Бах!
Дверь лаборатории снова распахнулась от удара, и бойцы сводного отряда Центрального Города и Лазурной Гавани в очередной раз ворвались внутрь. Со стороны их манёвр выглядел весьма странно: когда Ся Чун вызвалась прикрыть отход, никто не стал тратить время на пустые споры и сантименты — все дружно бросились врассыпную, спасая свои жизни, но, пробежав всего несколько десятков шагов, с тем же энтузиазмом примчались обратно.
Подбежав к дверному проёму, они увидели, что монстр уже медленно шагает к распластанной на полу Ся Чун. Мощное ментальное поле вокруг него беспорядочно пульсировало, то сминая стальные ножки столов и стульев, то поднимая в воздух ворохи бумажных документов, то заставляя разлитые жидкости зависать в невесомости. Однако даже невооружённым глазом было видно, что эта бушующая аура постепенно сжимается и уплотняется — словно спутанный клубок ниток, который аккуратно сматывают и приводят в порядок. Похоже, новорождённое божество — или же сидящий за стеклом Чжао Шимин — понемногу осваивалось с обретённой силой.
Хлоп!
Вглубь зала заходить никто не рискнул. Врач сделал шаг вперёд и, плотно зажмурившись, принялся по косвенным признакам молниеносно просчитывать обстановку вслух. Завершив вычисления, он резко скомандовал:
— Давай!
Готическая дама тут же взмахнула рукой, посылая длинный кнут вперёд. Кожаный хвост вслепую обвился вокруг талии лежащей на полу под чудовищным давлением Ся Чун и рывком выдернул её к порогу. Чэнь Цзин шагнула навстречу, подхватила девушку на руки и ладонью вытерла кровь с её лица.
Съёжившись от боли, Ся Чун с трудом разлепила веки и обвела взглядом вернувшихся товарищей. В её глазах читалось искреннее недоумение: зачем они прибежали обратно?
— Снаружи поднялся такой грохот, что на передовом посту всё уже наверняка засекли, — спокойно пояснил Врач, глядя на неё. — Так что нам больше нет нужды класть жизни ради того, чтобы доставить донесение.
— Ну а главная причина, конечно, в том, что бежать нам попросту некуда, — буркнул плечистый детина, чьё лицо наполовину скрывала кукольная маска. — Все проходы забиты под завязку, любая дохлятина вокруг ожила.
Готическая дама и утончённый мужчина синхронно покосились на него. Нет ничего хуже людей, которые режут правду-матку в самый неподходящий момент.
— О прикрытии тыла тоже можно больше не думать, — Чэнь Цзин бережно поставила Ся Чун на ноги и, убедившись, что та держится прямо, тихо вздохнула: — Наша задача изменилась: теперь каждый делает всё возможное, чтобы сохранить собственную шкуру! Господа, у кого-нибудь есть идеи?
Сейчас у дверей стояли Чэнь Цзин, Ся Чун, Геккон, двое бойцов из группы Врача, а также по три человека из команд готической дамы и утончённого мужчины. В общей сложности одиннадцать человек, трое из которых относились к паучьему типу. Остальные восемь обладали самыми разными способностями, причём развитыми и освоенными на весьма высоком уровне. По идее, с такими силами можно было выпутаться из любой переделки.
— Никаких идей нет! — неожиданно с улыбкой отозвался утончённый мужчина. — Сколько бы способностей у нас ни было, здесь они бесполезны.
Встретившись взглядом с товарищами, он мягко продолжил:
— На этого монстра невозможно даже просто посмотреть. А значит, его ментальный уровень превосходит наш на целую пропасть. Перед лицом такой разницы любые особенности наших навыков полностью теряют смысл. Одна капля яда в бокале вина убьёт человека наповал. Вылей её в чан с водой — и у каждого, кто сделает глоток, скрутит живот. Но что будет, если капнуть этот яд в реку или вовсе в открытое море?
Он говорил тихо, прикрывая рот белоснежным платком, отчего слова звучали глуховато и с лёгкой горькой самоиронией:
— Сейчас мы перед этим чудовищем — всё равно что несколько капель разного яда перед...
— Перед озером, — перебил его Врач. — Мы стоим перед озером. — Бросив быстрый взгляд в сторону зала, он добавил: — До океана эта тварь всё-таки ещё не доросла, океан куда больше...
...
Пока оперативники вполголоса перебрасывались короткими фразами, с мрачной безысходностью поглядывая на врага, сам монстр хранил безмолвие. Он неподвижно стоял, опустив голову; видимое глазу искажающее поле вокруг него уже окончательно свернулось, собравшись со всех сторон в плотный, неподвижный кокон радиусом в десять метров.
А позади него, в стеклянной будке, Чжао Шимин лихорадочно стучал по клавишам приборов.
— Запуск самодиагностики... Похоже, я незаметно для себя всё же подвергся некоторому воздействию... Физические симптомы: головокружение, колющая боль, потеря контроля над эмоциями... Ощущение, будто по всему телу ползают муравьи, а из каждой поры наружу лезет личинка... Неужели отдача превышает предел выносливости потому, что я не являюсь одарённым? Впрочем, терпеть ещё можно...
Закончив бормотать себе под нос, он резко вскинул голову. Медный шлем на макушке придавал ему довольно нелепый вид, а сузившиеся в точку зрачки на фоне иссечённых кровавыми жилками белков делали взгляд поистине жутким. Но сам учёный, казалось, ничего не замечал; уставившись на сгрудившихся в дверях оперативников, он взволнованно выкрикнул:
— Итак, испытание мощи Божественного Тела... продолжается!
Едва стих его голос, монстр медленно поднял голову. Шесть глаз по бокам черепа синхронно сомкнулись, а затем резко распахнулись. Сдерживаемое в десятиметровом радиусе искажающее ментальное поле в одно мгновение рванулось во все стороны, словно не зная преград.
Клац...
В ту самую долю секунды, когда тварь подняла взгляд, стоявший настороже боец паучьего типа молниеносно метнул вперёд две плазменные гранаты. Бросать их напрямую во врага он не решился, опасаясь, что упругое поле попросту отшвырнёт заряды обратно в отряд. Гранаты ударились о косяк полуоткрытой двери, отскочили в пол и по желобу в бетоне покатились навстречу монстру.
Бах!
Место, угол отскока и время подрыва были рассчитаны безупречно. Вспыхнувший шар синих электрических дуг диаметром в два-три метра встал живой стеной, на краткий миг преградив путь катящейся волне ментального поля. Разумеется, лишь на краткий миг.
— Ну же, кто-нибудь ещё может что-то предпринять?! Сейчас не время для светских бесед! Так хочется поболтать — наговоритесь вдоволь на том свете! — сорвавшись на крик, яростно и отчаянно прорычал кто-то из бойцов.
— Теперь вся надежда только на командира Ся Чун, — невозмутимо произнёс утончённый мужчина, поворачиваясь к девушке. — В нашем положении лишь у тебя остался призрачный шанс открыть дверь ещё раз и выбраться отсюда. Именно поэтому мы и вернулись за тобой. Разменять все наши жизни на одну твою возможность спастись — самое разумное решение.
Ся Чун резко вскинула голову, до белизны в костяшках сжала маленькие кулачки, а затем бессильно разжала пальцы.
— Бесполезно, я больше не смогу открыть дверь... Я выдохлась ещё тогда, когда мы прикончили того омерзительного гигантского младенца. Если я попытаюсь силой пробить проход сейчас, то просто навсегда застряну в бездне, а если потяну за собой вас — мы все сгинем там вместе. Как по-вашему, что лучше: всем разом шагнуть в бездну, где нельзя ни выжить, ни умереть? — она устало обвела взглядом товарищей. — Или принять быструю смерть здесь, от лап этого чудовища?
Вокруг сразу стало очень тихо.
Позади, из коридора, доносились влажные шлепки — это ползущие, точно гигантские питоны, щупальца хлестали по полу, подбираясь к их спинам. А впереди монстр уже шагнул сквозь гаснущие искры плазменного взрыва, сметая ментальным ударом остатки электрических дуг и неотвратимо надвигаясь на отряд.
Тук-тук. Тук-тук.
Мощный стук исполинского сердца расходился по воздуху плотными звуковыми волнами, с каждой секундой становясь всё ближе. На плечи людей опустилось глухое отчаяние.
— Давайте сыграем в игру... — на лице Врача вдруг расцвела лихорадочная улыбка; покрепче перехватив скальпель, он обвёл взглядом присутствующих: — Посмотрим, кто умрёт первым... Кто сдохнет последним — тот паршивая собака!
Оперативники на миг опешили, уставившись на него как на умалишённого. А затем в их глазах мелькнул мрачный азарт...
— Погодите... — раздался вдруг тихий, неуверенный голос. — Поиграть ещё успеем, может, есть ещё один способ...
Вжух!
Десяток пар глаз мгновенно скрестились на говорившем. Геккон нервно сглотнул: оказавшись под столь пристальным вниманием, он впервые в жизни почувствовал себя не в своей тарелке. Остальные тоже смотрели на него с недоумением. Этот коллега из Лазурной Гавани с виду был самым заурядным одарённым паучьего типа — пожалуй, в освоении способности он даже уступал погибшей напарнице Ся Чун. Когда перед лицом такого чудовища опустили руки сразу несколько командиров групп, какой выход мог предложить рядовой оперативник?
Геккон тяжело выдохнул; на его лице застыла отчаянная решимость. Повернувшись к медленно шагающему вперёд монстру, он набрал полную грудь воздуха и в следующее мгновение во всю глотку заорал:
— Спасите, капитан!..
Повисла мёртвая тишина. Бойцы в полном оцепенении уставились на него. И это всё?!
Но едва в их взглядах проступило откровенное недоумение, как все вдруг ощутили странную вибрацию. Поначалу им показалось, что пол дрожит от тяжёлой поступи монстра или от напора протискивающихся по коридорам щупалец, но, прислушавшись, люди поняли, откуда идёт гул, и резко задрали головы.
Грохот!
С потолка лаборатории посыпались штукатурка и песок, а секунду спустя бетонное перекрытие с треском провалилось. Из зияющей дыры в клубах серой пыли камнем рухнула человеческая фигура. Появление незнакомца было донельзя внезапным, а главное — упал он на редкость удачно, приземлившись точно на макушку монстра.
Топ!
Продемонстрировав невероятное чувство равновесия, человек мягко выпрямился во весь рост прямо на податливой голове чудовища, немного растерянно оглядел разгромленный зал, а затем остановил взгляд на застывшем в дверях с открытым ртом Гекконе.
— Это ты меня звал?