Состоялось неловкое воссоединение представителей мира демонов.
<Так кто этот демон?>
Нет. Не состоялось.
Гладиусу удалось понять лишь одно: Войд — демон. Но кто именно оказался перед нами, определить не получилось.
Говорили, ещё на службе Гладиусу постоянно вставляли палки в колёса. Похоже, за время подземной жизни дошло до того, что о новых сослуживцах даже не удавалось ничего узнать.
— Не припомню, чтобы просил подкрепление… Но что это за энергия?..
С другой стороны было то же самое. Войд и представить не мог, что энергия, исходящая от святого меча, принадлежит тому, кто служит в армии Короля демонов куда дольше него.
<Судя по всему, мне надо разобраться с этим типом?>
Гладиусу быстрее остальных стало ясно, что происходит.
Впрочем, выяснять чужую биографию было ни к чему, и тут сказалась разница в опыте. Пусть все эти годы действия Гладиуса направляла промывка мозгов, накопленный опыт никуда не делся.
Тем более вместо обещанного воскрешения — внезапное вселение в какой-то потрёпанный меч и столкновение с незнакомым демоном.
Было совершенно очевидно: от Гладиуса ждут помощи.
<Девушка, подойди к нему.>
— А? Ага… Поняла.
Изри на миг растерялась, будто потеряла нить происходящего, но тут же пришла в себя и ринулась к Войду.
До слёз трогательно было видеть, как Герой и святой меч уже с первых минут понимают друг друга с полуслова.
— Не знаю, что вы задумали, но это бесполезно! Сколько ни пытайтесь, результат будет тем же!
Клинок снова рассёк пустоту. В очередной раз стало предельно ясно: физические средства на Войда не действуют.
Теперь Гладиусу стало понятно, зачем понадобилось это вмешательство, — и этим исход боя был решён.
<Девушка, руби у головы.>
Следуя указанию Гладиуса, Изри нанесла верхний рубящий удар.
Разумеется, и на этот раз атака не могла попасть. Клинок беспрепятственно прошёл прямо сквозь незащищённую голову Войда.
В краткий миг, когда лезвие оказалось у самого его уха, от Гладиуса прозвучало всего одно слово.
<Убей себя.>
— …!
Дёргавшийся во все стороны Войд — иначе его движения и не опишешь — внезапно застыл.
Он закрыл глаза, отвернувшись даже от самого мира, но полного разрыва всё же не желал и потому оставил уши открытыми.
— Что… вы со мной… сделали?!
Дрожа всем телом, Войд поднял руку. Затем вогнал её себе в грудь — рука беспрепятственно прошла насквозь и вышла со спины.
Но этим он выиграл лишь крохотную отсрочку. Управляемое чужой волей тело тут же нашло способ убить себя — способ перестать отворачиваться от самого себя.
— Нет, нет!.. Этого не может быть!
Глаза Войда распахнулись. В крошечных прорезях маски заметались ярко-синие зрачки.
Хлюп! Наконец мужчина, встретившийся взглядом с самим собой, пронзил собственное сердце.
— Кха!..
Будучи офицером армии Короля демонов, он наверняка принёс бесчисленные страдания и смерти. И всё же первым, что Войд увидел собственными глазами, оказалась его собственная кровь, пролитая собственной рукой.
До смешного ироничный конец. Тем более что причиной беды стала не только его личная беспечность — к этому приложило руку и начальство.
Хрясь! Звук разорванного сердца возвестил конец боя.
Глядя, как Войд превращается в свет и исчезает, мы один за другим прямо там же осели на землю.
— Фух… Никогда в жизни не встречала врага с такой особенностью.
Даже после победы настроение оставалось тяжёлым. Всё из-за заразы под названием «информация», которую успел разнести этот болтун.
Он ясно сказал, что входит в Пять Малых Грехов. Значит, таких, как он, осталось по меньшей мере ещё четверо.
А если учесть, что могут существовать и другие командиры легионов, не входящие в Пять Малых Грехов, — голова начинала болеть от одной мысли.
— И всё же… хорошо, что мы, похоже, нашли именно тот святой меч, о котором говорило откровение.
Впрочем, были и хорошие новости.
Мы всё-таки воспользовались шансом разбить врагов поодиночке и сократили их силы. А заодно ещё и заполучили святой меч.
<…Святой меч? О чём это вы?>
Тут возмутился сам святой меч.
Если честно, Гладиусу наверняка и без того было понятно, о чём речь. Только что ведь мгновенная оценка ситуации со стороны Гладиуса принесла нам победу.
Но было видно, как отчаянно Гладиус пытается отрицать реальность, и это вызывало даже жалость. В чём-то я такое понимал, поэтому смеяться не стал.
— Под святым мечом, разумеется, имеется в виду ты. Демон… нет, святой меч Гладиус.
<Что?>
Но правду приходится принимать. Не могли же мы позволить тому, кто уже уволился, занять освободившееся место командира легиона Отвода взгляда.
Особенно в такой исторический миг, когда Безымянный святой меч наконец получал имя — Гладиус.
— Угу. Рада познакомиться, Гладиус. Мария всегда мечтала готовить святым мечом.
<Вы мало того что воскресили офицера армии Короля демонов в виде святого меча — что вы ещё задумали со мной сделать?!>
Клинок затрясся — так Гладиус выражал протест. Похоже, эмоции били через край настолько, что детская шутка уже не отличалась от реальной угрозы.
И вообще, Гладиусу ещё неплохо повезло. Какая там была прошлая жизнь — уже неважно: стать святым мечом красивой девушки-Героя разве плохо? По крайней мере, не анусом.
***
Едва переведя дух после короткого отдыха, мы поспешили в императорский дворец с докладом.
Мы сообщили, что вступили в бой с вражеским командиром и уничтожили его, но подобных врагов осталось как минимум ещё четверо.
— Угроза армии Короля демонов становится всё серьёзнее…
Чем мрачнее становилось лицо императора, тем ниже опускала голову Изри.
Ещё вчера она ушла в отставку под всеобщие поздравления и благословения, а уже через сутки принесла столь дурные вести.
Пусть её вины здесь и не было, как вассалу ей наверняка было до боли досадно.
— И всё же великое счастье, что у империи есть такой меч и опора, как Изри. Теперь у тебя появились ещё и крылья в виде святого меча. Значит, и империю, и весь континент ждёт светлое будущее.
Император понял её чувства и постарался утешить как мог.
— Кстати. А какой ангел обитает в святом мече?
Жаль только, что утешение дало ровно обратный эффект.
— Ангел… Ваше Величество?
— Я помню содержание откровения, полученного, когда тебя, Изри, избрали кандидатом в Герои. И в предварительном отчёте сказано, что в святом мече поселилась душа, верно?
Изри осторожно обернулась ко мне, молча прося помощи. Я с величайшим вниманием принялся изучать узор на полу.
Ну да, всё это устроил я. Но вопрос-то задали тебе, Изри, верно? Нехорошо перебивать, когда человек разговаривает.
— Дело в том…
В конце концов Изри смирилась и заговорила сама.
— …Всё именно так и произошло.
Без утайки и без пропусков. Чётко и по порядку.
— …
По мере рассказа о происхождении святого меча лицо императора становилось всё мрачнее. А под конец, напротив, обрело предельно серьёзное выражение.
Наверное, он решал, объявить нас мятежниками или всё-таки не стоит.
***
— Как ни посмотри, это больше похоже на демонический… меч…
Услышать такое после императора ещё и от святой было довольно обидно.
Особенно потому, что по её лицу было видно: она долго ломала голову и только в самом конце пришла к этому выводу.
А ведь мы пришли именно за советом, как пробудить святой меч.
— Простите за дерзость, но… если пробудить этот демони… то есть святой меч, с тем, кто внутри, ничего не случится?..
Теперь стало ясно: Гера не просто так заговорила о демоническом мече.
Она переживала за хрупкую душу, с которой отношения уже вышли далеко за рамки обычного противостояния человека и демона и теперь стали вполне товарищескими.
— Если только откровение, данное Изри, не оказалось ошибочным, думаю, ничего подобного не случится.
Но её тревогу я считал напрасной.
То, что святой меч — важный ключ к противостоянию Королю демонов, вовсе не означает, что это непременно клинок, переполненный божественной силой.
Будь смысл именно таким, можно было бы просто поднять Геру или Мировое Древо и размахивать ими вместо меча.
— Действительно… в этом есть резон.
Гере пришлось признать этот довод.
Ведь именно она, как представительница бога, объявила Изри кандидатом в Герои и передала ей то откровение.
— Поэтому, святая Гера, я прошу вас помочь раскрыть возможности этого святого меча.
Возможно, именно Гера сумеет что-нибудь выяснить о святом мече.
После моих недавних слов о том, что святой меч не обязан быть связан с божественной силой, картина выглядела немного странно. Но если выбирать подходящего специалиста, то это всё равно святая или, на худой конец, папа.
<П-подожди! Ай! Это же не то, что ты обещал!>
Как раз когда мы собирались временно оставить святой меч здесь, душа Гладиуса внутри клинка отчаянно запротестовала.
— Обещал? Что именно?
<Не прикидывайся! Ты совершенно точно сказал, что больше никогда не оставишь меня с этой женщиной!>
— Да, сказал. Но теперь меч принадлежит не мне, а Изри.
Разумеется, сопротивление было бессмысленным. А если уж совсем строго, я вообще ничего такого не обещал. Это была односторонняя мольба со стороны Гладиуса.
<И после этого ты называешь себя человеком?!>
— Так я вроде и не человек.
Я бодро помахал Гладиусу рукой на прощание — слова почти дословно повторяли недавнюю реплику собственного подчинённого.
Не понимаю, откуда такой страх. В прошлый раз святая ведь даже официально объявила о Божьем прощении.
Пусть лучше воспользуются случаем, спокойно поговорят вдвоём и избавятся от взаимной обиды.
— Мы с вами хорошенько постараемся~
Всю ту ночь не смолкали чьи-то неопознанные вопли.