— Добро пожаловать на открытый конкурс преподавателей «Школы братьев», созданной ради прекрасного будущего детей и светлого завтра Шердена!
Голос ведущей, усиленный магией, разнёсся по всему школьному двору.
Сам двор был отдельным произведением инженерного безумия.
Трава — из средних слоёв подземелья [Высокой] сложности.
Эван алхимией убрал яд, смягчил волокна и превратил её в идеальный газон.
— Молодой господин, не слишком ли много сил вы вложили в обычную площадку?
— Заметил?
Эван сразу расправил плечи.
Стоило ребёнку бегать по этому газону, как тело получало слабый лечебный эффект и лёгкий бонус к росту.
По всему двору были спрятаны магические круги, незаметно корректирующие осанку и баланс.
Они же помогали мышцам развиваться правильно.
В систему полива добавили распыление смеси святой воды и очищающего состава Эвана.
И это был далеко не полный список.
Шайн покачал головой.
— Всё-таки вы строите фабрику исследователей.
— Конечно нет. Никогда не слышал: в здоровом теле здоровый дух? Я просто хочу, чтобы дети росли крепкими и нормальными.
— Иногда мне невыносимо хочется отрицать тот факт, что вы действительно образованный человек. Сейчас именно такой момент.
— Не нравится школа — не отправляй сюда ребёнка.
— Кто сказал, что не отправлю?
Шайн приехал в Шерден именно как отец.
Ещё до путешествия Эвана на Землю он вместе с Анастасией перебрался в герцогство Леонайн.
Учился обязанностям супруга будущей герцогини.
Растил ребёнка.
Теперь вернулся ради поступления сына.
— Хочешь тоже занять должность?
— Сделаете секретарём?
— Почему вы все говорите одно и то же?
— А зачем мне возиться с детьми, если рядом с молодым господином всё равно не буду?
Если Юна когда-нибудь услышит эту реплику, её фантазии окончательно уйдут в бездну.
Эван нахмурился.
— За своего ребёнка вообще не переживаешь? Брайс, да?
— Я зову его Бри.
— Не называй. Звучит как сыр.
— Что ещё за сыр?
Эван вдруг вспомнил, что сыр бри назван по французской области.
— Ладно. Тогда совпадение.
— Хотя ему самому прозвище не нравится.
— Так не нравится?!
— Забавно смотреть, как злится.
Шайн довольно рассмеялся.
Эван прищурился.
Неужели нормальные отношения отца и сына именно такие?
Борис и Луин при малейшей шутке отца, кажется, всерьёз расстроились бы.
Нет.
Не нужно сравнивать.
Просто семьи разные.
— Потом принесу сыр бри. Будешь есть вместе с Брайсом.
— Лучше приходите лично. Он давно хочет познакомиться с молодым господином.
— Хорошо. Заодно наших детей познакомим. Соберёмся семьями.
— Неплохо. Только Бри, наверное, немного растеряется.
Шайн представил жён и детей Эвана и невольно поморщился.
Эван тут же ухмыльнулся.
— Зато заранее подумаешь, кого из моих дочерей заберёшь себе невесткой.
Отдать дочь непонятно какому мальчишке?
Никогда.
А вот сын Шайна и Анастасии…
Ради такого жениха Эван, возможно, однажды прольёт слезу и согласится.
Тем более его дочери уже сейчас выглядели так, будто в будущем гарантированно станут красавицами эпохи.
Можно только пожалеть мальчиков, которым предстоит учиться рядом с ними.
— Вот такие разговоры и заставляют чувствовать себя стариками.
— По-моему, сейчас полагалось расчувствоваться.
— А теперь всем участникам проверить доски! Найдите свой номер! На них наложена магия, так что даже не пытайтесь обмануть судей!
Конкурс начался.
Ведущей, разумеется, была Диона.
Юна тоже хотела место за микрофоном.
Но конкурс проводился не только для игроков.
Диона была известнее среди местных и лучше подходила.
Юне досталась роль помощницы.
Мэйбелл, конечно, сумела пройти отбор и сидела среди ста кандидатов на поле.
Рядом Эван видел слишком много знакомых лиц.
И изо всех сил делал вид, что не замечает.
Вопросы охватывали всё подряд:
историю.
математику.
основы естественных наук.
общество и экономику.
этику.
язык.
литературу.
А поскольку школа находилась в городе-подземелье — ещё и знания о подземельях и магии.
— Правильный ответ — номер два! 542 год по континентальному календарю! Ошибившиеся участники, опустите доски и покиньте поле!
Уже на первом вопросе вылетело больше десяти человек.
Эван нахмурился.
Вопрос считался общеизвестным.
Если так пойдёт дальше, преподавателей может вообще не остаться.
Шайн подумал о том же.
— Критерий не слишком строгий?
— Возможно. Потом ещё раз посмотрим на выбывших. В крайнем случае будем нанимать отдельно по предметам.
Особенно странно выглядело то, что местные учёные ошибались —
а Каттлея, родившаяся в мире демонов, и Фейна, посланница небес, продолжали отвечать правильно.
Эти двое всё-таки пролезли на конкурс.
— Зачем?..
— Наверное, решили сначала сблизиться с детьми, а потом через них добраться до вас.
— Нет. Я ещё на документах выкинул всех, кому дети не интересны. Вон Юна сидит с лицом мертвеца — как пример.
Юна действительно помогала вести конкурс, окружённая мрачной аурой человека, которого не пустили к кумиру.
Шайн пожал плечами.
— Тогда считают детей купидонами. Любят искренне, потому что они могут связать их с вами.
— Это… на самой границе допустимого. Если начнут выделять моих детей и хуже относиться к остальным — вылетят мгновенно.
Шайн рассмеялся.
Эван подумал, что вопрос на сцене, наверное, смешной.
Нет.
Там спрашивали, какого великого достижения председатель «Школы братьев» добился в пятнадцать лет.
— Диона! Снять вопрос!
— Не могу, молодой господин! Это предмет… то есть обязательное общее знание для учеников!
— Какой ещё предмет?! Даже не думай тащить культ Небесного Бога в школу!
Эван отменил вопрос и сел обратно.
Шайн всё ещё улыбался.
— Тебе нравится меня дразнить?
— Немного.
— Не улыбайся тогда так довольно.
— Но это правда смешно.
Шайн совершенно бесстыдно продолжил:
— В девять лет вы тренировались делать покерное лицо, лишь бы случайно не соблазнить женщину.
— Ты сейчас сказал «тренировались безуспешно»?
— А теперь у вас несколько жён. И ради детей вы даже не избегаете постоянного общения с огромным количеством женщин. Как тут не смеяться?
Эван замолчал.
Вообще-то правда.
Он вспомнил себя девятилетнего.
До болезненного боявшегося женщин.
…Хотя даже тогда их вокруг почему-то было слишком много.
Шайн снова будто прочитал мысли.
— Ваше покерное лицо всё равно ни разу не сработало.
— Просто ты не видел меня в Ройзене.
— Там вас спасало снаряжение.
Невидимая рука [Сокрушения Небес] начала методично бить Шайна.
Они сидели на почётных местах.
Поэтому тот даже не мог уклоняться и вынужден был сохранять совершенно спокойное лицо.
— Значит, отрицать не будете.
— Шайн. Знаешь, внезапно вспоминать молодость — очень стариковская привычка.
— Нечестно отвечать настолько правильным аргументом.
После этого оба решили молчать.
Конкурс быстро дошёл до двадцати участников.
Вообще-то школа получилась большой.
Классов много.
Можно спокойно взять все двадцать человек.
Но раз уж устроили публичное шоу, хотелось красивого финала.
— Последнего оставшегося сделаем директором.
— Мэйбелл уже всем говорит, что станет директором и одновременно секретарём председателя.
— Я ни разу в жизни не видел директора школы, который ещё работает секретарём председателя.
Да и если пустить Мэйбелл настолько близко, кто знает, какую игру ролей она придумает на этот раз.
Эван был готов терпеть многое.
Но эротические сценки в школе для детей — нет.
— Следующий вопрос: общая культура, светская жизнь и современные тенденции! Первый король Силклайна был героем, создавшим первое государство, основанное людьми. Недавно стало известно, что у него якобы существовала неизвестная прежде первая королева. Новость потрясла и дворянство, и религиозный мир. Как звали женщину, чей портрет сейчас хранится в сокровищнице королевского дворца?
— Что ты сказал, ублюдок?!
Фейна вскочила.
Ангел богини-матери Земли был по-настоящему зол.
— Участникам запрещено вставать и выкрикивать без разрешения! Вернитесь на место, иначе получите дисквалификацию!
— Кто вообще придумал этот вопрос?! Это не первая королева! Я лично ворвалась во дворец и заставила их исправить подпись! Какая ещё «современная тенденция»?! Это не культура, а бескультурье!
— Предупреждение! Ещё немного — и вы вылетите!
— Я не была замужем за этим извращенцем! Я вообще сюда пришла и детсадовские игры устраиваю именно потому, что сама пытаюсь хотя бы раз нормально выйти замуж! Не видно?!
Гнев посланницы богини оказался страшным.
Кто бы ни составлял вопрос, в нём чувствовалась концентрированная ненависть к Фейне.
Эван мысленно почтил память несчастного автора.
После конкурса он, скорее всего, умрёт.
А затем отменил вопрос.
— Председатель дал сигнал об отмене! Кстати, правильный ответ — «ангел богини-матери Земли Фейна»!
— ЭЙ!
— Следующий вопрос!
Конкурс продолжался.
Скандалы тоже.
В итоге осталось шестеро:
Мэйбелл.
Каттлея.
Элоа.
Белуа.
Селун.
И Элизабет.
Каким-то чудом все финалисты оказались людьми из ближайшего окружения Эвана.
Хотя нет.
Селун вообще-то глава ведьм.
Ей точно можно работать школьным учителем?
Ханна вылетела, когда оставалось восемь человек.
— Фейна. Какое у неё было лицо, когда она проиграла…
— Всё равно дошла достаточно далеко. Мы уже решили нанять всех, кто прошёл определённый этап. Не понимаю, почему она так расстроилась.
— Из-за слуха, что победительнице достанется свадьба с молодым господином?
Эван медленно повернулся к Шайну.
— Что?
— Вы прекрасно услышали.
— Этого не может быть. В конкурсе могли участвовать и мужчины, и женщины. Даже я не настолько сумасшедший, чтобы сделать первым призом собственную свадьбу.
— А слух всё равно ходит.
Кто его запустил?
Первой подозреваемой была Диона.
Но она сама в конкурсе не участвовала.
Хотя если это только слух, а не настоящий приз, участвовать и не нужно.
Тогда чего она добивается?
— А теперь специальный вопрос! За него полагается отдельный приз, и участвовать могут даже зрители!
Эван поднял брови.
Хорошо.
В публичном конкурсе действительно полезно иногда вовлекать аудиторию.
— Приз — право публично сделать предложение нашему председателю!
Что?
Кому пришло в голову превратить массовое самоубийство — включая самого победителя — в приз?
— Я тоже участвую, поэтому сам вопрос задаст другой человек! Отвечают первые сто человек, успевшие схватить доску! Быстрее!
Диона спрыгнула с места ведущей и моментально заняла свободную доску.
Юна, словно знала всё заранее, оказалась рядом.
Несколько уже выбывших участниц тоже сорвались с мест.
А затем взгляды начали один за другим поворачиваться к Эвану.
Он не понимал почему.
Пока не заметил рядом Шайна.
Тот спокойно достал листок.
— Вопрос. Укажите точный возраст молодого господина Эвана в день основания рыцарей подземелья и перечислите по именам всех членов-основателей.
— Так это ты?!
Позже выяснилось:
ведьмы, которые давно поддерживали тесные связи не только с Шерденом, но и с герцогством Леонайн, лично попросили Шайна помочь.
Хорошо, что он уже начал мыслить как человек, вместе с женой управляющий герцогством.
Плохо, что ради этого спокойно продал собственного господина.
Чувства у Эвана были сложные.
Кстати, все несколько десятков публичных предложений, которые он получил одновременно, Эван без исключения отверг.