Перед ними шумел по-настоящему гигантский водопад.
Он скрывался в глубокой расщелине, настолько надёжно спрятанной, что даже богам, смотрящим на мир сверху, было бы нелегко её заметить.
Река текла здесь бесчисленные века.
Без остановки.
Снова и снова достигала края и обрушивалась вниз, постепенно выбивая в земле глубокую чашу.
Вода, накопившаяся внутри, непрерывно впитывала энергию.
Излишек переливался через край и уходил дальше.
Поток.
Накопление.
И снова поток.
Настоящая природная сокровищница энергии.
— Ва-а… Какой огромный водопад…
Мироэль, дочь Мирового дерева и в каком-то смысле дитя самой природы, смотрела на место, куда их привёл Эван, с открытым ртом.
И было чему удивляться.
Водопад получился сравнительно узким, зато высота достигала нескольких сотен метров.
Ни один из водопадов Земли, которые Ю Баммин видел в прошлой жизни, даже рядом не стоял.
А главное — отсюда начинался поток воды, настолько насыщенной маной, что каждый удар огромной массы о дно высвобождал чудовищный объём магической энергии.
— А эта заводь… Как в настолько тесном месте вообще сумело собраться столько силы?..
Глубокая чаша под водопадом поражала ещё сильнее.
Мана, которая копилась здесь невероятно долго, уже кристаллизовалась прямо над поверхностью воды.
Мельчайшие светящиеся частицы переливались в воздухе, словно стая фей устроила танец.
Для обычного человека картина выглядела сказочно.
А тот, кто умел чувствовать ману, скорее испытал бы дрожь.
Концентрация была такой, что можно было поверить:
на дне разом похоронили несколько драконьих туш.
— На самом деле в древности здесь действительно собрались драконы и устроили огромную драку. После этого место постепенно превратилось в такой водопад.
— Так драконы и правда имеют к нему отношение…
[Теперь всё понятно. Без события подобного масштаба настолько ненормальное скопление энергии действительно трудно объяснить.]
Место вполне заслуживало названия Драконья заводь.
— Но почему драконы не заняли её себе?
— По той же причине, по которой до сих пор не нападали на Мировое дерево.
Мироэль непонимающе наклонила голову.
Эван объяснил просто:
— Сокровище слишком ценное. Если первым заберёт кто-то один — остальным конец. Поэтому все следили друг за другом и не позволяли никому его получить.
— Матерь всё это время рассматривали именно так?!
— Если честно, нынешняя война почти из-за этого и началась.
Энергия Мирового дерева, конечно, несравнимо превосходила даже эту заводь.
Но дело не только в количестве.
Тот, кто завладеет Мировым деревом, символически получит право называться истинным хозяином Срединного мира.
Разве высокомерные драконы могли спокойно игнорировать подобную вещь?
Каждый хотел получить её сам.
И каждый прекрасно понимал, что остальные думают точно так же.
Поэтому они взаимно следили друг за другом и не позволяли никому сделать первый шаг.
Именно так сохранялось равновесие до начала основного сценария Yo-Ma Great War Zero.
— Эта Драконья заводь уступает Мировому дереву, но тоже хранит огромную силу. Разница лишь в том, что о ней знали только драконы.
— Но Зеро знал.
— Какая неожиданная претензия. Молодой господин вообще всё знает.
Мэйбелл фыркнула за Эвана.
[То есть для вас это уже само собой разумеется.]
Оправдываться уже не пришлось.
[Но для сошествия богов лучше места действительно не найти. Теперь понятно и почему его никто не обнаружил. Оно естественным образом скрыто от внешнего мира, а драконы вдобавок наложили коллективную маскирующую магию.]
— Драконы действительно способны почти на всё, пока дело никак не связано с молодым господином.
— Если убрать пассивную способность «Высокомерие», драконы вообще одна из сильнейших рас мира.
В игре, чтобы попасть сюда, сначала требовалось полностью уничтожить местных драконов.
Означало ли это, что без их истребления боги вообще не могли спуститься?
Нет.
К тому моменту драконья популяция и без участия игрока заметно сокращалась из-за бесконечных столкновений с демонами и апостолами.
Даже если Древний Великий Маг не проводил финальную охоту лично, драконы всё равно вступали в бой с апостолами, готовившими сошествие богов, и погибали.
Проблема была в другом.
Сразу после этого в Драконьей заводи начинался ритуал призыва.
Игрок не успевал нормально собрать материалы с драконов.
И получить здесь уникальное вооружение тоже уже не мог.
Из-за этого дальнейшее прохождение становилось заметно тяжелее.
— Ну что. Начинаем?
Эйхамо с ними не пришёл.
Слишком опасно.
Но кузнец уже закончил всю подготовительную работу.
Оставалось только провести ритуал и активировать триггер.
Сам процесс был сравнительно простым.
Эван собирался закончить быстро.
— Посмотрите внимательно. В последний раз видите, как эта заводь сияет настолько ярко.
— Молодой господин, вы же наслаждаетесь происходящим?
Эван поднял себя в воздух потоком Сокрушения Небес.
Медленно завис точно над центром Драконьей заводи, куда обрушивался водопад.
Сила вокруг него начала сгущаться.
В одной руке лежал триггер — подготовленный кинжал.
Над второй он сформировал Клинок Сокрушения Небес.
— А если просто отломить кусок этого клинка, разве не получится самое сильное оружие?
Лео, который некоторое время молча смотрел на происходящее, не удержался от комментария.
Все вокруг одновременно повернули головы.
Он благоразумно замолчал.
Эван поднял кинжал.
Без колебаний столкнул его с Клинком Сокрушения Небес.
Можно было ожидать чудовищного взрыва.
Вместо этого две формы начали медленно сливаться с точки соприкосновения.
Сокрушение Небес, покрывавшее всё тело Эвана, стекалось в клинок.
— Водопад…!
— Ва… Ва-а-а?!
Драконья заводь отреагировала.
Причём максимально впечатляюще.
Водопад, который бесконечно падал вниз, внезапно потёк обратно вверх.
И это было только начало.
Вся вода в заводи, веками накапливавшая ману, закрутилась спиралью и поднялась в воздух.
Поток окружили сияющие кристаллы энергии.
[Ах… драгоценная мана, которая должна была призвать богов…]
— Мы же это уже решили.
Мэйбелл уже начинала подозревать:
Фейна иногда возражает не потому, что действительно против, а просто потому, что ей очень нравится комментировать действия Эвана.
— Ха!
Эван коротко выдохнул.
Триггер, который до этого медленно растворялся в Клинке Сокрушения Небес, мгновенно исчез внутри него целиком.
Материя и сила души впервые, пусть пока несовершенно, стали одним целым.
Но настоящая работа только начиналась.
— А?..
— Остановилось…
И поднявшийся вверх водопад, и закрученная спиралью вода Драконьей заводи внезапно замерли в воздухе.
Даже безумный поток маны остановился полностью.
Лишь на мгновение.
Затем кристаллы энергии вспыхнули и рванули к Эвану.
Клинок Сокрушения Небес, до этого тёмно-фиолетовый, постепенно светлел.
Ещё немного.
И стал совершенно прозрачным.
— Дзинь!
Невидимый человеческому глазу клинок рассыпался со звуком разбитого стекла.
Осколки мгновенно впитали огромный объём маны водопада и снова проявились — теперь полупрозрачными голубыми кристаллами.
Мироэль смотрела на великолепную картину, забыв закрыть рот.
А потом резко побледнела.
— Кх!
— Зеро?!
Осколки, доверху наполненные маной, одновременно вонзились в тело своего хозяина.
Послышался тяжёлый звук рвущейся плоти.
Даже Эван стиснул зубы от боли.
Когда создавалось уникальное вооружение Мироэль, ничего подобного не происходило.
Она уже хотела рвануть вперёд.
Мэйбелл удержала.
— Просто сила слишком огромная. Нужно наблюдать.
— С ним точно всё будет хорошо?.. И почему ваше объяснение звучит так, будто я была слишком слабой?
— Если сравнивать с молодым господином, слабым окажется вообще кто угодно.
Уникальное вооружение — материализация души.
В качестве триггера используется материя, способная слиться с душой владельца.
В результате рождается оружие, уже выходящее за рамки обычного вещества.
Эван сначала вынес наружу собственную душевную силу.
Соединил её с триггером.
Затем притянул внешнюю огромную энергию и благословение, чтобы прямо на месте закалить будущую форму оружия.
И только после завершения этой внешней обработки должен был вернуть готовую структуру внутрь тела.
По объяснению Эйхамо всё происходило именно так.
«Хотя я и ожидал примерно подобного…»
Процесс значительно отличался от сцены создания уникального вооружения Древнего Великого Мага в игре.
Эван стиснул зубы и сохранял концентрацию, несмотря на боль.
Сокрушение Небес всегда подчинялось ему как продолжение рук и ног.
А теперь ощущалось почти враждебной силой, которая пытается убить собственного хозяина.
Конечно, это иллюзия.
Сила принадлежит Эвану полностью.
Просто сейчас она получает новую форму.
Закалка закончилась.
Теперь пришло время молота.
Вот почему больно.
«Закончим одним ударом…!»
Эван распахнул глаза.
И мысленно обрушил воображаемый молот.
Из всего тела разом вырвалась красная кровь.
Все осколки одновременно вошли внутрь.
Промчались по сосудам.
Собрались вокруг сердца.
На одно короткое мгновение Эван всерьёз подумал:
сердце взорвалось.
— Кхак…
Но нет.
Сила, собравшаяся в центре груди, просто взрывной волной распространилась по всему телу.
А затем исчезла.
Будто её и не существовало.
Но Эван прекрасно чувствовал:
изменилось абсолютно всё.
Если бы рядом находились боги подземелья, они наверняка уже орали бы ему, что Сокрушение Небес II превратилось в Сокрушение Небес III или ещё во что-нибудь настолько же нелепое.
Эван моргнул.
Окончательно пришёл в себя.
Осмотрелся.
Из-за вырвавшейся крови одежда и плащ выглядели немного красными.
Кроме этого — всё в порядке.
— Молодой господин!
Мэйбелл поняла, что процесс завершён, расправила крылья и стрелой полетела к нему.
Эван остановил её рукой.
— Я весь в крови.
— Что? Я думала, это тоже часть ритуала.
— М?
Эван ещё раз посмотрел на себя.
И только тогда понял, что она имеет в виду.
Он решил, что одежда просто пропиталась кровью.
Но формулировка оказалась не совсем точной.
По всей экипировке, впитавшей его кровь, теперь стелилась тонкая красная аура.
Сапоги.
Перчатки.
Даже сердечный обруч на лбу.
Ни один артефакт не остался прежним.
— А… Вот оно что. Понятно.
— Что понятно? Почему вы всегда сначала понимаете сами, а потом молчите?
Мэйбелл недовольно надулась.
Эван широко улыбнулся.
— Кажется, я понял структуру своего уникального вооружения.
— Это уже оно?
— Нет. Но все способности стали сильнее.
— Значит, артефакты тоже усилились!
— Можно сказать и так.
Чтобы выучить финальную технику, сначала приходится освоить обязательный промежуточный навык.
Эван ощущал примерно то же самое.
В процессе создания уникального вооружения он естественным образом усилил вообще всё: тело и даже артефакты, которые носил.
Но верно было и обратное.
Чтобы управлять будущим уникальным вооружением, ему, похоже, понадобится не только усиленное тело.
Понадобятся и эти артефакты, укреплённые его собственной кровью.
«Хорошо. Теперь принцип я чувствую».
Эван удовлетворённо улыбнулся и полностью успокоил силу внутри.
Водопад перестал течь вверх.
Снова обрушился вниз нормальным потоком.
Драконья заводь тоже успокоилась.
Но прежнего сияния почти не осталось.
[У меня для вас плохая и очень плохая новости, Зеро. Какую хотите услышать первой?]
Фейна встретила вернувшегося Эвана именно этой фразой.
— Очень плохую.
[Похоже, энергия этого места почти полностью исчерпана. Способность служить проходом ещё осталась, но абсолютной мощности, необходимой, чтобы притянуть богов, уже недостаточно. Ваше уникальное вооружение поглотило слишком много маны.]
— Ого. Это действительно очень плохая новость…
Хотя Эван допускал подобный исход.
И всё равно решил сначала усилить себя.
Настолько сильно его тревожила пересмотренная угроза Бога Демонов.
— Тогда просто плохая?
[Энергия, которую вы только что выпустили при создании уникального вооружения, была слишком огромной. Мы поставили барьер, но ваша сила разорвала его, будто он вообще ничего не значил.]
Фейна тяжело вздохнула.
[Скорее всего, демоническая армия уже обнаружила это место. А если нам особенно не повезло — и сам Бог Демонов тоже.]
…По ощущениям, эта новость была ничуть не лучше первой.