрицать эти слова.
То, что она прятала глубоко внутри, выплеснулось наружу и затопило сознание.
Но именно поэтому она поняла ещё одну вещь.
— Я… человек.
[Но чтобы получить желаемое, придётся сбросить эту жалкую оболочку.]
— Нет. Я не стану зверем.
[Нет. Это не падение. Тебе дали шанс на эволюцию — настоящую, а не деградацию.]
— Теперь поняла.
Голос рождался прямо из её сердца.
Чудовище говорило так, будто выражало самые сокровенные желания Элизабет, и толкало её к гибели.
— Теперь я точно знаю, что ты — не я.
Элизабет надула губы и подняла руку.
В ладони уже появился моргенштерн с руной, излучающей ослепительную божественную силу.
— Потому что я вообще не понимаю таких сложных слов.
ХРЯСЬ!
Моргенштерн обрушился вниз и расколол чёрное пространство почти пополам.
Во второй руке появилось такое же оружие.
Элизабет начала молотить вокруг себя без остановки.
— Я извинюсь перед братиком и попрошу его меня обнять.
[Но тогда ты не получишь того, чего хочешь…]
— Я ломаю только то, что сама хочу сломать.
Власть Разрушителя.
Абсолютная сила.
Способность уничтожать всё, что закрывает путь, и прокладывать собственную дорогу.
— А сломать я хотела не братика. С самого начала — тебя!
[Глупая… Это… невозможно…]
БУМ!
БУ-У-УМ!
БУ-У-У-УМ!
Чёрный мир рушился.
За ним хлынул ослепительный свет.
И сверху к Элизабет протянулась рука.
— Братик!
— Лиз!
Она изо всех сил вытянула ладонь.
Пальцы соприкоснулись с рукой Эвана.
И Элизабет резко оттолкнулась вверх.
* * *
— …Лиз, ты будто немного изменилась?
— Я такая же.
Сразу после того как Эван вытащил Элизабет из Мира ожерелья, где она была запечатана, сестра повисла у него на груди.
Он обнял её и почти сразу почувствовал:
что-то не так.
— Я знаю, что ты выросла. Но такое чувство, будто стала ещё взрослее…
Даже длинные красные волосы, спускавшиеся мягкими волнами, теперь почему-то выглядели более соблазнительно.
Вся атмосфера вокруг Элизабет стала взрослее.
Появилось даже лёгкое декадентское очарование, которое совершенно не вязалось с её прежней чистотой.
— Но следов Бога Демонов точно не осталось.
— Угу. Я его сломала!
— Сломала?!
— Угу!
Эван покрылся холодным потом.
Элизабет коротко пересказала произошедшее.
Разумеется, раскрывать все собственные тайные мысли она не собиралась.
Получилась примерно такая история:
некий злой голос подстрекал её поддаться желаниям, а она в ответ взяла и разнесла его.
Эван ничего подобного не помнил ни из одной игры серии Yo-Ma Great War.
Он ошеломлённо пробормотал:
— Прямо событие пробуждения главного героя.
— Я так и знала, что молодой господин скажет именно это.
— Но если подумать… Возможно, поэтому.
Полностью вернуть Элизабет в то состояние, в котором она была до слияния с Богом Демонов, изначально было почти невозможно.
Эван рассчитывал иначе:
пусть вместе с ней выйдут какие-то остаточные примеси,
но после окончательной смерти Бога Демонов Лиз сможет сама стряхнуть их и вернуться к себе прежней.
На практике всё пошло лишь немного не по расчёту.
«Я ведь тоже не знал о Боге Демонов вообще всего».
Даже если Эван совершенно точно убил его и получил опыт,
существо подобного уровня вполне могло оставить какой-нибудь запасной механизм — словно один известный тёмный маг, который прятал части души в артефактах.
Если такая страховка действительно существовала, логичнее всего было оставить её в последнем уцелевшем фрагменте Бога Демонов.
То есть в Элизабет.
Скорее всего, Бог Демонов в последний момент попытался что-то сделать через неё.
Вот только сама Элизабет эту попытку полностью уничтожила.
И в итоге уже Бог Демонов превратился в её питательную среду.
А результат оказался совсем не тем, на который он рассчитывал.
— Элизабет, как себя чувствуешь?
— М-м… Кажется, могу вообще всё!
В тот же миг в руке Элизабет внезапно появилась расчёска.
Она захихикала и протянула её Эвану.
— Я как раз хотела причесаться.
Эван без возражений начал расчёсывать ей волосы.
И окончательно убедился.
«Похоже, Лиз унаследовала силу Бога Демонов».
По спине потёк холодный пот.
Младшая сестра и без того почти не поддавалась контролю.
А теперь она шаг за шагом входила в область, из которой уже вообще не возвращаются!
Бог Демонов, судя по всему, точно умер.
Но Эван всё равно тревожился:
вдруг полученная сила как-нибудь повлияет на психику Элизабет?
— Братик.
Пока он рассеянно водил расчёской по волосам и думал об этом, сестра вдруг позвала.
— Прости.
— За что?
— Я самовольно полезла вперёд и заставила братика и остальных мучиться.
— А-а. Ну да. Тяжело было.
— Правда прости…
Нет.
Наверное, можно не бояться.
— Всё нормально.
Эван закончил расчёсывать волосы, спрятал расчёску и осторожно погладил сестру, стараясь ничего не растрепать.
— Работа старшего брата — заботиться о младшей сестре.
— Хе-хе… Я очень-очень люблю братика.
— И братик любит Лиз.
Элизабет переполнило счастье.
Она уже потянулась поцеловать Эвана.
И именно тогда сбоку появилась Ариша и остановила её.
— Раньше я не возражала. Но теперь ты почему-то выглядишь опасно. Не надо.
— Почему?
— Потому что опасно. Все ведь тоже так думают?
Кивок.
Все женщины, которые до сих пор тревожно смотрели на Элизабет в объятиях Эвана, синхронно кивнули.
Каттлея вообще зашипела, будто готовилась немедленно броситься на неё.
— …Может, всё-таки стоило всех сломать.
— Лиз…?
На мгновение от Элизабет будто поднялась густая чёрная демоническая энергия.
Эван с холодным потом позвал сестру.
Но та уже снова улыбалась так невинно, будто ничего не произошло.
И чмокнула его в щёку.
Ариша от неожиданного давления на секунду ослабила бдительность.
— А-А-А-А?!
Поздно.
— Пойдём домой, братик!
— Да. Все домой.
— Домой.
— А где наш дом?
Каттлея спросила совершенно искренне.
Эван вместо ответа тихо улыбнулся.
В день, когда исчезли последние следы Бога Демонов,
в мир наконец пришёл настоящий покой.