Совместная проверка Святой державы и Империи подтвердила: Адский Цербер уничтожен.
Услышав новости, я поднялся на холм неподалёку от убежища и посмотрел за горизонт, где вода поглотила целую страну.
Мы вроде бы победили, уничтожив зверя-катастрофу, но от вида одного лишь кончика собора, торчащего над водой, ощущения были странные.
Будь это кино, он, наверное, играл бы роль Статуи Свободы.
— Так вот вы где. Сёстры вас искали, брат.
Пока я рассеянно разглядывал пейзаж и предавался разным мыслям, незаметно подошла Гера.
— Кстати, скоро время обеда.
Ничего настолько срочного, чтобы немедленно бежать обратно, не было. Она неспешно подошла ко мне и как ни в чём не бывало присоединилась к созерцанию.
— Какой прекрасный вид.
— …Мне одному кажется, что из уст святой это звучит несколько спорно?
Под солнцем вода и правда красиво переливалась изумрудным цветом. Объективно — вид красивый. Но можно ли такое говорить именно святой?
Почти все святыни и священные реликвии, кроме самых важных, которые успели забрать, остались там, лишь под защитными чарами.
Мне, как инициатору всего плана, тоже было неловко это слышать. Я знал, что Гера не из тех, кто станет язвить, но её слова можно было принять и за намёк: мол, ну и натворил же ты дел.
— Благодаря вам мы смогли сохранить самое дорогое. Как я могу смотреть на это и не видеть красоты?
— После таких слов мне спокойнее. А то боялся, что вы заставите меня оплачивать весь ущерб.
Гера тихонько рассмеялась рядом.
Наверное, мало кто обычно позволял себе разговаривать с ней настолько непринуждённо. Это была одна из причин, почему с высокопоставленными людьми я старался не становиться слишком чопорным.
— Вы тревожитесь напрасно. Скорее уж мне неловко, потому что я не знаю, как отплатить за оказанную вами милость.
— В чрезвычайной ситуации помогайте так же, как в этот раз, и этого хватит. И не теряйте попусту запястье.
— …
Гера, до этого отвечавшая без запинки, вдруг замолчала. Я повернул голову и увидел её неловкую улыбку.
Стоило опустить взгляд ниже — и всё стало ясно. Один рукав Геры уже пустовал, бессильно болтаясь на ветру.
«Она вела себя так естественно, что я вообще не заметил…»
Во время последствий прошлого теракта на людях она хотя бы сдерживалась. Почему сейчас опять?..
Я посмотрел на неё с немым вопросом. Гера завела руки за спину, скрывая отсутствие кисти, и ответила лишь горькой улыбкой.
«Значит, случившееся оказалось настолько тяжёлым, что даже она не выдержала».
Она старалась этого не показывать, но наверняка изводила себя чувством вины. В нашем недавнем разговоре Гера не лгала, однако…
Угроза миновала лишь благодаря чужой помощи, худшего удалось избежать, но Святая держава всё равно пережила катастрофу.
— …Хотя бы на официальных мероприятиях воздерживайтесь. Люди могут начать нервничать ещё сильнее.
— Да-а…
Я уже приготовился к тому, что она завернёт всё в десяток оправданий и уйдёт от ответа, но Гера неожиданно послушно приняла совет.
Про имидж и репутацию я даже не стал говорить. Если показать, что я ещё многое мог бы добавить, она и сама догадается.
— Тогда я только до конца сегодняшнего дня побуду в раскаянии…
— Восстановите руку сейчас.
— Хотя бы пока мы не вернёмся в убежище…
— Восстановите руку сейчас.
— …Пять минут…
— Сейчас. Немедленно.
— …
Гера начала мяться, тянуть время и всячески оттягивать неизбежное. Что мне делать с этой помешанной на самоповреждении девицей?
Раз она решила упираться, придётся и мне перейти к жёстким мерам.
— Если будете продолжать, расскажу Марии, что святая поцеловала меня в щёку.
— Р-расскажете?! Но я совершенно точно никогда не позволяла себе такой дерзости по отношению к вам, брат!
— Знаю.
После моего твёрдого ответа Гера чуть ли не со слезами на глазах принялась умолять меня придумать что-нибудь другое.
Она выглядела мило, почти как маленький зверёк, способный растопить мужское сердце. Но без кисти это производило только обратный эффект.
— У-у…
Всем видом показывая, какой я бессердечный человек, святая нехотя восстановила руку.
Я ведь всего лишь заставил высокородную особу исцелиться. Почему меня выставляют злодеем?
— Кстати, брат, я хотела кое-что вам сказать.
Закончив восстановление, Гера кашлянула, мгновенно сменив настроение, и начала уже с серьёзным видом.
На секунду мне даже показалось, что передо мной другой человек. Умением разделять работу и личное она могла соперничать с Изри.
— Это касается святого меча?
— Да. Мне стыдно, что, несмотря на ваше доверие, многого узнать не удалось. Но одну вещь я всё же обнаружила — возможно, это станет зацепкой, которая поможет раскрыть силу святого меча.
Гера говорила виновато, но я с самого начала поручил ей это дело от безысходности, надеясь хотя бы на соломинку.
А это как раз и было тем главным, что мне требовалось. Я попросил её скорее продолжить.
— Судя по результатам проверки, на святой меч распространяются системы под названием «опыт» и «уровень».
— Опыт и… уровень?
Я переспросил, удивлённый неожиданными терминами. Гера кивнула и продолжила объяснение.
Сейчас уровень святого меча — первый. В бою он накапливает опыт, а когда опыта становится достаточно, повышает уровень и развивается.
Было странно слышать объяснение самых базовых игровых механик от девушки, для которой само понятие игры оставалось непривычным.
«Интересно, это уровень самого святого меча или уровень Гладиуса, сбросившийся после вселения?»
— Однако есть одна особенность…
Я уже размышлял, не отправить ли Изри со святым мечом в мир демонов, когда Гера быстро оборвала мои мысли.
— Возможно, потому что душа внутри принадлежит демону… опыт меч, похоже, получает только за людей.
— …Что? То есть вы хотите сказать…
— Чтобы святой меч повышал уровень и становился сильнее, ему придётся причинять вред людям…
Мы оба одновременно замолчали. Возможно, думали об одном и том же.
Святой меч должен защищать людей, но ради этого обязан убивать людей. Какая ирония. Это уже не шутка — так ведь он действительно превращается в демонический меч.
— …Надо обсудить это с остальными и с самим Гладиусом. Пойдёмте, святая.
— П-подождите, брат.
— Да? Что такое?
— Э-эм… дело в том…
Я уже собирался вернуться к остальным, но Гера остановила меня. На её лице читалась нерешительность человека, который боится чужого гнева.
Я было подумал, что она успела тайком снова лишиться кисти, но указательные пальцы нервно постукивали друг о друга, так что дело явно было не в этом.
— Брат. Пожалуйста, выслушайте и не поймите меня неправильно.
— Хорошо. Просто скажите.
Если святая заранее просит ничего не понимать неправильно, дело явно серьёзное. Я начал морально готовиться.
— …Во время эвакуации мы ведь распределяли вещи по важности и в первую очередь забирали самое необходимое?
— Да.
— Поэтому некоторые вещи нам поневоле пришлось оставить.
— Да.
Я и так всё это знал, но никак не мог понять, к чему она ведёт, поэтому отвечал односложно.
Заодно так я немного выражал недовольство тем, как мучительно долго она ходит вокруг да около.
«Зачем вдруг заговорила о вещах? Она что, потеряла что-то моё?»
Вряд ли. Вещи нашей группы, особенно мои, хранились в инвентаре.
Да и Гере я почти ничего не поручал. Разве что оставил ей Гладиуса…
— …
— …
— …Святая.
— …Да, брат.
— Только не говорите, что…
— Ч-что именно я не должна говорить, брат?..
Она сама уже во всём призналась, но теперь пыталась увильнуть. Я шагнул к бессовестной святой, а Гера вздрогнула и отступила.
Так мы и двигались — я вперёд, она назад, — пока она не оказалась у самого края утёса.
— Спрошу прямо. Святая. Где Гладиус? Что стало со святым мечом?
— Брат, пожалуйста, выслушайте! Я не специально… Мы были очень заняты, и сначала приходилось забирать то, что особенно уязвимо к воде…
— Вы просто оставили его в соборе. Я правильно понял?
— Н-найти его будет несложно! Я оставила в нём часть своей божественной силы, поэтому смогу почувствовать его, где бы он ни находился!
— И где он сейчас?
— …В-вон там… где-то…
Её палец указывал куда-то в бескрайнее море. Святая, способная отправить личное сообщение самому богу, в этот миг выглядела обычной уличной гадалкой.
Кажется, даже она поняла, насколько нелепо это смотрится, и тут же неловко опустила руку.
— Я-я найду его как можно скорее!
— Это само собой.
— Э-эм… Похоже, мои извинения вас не удовлетворили. Если вы хотите назначить мне какое-нибудь наказание…
«Наказание…»
Я задумался, глядя на съёжившуюся Геру. Подозрение, что в глубине души она именно наказания и добивается, пока отложим.
Конечно, совсем спустить это на тормозах нельзя. Но передо мной всё-таки святая. Первый шок уже прошёл, а при виде того, как сильно она сникла, желание злиться полностью исчезло.
— Мария-а!
— Б-брат?!
Но что, если за дело возьмётся Мария, которая считает, будто святая поцеловала меня в щёку?
— Брат, подождите! Да, я виновата, но повесить на меня преступление, которого я не совершала…!
— Вы посягнули не на закон, а на мою щёку!
— Бра-а-ат!
В тот день мне довелось увидеть редкое зрелище: угол глаз Марии наклонился ровно на 45 градусов.